Не по правилам, не значит неправильно.

— Давай, ложечку за папу, ложечку за меня~ — Мин-и, тебе не кажется, что ты перебарщиваешь? — Жри молча. — Ладно. — Юнги не мог сам кушать и вообще что-то держать из-за перебинтованных рук, поэтому всё делал Чимин. Это были весёлые деньки в больнице. Пак читал книжки, которые омега попросит, кормил с ложечки, укутывал в одеяла и взбивал подушки. В общем не жизнь, а сказка. Юнги хорошел на глазах. Глаза наполнились блеском, а кожа больше не была болезненного цвета. Тоже обрела некий блеск. Ему было хорошо от заботы Чимина, но в своё счастье он до сих пор верил с трудом и даже думал, что на самом деле умер, когда его сбила машина, а это всё — рай. Паку же было в удовольствие заботиться о своём омежке. Видеть смущение! в глазах Шуги, когда Чимин делает ему комплименты или целует так трепетно в носик, или лоб. Друзья не могли нарадоваться таким исходам событий. Кто ж знал, что Пак так быстро перебесится и будет вокруг Мина целыми днями крутиться. — Мин~и, а ты принесёшь мне зефирок? — знаете, когда в Юнги просыпается омега, это на удивление прекрасно. Все вокруг просто тают. Особенно Чимин, у которого в голове красочный план наказания Мина после выписки. Все думали, что Чим простил так просто? Нееет. Месть — это блюдо, которое подают холодным. — Принесу, милый. Врач говорит, что через неделю тебя можно будет забрать. — Правда? — Юнги сразу заулыбался. Ему очень хотелось очутиться в домашней атмосфере со своим альфой. Ну и в кровати тоже. — Так как мы теперь пара, то там Хосок всё порешал. Он переезжает в свою квартиру к Тэ, а я в вашу к тебе. Ты же рад? — Чимин улыбается так коварно. Буквально хищный оскал. И Юнги знает, что этот оскал значит. Против он ничего не имеет. Просто не может. Ему кажется, что Пак из него всё дерьмо вытрахает, когда они одни останутся (так и будет). — Очень. День выписки       Врач дал свои указания юному альфе. Сказал, что всё прекрасно затянулось и болезненных ощущений быть не должно совсем. Через месяц нужно будет приехать на ещё один рентген, чтобы точно убедиться в правильном срастании рёбер. Все вещи ребята уже перевезли, поэтому Чимин, взяв Юнги за руку, попёрся в их квартиру. — Я устал. — Мин как-то отвык ходить. Совсем. — Ты серьёзно? — Нет, блять, шутки с тобой шучу. — Чимин закатил глаза на такую реакцию своего парня. Всё-таки Юнги остаётся собой. Хитро посмотрев, он подхватывает Мина на руки и заявляет, что потащит до дома, раз тот устал. Ему понадобится мноооого сил, а пока пусть отдохнёт ещё чуть-чуть. Юнги со словами «ты у меня такой сильный» лишь прижимается к паковой груди, а носиком утыкается в шею. И дышит всё больше. Пытается впитать в себя весь аромат своего альфы. Этот пьяный аромат. Мин уже даже представил, как красиво будет смотреться метка Чимина на нём, и как вкусно будут сливаться их запахи. Пьяная вишня — изысканная пара.

***

      Благополучно добравшись до дома, кстати Пак даже не устал, Юнги решил сразу же покушать. А точнее удивить Чимина и приготовить что-нибудь сам. Но знаете. Ему не дали. Прижав к стене и утыкаясь в шею, его остановили прямо в коридоре. — Сука, как же ты вкусно пахнешь. — Чимин водил носом от основания шеи до ямочки за ухом и вдыхал аромат Мина, ведь здесь он был ярче всех. Юнги не помнит, что мямлил в коридоре и как оказался на кровати под Паком. И это не имеет абсолютно никакого значения. Плавно вся одежда с омеги оказывается на полу, а альфа оставляет свои метки где только может. Юнги подставляет своё тело под все ласки парня. Его жаром обдаёт в тех местах, где побывали губы Пака. И Мин вроде хочет что-то сказать, но с новыми касаниями все мысли из головы ветром сдувает. Чимин тоже постепенно раздевается, точнее его раздевают. Как только он оказывается без верха, у Юнги просыпается дар речи. — Ебать… И это всё моё? — У Юнги улыбка до ушей. Он проводит рукой по рельефному прессу, буквально считая каждый кубик, ахуевает от тела Чимина и кладёт руку на мощную грудь. Его конкретно ведёт от Пака, и сейчас он жалеет, что течку провёл не с ним. — Не переживай. Всё твоё. — Пак снова улыбается своей хищной улыбкой и наблюдает за тем, как Мин пытается справиться с его ремнём. Через кучу «блять, заебал, кусок кожи» он всё-таки снимает ремень и начинает