Имя.

      Бакуго ходил среди обломков, чуть пошатываясь и пытаясь хоть краем глаза зацепиться за дурацкий зеленый костюм, который всегда казался ему дико нелепым. Но он не видел практически ничего кроме горстей земли, чужих тел и обломков каких-то зданий. Битва получилась куда грандиознее, чем кто-либо вообще мог себе представить. И пострадало намного больше героев, чем они планировали. Скорые и полиция ходили и разъезжали по всей округе, зеваки не могли пройти мимо и просто пялились на то, что там произошло.       Отовсюду слышались голоса. Немного приглушенные. Работники полиции заключали под стражу злодеев, а доктора забирали сильно пострадавших героев. Не было тех, кого не коснулись в этой битве. У каждого были травмы той или иной тяжести.       Сам Бакуго несильно пострадал, но ногу неприятно тянуло, и он немного хромал, пытаясь найти Деку. Его куда-то отбросило, но было слишком много дел, чтобы тут же ринуться искать человека, жизнь которого сегодня зависела только от случайности. Кажется, она не произошла. Это понимали все, кто принимал участие в сегодняшней битве и знал план.       Противник был силен, но взят живым. Именно этого хотела вся сегодняшняя группа и подгруппа героев. Каждый принял участие в этом и на каждом теперь лежит немалый груз ответственности за произошедшее. Эвакуация пошла кувырком и несколько человек пострадало. Пара союзников Шигараки все-таки сбежали, но к ним уже кинули вдогонку другие герои. Так и не вернулись, кстати.       Выглядели ужасно не только сами участники сражения, но и место вокруг. Кажется, им припишут не только самую грандиозную битву, но и самый большой погром. Все и впрямь выглядело как-то… даже слишком удручающе. Сегодня была хорошая погода и ярко светило солнце, но, кажется, героям это несильно помогло.       Обессиливший Всемогущий смотрел на Бакуго с неимоверной печалью, кивая на оторванный кусок дурацкого зеленого костюма, который Деку носил до сих пор. Кацуки хотел прошипеть что-то угрожающее, мол, если ты умер, то я взорву тебя, но потом он понял, насколько глупо это сейчас может звучать.       Единственной надеждой на то, что Деку жив было лишь то, что на запястье Бакуго ничего не появилось. Он специально проверил это, как только битва закончилась. Но… кто знает, может быть он ошибся и Изуку никогда и не являлся его соулмейтом. От этого было еще более обидно. Какого хрена он тогда таскается за ним всю жизнь?       Опустившись рядом с Деку на колени, он тут же нащупал слабый пульс. Но он же дышал, значит мог бы и выжить. — К-Каччан? — тихо-тихо прошептал Мидория, приоткрывая глаза. Все его тело было в ранах, ссадинах и ушибах. Кажется, кто-то выложился на все двести, не то, что сто процентов.       Костюм разорван, маска вообще валялась непонятно где. Около подбородка бежала тонкая струйка крови. Волосы были все в земли и пыли, отчего зеленые непослушные пряди казались каким-то прям совсем тусклыми, как и глаза Деку. Изуку все-таки приоткрыл глаза, жмурясь от яркого солнца и болезненно, но широко улыбаясь.       — Хорошо, что ты меня нашел. Я… очень рад, что ты здесь, — он выдохнул и положил голову на грудь Кацуки.       Сжав челюсти, Бакуго смотрел на Деку как-то отрешенно и даже испуганно. Всего его лицо стало гладким, он перестал хмуриться и даже приоткрыл рот от удивления.       — Эй, Деку, держись, — на мгновение голос стал хриплым и тихим.       — Деку, пожалуйста, — глаза беспомощно забегали, и он прижал к себе парня.       — Не смей умирать у меня на руках, гребаный ты недогерой, — прошипев, он немного потряс Деку за плечо, но тот никак не отреагировал.       Где-то вдали до них уже бежали остальные герои, врачи, но Бакуго не слышал всего этого шума и суматохи. Он даже не заметил, как тело Мидории забрали у него из рук.       Кацуки молча смотрел на свой запястье, на котором все-таки появилось имя: Мидория Изуку.