Под шерстяным одеялом

У Тэхена в светло-русых волосах тонкие светлые стебельки цветов, мелкие бледно-розовые соцветия, солнечный свет теряется в прядях. В глазах - отражение зеленого мира, вся его теплота и ласка. И когда он бежит по родному лесу, то легкий ветерок следует за ним, срывает сочные листья и лепестки, бросает их юному цветичу в спину. Тэхен - цветочный дух леса, дитя лета. Легкий, веселый и шебутной. Он гладит маленьких вертлявых белочек, бегает наперегонки с зайцами и обнимается с лисами. Водит хороводы с дриадами, помогает лешему. И вместо следов его ног на земле - стройные ряды нежных, тонких цветов. *** Чонгук - неукротимый, необузданный дух ветра. Он пропускает потоки воздуха сквозь пальцы и направляет их, куда пожелает. У него волосы цвета тёмного каштана, растрёпанные и непослушные. Тело сильное, взгляд несгибаемый. Сильф не знаком со своими сородичами, избегает других духов и большую часть времени блуждает по земле. Однако он всегда возвращается в один лес, чтобы понаблюдать за юным цветичем. Чонгук изучает широкую улыбку, вслушивается в грудной заливистый смех. Ловит на лице Тэхена каждую эмоцию, впитывает и сохраняет в сердце. Он пальцами проводит по воздуху, и легкий ветерок гладит волосы лесного духа, треплет пряди, ласкает щеки. - Эй, братец Посвиста, выходи! - смеясь, кричит Тэхен, крутится на месте и высматривает сильфа среди деревьев. Чонгук же отступает, бесшумно растворяется в воздухе и поспешно покидает лес. Ему не следует подходить к цветичу: тот слишком подкупает своей невинностью и счастьем, обещанием тепла. Это странно и непривычно. *** В середине июля солнце припекает всё сильнее. Зверьки прячутся в тени, и Тэхен вместе с ними. Сидит юный дух под дубом и обмахивается ладонями. Так не хватает ветра... ...который неожиданно пролетает рядом с ним, словно пальцами пробегает по его лицу, плечам и груди. Гладит, шепчет что-то томное. Прохлада так приятна и необходима, что Тэхен тянется за ветерком, когда тот летит дальше. Бежит между деревьями, причитает: "Подожди!". Он чувствует, что найдёт сильфа, если поспеет за ветром. Однако тот растворяется, словно его и не было. Воздух вновь ощутимо жаркий и плотный. - Куда же ты делся? - шепчет цветич, стараясь в лесном царстве найти отголоски ветерка. Где-то неподалеку, буквально на опушке, свежий запах чувствуется. Тэхен срывается с места, цветы по земле бегут вслед за ним. - Нашел! - выкрикивает он, выбегая на опушку и, недолго мешкая, наобум обнимает воздух впереди себя. Руки натыкаются на что-то живое. Под пальцами бьётся сердце и грудь вздымается от вдохов. Сильф пытается оттолкнуть его, но Тэхен лишь сильнее к себе прижимает, к спине льнёт и утыкается лбом в плечо. У Чонгука в эту секунду сердце останавливается, в голове - вакуум: "Не успел". - Покажись мне, - жалобно тянет цветич, - я ведь знаю, что ты был все это время рядом со мной. Сильф тяжело выдыхает и снимает покров невидимости. Сжимает чужие руки на своей груди и удивляется тому, какие нежные и мягкие у лесного духа пальцы. - Спасибо тебе за ветер, - шепчет Тэхен, губами кожи касаясь. У Чонгука дрожь по спине, да и внутри что-то мелко-мелко подрагивает, как струну натянутую дёргают. - Почему скрывался? Наше лесное братство дружное, не обидим поди. - Не место мне здесь, - хрипло отвечает сильф, а самого трясёт от желания повернуться к Тэхену лицом и сжать в сильных руках, от земли оторвать и забрать себе. Нельзя только: цветич лесу своему принадлежит. - Ты можешь уходить, когда захочешь, - пылко заверяет его лесной дух, - только возвращайся всегда, ладно? - Зачем я тебе? - спрашивает Чонгук. Тэхен сжимает руки сильнее, голову склоняет ближе. Его волосы щекочут шею, а нос улавливает легкий аромат цветов в прядях. - Я - тебе, ты - мне. Мы нужны друг другу. И пусть это не прямой ответ - сильф чувствует, что цветич прав. Дело не в этой легкой зависимости Чонгука от нежности и ласки Тэхена и не в тэхеновой необходимости чонгукова ветра, нет, тут что-то большее. Чонгуку нужно смотреть в глаза Тэхена и касаться губами соцветий в волосах, Тэхену - дышать Чонгуком и держать его за руку, чтобы не растворился в воздухе. Сильф наконец-то поворачивается к цветичу лицом, и тот неохотно делает шаг назад. Кажется, лесной дух сказать что-то хочет, но стоит ему поднять свои глаза на Чонгука - у того в груди расплывается нечто горячее и неукротимое, что заставляет духа ветра податься вперёд, обхватить лицо Тэхена ладонями и ткнуться губами в мягкую щёку. Лесной дух моргает несколько раз и улыбается чуточку глуповато, хихикает смущенно. - Да что ж ты такой нетерпеливый, - бормочет он. Взгляд отводит, а затем нежно прижимается губами к скулам поочередно, затем ко лбу и напоследок коротко касается обветренных губ. - Вот, как это делается. - Это?.. - непонимающе повторяет Чонгук, а лицо заливает румянец смущения. Кожа после касания губ горит. - Нежность показывают, - смеется Тэхен, - вот ведь глупый. Сильф, наверное, глупый. Цветич об этом особо не задумывается, у него в голове одна мысль: чтобы губы Чонгука смягчились, целовать его нужно будет долго. *** В следующий раз, когда сильф увидит своё отражение в глади воды, в волосах у себя он заметит бледно-розовые соцветия, а на нижней губе - маленький лепесток.