стаскивать всё остальное. И если когда Юн увидел тело, то дар речи появился, то тут… Тут он просто сглотнул, ожидая порванного себя. Он всегда поражался размерам Чонгука, но здесь. Это не просто большой, это блять ТАКОЕ, что ни словом сказать, ни в сказке описать. Пак ожидал того, что омега взвоет. Ну повезло ему родиться с милым личиком и огромным хуем половым органом. — Чимин-а, а ты как вообще штаны носишь? Тебе ничего не пережимает? — сказать, что Мин до сих пор в ахуе — ничего не сказать. — Малыш, ты так за меня беспокоишься? — и Шуга ничего против малыша больше никогда не скажет. Ведь теперь он точно до конца осознал, что с этим альфой шутки плохи. Порвёт и глазом не моргнёт. Откуда не возьмись появилась смазка, и Юнги этому очень даже рад. Чимин обильно выливает холодную массу себе на пальцы и начинает проникать первым пальцем. Про свою месть он как-то и позабыл с таким податливым Мином под собой. Его мышцы так же податливы, как и он сам. Немного времени понадобилось, чтобы присоединить четвёртый палец, но этого всё равно ещё мало. Юнги хнычет из-за того, что уже не может терпеть. Чимин сам на пределе. Тэхён не всё знал про своего друга и даже не догадывался, что у того уже были связи с омегами и доставить удовольствие он очень даже мог. Только тем, кто сможет принять его размеры. И он не хотел делать больно своему малышу, но без этого кажется не обойдётся.       Когда пятый палец спокойно проходил в колечко мышц, Пак решил, что уже пора. Как только он подставил орган к входу, Мин под ним вздрогнул. Чимин занёс его руки за голову и сжал запястья, впился требовательным поцелуем и начал входить. Юнги замычал в поцелуй и как-то сжался. — Тише, малыш. Расслабься. Я не хочу делать тебе больно. — Чимин снова целует, но на этот раз нежно, тягуче. Он чувствует, как мышцы омеги расслабляются, и продолжает медленно входить. Да, Юнги больно. Но он терпит. Пускай это будет его наказанием за укрытие правды от альфы. Но расслабившись полностью под сильным телом и мокрыми губами, блуждающими по телу, он уверен, что сможет принять Пака и получить удовольствие. Чимин сделал относительно резкий толчок и оказался внутри полностью. Сразу послышался стон боли, но плавно перешёл в тихое мычание, когда начались медленные толчки. Если честно, Юнги не верилось, что он вместил в себя это и очень бы хотел посмотреть со стороны, как вообще в него такое влезает. Чимину тоже не совсем приятно. Стенки омеги прилично так давят на орган. Медленные толчки становятся быстрее. Юнги больше не скулит от боли, а получает некое мазахистское удовольствие. — Мин~иии, я х…хочу быстреах. — Чимин ускоряет темп и слышит с каждым толчком томные стоны, которые сводят с ума. Каждый раз он попадает точно в комок нервов и доставляет неописуемое удовольствие. Не выдержав таких толчков, Юнги кончает, пачкая животы обоих, а Чимин снова чувствует давление и буквально начинает втрахивать хёна в кровать, продолжая попадать по простате. Мин срывает голос, ибо иначе просто никак. Второе возбуждение накатывает почти сразу. Пак решает поменять позы и переворачивается так, чтобы старший насаживался на него сам. Тот млеет от туманного взгляда напротив и в край пьянеет от запаха, который они теперь делят на двоих. Начинает спешно насаживаться сам, чтобы его альфа наконец получил долгожданную разрядку, но Чимин не собирается кончать так скоро. Сначала Мин кончит второй раз. Руки оказываются на молочных ягодицах омеги, а сам он прогибается в спине, стараясь ближе прижаться к груди Пака. Приподнимается, выпуская из себя член полностью, и снова насаживается до основания. Чимин стонет в унисон Юнги. И его ведёт от того, насколько омега хорош. Пошлый взгляд и мокрые губы. Мокрые прядки волос, прилипшие ко лбу, и такая искренняя улыбка. Пак уже знает, что не позволит Юнги улыбаться так кому-то ещё. И что метка, скорей всего, будет на аппетитной молочной заднице этого сладкого омежки. Мин срывается на крик и кончает второй раз, снова пачкая животы, а Чимин буквально через пять минут после него изливается глубоко внутрь. Они долго пытаются отдышаться. Долго целуются и просто прижимаются друг к другу. Мин слезает с члена, с характерным хлюпающим звуком и, кажется, падает замертво. — Ты у меня такой потрясный. — шепчет ему в ушко Пак и после, подхватив на руки, несёт своё чудо в душ. Там он долго натирает тело Юнги гелем для душа. Вымывает его во всех местах и снова проходится по всем своим засосам и синякам, заодно оставляя новые. Мин лишь улыбается так же по-детски искренне и подставляется под умелые руки. Без этих рук он уже не сможет никогда. Так же как и его альфа не сможет жить без него.       