Слухи

Таксист, явно поражённый происходящим на заднем сидении своего автомобиля, вновь проводит ладонью по своим седым усам. Вообще, можно было бы предположить, что посидели они именно от увиденной сцены. -Езжайте помедленней, я заплачу вам в два раза больше. Чонин невесомо проводит ладонью по скулам Кенсу, плавно спускаясь ниже по шее. Мужчина добровольно отодвигает зеркало заднего вида вбок, надеясь упустить из вида подростков, сидевших на заднем сидении своего автомобиля слишком близко друг к другу. Они, по его мнению, вели себя... странно. Если немного отмотать время назад, на тот момент, когда Кенсу ещё не уснул на коленях Чонина, то мы снова окажемся в школьном медпункте, откуда и было вызвано такси для покалеченного До Кенсу. -Как себя чувствуешь, Су? -Голова болит. -Ты просто перенервничал, скоро пройдёт. -Надеюсь. Я действительно чувствую себя паршиво. Спустя минут восемь, возле школы наконец паркуется чёрный автомобиль. -Здравствуйте. Чонин помогает старосте аккуратно сесть в машину, по минимуму используя правую ногу. Следом садится и сам. Конечно, не могло быть и речи о том, кто понесёт школьный ранец старосты. Ким выхватил его из рук Су сразу, как только они зашли в класс - оповестить учителя об их уходе. Чонина, как и ожидалось, попросили проводить Кенсу до дома. -Куда поедем? Ким торопливо называет адрес своего дома водителю, чтобы староста не успел передумать и отказаться от своих слов. -Я приготовлю нам ужин. Есть предпочтения? Кенсу прикасается пальцами к разбитым коленкам, издавая шипящие звуки. Ладони и колени выглядели действительно плачевно, несмотря на то, что школьная медсестра уже обработала места ушиба. -Пиццу хочу. *** Кенсу открывает глаза. Вокруг кромешная темнота, но понять, что он находится в чужом доме, всё равно удаётся сразу. Как он оказался здесь, а не в такси, Кенсу вспомнить не смог. Единственное, что всплывает в памяти- это тёплые руки, крепко держащие ладони его собственных, в своих. Су уже и не сопротивлялся. Не потому что не хотел, а потому что не мог. Из-за падения, он до сих пор находился в, своего рода, прострации. Так, похоже, что это дом Чонина. Значит он приехали с ним.. и он..? «Черт. Он занёс меня домой на руках, пока я спал» -Проснулся, наконец? В комнату заходит Чонин. Из источников света, доступной оказывается только луна. Немного присмотревшись, Кенсу всё-таки удаётся разглядеть, что Ким стоит перед ним в бежевом фартуке, одетый поверх голубой рубашки и тёмных джинс. -Сколько я проспал? -Уже восемь. Достаточно долго. -Ох.. -Я уже и не знал, что с тобой делать. Думал, ты так всё наше первое свидание проспишь. Чонин надувает губы, показывая старосте, насколько он разочарован в сложившейся ситуации. -Какое ещё свидание? Это просто ужин. До озирается по сторонам, наконец обращая своё внимание на то, что свет не горит - во всём доме. -Зачем ты выключил свет, Чонин? -Так романтичнее. До, хотел было надавать противному - подзатыльников, но тело повело себя иначе - голова немного закружилась. Лишь чудом, Ким успевает поймать старосту. -Будь осторожнее, Су. - Чонин, придерживает Кенсу за талию. Потом неспешно ведёт его на кухню. - Ну а если серьезно, то во всём районе отключили свет. -Ну а свечи дома есть? -Не знаю. Я ориентируюсь в этом доме также, как и ты. -То есть никак. А твоя мама, Чонин? Где она? -Сказала, что пойдёт в гости к бабушке. Предупредила, что может поздно вернуться. -Ясно. Тогда помогу тебе поискать свечи. Кстати, что там с ужином? Прошла куча времени, наверняка уже всё приготовлено. Ким усаживает Кенсу на барный стул, попутно начиная подозрительно чесать затылок. -Да тут такое дело.. -Говори уже. -Это была катастрофа! Я поставил пиццу в духовку, а она там сгорела.. -И сколько же градусов ты