Что если я тоже влюбляюсь в тебя....?

С тех пор, как BTS охватила мировая слава, всё перевернулось в жизни Юнги. Нет, мемберы никогда не относились к нему плохо, и всегда заботились, но Тэхён и Чимин всё чаще были на стороне Чонгука, а Джин с лидером часто уединялись вечерами за выпивкой, в то время как Хоби линял из общежития к своим друзьям. На самом деле, Шуга был счастлив видеть, как самые дорогие ему люди сияют ещё ярче и меньше грустят, но в тоже время, чем больше они чувствовали себя счастливее, тем больше он чувствовал себя изгоем. Чонгук и Тэхён проводили много времени вместе, часто смеялись, игнорируя его, даже если он находился рядом с ними в одной компании. Никто кажется и не заметил, что их яркий и счастливый мембер медленно угасает, улыбаясь всё реже с каждым днём. Иногда, хотелось просто исчезнуть из этого мира, чтобы не видеть эту счастливую парочку. Да что там парочку, вообще никого! Рэпер вежливо поклонился, приветствуя всех находящихся в гримёрной, и мемберы перевели взгляды в его сторону. — Привет, хён! — тепло улыбнулся Чонгук. Шуга лишь натянуто улыбнулся, а затем, всё пошло как по накатанной — Тэхён снова завладел вниманием макнэ, и они продолжили свой разговор, смеясь и игнорируя его всю оставшуюся часть дня. Даже когда камеры и вспышки ослепляли, Юнги по-прежнему мог слышать их заливистый смех. После окончания съёмок он вернулся в гримёрную, желая снять макияж и переодеться, чтобы поскорее уехать и найти утешение как можно дальше от этого места, но через минуту в комнату словно ураган влетел Чонгук. — Хёён! Хён… — весело заверещал макнэ. — Что? — равнодушно ответил Юнги. — Я только что узнал, что мы летим в Японию, — он широко улыбался, глядя на своего мембера по-детски прекрасными глазами. — А…ага, — старший слегка кивнул, продолжая смывать косметику. — В таком случае — решено! Ты будешь жить со мной! В моей комнате! Что это сейчас было? Шуга даже слегка похлопал себя по ушам, словно пытаясь стряхнуть услышанное. Ему нравилась идея отправиться в Японию, но он никогда не думал о том, что остановится бок о бок с младшим, поскольку главной целью этой поездки было держаться подальше от своих мемберов, чтобы привести мысли в порядок. Но к его сожалению он также знал, что нет никакого способа отказаться от предложения Гука, потому что в противном случае, он не перестал бы надоедать ему всё время пребывания там, и вот, спустя неделю он уже распаковывал вещи в их совместной комнате. Это было похоже на какой-то дурной сон. — Хён! Тебе действительно нужно идти? — скулил Чонгук, — Не можешь отложить? Мы же только что приехали, я думал мы хотя бы поужинаем вместе, я заказал так много вкусненького! — Я спешу, — нервничая, ответил Шуга, продолжая рыться в чемодане и делать вид, что действительно ищет нужную вещь, — Прости, меня уже ждут, — соврал он и нервно потёр шею. Похоже, что макнэ искренне расстроился и с разочарованием подумал, что старший и правда торопится. В этот день Юнги вернулся домой поздно ночью, когда все бантаны давно уже смотрели сладкие сны про единорогов. В прочем, как на следующий и во многие последующие дни. В одну из таких ночей он вернулся далеко за полночь. Глаза не сразу привыкли к темноте, даже не смотря на то, что панорамные окна пропускали огромное количество света ночного Токио. Когда зрачки начали различать предметы, к своему удивлению, в полумраке гостиной он заметил фигуру, сидящую на полу в окружении большого количества пустых пивных банок. Первая мысль — Намджун снова напился и любуется красотами, открывающимися из их апартаментов, что вообщем-то неудивительно. Только представьте, насколько приятно присесть на кожаный диванчик или на пол и с огромной высоты окинуть взором открывающиеся просторы города. Обычный кореец, живущий в тесной комнатушке без окон, вряд ли когда-нибудь сможет представить себе это, но живя в подобной комнате и имея бешеную славу, участники BTS могли делать это в любой момент. Шуга щёлкнул выключатель, пытаясь понять, что произошло. — Гукки? — удивился он, но Чонгук даже не потрудился посмотреть в направлении вошедшего, а вместо этого, отвернулся, пытаясь скрыть опухшее от слёз лицо, но от яркой вспышки света они потекли ещё сильнее. — О, ты уже дома… — пробормотал макнэ. — Гукки… — повторил Шуга, — Что произошло? Ты один? А где все? — Ничего не произошло, — Чонгук слабо улыбнулся, прежде чем попытался открыть ещё одну банку пива, но Юнги успел отобрать её, а затем уселся рядом и мягко коснулся волос младшего, пытаясь выяснить что же всё-таки произошло. — Чонгук, мне тяжело видеть тебя таким, и если ты всё расскажешь своему хёну, возможно, я смогу помочь. — Я…устал…понимаешь? Я устал притворяться, что всё в