Боль забытой любви

      - Может устроите себе выходной и останетесь сегодня дома? – Сиэль почувствовал, как ладонь демона накрыла его руку, лежащую поверх одеяла.       «Уже утро?», - в голове было абсолютно пусто и даже этот простейший факт потребовал несколько секунд на своё осознание.       - Нельзя, рабочие со дня на день вернутся на фабрику. Всё должно быть готово, у меня нет времени прохлаждаться, - немного проснувшись и обдумав предложение слуги, Фантомхайв открыл глаза и осторожно убрал свою руку.       «Мне надо чем-то себя занять, или я начну говорить с ним о том человеке. И ни к чему хорошему это не приведёт», - он долго плакал ночью после того, как демон ушёл, совсем не выспался и чувствовал себя вялым и разбитым.       - Ваша ревность беспочвенна. Не к кому Вам меня ревновать, - Себастьян убрал челку от лица Сиэля, наверняка заметив, что оно опухло от слёз.       - Ещё чего. Не ревную я вовсе. Просто не хочу быть чьим-то подобием, - парень сел на кровати и немного отодвинулся от слуги.       - Я не говорил о подобии. Я никогда не смогу найти в точности такую же душу, потому что это невозможно, - как ни странно, в голосе демона не было ни печали, ни сожаления.       - Так ты все-таки хотел бы этого? – столь равнодушный ответ удивил Сиэля.       - Когда-то хотел. Давно. Вы никогда не поймёте моих мотивов в этом вопросе, поэтому прекратите надумывать себе всякое, Вам даже близко не подойти к верному ответу. Мне не следовало вообще что-либо говорить Вам об этом, как я изначально и планировал, - вздохнул Себастьян.       - Так может объяснишь мне свои мотивы, чтобы я не надумывал? – Фантомхайв начал терять самообладание.       - Я не хочу.       - Ну надо же! Какая сокровенная тайна, - язвительно огрызнулся Сиэль. Спокойствие слуги бесило его всё сильнее.       - Вы желали узнать ответ, и я дал его Вам. Ваша душа сразу привлекла меня определенным сходством в одной черте. В той самой, которую я считал для себя основополагающей. Я не мог прекратить думать о Вас с момента нашей первой встречи. Не был уверен в том, что мне стоит забрать Вашу душу, и в то же время нестерпимо хотел этого. Я никогда и ничего не вожделел так, как её. В ту ночь, когда Вы освободили меня, Вы лежали без сознания, и я подумал, что вот сейчас, что все сложилось лучше не бывает, Вы даже боли не почувствуете. И это был первый раз, когда меня озаботил этот вопрос. Никогда до этого меня не волновало, насколько сильно страдает моя жертва. Это озадачило меня. Я уже положил Вас на алтарь, но вновь начал колебаться. И тут Вы очнулись. Вряд ли Вы помните это из-за шока. Вы смотрели будто сквозь меня невидящими глазами. Да и то, что Вы говорили тогда, было больше похоже на бессвязный бред. Что-то о пожаре, огне, Ваших родителях. Попытайся Вы тогда вырваться, убежать, и я убил бы Вас в тот же миг, но Вы только хватались за мою руку. Я понял, что Вы замерзаете, и накалившийся от мороза камень под Вами лишь ускоряет этот процесс, поэтому взял Вас на руки. Вы почти сразу же затихли. Я слушал Ваше тяжелое, сбившееся дыхание и не понимал, как человек может чувствовать себя спокойнее от моего присутствия, от моих прикосновений, списывая всё на то, что Вы не в себе, а может и вовсе тронулись умом от увиденного. Пригревшись, Вы заснули. Я смотрел на Вас, жадно рылся в зрительных образах Вашей памяти и мне нравилось всё, что я вижу. Я осознал, что не хочу портить вкус Вашей души принудительным изъятием настолько, что готов отказаться от Вас и отпустить, даже если это будет означать, что я никогда не получу её. Я вернул Вас в ту комнату, где Вы жили на тот момент, не особо надеясь, что