На утро Юнги не мог пошевелиться. Задница адски болела, а Пак лишь коротко над ним посмеивался, но всё равно выполнял любую прихоть Мина. Весь день пролежав в кровати, они решили пригласить друзей на вечер кино, который можно теперь добавить в их семейную традицию. Семья — точно подходящее слово. — Привет, Чим! А где наше чудо-юдо? — Хосок светился от счастья. Он и раньше светился, а сейчас так вообще. — Чудо-юдо уже на позиции. — тут на Пака забрался Тэхён, чтобы обнять как он любит, но чудо-то встало с кровати и попёрлось в коридор со словами «руки, нахуй, от моего Чимина!», а потом боль дала о себе знать, и гнев превратился в «ой, блять, всё из-за твоего члена. Отнеси меня обратно.». Все начали смеяться с Мина, но Пак всё-таки взял того на ручки и отнёс в комнату под громкое «уууууууууу» от друзей. — Я хочу смотреть Железного Человека! — Тэ разместился на полу рядом с подушками, что положил тут Чим. — Тэхён, в этой комнате все смотрели Железного человека. — Джун с Джином сели на другой край дивана и сразу обнялись. Мин осмотрел комнату грустным взглядом. Почему-то сейчас он вспомнил Чонгука. Парень наверное снова один. В этой комнате все имеют пару. Хосок просовывает руки под футболку Тэхёна и прижимает того ближе, Джун утыкается в шею Джина, а тот складывает на него ноги. Даже сам Юнги в объятиях Чимина. Раньше такого не было. — Ребят, может позовём ещё кое-кого? — Юнги смотрит на всех, но особенно на Пака каким-то умоляющим взглядом. — Если это тот альфа с кем ты был, то сразу нет. — отчеканил Чимин и сразу отвернулся. У Мина дрожь по коже от голоса Пака. И сразу как-то холодно стало, ведь руки с талии куда-то ускользнули. — Пожалуйста. Ему правда нужна компания. — на самом деле Паку было интересно, что там за парень, но обида где-то в груди давила больше. — Я пойду попью. — Чимин встал с дивана и ушёл куда-то. Все смотрели на Юнги взглядом «ты облажался, дебил, иди исправляй». Мин и не отрицал своего дебилизма. Начал подниматься и, хромая, попёрся на кухню под тихие смешки Хосока. Тот точно ржал над тем, как он за жопу хватается и думал, что Чимин того наказал прилично так. — Мин-и, послушай. Я знаю, что тебе неприятно из-за этого, но парню нужна помощь. — В виде твоей задницы? — Пак уже злился. — Нет. Милый, мы вроде уже всё выяснили. Да, это было очень тупо с моей стороны, но сейчас же я с тобой. И больше никуда не денусь. — Юнги подошёл к альфе со спины и начал обнимать, чтобы хоть чуть-чуть снять напряжение между ними. — Ты мне уже доказал, что никого лучше тебя я не найду. Ты мой истинный в конце концов. А ещё ради тебя я встал с тёплого дивана и, не смотря на больную жопу, пошёл к тебе. Ну и у тебя член больше. — Мин знал, что Пак сейчас улыбнулся. Он это чувствует. — Когда все уйдут, ты будешь мне отсасывать прямо в душе. — Ладно. Тебе повезёт, если я не подавлюсь. — Чимин поворачивается и берёт лицо омеги в свои руки, чтобы притянуть для поцелуя. Ему никогда не надоест целовать эти сладкие вишнёвые губы. Они просто созданы для Пака. И для его члена, но это они выяснят позже. Юнги набирает номер Чонгука и ставит на громкую. — Алё, мелкий. Ты же не занят? — Нет, хён. Но тебя я не пущу, пока не скажешь своему альфе правду. — Шуга не рассказал Гуку про то, что все уже знают и он в отношениях с Чимином. Пак, услышав знакомый голос и, кстати, умные слова, понял, что этот альфа ему не соперник. — Чимин уже всё знает. И мы пара типо. Короче, хочешь прийти ко мне и посмотреть киношку? Мы тут собрались всем составом, и ты будешь не лишним. — Юнги, ты уверен? Сам знаешь, я не очень-то с людьми общаюсь и уже давно. Думаю, им будет скучно. — Мелочь, собирай свою жопу и дуй ко мне. Пора уже исправлять твою замкнутость. Прости за мои слова, но тебе правда надо жить дальше. — Чон на том конце телефона вздохнул и, переборов себя, сказал: — Я знаю. Скоро буду.       