О занятиях английским и фотоальбомах
11 июня 2018 г., 23:27
— Это же надо быть таким тупым, — сокрушался Кей. — Это же такая простая тема. Да тут даже ребёнок справится.
— В своё оправдание хочу заметить, что мы всё ещё дети, и я не создан для изучения языков.
— Я бы хотел изучить твой язык, — тихо заметил Тсукишима.
— Что? — не понял Хината.
— Ничего, заткнись и пиши.
— Да я не про это. Мы же оба японцы, — наклонил голову Шоё.
«Как же хорошо, что он тупой», — подумал блондин. — «Но всё ещё слишком милый».
— Эх, сейчас бы в волейбол поиграть. Суббота же, а я в такую ранищу всё равно делаю уроки, — лёг на парту Хината. Его телефон время от времени пиликал, оповещая о новом сообщении. Это жутко раздражало Кея. Но казалось, что идеальная приманка Карасуно не замечает этого.
— А тебя не волнует, что я проснулся ещё раньше, чтобы прийти к тебе в свой выходной, — раздраженно проговорил блокирующий.
— Прости, Тсукишима, — проныл Шоё. — Просто этот язык такой сложный. И это странно, видеть тебя без Ямагучи.
— А тебя без Кагеямы. И мы с Ямагучи не сиамские близнецы, чтобы всё время таскаться вместе. Тебе стоит больше времени уделять практике, — но при взгляде на расстроенное лицо сокомандника в душе блондина всё же что-то дрогнуло. — Если ты решишь эти три задания, то так уж и быть, я побросаю тебе мяч.
— Правда? — тут же вскочил Шоё. — Я сейчас все решу. Вот честно.
У Хинаты ушло ещё два часа и миллионы убитых нервных клеток Кея, чтобы закончить задания. Всё же языки и правда не были его стихией.
— Братик, мама зовет вас кушать, — приоткрыла дверь Нацу. Забавная оранжевая пижама делала её слишком милой и похожей на Шоё, чтобы не заставить губы вечно недовольного блокирующего подняться в подобии улыбки.
— Да, мы сейчас придем, — кивнул головой центральный блокирующий, передавая тетрадь замученному компаньону. Он и сам выглядел не лучше.
— Хм, — нахмурился Кей. — Вроде всё верно. Хоть что-то удалось вбить в твою голову.
— Ага, теперь-то я уж не завалю тест, — ухмыльнулся будущий ас.
— Надеюсь на это. Я пошёл, — начал собирать вещи блондин.
— Нет, — не согласился с ним Хината. — Теперь мы пообедаем и ты покидаешь мячик, как и обещал.
Тсукишиме оставалось только вздохнуть. Он всегда сдерживал своё слово, если его давал. А мама его возлюбленного показалась ему очень доброй и приветливой, ему не хотелось её расстраивать.
— Хорошо, только недолго.
Их недолго растянулось до вечера. Мать Хинаты действительно была слишком мила. Сразу после обеда она решила, что раз уж её сын впервые пригласил домой друга, то она просто обязана взять с этого всё. Послав сына в магазин, она ещё целый час показывала фотографии Шоё из младшей школы. Тсукишиме было довольно неловко, но и отказать себе в удовольствии полюбоваться прошлым возлюбленного он не мог. Тсунако, видя, что её собеседник искренне заинтересован, показывала всё больше и больше фотографий. К тому моменту, как Хината вернулся, они уже успели пройти путь от фото из детского сада до средней школы, сам Тсукишима был слегка дезориентирован, а в его телефоне появилось на два контакта больше. Всё закончилось тем, что они пробросали мяч до вечера, иногда его сокомандник был слишком неугомонен.
Возвращаясь домой, благо, что у них небольшой городок, Тсукишима думал, что ещё страннее дня он в жизни не проводил. Телефон пропищал пару раз, сообщая о пропущенных звонках от Тадаши, но Кей сейчас не хотел отвечать. Усмехнувшись, он тяжело сглотнул. Кажется, его план дал обратный эффект, что казалось ему невозможным. Он влюблялся в Хинату Шоё всё больше и больше.
