l l l l l l l l l
18 июня 2018 г., 01:24
12:33 [вложение]
Удивленный, ты переходишь по скинутой Антоном ссылке. На белом фоне крутится маленький кружок загрузки. Пару секунд кажутся вечностью. Что там может быть? Антон решился прислать свое фото? Там снимок билета, чтобы ты не забыл часы прилета? Как будто это возможно. Ты успеваешь обдумать десятки возможных вариантов. А потом изображение загружается. Что. 12:35 Антон 12:35 Шаст 12:35 зачем ты это кинул?12:49 это мы.
Сердце пропускает удар. Он не может знать. Нет. Нет-нет-нет. Мы никогда не обсуждали это. Господи. Просто случайность. Все хорошо, просто случайность.12:49 я в такси, Арс. 5 часов.
12:51 5 часов, Шаст. Ты тяжело вздыхаешь. Хочется выпить коньяка, осушить стакан залпом, почувствовать, как огонь обжигает изнутри, отвлечься. Случайности не случайны, но из всех правил есть исключения, ведь так? И эта - одно из них. Сердце, наверное, хочет выпрыгнуть из груди. Или чего ты, блять, добиваешься, мышца ебаная? Спокойнее. Пять часов, и все станет на свои места. Руки трясутся, ладони потеют, горло душат слезы. Что с тобой? Веди себя нормально, ты даже не в километре от него. Арсений откладывает телефон и идет на кухню, чтобы заварить очередную чашку кофе и отвлечься от собственных мыслей. У него объективно плохо получается. — Ты опять куришь? Вздрогнув от неожиданности, девушка обернулась. Глаза, красные от слез (и бессонной ночи? добро пожаловать в клуб?), смотрели отрешенно, словно она все еще думала о чем-то своем, но изо всех сил старалась быть здесь. Ее руки, объятые дрожью, сжимали пачку сигарет, на подоконнике стояла пустая приспособленная под окурки банка из-под кофе, каких в доме Поповых теперь было бессчетное количество. Между плотно сжатых губ покоилась тонкая сигарета со следами губной помады; медленно тлея, она, подобно дереву, сбрасывала серые сгоревшие листья: пепел медленно опускался, кружась в потоке ветра. Девушка рассеянно заправила выбившийся локон за ухо. — А тебе не все равно? От ее голоса, беспомощного и обреченного, сжималось сердце. Мужчина устало потер переносицу, подходя к окну и медленно сокращая расстояние между собой и женой. Она забралась на подоконник, обняв худые колени и положив на них голову. — Не хочешь поговорить? - вопросительно посмотрел Арсений. Она устало качнула головой. - А вот я хочу, вернее, думаю, что это необходимо. Девушка молча смотрела на него в ожидании. Ей-то давно все было понятно. — Пожалуйста? - Арсений осторожно опустился на подоконник напротив жены. — Валяй, - она потянулась за очередной сигаретой. Мы все убиваем себя по-разному. — Я знаю, как это выглядит со стороны, но, клянусь, мы просто друзья, - ты сам-то в это веришь? - Антон такой жизнерадостный, такой интересный, такой искренний, такой... Потрясающий. Восхитительный. Невероятный. Он заставляет забыть обо всем плохом одним сообщением, одним правильно подобранным, вовремя сказанным словом. Он - лучшее, что случалось со мной. Звезды были бы горды собой, если бы узнали, что создали такого, как он. Не сболтни лишнего. — Он отличный друг и просто замечательный человек, - Арсений мельком взглянул на девушку, - друг, которого у меня никогда не было. Она задумчиво посмотрела на мужа. — Так вот. Ты же помнишь, что он приезжает сегодня? - девушка кивнула. - Я бы хотел вас познакомить. Честное слово, он тебе понравится. Согласись, пожалуйста. В ее взгляде читались непонимание, тревога, отчаяние, злость, вселенская тоска... Дождем смыло все эмоции. — Почему ты плачешь? Начинающие зарождаться энтузиазм и уверенность как рукой сняло. Голос Арсения прозвучал действительно обеспокоенно. Он встал, подошел к девушке, уткнувшейся в собственные ладони, и мягко обнял ее за плечи. Согласись, пожалуйста. — Что тебя беспокоит? - а то ты сам не в курсе. - Расскажи мне. — Ты все еще любишь меня, Арсений? - жалобно прошептала девушка, подняв на мужа заплаканные глаза. Арсений горько улыбнулся и, поцеловав жену в лоб, притянул к себе за подрагивающие плечи. Они оба знали ответ.***
