friends;

      — Юнги-я, — протянула Тэхён, плюхнувшись на диван и положив голову на плечо короткостриженой темноволосой девушки.       Юнги промычала в ответ. Она вовсе не хотела отвлекаться от романа Гюисманса «Наоборот». Тэхён совершенно не понимала её увлечения этим произведением, в котором не было чёткого сюжета — одни лишь описания картин и трактатов от лица главного героя. Тэхён просто не любила сложные тексты, в которые нужно было углубляться, а потому и читала только журналы, манхву и мангу.       — Давай чем-нибудь займёмся? Мне скучно… — Тэхён уместилась в кресле, свесив с подлокотника загорелые аккуратные ножки, которыми покачивала, и без интереса листала страницы модного журнала.       Тэхён была эгоистичной девочкой. Она вечно требовала к себе внимания от лучшей подруги, с которой жила и училась на одном филологическом факультете. Они были совершенно разными — будто с противоположных полюсов Земли, если не вселенной в целом. Тэхён обожала моду, особенно винтажные вещи, и никто не понимал, зачем она пошла на филфак, если совсем не интересовалась литературой, да и изучением корейского языка тоже. Но этого хотели её родители — мнение самой Тэхён никто слушать не стал. А Юнги не была сторонницей трендов. Она вообще не заморачивалась, в чём ходить, и надевала первое, что попадалось под руку. Она не любила выделяться — предпочитала сидеть в углу комнаты, заполненной гостями Тэхён. И так было до тех пор, пока Тэхён, уже нетрезвая и чересчур тактильная, не подбивала её на второй бокал коктейля.       И пусть они были такими разными, но между ними всё же было нечто, что связывало их. Это, конечно, была не любовь к литературе: Тэхён за всю свою жизнь едва ли прочитала хотя бы пару художественных произведений. Их связывало то, во что совершенно неожиданным образом обернулись их дружеские отношения.       На одной из мини-вечеринок, изрядно напившись, Тэхён зажала Юнги на кухне и впилась в её тонкие губы. Поцелуй получился слишком мокрым, грубым, а руки Юнги блуждали по разгорячённой и немного липкой от пота коже Тэхён, то и дело сжимая подтянутую задницу. Юнги безумно нравилось, как реагировало чужое тело на её прикосновения — оно слегка прогибалось под ладонями.       Впоследствии поцелуи продолжились уже в трезвом состоянии. Им это понравилось настолько, что они решили зайти дальше. Звонкие стоны Тэхён сносили крышу Юнги, когда она проникала в неё настолько глубоко, насколько позволяла длина тонких пальцев. Ей нравилось видеть Тэхён на всех поверхностях их квартиры: на кровати, когда та вжималась в матрас, цепляясь за растянутую футболку Юнги; на стиральной машинке, на подоконнике, на кухонной тумбе с раздвинутыми ногами, между которыми располагалась Юнги, словно только для неё и было предназначено это место. Юнги безумно любила сминать мягкие, немного пухлые губы подруги, кусать их и сталкиваться языками в жарком поцелуе.       Но в последнее время Юнги отдалилась. Стала холоднее с Тэхён. Та переживала, и потому всё чаще уходила к их другу Намджуну, не понимая, что именно он стал причиной раздражения Юнги. Только вот почему — она не знала. Точнее, не хотела признавать: Юнги её ревновала.       И даже сейчас Юнги продолжала злиться, стараясь не обращать внимания на предложение Тэхён чем-нибудь заняться. Она не хотела поддаваться её приятному голосу, от которого внизу живота начинало тянуть, и её пальцам, вплетавшимся в волосы. Поняв, что всё же зависла на этих мыслях и забыла о романе, Юнги ощутила, как внутри всё начинает закипать.       — Ну Юнги-и, — капризно протянула Тэхён, поджав накрашенные вишнёвым блеском губы. Это Юнги заметила краем глаза. — Ну тебе так сложно, что ли?       — Нет, — коротко ответила она, сделав небольшую паузу, отложив книгу и повернув голову к Тэхён. — Но с чего бы я должна нянчиться с тобой?       — Почему ты стала такой грубой со мной? — спросила Тэхён, ощущая, как внутри всё будто переворачивается, оставляя мерзкое, липкое послевкусие.       — Потому что нечего тереться около других, — резко бросила Юнги, взглянув прямо в глаза Тэхён, полные недоумения.       — Но когда это я тёрлась около кого-то, кроме тебя и Намджуна? Или… подожди. — Губы Тэхён тронула лёгкая улыбка. — Ты что, ревнуешь к нему? Он же просто друг.       — Мы тоже просто подруги. — Эти слова больно задели Тэхён, но Юнги продолжила: — Однако это нам не мешает заниматься сексом, — прошептала она ей на ухо, одновременно проведя ладонью от колена к бедру, отчего та едва заметно вздрогнула.       Забыв о назревающей ссоре, Тэхён тут же напомнила:       — Так что там насчёт моей просьбы? — прошептала она, почти касаясь губами чужих губ, на которые ложился её горячий выдох.       Тэхён уже тянулась поцеловать Юнги, но та остановила её — прикрыла ладонью рот и при этом ехидно усмехнулась.       — Я же сказала, что не собираюсь нянчиться с тобой, Тэхён.       Это больше походило на вызов. И Тэхён его приняла, стремительно оказавшись у неё на коленях, нависая лицом к лицу.       — А я — плохой ребёнок. Слушаться не собираюсь, — ухмыльнулась Тэхён ядовито, так что Юнги стало почти тошно от этой усмешки, но она тут же грубо впилась в губы подруги, закрывая глаза, чтобы не видеть её.       