Слабо или не слабо?

And when I’m gone We’ll meet again As often do the closest friends So dry your eyes And lay me down I tell you this is not the end*

***

      Они практически все свое свободное время были вместе: покупки в магазинах, поход в кино, ужин в ресторане, тихие и уютные вечера дома с пледом и миской клубники со сливками. Саске никогда не был из тех парней, которые поют серенады под окнами любимым, сочиняют стихи, посвящают песни и прочий ванильный бред, для него даже сказать «я люблю тебя» было равносильно двенадцати подвигам Геракла. Он привык доказывать свои чувства не сопливыми цитатками из «пацанских» пабликов, а настоящими мужскими поступками, ведь именно поступки говорят сами за себя, и Сакура убеждалась в этом не первый раз. На Саске можно было положиться в любом вопросе, он мог поддержать, мог приехать лично и решить какой-то вопрос, да даже мог прибить полку (!) что уже вызывало желание поставить ему золотой памятник. Сакура знала за кем бегать, так сказать, ее стрела попала в нужную мишень. По этому, когда Саске, казалось, крепко спал, повернувшись к девушке спиной, розововолосая красотка благодарила всех ками за то, что могла быть рядом с возлюбленным и быть ему опорой, наслаждаться его прикосновениями, упиваться его ласками, что посвящались лишь ей одной, ловить на себе его нежный и в тоже время страстный взгляд, любоваться его искренней улыбкой.       Да, во сне Саске выглядел таким милым, что хотелось тискать его словно мягкую игрушку: умиротворенное лицо, чуть подрагивающие уголки губ, слегка румяные щеки — картина маслом! Сакура обняла брюнета со спины прошептав «люблю тебя» и поцеловав мужчину в плечо, тихонько встала с постели. Приняв прохладный душ, девушка покинула ванную и направилась на кухню готовить легкий завтрак. Решив не заморачиваться с выбором блюда, девушка сделала овощной омлет, сделала салат с помидорками черри, что так любил Саске, и заварила свежий кофе. Разливая кофе по чашкам, девушка от неожиданности вздрогнула и чуть не обожглась горячим напитком — теплые ладони ее мужчины гладили стройное тело, что было скрыто под коротким шелковым халатом. — Совсем с ума сошел? Учиха, у меня кофе горячий в руках, который я на себя чуть не вылила!       Саске усмехнулся и быстро поцеловав свою фурию в щеку, уселся на стул. Сакура готовила действительно вкусно, в чем мужчина каждый раз убеждался поедая приготовленные ею завтраки-обеды-ужины. Да и вообще, отношения с этой девушкой казались мужчине самыми ценными для него, и потерять ее он боялся больше всего на свете.       Что-то явно беспокоило брюнета, о чем свидетельствовала его напряженная поза, отстраненный и слегка насупленный взгляд, да и излюбленная манера закусывать кончик большого пальца… Девушка не знала что сказать, поэтому старалась не нарушать и так затянувшуюся тишину, надеясь что Саске все же скажет хоть что-то, но он упорно молчал то и дело смотря вроде бы и на Сакуру, но в тоже время куда-то в сторону. Внезапный телефонный звонок заставил брюнета вынырнуть из своих размышлений. Девушка осталась на кухне. Настроение заметно ухудшалось и причина крылась в поведении Саске: что его гложило и почему от так не хотел поделиться с ней наболевшим? Оставалось ждать. Оставив девушку на кухне, брюнет прошел в гостиную где и раздавалась относительно громкая мелодия его мобильного. Номер был не подписан. — Саске-сан, здравствуйте и ради бога, простите что беспокою Вас в Ваш выходной, но возникли проблемы с системой безопасности: кто-то взломал систему и произошла утечка всей важной информации касающейся компании. Нужно Ваше присутствие дабы разрешить эту проблему. Голос казался смутно знакомым, но мужчина никак не мог вспомнить кому именно он принадлежал. — Я сейчас не могу приехать — возникли неотложные обстоятельства с одним из членов семьи, нужно его срочно отвезти в больницу. Разве моего заместителя нет на месте? Куда делся Хидан и если уж возникли такие проблемы, почему мне раньше не позвонили? Что у вас там творится, мать вашу?       