Счастливые лица, тихие слова, ласковые прикосновения, нежные объятия, искренние слезы, дрожащие руки, заливистый смех, радостные крики, теплые улыбки. Недаром говорят, что аэропорты видели больше искренних поцелуев, чем загсы. Ошибочно полагать, что мы разучились любить. Да, мир увяз во лжи, разврате, несправедливости... Список можно продолжать часами, но не нужно этого делать. Если вы концентрируете внимание только на плохих вещах, флаг вам в руки, но смотреть на восьмистороннюю жизнь с одного угла неправильно. Ну, здравствуй, Антон. Я так долго ждал этой встречи. Мы. Мы так долго ждали этой встречи. Как ты долетел? Все в порядке? Может, обнимемся, как хорошие друзья? Рейс не задержали, чему Арсений был несказанно рад. Он нервно покусывал нижнюю губу, взглядом путешествуя по Бермудскому треугольнику: часы на стене, наручные часы, табло с указанным временем прибытия самолета. Еще круг. И еще один. Антон? Это ты? Я тебя так себе и представлял! Честное слово, ну прямо до мельчайших деталей. Давай помогу с чемоданом, ты, наверное, очень устал. Выход для прилетевших был только один, что значительно осложняло задачу. Антоном мог быть каждый из них. Каждый. Да и толпа собралась немаленькая, что только действовало на нервы. Еще больше, чем ожидание. С тем, что сорок пять минут урока тянутся бесконечно, ты уже разобрался. Арсений отсчитывал каждую секунду, каждая из которых имела начало, но не имела конца. Слушай, Арс, я, короче, на самолет опоздал, давай как-нибудь в другой раз? Да, конечно, мне тоже обидно, но там такая пробка была, просто жуть. Еще водила такой неприятный попался. Ну ладно, я позже напишу, хорошо? Ожидание - игрушка Дьявола. По внутренней связи аэровокзала сообщили, что самолет успешно приземлился.Полчаса, Арс.
Полчаса, Антон. Что там дальше? Досмотр? Господи, ну нельзя как-то побыстрее? Вы что, каждого будете досматривать? Да мы же тут до конца месяца простоим. Первый вышедший пассажир. Миловидная девушка с темными волосами. Точно не Антон. Она беспокойно пробежалась глазами по собравшейся толпе. В одно мгновение ее лицо озарила счастливая улыбка. Она помахала кому-то рукой и прибавила шагу. Арсений тяжело вздохнул. Голова, кажется, начала кружиться, а к горлу подступил ком. Дрожащими руками мужчина поднял лист картона. "Антон Шастун". Все, как я обещал. Воссоединившиеся семьи, отдохнувшие молодожены, уставшие знаменитости, одинокие путешественники, первые встречи интернет-друзей. Мы не разучились любить. Люди торопливо шагали подальше отсюда. Их было так много. Антоном мог быть каждый. Каждый. Голова кружилась, сердце готово было выпрыгнуть из груди, в глазах темнело. — Арс? - раздалось откуда-то сверху, и ты подумал, что умер. Голос прозвучал тихо, как будто с опаской, но одновременно с тем - завороженно. Мужчина поднял голову, и все вокруг перестало существовать. На него смотрел человеческий котенок с зелеными, как апрель, глазами. У него был чудесный носик и не менее прекрасная улыбка. Нет, его улыбка была восьмым чудом света, по непонятной причине до сих пор не внесенным в список к остальным семи. Его взгляд был нежнее всего на свете, мягче любого пера, ласковее прикосновения матери. Он смотрел восхищенно, так, словно перед ним был не Арсений, друг по переписке, а произведение искусства. Он смотрел так, как никто до него. И никто после. — Ну, привет, Арсений. Его голос звучал самой красивой мелодией, ласкал слух, не прилагая к этому ни малейших усилий. Его голос был одновременно песней и радостным криком ребенка, теплым одеялом и осенней прохладой. Скажи что-нибудь. — П-привет... Слова рождались в голове, но отказывались покидать отцовский дом и плыть дальше. Сейчас я бы хотел изобрести устройство для чтения мыслей. Ты столько всего хотел сказать, но не мог. Невозможно было бороться с желанием коснуться его. Это казалось сном. Наверное, я задремал, проверяя тетради. Это не может быть правдой. — Антон... Руки потянулись сами. Арсений дотронулся пальцами щеки Антона и пустил в ней корни. Пожалуйста, пусть этот момент длится вечность. — Арс... Антон немного нагнулся, обвивая Попова за талию, который, в свою очередь, заботливо положил голову парня на свое плечо, поглаживая взъерошенные волосы. Пожалуйста, пусть этот момент длится вечность. Пожалуйста.***