увижу Вас вновь, но допуская, что не сдержусь и приду к Вам сам, причём очень скоро. Я был готов добиваться Вашей души уговорами, обещаниями, если не сработает – страхом. Стать Вашим кошмаром, затаившимся в темных углах, пока Вы не согласитесь отдать её мне. Как же я был удивлён, когда Вы сами вернулись ко мне в тот же день. Не стану больше скрывать, сначала я хотел спровоцировать Вас на нарушение договора, чтобы ускорить процесс, но Ваше поведение, Ваши эмоции, Ваше отношение ко мне... Всё это убедило меня отказаться от моего первоначального замысла, ибо, проявив терпение, в награду я получу гораздо больше. И та схожесть, что привлекла мое внимание тогда, теперь уже почти ничего не значит для меня, став лишь лёгким оттенком на фоне всего остального. Но будьте благодарны за то, что она существует. Вы не умерли в ту ночь в подвале только благодаря ей, - пафосно закончил свою долгую речь Себастьян.       - Трижды помолюсь за него отходя ко сну, - злобно процедил сквозь зубы Сиэль.       - Повторюсь ещё раз: ревновать меня абсолютно нелепо, - глаза демона вспыхнули яростью, но он смог быстро совладать с собой, - Я сделаю скидку на то, что Вы перенервничали вчера и Вам ещё нужно оправиться морально после того, как я лишил Вас девственности.       - Обойдусь без твоих одолжений, - покраснел Сиэль, - Накрой стол к завтраку, я сам оденусь.       - Всё будет готово через пару минут, господин, - не видя смысла препираться дальше, слуга сдался и покинул спальню своего хозяина.       «Почему меня так сильно задевает то, что я… моя душа напоминает ему кого-то? Тётя всегда сравнивала меня с моим отцом, не скрывала этого, и мне было всё равно… кажется», - Сиэль поднялся с кровати и мельком взглянул на себя в зеркало, только сейчас заметив багрово-фиолетовые отметины на своих запястьях от ремня, и такого же цвета пятна на лодыжках и чуть выше коленей, оставшиеся от пальцев демона: «Я же не ревную его? Нет, этого не может быть». …       Приехав на фабрику, Фантомхайв никак не мог сосредоточиться на работе.       «Каждое его откровение порождает только новые вопросы и не снимает старые. То, что он говорил сегодня утром, так было похоже на признание. Признание маньяка, которого ничто не остановит на пути к обладанию объектом своей больной преступной страсти. Скажи он мне это раньше, и я испугался бы, причём очень сильно. Но теперь… Я не могу думать ни о чем больше, кроме того человека. Кем он был для него? Просто чудом избежавшим своей участи контрактером? Вряд ли. Тогда бы он поглотил мою душу не раздумывая. К тому же он уже говорил мне, что я пережил всех моих предшественников. Любовник? Причём не просто любовник, а тот, кто что-то значил для него», - чем больше Сиэль думал об этом, тем меньше понимал.       - У Вас будут какие-нибудь распоряжения, господин? Вы уже минут двадцать на меня смотрите и молчите.       - Нет. Не знаю. Займи себя чем-нибудь. Пройдись по цехам. Приберись там, если надо. На твоё усмотрение, - «Может прямо спросить его о том человеке и их отношениях? И ещё раз потешить его самолюбие тем, что я его якобы ревную. Тем более он ничего мне не расскажет, если сам этого не захочет. Он и так уже пожалел о том, что теперь я знаю о схожести с кем-то моей души, а значит на дальнейшую откровенность рассчитывать нечего».       - Как скажете, - кажется Себастьян понял, что его хотят услать с глаз подальше.       - Я позову, если будет нужно, - Сиэлю почему-то стало неловко от ощущения, что демон обиделся на него.       Парень хотел бы сказать что-то другое, но не смог ничего больше придумать, поэтому просто проводил слугу взглядом, после чего сложил руки в замок на столе и положил на них голову.       «Со стороны это выглядит глупо. Мое поведение выглядит глупо. Возможно, тот человек умер несколько веков назад. Поэтому он так спокоен, когда говорит о нём? Я не заметил, чтобы он сильно горевал по нему. Но если Себастьян уже забыл его, то почему тогда моя душа так привлекла его? Он хотел поглотить ту душу тоже, но не стал, потому что… любил его? Мне действительно не понять его мотивов. Слишком не похоже на людей. И ещё, он пытался меня успокоить, когда сказал, что теперь это сходство уже не имеет для него такой важности или это правда?», - здравый смысл подсказывал Сиэлю, что следует остыть и забыть об этом, вот только на деле не получалось так сделать совсем никак.       «Мне надо работать. И надо придумать, что делать с Чембером, пока на поместье снова не напали, не говоря уж об основном деле. А я трачу время на размышления о покойнике. Даже если между ними было что-то такое, это же хорошо. Хорошо, что у него были какие-то серьёзные отношения, чувства к кому-то. Я должен радоваться. Нет, не тому, что демон потенциально может испытывать что-то вроде любви, а тому, что он не забрал чью-то душу», - Фантомхайв попробовал оценить новый факт с другой, положительной стороны, но этот слабый «луч надежды» так и не смог вселить в него даже малую крупицу оптимизма. …       - Мы не едем домой, Себастьян, - известил Сиэль демона, когда тот зашёл в его кабинет вечером, впервые за весь день, и сказал, что карета приехала за ними.       - И куда же мы отправимся, господин? – он удивленно приподнял бровь.       - Я не знаю, принесёт ли эта поездка пользу, - парень надел пальто, которое подал ему слуга, - Но никаких других вариантов я больше не придумал.       Они вышли на улицу, и Сиэль назвал адрес извозчику. Мужчина немного удивился, но тактично промолчал.       - Так всё же? – повторно задал вопрос демон, когда дверца кареты закрылась за ними.       - К Лау. В курильню к Лау, - «Я надеюсь, он не прогонит меня».       - И курят там не простой табак, не так ли?       - Верно. Он возглавляет одну крупную торговую компанию. И нелегальные дела у него тоже есть. Ещё через него можно достать разные вещи, любые вещи, почти…       - У Вас интересные знакомые, - саркастически улыбнулся демон.       - Он был вхож в дом Фантомхайв. И уже после пожара тетушка продолжала общаться с ним какое-то время, - только сейчас Сиэль задумался о том, какие у Мадам Рэд могли быть общие дела с Лау.       - Значит, друг семьи?       - Я думаю, что он был информатором моего отца. А тётя… Я не знаю. Они поругались из-за меня, - однажды Лау назвал его толковым парнем и сказал, что нанял бы его в будущем после окончания колледжа. Тогда тетя вспылила, прогнала его и сказала, чтобы он держался от её племянника подальше со своими грязными делами, - Возможно, Лау и разговаривать со мной теперь не станет. …       Когда они зашли в полутёмное помещение курильни, Сиэль закашлял от ужасного запаха дыма, которым, казалось, здесь был пропитан весь воздух.       Он уже приходил сюда однажды несколько лет назад с Мадам Рэд, но это было днём и тогда всё выглядело иначе. Теперь же приглушённый свет и плывущее в нём марево, мешающие рассмотреть лица клиентов заведения, разместившихся на подушках прямо на полу, а также атмосфера, совсем не похожая на ту, которая обычно царит в увеселительных заведениях, угнетали.       Парень быстро прошёл через зал, стараясь не смотреть на людей, которых привела в это место их зависимость, постучал в дверь кабинета Лау и вошёл, не дожидаясь разрешения.       