Найти своё вдохновение

Что же такое вдохновение? Этим вопросом я задаюсь уже не один день подряд и каждый из этих дней впустую порчу листки пергамента. Однажды я услышала такую фразу: «Это слова подражателя — ты должна найти свой голос». Но, а пока что вновь скомканный лист летит через плечо. — Ай! — вскрикнул Рональд. — Гермиона, твоё новое увлечение опасно для окружающих. Однако я уже не слышала. Я поняла — проблема в жанре. Приключений на свою голову вполне достаточно в жизни: не подходит. Драмы в целом в мире хватает. — Рон, ты достал уже! — произнес недовольно Дин, который только вернулся в гостиную гриффиндорцев. — Не мог бы ты своё личное оставить личным, — намекает тот на его отношения с Лавандой, которые мягко говоря, раздражают не один факультет не один день. И вот здесь меня осенило. Я решила, что мне стоит двигаться по направлению романтизма. Сразу же конечно я весьма обрадовалась, а затем осознала, что романтизмом в моей жизни и не пахло. Моё настроение вернулось в прежнее положение тоски. На часах уже было давно за полночь — я переместилась на кровать с твердого стула и ощутила всю возможную боль в спину и шее. Словно наказание за моё очередное фиаско. Я пыталась заснуть, но бессонница настигла меня быстрее. В голове мелькали разные вспышки из воспоминаний, которые подтолкнули меня на странную затею.

*** — Эй, у нас, что новенькая? — спросил кто-то из слизеринцев. — Голову тебе нужно новую, — отвечает Блейз. — Это Грейнджер вырядилась сегодня, — продолжает он. — Она ничего кстати. — Где? — лениво спрашивает Малфой чисто из интереса, однако когда друг показал, куда нужно посмотреть его лицо украсила ухмылка. — Интересно, что же у нашей грязнокровки за повод появился. — Узнаем, — далее это был разговор взглядами понятный только им.

*** Сегодня я, наверное, второй раз в жизни пользовалась косметикой. Выровняла волосы и надела классическое черное платье, которое, как говорила мне мама, есть в гардеробе каждой девушки. По времени я тоже прекрасно успевала, поэтому постаралась немного успокоиться. Затем пришла Джинни, вместе с которой мы должны были пойти на завтрак, и сказала, что всё поняла и поможет. Это вызвало у меня улыбку и, несмотря на хмурую погоду за окном на душу стало теплее рядом с хорошим другом. Она исправила мой макияж, волосы собрала в низкий хвост и подкрутила концы. Потом мы немного порылись в моих вещах, затем у Джинни и скомпоновали образ из темных джинсов с высокой посадкой и легкой белой блузки. Сначала я сомневалась во всей этой затее и даже слишком, но Уизли сумела меня взбодрить довольно удачно. Далее по плану было обратить на себя внимание Энтони из Когтеврана. Он староста, достаточно умный и симпатичный, а еще мы недавно работали в паре на Защите от Темных Искусств.

*** Я старалась подловить Энтони с самого завтрака. Но в итоге на меня обращали внимание все, но не он. А еще мне показалось, что за мной стали ходить Забини и Малфой.

*** Сегодня я как никогда ощутила насколько я стеснительная. Я через столько прошла, а элементарно завести разговор не мог… — А что мы здесь пишем целый день, Грейнджер, а? — выхватил Малфой блокнот Гермионы, в котором она записывала всё, что касается её нового хобби. — Писательством решила заняться? Сейчас увидим, какие успехи у великой заучки. — Стой! Нет, Малфой, отдай! — вскрикнула девушка. — Это личное! — Ну, раз так, тем более, — продолжал издеваться Драко. Странно, что в это время у озера никого кроме них не было. — Прошу отдай, — пыталась выхватить Грейнджер блокнот, но парень пользуюсь своим ростом и ловкостью не обращал почти никакого внимания на гриффиндорку и читал. Продолжалось это недолго: затем Гермиона вспомнила про существование волшебной палочки и поистине волшебного заклинания «Акцио». — Дам тебе совет, грязнокровка. Проблема не в чем-то или ком-то, а в тебе, — после этих слов он ушел, дав ей пищу для размышлений. Она всерьез задумалась над его словами и настолько сильно, что даже не заметила куда идет. Она постелила свою мантию и присела на неё; закрыла глаза и представила, где бы сейчас хотела быть. Это место должно было бы описывать её душевное состояние, и оно нашлось. Гермиона стояла на высокой скале, под которой было тихое море. Вдалеке виднелись горы, а облака усеяли весь небосклон. Она стояла почти на краю, но ни капли страха не было. Лишь умиротворение и наконец-то оно — вдохновение. Девушка достала из внутреннего кармана своей мантии ручку и принялась делать записи. Поток из слов накрыл страницы, подобно цунами.