— Кстати, Шаст, - Арсению пришлось поднять голову, чтобы взглянуть на друга. Спустя бесконечность времени парни все же решили покинуть аэропорт. Они доехали на такси до парка неподалеку от гостиницы, в которой компанией-заказчиком уже был зарезервирован номер для Антона, и теперь шли мимо ярких витрин и невысоких домов, хранивших свою историю. — Арс? — Я хочу познакомить тебя со своей семьей, так что, - мужчина перевел дыхание, собираясь с мыслями, - не будешь ли ты так любезен не отказать и поприсутствовать на сегодняшнем ужине? Антон был явно удивлен такому предложению. — И твоя жена совсем не против? — Ну, она согласилась. Она согласилась, но тебе вовсе не обязательно знать, что я, как брошенная дворняга, таскался за ней, вымаливая дать тебе шанс, что я, вытирая слезы на ее щеках, дрожал в ожидании столь кроткого "да", что я ползал на коленях перед ней, забыв о достоинстве. И ты, Антон, тоже забудь, пожалуйста, все, что я писал. "Моя жена, кажется, ревнует к тебе". Идиот. "Ей не нравится, что мы так много времени проводим вместе". Кретин. "Сегодня опять скандалила, как же заебало". Ебаный придурок. "А я тебе не рассказывал, как она угрожала разводом?". Что же ты за человек такой, Арс? — Познакомлю тебя со своей дочерью, - мужчина тепло улыбнулся, - она замечательная девочка, просто маленькое солнышко, - прям как ты, Антон, - соглашайся.***
Тишину вспорол дверной звонок. Девушка в сотый раз взглянула на себя в зеркало, отсчитала пять секунд и открыла дверь. — А, это вы! Я ждала вас позже, ну, проходите! - она ласково улыбнулась и отошла, впуская гостей. То, что последние полчаса девушка провела возле окна, но, заметив выходящего из такси мужа, спряталась за занавеской, им знать необязательно. Арсений, придерживая дверь, пропустил вперед Антона, которому пришлось немного ссутулиться, дабы избежать удара головой, чем вызвал вздох умиления у друга. "Попов, ты светишься, как влюбленная семиклассница". Мужчина зашел следом и, обведя присутствующих взглядом, выдержал торжественную паузу. — Антон, эта женщина - моя чудесная жена, - ну сказанул, аж самого закоротило, - а этот замечательный парень - мой друг Антон, - обернулся Попов к жене. Девушка выдавила из себя, стоит отметить, ну очень естественную улыбку и протянула руку. То же сделал и Антон, пожав хрупкую ладонь. Внутри себя Арсений облегченно выдохнул: актеры сегодня отыгрывают наилучшим образом. — Кьяра! - позвал он. В чем в чем, а в искренности этой малышки сомневаться точно не придется. Дверь детской тихонько приоткрылась, выпуская девочку в коридор. Она улыбнулась папе и перевела взгляд на гостя, собираясь поздороваться. Внезапно уголки крошечных губ упали, превратив дружелюбную улыбку в испуганно приоткрытый рот. Смотря куда-то перед собой, девочка вспыхнула и остановилась, быстро потупив взгляд, что было совсем на нее непохоже. — Стесняется, наверное, - шепнул Арс. — Пойдемте ужинать, - предложила девушка, и все скрылись в дверях кухни. Все, кроме Кьяры. Девочка стояла как вкопанная и не могла поверить своим глазам.***