Собеседник на том конце провода явно пытался найти выход из сложившейся ситуации судя по подрагивающему голосу, что не укрылось от внимания Саске, который сильнее сжал телефон в руке. Сакура, увидев состояние своего мужчины, могла лишь наблюдать боясь сделать лишнее движение или сказать что-то не то: когда Саске злился, он становился неуправляемым и мог сорваться по любому поводу, по этому девушка старалась терпеливо додождаться конца беседы дабы Саске мог спокойно все объяснить. — Саске-сан, я приношу свои глубочайшие извенения за некомпетентность работником. Мы слишком поздно обнаружили ошибку и считали, что сможем быстро от нее избавится так как была надежда, что произошел простой сбой в программе, что не редкость, но ситуация вышла из под контроля и переросла в хакерскую атаку, которую все еще пытаются починить. Вашего заместителя никто не смог найти, мы вынуждены были связатся с Вами и...Я все понимаю, у Вас выходной и Вы хотели отдохнуть, но нужно что б Вы приехали и помогли разобраться. Виновных мы постараемся найти и наказать. — Черт! Хорошо, буду через час, не раньше.       Отшвырнув от себя телефон, Саске резко сел на диван и запустил руки в черные волосы, сжимая их. С одной стороны вся эта ситуация казалась уж больно подозрительной, но с другой… А вдруг и правда кто-то их взломал и произошла утечка информации? Это чревато огромными проблемами! В мыслях творился сущий хаос.       Сакура опустилась перед брюнетом на колени, обнимая того. Нежно взяв его ладони в свои, девушка легонько их поцеловала и сжала в своих руках, хоть как-то пытаясь успокоить возлюбленного. Тяжело выдохнув, Саске отстранил от себя ничего не понимающую розововласку и пройдя в прихожую, стал наспех натягивать на себя пальто. Было какое-то неспокойное чувство на душе, да и в голове творился сплошной кавардак. Сакура пошла вслед за парнем, который завязывал шнурки на ботинках. — И как скоро ты вернешься? Мы хотели сегодня в гости к Суйгецу и Карин сходить… Саске что-то невнятно пробурчал и, схватив сумку с документами, открыл входную дверь. Повернувшись к девушке, Учиха в последний раз посмотрел на явно уязвленную таким поведением возлюбленную, произнеся на последок: — Честно, понятия не имею когда приду — эти имбецилы и шагу без меня не в состоянии сделать и хотя бы на сутки оставить меня в покое, поэтому я вынужден сейчас ехать и решать гору проблем. Очень тебя прошу, никуда не выходи без особой надобности, а если и нужно будет выйти — позвони тому же Суйгетсу, на него всегда можно положиться, другим я не особо доверяю. Как только закончу все дела, сразу же поеду домой. Да, и извинись перед Карин за то, что не смогу к ним придти с тобой. — Ладно, сделаю вид что совсем на тебя не обижаюсь и прощу тебя с одним малюсеньким условием,— снисходительно произнесла Сакура, поправляя на Учихе шарф,— только без глупостей и возвращайся целым и невридимым. Слабо или не слабо? Губы Саске скривились в усмешке. — Опять ты за свое? Я не на войну собрался, так что не волнуйся на счет «целым и невридимым». Все, я побежал.       Когда мужчина наконец-таки ушел, Сакура захлопнула дверь и направилась на кухню, решив сделать себе что-то на перекус перед предстоящим киномарафоном.

