влюбиться

       Когда Вону исчезает, и на его месте появляется тумбочка Мингю, Ким вздыхает, падая на свою кровать. Разговаривать с Вону было сложно, так как тот явно не из общительных, и вести общение приходилось именно Мингю. Вону выглядел слишком зашуганным, словно кто-то все время угрожает ему, что немного настораживало Кима. — У тебя первый день работы, — говорит Минхао, когда Мингю открывает ему дверь. — Я пришел кормить тебя, а после провожать на работу, а то ты снова сбежишь. — Я думаю, может, мне не стоит работать сейчас, — выдыхает Ким, усаживаясь на стул, пока Минхао принимается возиться с завтраком. — Что не так опять, Мингю? — Вздыхает Су, поворачиваясь к другу лицом. — Я не готов, — отвечает Мингю, опуская взгляд на свои пальцы. — Прошло уже полгода, — Минхао осторожно касается волос Кима, поправляя упавшую на лоб челку. — Тебе нужно выйти из этой дыры, иначе, я потеряю тебя.        Мингю прижимается лбом к груди друга, прикрывая глаза, пока тот играется с его волосами. Мингю устало вздыхает, чувствуя успокоение от одного присутствия Минхао рядом. Вливаться в повседневную рутину города хотелось в последнюю очередь, но Минхао был убежден, что это вытащит Мингю из его апатии. — Ну? — Минхао тянет Кима за щеки, заставляя вскинуть голову, и смотрит в глаза. — У тебя не было панических атак уже месяц, это хороший знак, Мингю, — говорит он, мягко поглаживая щеки парня большими пальцами. — Я знаю, что тебе будет трудно изначально и что тебе страшно, но я рядом. Хорошо? — Хорошо, — кивает Мингю, слабо улыбаясь.        Минхао возвращает улыбку, снова принимаясь за завтрак. Мингю чувствует себя предателем, он не заслужил Минхао, потому что тот тратит свое время на Кима. Мингю скрывает свои панические атаки вот уже месяц, чтобы Су не переживал так сильно. И это малая часть его проблем.        Новое место работы — кофейня, в которой Минхао совладелец, а так же администратор. Мингю берут туда просто потому что Минхао замолвил словечко. Плюсы в том, что Мингю теперь все время в поле зрения Су. От этого не так уж и страшно. Мингю учится пользоваться аппаратурой, неуклюже заваривая кофе, но благодаря его внешнему виду и красивой улыбке, никто особо внимание на вкус и не обращает. У Мингю, кажется, появляется свой фан-клуб.        В квартире вечером слишком тихо и угнетающе. Мингю валится на свою кровать, отказываясь двигаться, даже если жутко хочется поесть. Он смотрит в потолок до тех пор, пока будильник не дает знать, что уже полночь. Вону появляется в его квартире с игровой приставкой в руках, давая понять, что он тоже ожидал гостей. — И снова здравствуй, — говорит Мингю, садясь на кровати. — Тебе на полу не холодно? — Ну ты занял мою кровать, — пожимает плечами Вону. — Садись рядом, — отвечает Ким, похлопав по пустому месту рядом с собой.        Вону хмурится. Неизвестно вообще, могут ли они находится в разных пространствах и не будет ли это иметь последствия. Мингю замечает сомнения во взгляде парня, поэтому встает с места, смело направляясь к тому месту, где должна быть стена. Он дотрагивается до нее ладонью, понимая, что она стала еще тоньше и оказывает меньшее сопротивление, когда на нее давят. Вону подходит ближе, вставая напротив Кима, и когда рука Мингю оказывается на его стороне, он удивленно-восхищенно вздыхает. Вону с опаской дотрагивается до протянутой ладони, рвано выдыхая, когда чувствует тепло кожи Мингю — он настоящий. Мингю улыбается, потому что пальцы у Вону дрожат и сам он выглядит таким испуганным, что это даже немного забавно. — Я правда до последнего верил, что просто сошел с ума, — шепчет Вону, мягко проходясь кончиками пальцев по внутренней стороне ладони Мингю. — Ты чувствуешь? — Конечно я чувствую, тупица, это же моя рука, — закатывает глаза Ким. — Ну, по крайней мере, мы знаем, что тебе не оторвало руку, — отвечает на это Вону, шлепнув того по ладони. — Можешь пройти ко мне?        