"Разговоры ни о чем" или "Путь к доверию"

- Это что еще такое? – с подозрением нахмурился Йорвет, когда Трисс протянула ему подозрительную маленькую баночку. Будь его воля, он вовсе не позволил бы чародейке прикоснуться к себе, раз уж сам может ходить. Что раны? Заживут, заживало и не такое. Но Меригольд умела настоять на своем – мягко и немного насмешливо. «Уж не боишься ли ты меня, гордый Aen Seidhe?» Она говорила это достаточно остро, чтобы уколоть, но достаточно мягко, чтобы не задеть. И как только такое могло сочетаться – ловкая манипуляция из самого, как утверждал Геральт, искреннего беспокойства? В конце концов даже упрямейший эльф на свете решил, что проще вытерпеть диагностическое заклинание Трисс, чем дальше слушать ее подколы. - Тебя беспокоит шрам на лице, - пояснила чародейка. – Эта мазь снимет воспаление и уймет боль. Я могла бы обработать его, но ты ведь не позволишь, - в ее голосе, кажется, было больше беспокойства, чем следовало бы. - Я не нуждаюсь в твоей жалости, ведьма! – резко ответил эльф. Сдавленный повязкой шрам действительно болезненно пульсировал, но это были совсем уж мелочи по сравнению с настоящими ранами. И если те почти зажили, то на подобное вовсе не стоило обращать внимания. – И в твоей мази тоже. Трисс терпеливо вздохнула. - Это не жалость. Я не знаю, как это принято у эльфов, но у людей это называется «сочувствие», - тихо и серьезно проговорила она, встретившись взглядом со скоя’таэлем. – Я уверена, что ты способен перетерпеть, только не понимаю, зачем тебе это делать. Что и кому ты хочешь доказать, Йорвет? Я понимаю, что ты меньше всего хотел бы показать свои слабости кому-либо, тем более – чародейке. Возможно, я такого доверия с твоей стороны и не заслужила. Но я прошу лишь принять немного помощи, которая была бы кстати. В конце концов, ты не стесняешься стащить со стола что повкуснее, - Меригольд ласково усмехнулась, стараясь, чтобы разговор не стал слишком серьезным и не пробудил у Йорвета его истинно эльфскую принципиальность. – Тебя так смущает, что эту баночку я предлагаю тебе сама? Могу закрыть глаза и отвернуться. Эльф упрямо поджал губы. Чертова ведьма вновь подловила его! Как только ей удавалось… В конце концов, есть ли что-то более бессмысленное – манипулировать им, чтобы ему же помочь! Дурацкое положение… Впрочем, он же позволял себе вестись на эти провокации Трисс. Ведь избегать ее в огромном Каэр Морхене – что может быть проще. Но Йорвет не стал, позволил ведьме играть с ним, хотя ненавидел это. Ждал, когда сможет подловить ее саму. Когда раскроется ее подлая чародейская натура, когда наконец она покажет себя во всей красе и когда проявится, что ей на самом деле нужно от Йорвета. Но с Трисс все было иначе, чем он планировал. Она действительно старалась помочь. Всем, что было в ее распоряжении – в том числе и своими хитростями, так свойственными женщинам вообще и чародейкам в частности. Даже ей, самой прямой и дружелюбной из них. Потому Йорвет и позволил себя поймать. Он часто повторял себе, что настороже следует быть с любым. Но инстинктивно чувствовал – Трисс не опасна. И в глубине души, поддаваясь на ее игру, гордый Aen Seidhe надеялся убедиться в этом. И убедился. Пусть и не до конца – Йорвет никому не доверял до конца. - Отдай, - коротко, будто отдавая приказ, проговорил эльф и протянул руку. Меригольд передала баночку Йорвету, немного насторожившись. Зная его непредсказуемую натуру, эльф мог метнуть ее в окно. Но он направился к двери из комнаты, не произнеся ни единого слова. Лишь на пороге он замер на несколько секунд, чтобы, не оборачиваясь, сказать: - У моего доверия к тебе очень тесные границы. Дверь захлопнулась, едва он договорил. Трисс покачала головой ему вслед: - Foile asail.* *Безумный осел