Тэхён без промедления ответила на поцелуй, с жадностью сминая губы, которые своей мягкостью заставляли забыться в этом мире. Одной рукой она обняла Юнги за шею, а пальцы другой вплела в тёмные волосы. Юнги, положив руки на поясницу Тэхён, прижала её как можно ближе, чтобы чувствовать полностью. Однако одежда мешала, и Юнги, облизывая губы, разорвала поцелуй, потянув с Тэхён чёрный шёлковый халат. Она знала: под этой тканью больше ничего не было, кроме такого же цвета ажурных трусиков.       Скинув халат, Юнги сжала в ладони грудь, а на другой обхватила губами сосок и прошлась по нему языком. Тэхён сорвала с губ приглушённый стон, прикрывая глаза от удовольствия. Юнги, закончив терзать соски, поцелуями прошлась по груди выше, плавно переходя на тонкую шею.       Укусив за ушко и услышав сладкий стон, Юнги вернулась к пухлым губам, на которых ощущался вкус вишнёвого блеска, слегка размазанного по коже. Тэхён с жадностью отвечала, посасывая язык Юнги и слегка двигая бёдрами, потираясь промежностью о худую ногу подруги. Юнги с силой сжала её ягодицы.       Сейчас в этом мире существовали только они и комната, в которой Тэхён стонала гортанно, запрокидывая голову, а Юнги изнемогала от этих обволакивающих звуков. Всё же она нашла в себе силы шлёпнуть Тэхён по ягодице до красного отпечатка — и та в тот миг вскрикнула. Не от боли— от наслаждения. Ненормальная, думала каждый раз Юнги, проверяя, где проходит болевой предел той.       — Если застукаю с Намджуном, — хрипло и с вызовом прошептала Юнги, цепляясь за резинку белья, — можешь забыть о моих пальцах. — Она грубо стянула трусики до колен и провела пальцами по промежности, чувствуя, насколько Тэхён была мокрой.       С помутнённым разумом Тэхён едва осознавала сказанное, но, казалось, суть поняла — по её лицу это было видно: изогнутые брови, закушенная губа. Такая перспектива ей явно не нравилась. Но и к Намджуну она бы точно не полезла — не её вкус. Она хотела принадлежать только Юнги. Как сейчас.       Уловив, что Тэхён отвлеклась, Юнги резко ввела палец, заставив ту выгнуться в пояснице и раскрыть рот в несдержанном стоне. Она не торопилась увеличивать темп — движения были мучительно медленными. Тэхён тихо скулила, уткнувшись в стык плеча и шеи Юнги. А руки скользнули под футболку подруги, нашли грудь и начали мять, иногда сжимая соски, добиваясь стонов Юнги. Этого было мало. Она стала лизать шею, покусывая кожу, и добилась — первый стон сорвался с губ Юнги, и мурашки побежали по телу.       Эти ласки отвлекли Юнги. Она остановилась, оставив палец внутри. Тогда Тэхён начала двигать бёдрами сама, чтобы возобновить скольжения. Та заметила это. Добавила второй палец. Потом третий. Тэхён стало тяжело двигаться, и она просто прижалась к Юнги, обняв за шею и продолжив шумно стонать. Иногда Юнги замедляла темп, порой массировала клитор большим пальцем. И вскоре Тэхён, содрогнувшись, кончила с долгим, протяжным стоном, слетевшим с искусанных губ.       — Ты прекрасна, когда в тебе мои пальцы, — хрипло прошептала Юнги, заправляя прядь за ухо Тэхён. Затем вытащила пальцы и поднесла к её губам — та с готовностью облизала их.       Придя в себя и поцеловав Юнги, Тэхён спустилась и расположилась между стройных ног подруги, стянув с неё домашние шорты и бельё.       — А теперь моя очередь доводить тебя до экстаза, детка, — усмехнулась она, облизывая пересохшие губы.       Юнги лишь наблюдала сверху, ожидая исполнения обещания. И оно не заставило себя ждать. Тэхён обхватила её полусогнутые ноги, провела языком по клитору, постепенно ускоряя движения, меняя направление языка. Слух ласкали хриплые, сладкие стоны. Тэхён наслаждалась тем, как посасывала клитор, а двумя пальцами скользила внутри горячего дрожащего тела. Юнги сжимала в пальцах её волосы и надавливала на макушку сильнее. Она не могла сдерживать стоны, откинув голову на спинку дивана, чувствуя, как нарастает волна оргазма.       — О боже… — прошептала Юнги на выдохе, вслед за этим простонав имя подруги. Она схватила Тэхён за волосы и грубо впилась в её опухшие губы.

. . .

      Когда Тэхён вышла из ванной, она, как котёнок, легла рядом с Юнги, устроившись под её руку, будто та обняла её, и уткнулась в шею. Юнги не сопротивлялась — напротив, поцеловала её в макушку с неожиданной нежностью.       — Знаешь, когда я просила заняться чем-нибудь, я не имела в виду секс. По крайней мере, сначала, — тихо призналась Тэхён. — Но это даже лучше.       — Я знаю. — Короткий ответ, но его было достаточно.       — Знаешь… — начала снова, но прикусила губу и замолчала.       — Что?       — Если честно, я бы не стала лезть к Намджуну. Даже если бы захотела сделать тебе назло. А если совсем честно… я люблю тебя, Юнги.       Тэхён подняла на неё взгляд, ожидая, что та закатит глаза или фыркнет, но вместо этого увидела мягкую улыбку и услышала:       — И это я тоже знаю, глупая.       Слишком тепло, слишком приторно — подумали обе, но Тэхён всё равно полезла целоваться. Юнги проворчала что-то, но на поцелуй ответила.