Мингю правда пытается, но стена оказывает сильное сопротивление, поэтому он лишь качает головой. Вону лезет в карман, вытаскивая монетку, а после осторожно вкладывает ее в ладонь Кима. — И что? — Спрашивает Мингю, притягивая руку обратно к себе, и разжимая пальцы, чтобы глянуть на монетку. — Мне просто было интересно, сможешь ли ты пронести что-то из моего пространства в свое, — говорит Вону. — Видимо, можешь. — Я устроился на работу, — оповещает Мингю, как всегда не к месту, разглядывая монетку. — Мой друг считает, что я должен выбраться из своего дна. Но мне здесь комфортно? Я не думаю, что хочу снова вливаться в социум. — У меня отпуск вот уже год, — Вону усмехается, садясь на свое излюбленное место у стены. — И я хочу вернуться к работе снова, но вряд ли меня возьмут туда. На самом деле, я думаю, что они уволят меня. — Почему? Ты сделал что-то? — Мингю вытягивает из-под кровати пачку чипсов. — Нет, — пожимает плечами Вону. — Так просто вышло. — А я был волонтером, — рассказывает Мингю. — По правде, я всегда хотел помогать людям, думал, стану соцработником, но сначала решил побыть волонтером. Так уж вышло, что я, как обычно, оказался не в лучшем месте не в лучшее время. Прямо в центре землетрясения. Я прождал четыре дня в темноте, пока меня вытащат из-под завалов, — Ким отводит взгляд, вспоминая все с ужасом. — После, у меня начались проблемы. Панические атаки, вечный страх, долгий процесс реабилитации, но, знаешь, чувство, будто часть меня осталась где-то там, под теми камнями.        Вону не знает, что сказать на подобное. — Никогда еще не чувствовал себя настолько беспомощным, — выдыхает Мингю. — Я был там, чтобы помочь людям, но все закончилось тем, что они помогали мне. — Это не твоя вина, Мингю, — заверяет его Вону, но когда смотрит в глаза парня, добавляет: — Но ты все равно считаешь, что это твоя вина. — Я видел так много всего, Вону, — говорит Ким. — Хорошие люди умирали просто потому что им не хватало лекарств или элементарно воды. И та помощь, что мы оказывали всем этим людям выглядело так, словно кто-то сделал жест доброй воли, просто для того, чтобы выпендриться. — Ты не должен быть таким чувствительным к подобному, — Чон мягко улыбается. — Разве ты не знал все это и без очевидного подтверждения?        Мингю молчит, потому что сказать по сути нечего. Конечно же он знал, поэтому и пошел на волонтерские работы, чтобы хоть как-то помогать. Только вот толку от этого совсем не было. — Мороженое хочу, — вдруг говорит Вону, и атмосфера в комнате меняется. — Подожди минуту.        Вону выходит из комнаты, и только тогда Мингю осознает, что он не может выбраться из своей, пока их миры не разойдутся, это заставляет его чувствовать себя в ловушке. Мысли накладываются друг на друга, пугая до чертиков, Мингю снова возвращается в свою маленькую дыру, в которой он не мог даже шевелиться, заваленный камнями. Тогда, он был таким спокойным, казалось, что он держал все под контролем, сейчас — ясно, что только казалось.        Мингю сжимает свою футболку пальцами, склоняясь, пытаясь сделать вдох, но получается с трудом. — Я вернулся, — голос Вону оглушает, и Мингю поднимает голову, смотря в испуганные глаза Чона. — Эй, Мингю, что с тобой? Мингю?        Ким падает с кровати, дрожащими пальцами вытаскивая из кармана ингалятор, которым предпочитал не пользоваться, но еще немного, и он потеряет сознание, поэтому, сделав вдох при помощи ингалятора, он прижимается к кровати спиной, приходя в себя. — У тебя астма? — Спрашивает Вону, проталкивая через стену миску с мороженым и толкая ее в сторону парня. — Панические атаки, — отвечает Мингю, перехватывая скользящую по полу миску и беря ее в руки. — Спасибо.        Вону кивает, принимаясь за свое мороженое. Большую часть времени они сидят молча, лишь изредка говоря что-то друг другу. Вону засыпает на полу, свернувшись в маленький сопящий клубочек к четырем часам утра, а Мингю до самого рассвета смотрит на спящего парня, надеясь, что он когда-нибудь откроется Киму.