Юнги обрадовался тому, что Гук наконец-то собрался с мыслями. Да, это тяжело -терять любимого человека, но жизнь продолжается. Не думаю, что омега Чонгука хотел бы таких мучений для своего альфы. Чимин спросил у Юна, что не так с его приятелем и тот рассказал, как они познакомились, и из-за чего в принципе Чон оказался на крыше. Пак помрачнел в ту же секунду, как услышал и теперь проникся какими-то чувствами к этому мальцу. Ведь Гук даже младше Чимина. Юнги просто попросил никому не говорить и не смотреть на Гука, как на раненого барашка (а Чим это умеет). Но у Пака в голове уже другой план. Он вспомнил про омегу, которого, можно сказать, рекомендовал Джин. Возможно их можно свести вместе. Джин тоже рассказывал, что-то про несчастный случай и про погибшего альфу. Совпадение ли это? А может судьба?       Парни выходят к остальным и в обнимку усаживаются на своё пригретое местечко. Они говорят, что всем надо подождать новенького так сказать, и пока они ждут, парни решают всё-таки решить, какой фильм сегодня посмотрят. Буквально через 20 минут раздаётся звонок, и хозяева бегут открывать дверь. Перед Чимином стоит парень в чёрной толстовке и очках. Капюшон скрывает такие же чёрные волосы, а узкие джинсы выделяют мышцы. Парень очень красивый и сейчас Пак начинает думать, что и рядом не стоит. — Здравствуйте, хён. — парень говорит очень неуверенно. — Привет. Можно просто Чимин. — Пак протягивает тому руку, и Чон чуть замявшись, пожимает её. — Привет, мелкий. Что ты так стесняешься? — Юнги хлопает его по плечу и подталкивает к Чимину. — Я Чонгук. — Приятно познакомиться. — Чон даже улыбнулся чуть-чуть. Чимин слышит, что Гук шепчет Юнги и приятно удивляется: «У тебя очень красивый альфа. И добрый. Чего ты тупил?» — Гук и правда немного в шоке. Он ожидал увидеть немного другое. Что-то пугающее, возможно, раз Юнги не хотел ему говорить. Парни вернулись в комнату и начали знакомить Чонгука со всеми. В голове же самого альфы творился беспорядок. Тут куча людей. Ну для него шесть человек это огромное количество. Все такие весёлые и искренне улыбались. Ни у одного в глазах он не заметил какого-то подвоха. У него даже спросили, что он хочет посмотреть. — А ты смотрел Железного человека? — Тэхён смотрит умоляющими глазами на Чонгука. И тот кажется смекает, что нужно сказать «нет». — Не смотрел. — А хочешь? — Ким начинает лыбиться своей фирменной улыбкой и радуется, что Гук его понял. — Хочу. — все дружно завыли, и Джун с неким смешком сказал, что Тэ нашёл себе друга, который будет с ним смотреть этот фильм. Все конечно начали смеяться, и только два парня, про которых шла речь, засмущались. Постепенно Чонгук расслабился и даже проникся к этой компании. Джин-хён вечно пихал ему еды, а Чимин-хён сделал своё фирменное какао.       Весь вечер Пак пристально наблюдал за Юнги и убедился в том, что на Чона он смотрит совсем по-другому. Можно сказать, как на сына, а не потенциального любовника. На Пака же Мин смотрит с любовью и даже обожанием. Неприкрытая похоть в глазах и язычок, что часто пробегается по губам, сводит с ума весь фильм. Все о чём-то болтают, и только Юнги с Чимином буквально пожирают друг друга глазами. Джин, кстати, и тут просунул своего омегу знакомого. Не получилось с одним, так получится с другим.       После фильма Хосок с Тэхёном позвали Чонгука к себе, потому что спать они точно лягут не скоро, а провести время в компании Чонгука хотелось обоим. Гук конечно с радостью согласился и, поблагодарив Мина с Паком за приглашение и вечер в целом, уехал с парочкой чуть-чуть сумасшедших людей. Джин с Моном тоже уехали, видя огоньки в глазах хозяев квартиры. Как только все ушли, они даже убирать ничего не стали. Пак взвалил Юнги на плечо и унёс в ванную. Одежда быстро оказалась на полу, а два тела под тёплой водой. Мин с мокрыми волосами и этими своими лисьими глазами — настоящая эстетика. Точно так же сейчас думал и Юнги. Пак с мокрыми волосами и своими глазами цвета крепкого кофе, такого крепкого, как его запах — слишком соблазнительно. Мокрые поцелуи и скользящие руки по телам друг друга. Ножка омеги, что плавно задирается на бедро альфы. Но Чимин не глупый. Понимает, что омега хитрый. Разорвав поцелуй, он наклоняется к его уху и, укусив за мочку, говорит приказным тоном. — Сладкий, на колени.