Они были повсюду. На улице, в магазине, на детской площадке, в школе - куда бы ни пошла маленькая девочка, все пестрило красным. Тонкое запястье классной учительницы обвивала нить, другой конец которой петлял змеей между ножками парт и стульев и исчезал в ближайшем окне. Дети тоже были связаны. Светловолосая девочка держалась за голову, из огромных голубых глаз катились слезы: — Он постоянно дергает меня за волосы! Мальчик, чье лицо было усыпано веснушками, как огромное поле желтыми головками одуванчиков, смеялся, не боясь наказания. Он сделает это и в другой раз. А потом еще. Крохотной пухлой ручкой с красным невидимым никому браслетом ухватится за тонкую косичку и начнет тянуть до тех пор, пока обладательница волос и такого же браслета не закричит. Кьяра облегченно вздыхает, когда в лабиринте находит нужную и понимает, что красная нить светловолосой девочки ведет к тихому, застенчивому мальчишке в очках. Ужин прошел... спокойно. В абсолютной тишине, изредка нарушаемой вопросами Антона и стуком приборов. — Вы очень хорошая пара, - Арсений нервно сглотнул, - как давно вы вместе? Девушка остановила на полпути ложку, наполненную салатом, и перевела бесцветный взгляд на мужа: — Около семи лет, - она отправила ложку в рот, уткнувшись глазами в тарелку. Было ясно, развлекательная программа в планы девушки не входила. — Антон, кстати, отличный менеджер, поэтому именно его отправили представлять компанию, - Арсений сверлил девушку взглядом, - вот почему он приехал сюда, в Петербург, - чуть ли не прокричал мужчина, делая акцент на каждом слове. И ничего. Девушка на секунду подняла глаза на Антона, кивнула, приподняв брови, и, тяжело вздохнув, продолжила разглядывать донельзя интересную пустую тарелку. Что за цирк ты устроила? Это было твоим планом изначально или ты так импровизируешь? Херово получается, спешу заметить. Какого хуя, блять, чего ради? — Это правда, - улыбнулся Антон. Разговор не клеился. — Твой друг, наверное, очень устал, - девушка вызывающе посмотрела на Арсения, - поздно уже, не пора ли баиньки? Милая, эта игра для двух игроков. — Ты как всегда права, дорогая, - мужчина приторно улыбнулся жене, - и правда, давно ночь за окном. А знаешь, Антон, оставайся у нас, зачем по такой темени шататься? Девушка застыла от неожиданности. Она сжала челюсти (и кулаки или тебе показалось?) и, сверкнув глазами, улыбнулась. — Отличная мысль, дорогой, - она говорила медленно, как будто делая точку после каждого слова, - в зале есть диван. — Ну вот и прекрасно! Мы ляжем в зале, идет? - Арсений, улыбаясь, смотрел на друга. — "Мы"? - девушка смотрела круглыми от возмущения глазами. Казалось, она еле сдерживается, чтобы не затрястись от негодования. - В этом доме есть кровать, которую ты обязан делить со своей супругой. Антон почувствовал себя лишним. Наблюдать подобные сцены никогда не бывает приятным, а, если у тебя нет права слова, тем более. Между лучшим-в-мире-человеком и его женой, казалось, пробежала искра, но не та, которая "буря, безумие"; они буквально испепеляли друг друга взглядами, метали друг в друга одолженные у Зевса молнии. — Я, наверное, в отеле переночую.***
— Извини, что так вышло, - Арсений тяжело вздохнул, зарывшись ладонью в свои волосы, - жутко неловко, не знаю, что на нее нашло. Не обманывай себя. Все ты знаешь. И Антон, он тоже знает. Они стояли в коридоре. Арсений, оперевшись о стену и сложив руки на груди, наблюдал за Антоном. Парень надел легкую куртку и провел рукой по волосам. — Все в порядке, - он нерешительно посмотрел на Попова. - Арс, мы увидимся теперь только завтра вечером, - он перевел взгляд на наручные часы, - вернее, сегодня вечером. Не знаю, сколько будет длиться встреча, но... — Мы встретимся после нее? - мужчина выпрямился и подошел к парню почти вплотную. Антон облегченно вздохнул. Целью поездки в Санкт-Петербург, конечно, было налаживание связи с новой компанией, но он давно понял, что в приоритете другая встреча. Шастун боялся, что после произошедшего Арсений поведет себя иначе. Мало ли что можно напридумывать, когда сердце и мозг перестали слаженно работать. До сдавливающего горло чувства одиночества три... — Об этом и хотел спросить. Надеюсь, - он смущенно помолчал, - мы оба этого хотим? — Обижаешь, Антон. — Тогда, - Шастун порылся в карманах куртки, - запиши мне свой номер, я позвоню, как закончу. Два... Арсений вбил одиннадцать цифр и вернул телефон парню. Между их лицами было от силы сантиметров двадцать. Попов стоял, задрав голову, и тонул в зелени глаз напротив. Ты когда-нибудь целовал человека, чье имя начинается на А? — Тогда до завтра? — До завтра, Шаст. Антон притянул мужчину к себе, обвивая голову одной рукой и положив на нее подбородок. Арсений уткнулся в его шею, вдыхая аромат парфюма. Один... Дверь закрыли.***
