Преступления, невинность и месть

Несмотря на открытое окно, в небольшом кабинете с потертыми деревянными полами и обшарпанными стенами ощущался стойкий запах перегара. На большом дубовом письменном столе, помимо неровных стопок бумаг, карандашей и пишущей машинки, покоилась темноволосая голова, удобно устроившаяся на сложенных руках. Черные, но потускневшие пряди спадали на одну сторону, прикрывая половину лба и левый глаз. Щеки и подбородок украшала трехдневная щетина, а из приоткрытых губ вырывалось то самое амбре, с которым не мог соперничать легкий ветерок, изредка врывающийся в помещение. — Мистер Мин… Вслед за стуком и игнорированием оного дверь открылась, и в кабинет вошел молодой человек. Светленький, коротко стриженный, со смешно торчащими ушами и до невероятного худой. Строгие брюки темно-серого цвета держались за счёт черного ремня, а белая льняная рубашка, заправленная в них, топорщилась в боках и уходила под пояс многочисленными складками. На по-мальчишески угловатых плечах болтался черный жилет, не застегнутый на пуговицы. — Сэр! — произнес он куда громче. Юнги резко выпрямился, поморщился и потер щеку с явным отпечатком перстня, украшавшего указательный палец левой руки. — Д-ха… — послышался хриплый голос, сорвавшийся в полукашель. — Время… Вы просили напомнить о неотложном деле. Юнги снова поморщился от слишком громкого голоса своего подчиненного. Помассировал переносицу большим и указательным пальцами, после чего снова посмотрел на стоящего в дверях. Юнги явно не смекал, о каком деле идет речь, но потом в его глазах мелькнуло понимание, и он запустил руку в карман пиджака, вытягивая за цепочку маленькие круглые часы. Нащупав незаметную кнопочку на позолоченном ободке, Юнги открыл крышку и сверился со стрелками. Кивнув и закрыв часы, вернул их на место. Довольно потянувшись, до щелкающих позвонков, Мин открыл верхний ящик стола и достал початую бутылку виски. Откупорил и щедро плеснул в стоящую сбоку от пишущей машинки кружку. — Тэен, вы можете идти, спасибо, — произнес Юнги, убирая бутылку. — Я Тэхен, сэр. И я имел в виду другое неотложное дело! — Другими неотложными делами вы можете заняться сами, — Мин вытянул руку и помахал кистью снизу вверх, указывая на дверь. — Вы свободны! И, не дожидаясь, пока Тэхен выйдет, протянул подрагивающую ладонь к кружке. — Но, сэр! Письмо пришло с подписью самого короля и с приказом явиться на личную аудиенцию! — Тэен, вы бесполезны! — Тэхен, сэр. Юнги нахмурился и смерил взглядом этого выскочку. Мин прекрасно знал его имя, но целенаправленно называл иначе, ожидая, когда Тэхену надоест и он перейдет в другой отдел, доставать другого начальника своим рвением, исполнительностью и внимательностью. — Когда научитесь быть полезным, станете Техеном, а пока я сам буду выбирать, как вас называть. Повторив жест рукой, Юнги, наконец, взял кружку и сделал небольшой глоток. Алкоголь приятной, обжигающей волной прошелся по пересохшему горлу. Мин облизал горчащие губы и блаженно зажмурился. — Сэр, так что насчет аудиенции? Если не поспешите, можете опоздать! — Тэен, покиньте кабинет немедленно, если не хотите покинуть отдел. Глаза Юнги угрожающе сощурились. Край кружки еще раз прижался к губам, виски скользнуло в горло, согревая изнутри и приливая краской к лицу. На этот раз Тэхен не стал спорить. Нервно одернул полу жилета и закрыл дверь с обратной стороны. Юнги довольно выдохнул. Улыбнулся самому себе и одним большим глотком опустошил кружку. Мотнул головой, хватанул ртом воздух и, покачнувшись, поднялся на ноги. Кабинет расплылся перед глазами, затем отравленный спиртом мозг настроил резкость. Юнги пару раз стукнул костяшками пальцев по столешнице, проверяя слух и осязание, после чего, ведя ладонью по краю, обошел стол и, оттолкнувшись от острого угла, добрался до двери. На выходе Мин усмехнулся, наблюдая за Тэхеном, нервно отбивающим чечетку и внимательно смотрящим на циферблат карманных часов. Юнги нарочно прикрыл дверь так аккуратно, что она даже не скрипнула, и мягкой походкой, почти не отлипая от стены, устремился дальше по коридору. Навыки не пропьешь. Так что Юнги уже в который раз оставил Тэхена устраивать геноцид своим нервным клеткам недалеко от двери, отправляясь решать вопрос со своим «неотложным делом».