Новый рой для старой королевы

      Лучи яркого дневного солнца прорезались сквозь густой лес на окраине болот близ Балтимера. Они озаряли своим ярким и теплым светом раскинувшиеся мангровые заросли, корни которых надежно сцепляли островки суши, не давая тем окончательно развалиться. В лесу отчетливо пахло цветками шипастой азалии, душистым и бодрящим багульником, с коричными нотками высоких ярко-зеленых зарослей благородного аира, так же немного отдавало болотным торфом, но этот запах скорее походил на густой и смолянистый аромат трухлявой древесины – он был скорее необычным, чем противным.       Тут и там слышалось приглушенное кваканье лягушек, расположившихся на огромных листах кувшинок и радужных лотосах. Нужно сказать, что это совсем не было болотом в привычном понимании, вода здесь была чистой, чище чем во многих озерах Эквестрии, да что там, это место и само когда-то было огромным озером, которое со временем претерпело огромные изменения, пройдя через множество циклов застоев, высыхания, эрозии почв и оседания пород. В конце концов тут и там возникли большие и малые островки суши, на которых в скором времени возникли мангровые заросли.       Но интересовало нас сейчас совсем не это. Прямо здесь и прямо сейчас, между зарослями болотных деревьев летела Кризалис – бывшая королева роя.       Она проносилась с невероятной скоростью меж деревьев, снося собой ветки и листья, проносилась как огромная ярко-зеленая стрела, стрекоча своими большими и причудливо изрезанными, но не менее прекрасными от этого крыльями. Как стрела, с тем лишь отличием, что натянуло её не крепкое и сильное копыто лучника, а сила, которая зародилась в ней, когда собственные дети предали её. Когда эти мерзкие пони вместе с этим жалким предателем Тораксом отняли у неё все, что ей было так дорого – отняли рой.       Гнев, ярость и обида – смешиваясь в различных пропорциях эти омерзительные чувства питали её, заставляя ещё усерднее работать крыльями и лететь так далеко и так быстро туда, куда летят глаза…       Она была измотана, на глазах виднелись слезы, а на пасти – звериный оскал, который она никак не могла спрятать. Ей рой, её дети… её величайшее творение загубили, так и не дав ему полностью раскрыться, а самой ей пришлось податься в бега, хотя… она знала, что это было лишь временной мерой. Временной, потому что жизнь более не представляла для неё смысла.       Измотанное чувствами, сражением и полетом тело больше не могло терпеть. Её крылья в одно мгновение застыли, а сама королева, приняв свою судьбу, начала свое скоротечное падение вниз…       Теперь все было кончено…       “Почему жизнь так несправедлива?” – подумалось ей. “Я просто хотела лучшего для них…”       Кризалис никогда не была монстром, никогда не была чрезмерно жестокой и не требовала невозможного. Королева никогда не была той, о ком так упорно твердил Кантерлот, никогда не была той, какой её знала Селестия или даже Торакс…       Все эти годы она просто старалась защитить их, уберечь от опасностей внешнего мира. Но времена менялись, еды растущему рою не хватало, и она прибегнула к более радикальным методам. Разве стоила свобода одного аликорна и её мужа выживания целого вида? Разве это было справедливо? Едва ли, поэтому на что только не пришлось идти Кризалис, чтобы сохранить рой после того позорного поражения. И ведь дело было вовсе не в том – злая она или нет, стоило ли ей обратиться за помощью к Селестии или так и пытаться выживать дальше самой. Нет, дело было далеко не в этом.       Кризалис знала истинный облик Селестии, знала истинную Луну, как знала и то, что никакой Найтмэр Мун никогда не было. Но кто поверил бы ей? Просить помощи у них, было равнозначно смерти роя, поскольку именно этого они и желали. Ведь никто и никогда не задумывался о том, кто такие чейнджлинги, а почему?       Потому что никаких чейнджлингов никогда и не было. Это были обычные пони. Угнетенные и забитые, брошенные на смерть и страдания своими повелителями, первые чейджлинги были простым отрядом ученых и охранявших их гвардейцев, отправленных к самому сердцу Черного леса, семя которого через много веков породило подобный ему Вечнозеленый лес, близ которого и был основан Понивиль.       Не все они вернулись, а с теми, кто вернулись, происходили ужасающие и непредсказуемые трансформации. Они все время изменялись и мутировали, принимая все новые и новые облики. Аликорны могли излечить их, но… они не стали этого делать. Потому что эти исследователи были простым расходным материалом, вещью, инструментом, которым они воспользовались, чтобы получить осколок сердца леса. Их просто изгнали, оставив на верную смерть за воротами замка, а вместе с ними угодила и придворная единорог-советчик, имя которой давно потеряно в веках. Но теперь у неё было новое имя – Кризалис, другого ей и не нужно было. Как и помощи аликорнов, принесших ей и её родным столько боли и страданий, сколько им и не снилось…       Оглушительный удар разогнанного тела верховного чейджлинга о голубовато-зеленую, как и оттенок её глаз, воду и вот она уже под толщей воды, медленно уходя с каждым мгновением все глубже и глубже. Она могла легко выбраться, просто всплыть и жить дальше, пытаться что-то сделать, как-то отомстить… но зачем? Для чего?       Её целью никогда не была месть, она просто хотела выжить. Да и слишком большая ответственность пала на кобылку, которая когда-то была обычным единорогом, возможно она так и не свыклась с этой ролью. Все эти королевские дела, вся эта власть, туманящая разум, все эти попытки разнести слухи и байки о кровожадных жукопони, крадущих любовь – все это было не для неё. Да и все было уже кончено. Ей больше незачем жить, она больше не нужна тем, кого поклялась защищать почти тысячелетие назад, они просто избавились от неё в угоду Торакса… Вот она – справедливость.       Самым смешным было то, что чейнджлинги никогда не питались любовью, как и другими чувствами. Они питались особыми полями, которые концентрировались вокруг пони, когда те волей или неволей использовали магию, даже и не замечая этого. Этот особый вид экзотической материи позволял чейджлингам стабилизировать свою клеточную структуру, без неё перевертыши не могли контролировать превращения, а в скором времени сгорали зеленым пламенем. Возможно, будь её армия хоть немного больше, они даже смогли бы поглотить тот выброс, устроенный Шайнингом и Каденс, но он оказался им не по зубам.       Очень быстро вода заливалась в горло через рот и ноздри, струйка за струйкой она попадала в легкие… Хотелось кашлять, хотелось одуматься и всплыть, но Кризалис не делала этого, для неё все было кончено ещё день назад. Смерть королевы была лишь вопросом времени.       Сознание медленно растворялось с последними пузырьками воздуха, лопающимися на поверхности. Перед глазами Кризалис проходила все её жизнь… Детство, юность и первый месяц работы, который обернулся для неё ужасом. Ведь именно в это время она и заступилась за несчастных и умирающих пони, за что и сама попала в немилость государей, после чего её вместе с ними вышвырнули из дворца заклинанием далеко отсюда, чтобы никто и никогда более не видел этих мерзких созданий.       Кризалис бы и хотелось совершить месть, отомстить за все поколения несчастных чейджлингов, за всю ту боль, что она пережила и переживают её подданные, но у неё больше не было сил, не было желания, не было её детей… Когда-то она была королевой чейнджлингов, а теперь погибает в слезах и горе в полном одиночестве посреди этого мерзкого болота…