порядке! Я так люблю его! Но Тэ никогда не воспринимает меня всерьёз?! Он назвал меня глупым избалованным мальчишкой! Если он действительно любит меня, тогда зачем так мучает своим идиотским поведением? — крупные слёзы, словно случайно порвавшиеся жемчужные бусы, одна за другой начали падать из больших красивых глаз. Макнэ не часто проявлял эмоции перед другими, но все они лишь делали вид, что всё в порядке до тех пор, пока могли это делать. И в этом случае алкоголь, вероятно, послужил инструментом для того, чтобы Гук сломался перед своим мембером. — Я не думаю, что он действительно так думает. Что бы не произошло, мы всегда будем рядом с тобой. Да я знаю, что у нас бывают разногласия, но по крайней мере мы будем стараться изо всех сил, особенно наш Намджун. Я знаю, что он попытается сделать всё возможное, чтобы мы были счастливы, — Юнги произнёс последние слова как можно мягче. — Я знаю, но…похоже, что ты тоже избегаешь меня. — Что ты имеешь в виду? — Шуга даже замер, услышав это. — Я был так счастлив, что мы поехали в Японию все вместе, я думал, что здесь я буду чувствовать себя не таким одиноким, но ты такой же как Тэ! Ты игнорировал меня всё это чёртово время! Тебе правда так не понравилась идея разделить со мной комнату? Я правда настолько ужасный? К горлу подступил ком. О чём это он? Да, это правда, что он избегал Чонгука, но ведь это его мемберы всегда были теми, кто оставлял его. Они никогда даже не пытались посвятить его во всё, чем бы они не занимались, и в итоге, Юнги сам отдалился от них. — Ты правда меня так ненавидишь? — повторил макнэ, поднимая голову, чтобы посмотреть на своего хёна. Эти кофейные глаза словно пытались просканировать каждый тайный уголок, который «суровый» рэпер так упорно скрывал внутри. — Мне очень жаль, если ты так думаешь. Разве тебя можно ненавидеть? — в этот момент Юнги вдруг захотелось стереть всю грусть, излучаемую глазами напротив, — Прости… Я не думал, что для тебя это так важно. А по поводу Тэхёна…если вы на самом деле что-то значите друг для друга, то в конечном итоге, обязательно будете вместе. Я в этом уверен. Но для этого ты должен быть сильным и двигаться дальше, чтобы сделать всё возможное для вашего счастья, — он вновь погладил его волосы. — Можно мне обнять тебя? — мягко произнёс Чонгук, — Я обещаю, что буду стараться. Шуга понимающе кивнул и на какое-то время первым заключил его в дружеские объятия. — Послушай, хён… — тон Чонгука неожиданно изменился на совершенно ему несвойственный, — Пожалуйста, помоги мне… Плохое предчувствие заныло где-то в области грудной клетки. — Стань…моим любовником, — вдруг протараторил он, словно обезумевший. Чего? Стать кем? Слова макнэ ввели Юнги в ещё больший ступор, и пока он впал в некое оцепенение, его губы накрыл настойчивый поцелуй. — Эй! Ты, блять спятил?! Ты слишком пьян, чтобы говорить подобное, — Шуга постарался как можно деликатнее оттолкнуть его, боясь ранить ещё сильнее. — Пожалуйста! — почти отчаянно захныкал младший, — Пожалуйста… — ещё одна попытка захватить губы старшего, ведь теперь, его телом управляли только желание и похоть, которые разгорались с каждой попыткой «жертвы» отстраниться. — Ч-что? Чего ты от меня хочешь? Прекрати! — Шуга изо всех сил старался не показывать своего страха, — Тебе нужно поспать! Ты же никогда не пил так много… — Хм… Что я хочу? — улыбнулся Чонгук, придвигаясь ещё ближе и заставляя старшего с уже нескрываемым ужасом отползать назад. На этот раз, Юнги использовал все свои силы, чтобы оттолкнуть от себя тяжело дышащее обезумевшее существо, в котором он уже не мог узнать своего мембера. — И почему всегда так трудно, — устало вздохнул Гук, — Ты будешь подчиняться мне или тебя нужно заставить? — спросил он, больно сжимая пальцами лицо напротив и проводя горячим влажным языком по губам. Шуга чувствовал, что его щёки насквозь промокли, но сейчас он действительно не знал чьи это слёзы — Чонгука или свои собственные, а может быть, их обоих. Он пытался сопротивляться, но макнэ уже давно потерял всю способность к рациональному мышлению. Юнги смутно помнил, как оказался лежащим под ним, с вырванной молнией на брюках и с раздвинутыми ногами. Сейчас, это было лишь стремлением к получению давно потерянного удовольствия, которое привело к неконтролируемым действиям. Силы у младшего действительно было хоть отбавляй, а уж сила его невероятных бёдер известна далеко за пределами фандома, поэтому шансов к сопротивлению у Шуги оказалось куда меньше. — Больно… — между стонами шептал он, но вряд ли кому-то было до этого дело. Сколько прошло времени, он не знал, но в какой-то момент, он начал молить только об одном — чтобы этот чёртов садист кончил быстрее и получил всё, что хотел.