В кабинете было немного светлее, чем в общем зале и дыма было значительно меньше. Лау сидел на невысоком диване, он мельком взглянул на посетителей и поприветствовал их кивком головы.       Решив, что это можно считать приглашением, Сиэль прошёл дальше и присел на свободный диван.       Хозяин курильни совсем не изменился с их последней встречи. Та же национальная одежда, которую он предпочитал европейской, надевая последнюю только по крайней необходимости, то же расслабленное выражение лица с полуприкрытыми глазами, которое создавало ложное впечатление, что Лау вот-вот заснёт, но короткие взгляды, которые он изредка бросал на своих гостей, были четкими, ясными, оценивающими. В руках он держал тонкую курительную трубку, в которой клубилось то же вещество, что и в общем зале, но, возможно, оно было чище и качественней.       Лау был не один. На его коленях сидела красивая женщина-китаянка невысокого роста. Ее звали Лан Мао, она всегда сопровождала Лау, сколько его помнил Сиэль. Были ли эти люди на самом деле братом и сестрой, как утверждал Лау, парень не знал.       Лан Мао всегда молчала и на первый взгляд могло показаться, что она немая или не знает языка. Но если присмотреться, становилось понятно, что женщина внимательно слушает всё, что говорят собеседники её «брата» и, несомненно, понимает каждое слово.       Сиэль давно догадывался, что её образ инфантильной, доступной женщины «для утех», подтверждающийся нарочито откровенной до неприличия одеждой, лишь ширма, и на самом деле Лан Мао далеко не так проста.       Вот и сейчас она лишь мельком глянула на Сиэля, но пристально уставилась на Себастьяна. Это не был взгляд симпатии, которым женщина обычно смотрит на привлекательного мужчину. Она напряглась, будто почувствовала, что с его стороны может исходить угроза.       - И что же привело Вас ко мне, мистер Фантомхайв? Или Ваше Сиятельство? Уже подали прошение королеве о возвращении Вам титула? – Лау медленно затянулся и так же неспешно выдохнул дым.       - Нет, ещё не подал. До этого пока что далеко.       - Слышал, Ваши дела пошли в гору. Вернули фабрику. Отстроили заново сгоревший особняк. Угостить Вас? – мужчина кивком головы указал на дымящуюся трубку.       - Нет, не нужно, - поспешно отказался Сиэль, подняв обе руки вверх перед собой.       - Впрочем, я уже вижу, что Вы предпочитаете грёзы иного характера, - Лау скользнул взглядом по запястьям Фантомхайва и тихо усмехнулся.       Сиэль понял, что от его жеста манжеты рубашки сползли ниже, обнажив следы от ремня, и машинально посмотрел на Себастьяна. Этот взгляд также не скрылся от Лау.       «Вот чёрт. Он догадался, чем я занимался, и я показал ему с кем», - парень чуть не взвыл от досады, поняв какую оплошность он только что допустил.       - Давай перейдём к делу, Лау, - перевёл тему Фантомхайв, - Виконт Друитт. Что ты знаешь о нём?       - Странный вопрос. Он молод, богат, хорошо образован, холост, завидный жених. Любит роскошь и развлечения, развлечения и роскошь.       - Об этом известно каждому. Меня интересует не связано ли его имя с чем-нибудь.., - «И как мне это сказать? С похищениями подростков и детей? Я не могу рассказать Лау обо всём».       - Так Вас интересуют слухи и сплетни? У каждого из нас есть что-то, что мы предпочли бы скрыть, - ещё раз затянувшись, мужчина многозначительно посмотрел на руки Сиэля, - Была парочка скандалов с подмоченной репутацией нескольких леди. Рассказать?       - Это не то.       - Тогда, боюсь, мне нечем Вам помочь. Разве что… Поговаривают, лорд Чембер тот ещё сводник. Помогает юным провинциалкам из не очень богатых семей найти обеспеченных спонсоров из лондонской знати. Разумеется не для брака.       - Они исчезают потом? Эти девушки? – оживился Сиэль.       - Понятия не имею. А кто-то исчез?       - Да, Алоис Транси, - «Он был самый богатый и знатный из всех пропавших. Такое наследство наверняка должно было оставить какие-то следы».       - Разве? Я видел его совсем недавно. На Новогоднем балу. У Чембера, кстати.       - У Чембера?! - «Надо было сказать про Вайолета. Как я и думал до того происшествия с похитителями, Алоис никуда не пропадал. Он просто бросил колледж».       - Ну да, у Чембера. Они же родственники. Чемберы и Транси. Вы не знали?       - Нет, не знал, - «Это провал. Что теперь делать? Рассказать ему всё?»       - Хотя не удивительно. Эти семейства так долго были в ссоре, что появление Алистера Чембера и Алоиса Транси вместе было неожиданностью для всех.       - Вот как... Что же было причиной ссоры? – Сиэль задал этот вопрос только чтобы потянуть время, надеясь, что ему в голову придёт идея, как повернуть беседу в нужное для него русло, пока он слушает бесполезную историю о размолвках между представителями двух знатных родов, и не разболтать при этом лишнего.       - У старика Транси долго не было наследника. Ни первая, ни вторая жена не смогли подарить ему дитя, и обе умерли при странных обстоятельствах, бедняжки. Одна сломала шею, оступившись и упав с лестницы. Другая утонула, когда лодка перевернулась во время прогулки по озеру. Всё имущество Транси должно было бы отойти Чемберам после его смерти, но безутешный вдовец женился в третий раз, на девушке из обедневшего и не очень знатного рода. Чемберы восприняли новый брак более чем прохладно. Вскоре после свадьбы, Транси поделился счастливой новостью: молодая жена в положении. Однако Чемберы вовсе не обрадовались. Наоборот, отнеслись к этому скептически, не постеснявшись высказать сомнения в отцовстве Транси. Отношения семей стали натянутыми, скорее холодно-вежливыми, чем родственными. В положенный срок на свет появился Алоис, но его мать, увы, скончалась в родах. Старик Транси души не чаял в долгожданном сыне, но Чемберы продолжали на каждом углу говорить, что ребёнок не от него. В итоге была грандиозная ссора, после которой Транси не общался с Чемберами до самой своей смерти. И тут на балу появляется Алоис, всячески показывающий, что они с Чембером теперь «не разлей вода», объявляет, что отказывается от всего наследства в его пользу, чтобы прекратить все распри между ними, а сам уезжает в Америку «смотреть новые горизонты».       - Алоис отказался от наследства в пользу Чембера? - «А вот это уже интересно».       - Именно так. Между прочим, в эту субботу у Чембера намечается приём по случаю его дня рождения, как раз в бывшем особняке Транси.       «Мне надо туда попасть. Во что бы то ни стало. Но как? Просто так меня туда не пустят. Пробраться тайно, воспользовавшись праздничной суматохой? Но если меня застукают, Чембер тут же вызовет полицию. Возможно обвинит меня в покушении на кражу чего-нибудь. Это разрушит мою репутацию, даже если мне удастся избежать ареста, никто не захочет иметь дело со мной и фабрикой «Фантом» после такого скандала. Или же он прикажет своей прислуге убить меня. Себастьян, конечно, не допустит этого, но тогда пострадают люди. Обычные слуги. Ведь вряд ли Чембер держит возле себя наёмников в качестве охраны, чтобы не компроментировать своё имя связью с преступными элементами. Проникнуть в дом под видом прислуги? Чембер однозначно помнит меня в лицо, и это лицо из-за повязки теперь стало очень уж приметным. Он обратит на меня внимание сразу же, как я попадусь ему на глаза. Или кто-нибудь доложит ему о странном официанте, потому что вряд ли он нанял бы человека с увечьем. Калека будет портить своим внешним видом настроение гостям. И когда моя личность будет раскрыта, смотрите первый вариант», - Лан Мао шевельнулась, тихо звякнув браслетами, чем привлекла внимание Сиэля: «Женщина… Вызывает гораздо меньше подозрений. Может притвориться заблудившейся дурочкой, если её застукают там, где ей быть не следует, войти в парадные двери, как спутница одного из приглашённых гостей».       - Ты приглашён на этот вечер, Лау? - «Вот. Вот он выход».       - Разумеется.       - Мне нужно, чтобы ты провёл меня туда. Переодетым в девушку...       - Что ж… Я могу устроить это. Полагаю, это будет значить, что Вы у меня в долгу, - Лау на секунду широко распахнул глаза от удивления и снова блаженно прикрыл их, напоминая щурящегося кота.       - Хорошо. Как скажешь, - согласился Сиэль, - Ещё кое-что… Кто стал сторожевым псом королевы после смерти моего отца?       - Я не знаю. Я никогда не встречался с ним лично и не разговаривал. Но кто-то им всё же стал.       - Хочешь сказать, что не знаешь его имени? – удивился Фантомхайв.       - Никто не знает. Он предпочитает оставаться инкогнито, так сказать, держаться в тени.       - Какой он? - «Вполне может быть, что новый сторожевой пёс знает что-то о том, что случилось со старым, а может и прямо замешан в этом».       - В чём-то лояльнее Вашего отца, в чём-то, наоборот, принципиальнее. В общем, совсем другой.       - Как такое может быть, что ты при твоих делах, не знаком с этим человеком? – всё ещё не верил Лау Сиэль.       - Я не нарушаю законов преступного мира. Никогда их не нарушал. Я неизбежное зло, которое всегда будет существовать. Винсент Фантомхайв понимал и принимал этот факт, - по тону Лау было понятно, что слова о «неизбежном зле» скорее относились к его деятельности, чем к нему самому, - Я не спрашиваю, что Вы задумали, но почему бы Вам не порадоваться тому, что Вас миновали обязанности, которые были возложены на Вашего отца? Живите спокойно, занимайтесь фабрикой. К чему лезть в капкан самому? Мне будет жаль, если он прихлопнет Вас.       - Не твоё дело. Увидимся. В субботу, - Сиэль поднялся и направился к выходу.       Лау попрощался с ним так же, как и поприветствовал – кивком головы. …       Выйдя на улицу, Фантомхайв глубоко несколько раз вдохнул свежий морозный воздух.       - Это плохая идея, - высказал своё отношение к его плану Себастьян.       - Это отличная идея. Чембер не поймёт, что это я, даже если заговорит со мной, - Сиэль махнул рукой извозчику, чья карета стояла чуть поодаль от них, выше по улице, - И уж точно получше, чем похитить его и пытать в подвале.       - Можно и не похищать. Мне нужно всего пять минут, и он сознается Вам во всех своих грехах, - предпринял ещё одну попытку уговорить своего хозяина слуга.       - Я уже сказал, что нет, - твёрдо возразил парень.       Карета подъехала и остановилась перед ними, извозчик разочарованно вздохнул, увидев, что его клиенты «трезвы». Возможно, он хотел запросить цену повыше, а может и надеялся пройтись по их карманам, если пассажирам не повезёт отключиться по пути.       Фантомхайв сказал, куда ехать, ещё сильнее расстроив возницу перспективой дальней поездки без всякого шанса подобрать кого-нибудь на обратном пути.       В итоге, когда они сели в карету, мужчина так сильно хлестнул лошадей с досады, что экипаж резко сорвался с места, и Сиэль чуть не упал с сиденья. Себастьян поймал его и, подержав в своих объятьях несколько секунд, усадил обратно.       - Пусть будет по-Вашему, господин. Посмотрим, что из этого получится, - с издевкой сказал демон, улыбнувшись.       - Да, посмотрим.