***

      Добравшись до работы предельно быстро, я удивился, поднявшись на свой этаж — персонал спокойно выполнял свою работу, некоторые вежливо поприветствовали меня и уткнулись в свои мониторы, что-то набирая на клавиатурах. Ничерта не понимая, я вошел в свой кабинет и мои руки непроизвольно сжались в кулаки, до крови впиваясь ногтями в бледную кожу — Сасори вальяжно развалился в моем кресле, держа в руках бокал коньяка и разговаривал с кем-то по телефону. Смазливая мордашка словно умоляла меня врезать по ней прямо сейчас, но что-то мне подсказывало, что предстоял не особо приятный разговор с этим типом. Залпом выпив остатки янтарной жидкости и окончив разговор, Сасори поставил бокал на стол и жестом пригласил меня сесть. Вопиющая наглость: мне разрешают сесть в моем собственном кабинете да еще спокойно хлещут коллекционный коньяк! — Замечательный вкус у тебя, Учиха-младший, такого вкусного коньяка я давненько не пробовал. — Специально для такого случая приберег,— процедил брюнет сквозь зубы,— говори зачем сюда приперся и выдернул меня из дома в мой законный выходной, придумывая столь идиотскую историю с утечкой данных. — Не шуми, Саске, этот разговор много времени не займет, да и речь пойдет конкретно о тебе и твоей сучке розововолосой. Ты думаешь я сам сюда пожаловал, мол делать мне нечего нежели отлавливать тебя и тратить на глупый разговор свое драгоценное время? Меня твой отец сюда прислал. — Какого черта Фугаку нужно? Неужели до него в прошлый раз не дошло, что я в ваши дебильные игры не играю и Сакура тоже? — Касательно Сакуры: можешь считать что с этой минуты ее больше нет — прямой указ твоего отца, а именно: найти и уничтожить любой ценой. Он как был одержим идеей «чистокровных семей», так и дальше следует ей, а Сакура для него как балласт, от которого необходимо избавиться. Вот он и решил убрать ее дабы обеспечить родному сынульке «счастливое будущее, которое не обсуждается»,— Сасори передразнил манеру речи Фугаку,— его идеалы о чистоте «расы» меня уже утомили, его не переубедить, да и желания нет влезать в ваши семейные разборки. Ты ведь сам знаешь, что если твоему папаше взбредет что-то в голову, он не успокоится до тех пор, пока не осуществит свой задум. Я тут лишь за тем, чтоб сообщить тете принеприятнейшее известие: Харуно Сакуры больше нет. — Что. Ты. Сказал?— сорвавшись с места, мужчина, чьи глаза были темнее ночи, подлетел к Сасори, не помня себя от ярости схватил его за горло, впиваясь ногтями в кожу до крови, пытаясь придушить ублюдка на ровном месте. Своего начальника от "жертвы" оттаскивало четверо служащих, которых обеспокоил крик шефа.       Я не помнил как меня оттаскивали четверка рослых работников, как покинул офис и оказался на шумной улице…я ничего из этого не помнил, не помнил, как добрался домой и увидел на пороге квартиры кровавый след. Последнее что помню — победный смех Сасори, что до сих пор стоял в ушах.       На ватных ногах я вошел в квартиру. Бардак, разбросанные и сломанные вещи, тошнотворный запах крови, которая была везде: на обоях, полу, каких-то тряпках. Сердце пропустило глухой удар. Ее обнаженное тело лежало посреди комнаты, посреди всего этого хаоса, в огромной луже крови, все израненное, в синяках и кровоподтеках. Я, ничего не соображая, медленно обвел взглядом комнату и прикрыв глаза рухнул возле девушки на колени, беря ее ледяную руку в свою. Я понимал, что должен был хоть что-то сделать, но что, ведь ее кожа мертвенно бледная, холодная, губы посиневшие а сердце давно перестало биться о грудную клетку. Вот так, перечеркнуть все, убить беспощадно то, то было мне самым дорогим в жизни…       Саске был похож на обезумевшего от горя человека: бережно убрав прилипшие ко лбу розовые пряди длинных волос, мужчина притянул к себе девушку и стал качаться вперед-назад, что-то напевая себе под нос. Стеклянные глаза смотрели в одну точку, а руки крепко прижимали к груди мертвое тело возлюбленной. Резко остановившись, Саске завыл подобно раненному волку, потом вой перерос в безудержный крик до хрипоты. Он орал громко, кричал так, словно ему вырвали сердце, хотя по сути так оно и было. Руки ни на секунду не отпускали тело любимой, губы целовали бледные щеки, нос, губы. Хотелось что б все это было страшным сном, хотелось проснуться, убеждаясь в том, что Сакура вот она, жива и невридима, в его футболке, с пучком на голове, стоит на кухне и готовит ужин, но реальность нещадно добивала и без того убитого горем мужчину. Жизнь потеряла всякий смысл, все было кончено.       Он не знал сколько времени просидел так. Телефон в который раз разрывался от звонков, но было наплевать на все, наступила полная апатия. Таким безжизненным, с опущенной головой, скулящим его и нашел Суйгецу, что был крайне обеспокоен тем, что его друг не брал трубку, да и практически исчез со всех «радаров». То, что он увидел, заставило желудок скрутится и выплеснуть наружу недавно съеденный обед, а зрелище было не для слабонервных. — Ебаный ты в рот, это что за пиздец? С-сакура…это что, она? Твою ж мать… Суйгецу осторожно минуя разбросанные по всюду тряпки и части мебели, осторожно подошел к Саске и дальше не знал что делать – слова были лишними, да и чем они в данной ситуации помогли бы. — Она просто спит,— казалось, Саске был в бреду, не понимая ничего,— вот-вот проснется и непременно разозлится из-за бардака. Нужно все привести в порядок… — Саске, послушай, я…Кто ж сотворил такое? Как у него рука-то поднялась? Ками-сама, что я Карин скажу? — С ней все хорошо!— отчаянно крикнул брюнет, гневно смотря в сторону друга, на что Суйгецу просто решил промолчать — состояние Саске было плачевным и нужна была конкретная помощь специалистов. То, что произошло…то, как поступили с Сакурой, было выше всяких пониманий. Пепельноволосому хотелось лично найти и превратить убийцу в кровавое месиво. Было страшно за Саске, руки тряслись как у гребаного наркомана. Парень сел в углу, что был более-менее чист и набрал одному ему известный номер. — Да, это я, нам срочно нужна помощь. Адрес? Район Хирокава, дом третий, напротив магазина «Судзуми». Приезжайте быстрее, это экстренная ситуация и я очень боюсь за жизнь и состояние своего друга.       Отбросив телефон в сторону, Суйгецу пододвинулся к Саске и трепетно положил ладонь на плечо мертвой девушки. Голова резко заболела, в ушах стоял шум, в горле встал комок, мешающий вымолвить хоть слово, хотя какие тут слова. А дальше все было как в замедленной съемке фильма: кто-то пришел, тело осторожно забрали под дикие крики брюнета, в которое тот вцепился мертвой хваткой, их вывели на улицу и посадили в машину, вколов буйному Учихе дозу успокоительного. Шел сильный ливень. Казалось, он тоже скорбит… ____________________________________________________________________________ * Clare Maguire - This is not the end