На поводу у чувств

К концу второй недели их вынужденных совместных занятий, хотя заниматься вместе часто у них не получалось, Тсукишима смирился. Смирился с полной наивностью Хинаты и его же неспособностью мыслить. Кажется, к его присутствию в доме семьи Хината уже все привыкли и даже ждали. Мать Шоё просто божественно готовила его любимый клубничный пирог, откуда она узнала, чтобы это его любимый, он так и не смог понять. — Тсукки, — проныл будущий ас. — Я… — Не зови меня так, — раздражённо проговорил Кей. — Хм? Но Ямагучи же зовёт. — Мы друзья детства, — как само собой разумеющееся произнёс он. Не говорить же этому коротышке о том, что его прозвище, когда его говорил именно Шоё, приводило его к аритмии. Так недолго было и умереть от сердечного приступа. Но то ли Хината был чересчур невнимательным ко всему, что не касалось волейбола, то ли у Тсукишимы был слишком шикарный прирождённый талант актера, но никто ещё до сих пор не заметил его чувств. — Что ты хотел? — Я хотел сходить и купить подарок для Нацу, у неё скоро день Рождения. — У меня не так много времени, чтобы разгуливать по улицам. — Так ты не хочешь? — поджал губы Шоё. Он, конечно, не рассчитывал, что тот сразу же согласится, но всё равно было немного жаль, ему казалось, что они уже успели подружиться достаточно близко. Кажется, он ошибался. — Ну ладно, не хочу тебя заставлять. Позову Кагеяму, а если и он не пойдёт, напишу Кенме. До Токио вроде бы недалеко, да и мы давно не виделись. У Тсукишимы дёрнулся глаз. А тем временем телефон Хинаты опять издал короткий звон, оповещая об СМС. — Вот вспомнишь чёрта, — пробубнил блокирующий. — Кагеяма пишет, что завтра тренировка отменяется. У семпаев проверочная будет. Сейчас напишу ему, — прикусив кончик языка, Хината стал набирать сообщение, но не успел — Кей захлопнул его телефон. По его сердитому взгляду будущий ас понял, что он опять что-то сделал не так. — Вот завтра вместо тренировки и сходим, — мрачно произнес Тсукишима. — Правда? — обрадовался рыжий. — Уооо! Я скажу маме, что мы завтра придём поздно, — улыбнулся он и помчался вон из комнаты. — Мы? — улыбнулся Кей. Его забавляла эта манера речи. Не успел он убрать с лица это выражение, как дверь в комнату опять открылась и из-за неё торчала рыжая макушка Нацу. — Ты что-то хотела? — поднял бровь Тсукки. — Угу. Поможешь с английским? Братик сказал, что ты в этом ас! — улыбнулась она. — Прямо так и сказал? — удивился он. Похоже, ему придётся смириться с ролью репетитора в этой семье. — Честно-честно. И вообще, мне только проверить задания надо. Я не уверена насчет одиннадцатого. — Ладно, — тяжело вздохнул он. К моменту, когда Шоё вернулся в комнату, Кей уже успел помочь Нацу и даже получить от нее презент. Что она дала ему, он понятия не имел, оно находилось в маленьком конвертике и центральный блокирующий искренне надеялся, что там не деньги.

***

Торговый центр поражал своими размерами. Для их небольшого городка это было слишком. Но зато было много рабочих мест, и людям было куда сходить на выходные. — Я даже не знаю, куда сначала. Может, в магазин игрушек? — наклонил голову Хината. — А она не взрослая для такого? — Ты чего, никто не бывает взрослым для игрушек, — возмутился Шоё. Казалось, что они обошли почти все магазины. Хотя рыжий всё равно заставил купить Тсукишиму медведя ещё в первом магазине, они все равно прошли неимоверное количество помещений. Но что больше всего раздражало Кея, так это то, как умилялись продавцы, смотря на них. Похоже, их принимали за парочку. И все чаще больше этот поход стал напоминать свидание. Когда после кино они сидели в кафе, Хината вдруг вскочил. — Блин, мы забыли о подарке! — воскликнул Шоё. У Тсукишимы задёргался глаз. Похоже, что его сокомандник вообще забыл о том, зачем они здесь. Признаться, он тоже уже забыл об изначальной цели визита. — Просто купи ей то, что ей нравится. — Точно! Куплю ей волейбольный мяч! Мяч — это жизнь! — Нет. Купи ей нормальный подарок, — но Хината его уже не слышал. У самого блондина в кармане уже покоилась коробочка с небольшой цепочкой внутри, к которой был прикреплён кулон в виде зайца.

***

Когда Нацу радостно воскликнула при виде мяча, Тсукишима подумал, что где-то он в жизни свернул не туда. Все, что ему оставалось делать, так это вздохнуть. Ведь главное, что подарок понравился. Свой же подарок он подарил чуть позже, и она была не менее рада. В какой-то мере это приносило удовольствие. Но ещё больше его радовал счастливый вид Шоё, и Кей подумал, что вот такого Хинату, счастливого, румяного и с такой притягательной улыбкой, наверное, чертовски здорово целовать. Как же ему хотелось это сделать, но он одернул себя. Он не имел на это никакого права. Только придя домой, он вспомнил, что так и не достал из сумки подарок от Нацу. Открыв его, он усмехнулся. «Кажется, это то, что тебе нравится», — сказала она и всунула ему в руки. Кей еще раз усмехнулся и стыдливо прикрыл лицо рукой. Даже ребёнок догадался. На небольшой фотографии, что была в конверте, счастливо улыбался Шоё.