установил, Чонин? -Конечно же на всю. Я не знал, когда ты проснёшься, вот и пришлось поторопиться.. -Это всё? Где эта сгоревшая пицца? -Я понял, что она у меня не получилась, вот и выкинул её. Я решил, что смогу приготовить ещё одну, другую, но в этот раз собирался следить за ней, чтобы она не поджарилась, но.. -Но..? -Но свет отключили! А духовка электрическая.. Пицца так и стоит в духовке- сырая. Чонин открывает дверцу чёрного духового шкафа, демонстрируя старосте противень с тестом, поверх которого неравномерными кусочками выложены помидоры, сыр, зелень и что-то ещё.. -Я хотел было позвонить и заказать пиццу в кафе, но телефон разрядился, а подзарядить его невозможно без света.. -Короче, ты здесь прямо-таки натерпелся, Чонин. -Да! Ким опускается на стул, с некой долей нервозности, скидывая с себя свой фартук. -Ты вообще когда-нибудь готовил, Чонин? -Нет. Никогда. -Ну и зачем ты взялся тогда за это дело?! -Да потому что, Су! Потому что иначе бы ты, не согласился на ужин со мной! Чонин прокручивается на стуле, отворачиваясь тем самым от лица До Кенсу. Если честно,- это достаточно смущает. -А плита газовая? -Да. -Тогда..свари нам какао, Чонин. А я пока поищу свечи, хорошо? -Ладно. А ходить-то сможешь? Не больно? -Если что, доползу. Кенсу слезает со стула, намереваясь вновь вернуться в гостиную, чтобы начать поиски свеч там. С помощью телефонного фонарика, До, хоть немного облегчает себе задачу. Спустя минут пятнадцать, в одном из многочисленных шкафчиков, Кенсу находит что-то необычное. Возможно, коробочка со свечами. Она лежала в дальнем левом углу, почти что под потолком. Для того, чтобы достать её, старосте даже пришлось встать на стул. «Видимо, свет давно не отключали, вот свечи и убрали за ненадобностью - подальше». Кенсу спускается обратно на ворсистый ковёр персикового цвета. Он опускается на пол и только после этого открывает тёмно-синюю шкатулку, украшенную золотисто-серебряными узорами по краям. Внутри оказываются достаточно интересные вещи. Во-первых, это детские фотографии Чонина. Некоторые из них оказались просто ошеломляющими для глаз старосты. Ким посещал балетную школу в юности! На вид, ему было лет 10-11. Множество фотографий, когда Чонин ещё был крохой.. Также бережно были сложены и сохранены некоторые награды мальчика: дипломы, грамоты и табеля о школьной успеваемости. Во всех были указаны одни лишь пятёрки. «Так ты у нас заучка, значит..» Во-вторых, старостой были обнаружены документы о разводе между родителями Чонина. Судя по бумагам, г-жа Ким, долгое время не хотела давать своё согласие на развод. Сложенные листы, в которых была явно видна вся отчаянность женщины, немного подпортили настроение Кенсу. Видеть, что некогда счастливые семьи распадаются, порой заставляют людей чувствовать некую грусть. -В-третьих, и последних, то, что нашёл Кенсу невозможно было понять и объяснить сразу. Старосте пришлось несколько раз навести телефонный фонарик точно на текст, напечатанный на белом листе формата А4, чтобы наверняка убедиться в прочитанном. Вчитываясь внимательнее, в информацию, которую он неожиданно обнаружил, Кенсу задерживает дыхание. Если До правильно понял, несмотря на все свои недомогания, то речь идёт о жизни человека. А точнее о его смерти. Мать Чонина больна. И время, которое ей осталось, официально подтверждено больницей. 4 месяца. -Су! Какао готово! Староста слышит приближающиеся шаги. В тот момент, когда Ким заходит в комнату, телефон старосты разряжается. Яркий свет фонарика тухнет, вновь погружая гостиную в кромешную тьму. Пользуясь моментом, староста второпях засовывает найденное обратно в шкатулку. Если это было так надежно спрятано, то на это были свои причины. Это не его семья. Это не его секрет. -Су? -Прости, Чонин. Мне не удалось найти свечи.