— А ты застеснялась, мне даже обидно стало, - он тепло улыбнулся, - хотел Антона с тобой познакомить, рассказывал о тебе столько всего. Девочка игнорировала присутствие отца, увлеченно рассматривая в темноте свои руки. — Я его проводил и к тебе сразу, думал, спишь уже. Поцеловать принцессу и пожелать ей сладких снов - моя первоочередная задача независимо от времени года и моего местонахождения, - Арсений тихо усмехнулся. - Ну, спокойной ночи? Ответа не поступило. Лунный свет проникал сквозь занавески и мягко рассеивался, заставляя глаза девочки блестеть. — Что-то случилось? - мужчина насторожился. Тишина. — Захочешь - расскажешь. Доброй ночи. Арсений поднялся с кровати, поцеловал малышку в лоб и подтянул одеяло. Уже возле двери тихий голос дочери заставил его остановиться: — Пап? "А они могли бы быть связаны как-то иначе?" "Связаны? - он сделал акцент на этом слове и ухмыльнулся. - Как нитью, что ли?" "Точно, нитью!" — Да, солнышко? " У тебя было много времени, чтобы подумать об этом? Твоя вселенная мне нравится даже больше, если честно." Девочка выбралась из-под одеяла и села на кровати. Ее лицо выглядело испуганным, взволнованным и печальным одновременно. Брови сдвинулись к переносице, глаза защипали от подступающих слез. — Между тобой и... дядей Антоном есть нить. Землю выбило из-под ног. Ее слова острейшим копьем вошли в затылок. Ты стоял в океане собственной крови, которая продолжала прибывать. Ты оглох, ослеп, онемел. — Что?.. Из больших глаз полились большие слезы. Щеки дочери оставались сухими. — Красная нить на твоем запястье стремится подальше отсюда. Я не знала, куда. А потом пришел дядя Антон. Ты видел, как у него много браслетов на руках? Может, поэтому ты не видишь ее? Я вижу, пап. Ты родился глухим, слепым, немым. Твоя дочь больше не была семилетней. У тебя не было дочери. Ты был инвалидом. Мертвый обездвиженный манекен. Слова стучали в висках, потому что крови у тебя никогда не было. — Этого не может быть... Ты сам все это придумал. И ее слова - сказка, рассказанная тобою. Твоя мама всегда говорила, что дети - впечатлительные натуры, помнишь? — Вы стояли так близко друг к другу, ваши руки почти соприкасались, пап, я не могла ошибиться. Ты выбежал из комнаты, в которой не осталось кислорода.***
— Привет, можешь поздравить, я выбил отличные условия для своей компании у одного богатого сверх меры мужика. Это можно отпраздновать. — Отличные новости, Шаст! Предлагаю что-нибудь выпить. — Принято, встретимся возле "Галереи" минут через сорок? — До встречи. Арсений сбросил вызов и вернулся к делу, от которого его отвлек звонок Антона. Из зеркала напротив смотрел какой-то незнакомец. Его взгляд был потухшим, вечно голубые глаза, которым посвящались девяносто процентов комплиментов, словно подернулись дымкой. Засуха унесла с собой глубочайшие океаны с лица Арсения, теперь это были две грязные лужи. Мужчина провел рукой по колючей щеке, отражение сделало то же самое. Странно. Удивленный, он вышел из ванной комнаты. — Куда ты собрался? От неожиданности Арсений вздрогнул и резко поднял голову. Меньше всего сейчас хотелось выяснять отношения с
Примечания:
я буквально выстрадала это. местами мне совсем не нравится, местами не совсем нравится. u know
я знаю, что "загсы" пишется по-другому, но мне не хочется там ставить четыре заглавные буквы подряд
(господи, отдельное спасибо за то, что исправляете в пб мои ошибки, опечатки и прочую херню, которую я тут пишу ааааааа)
