7я

Он лежит на другое половине кровати и втыкает в смартфон. У него абсолютно равнодушное лицо. Впрочем, время от времени он бросает на меня мимолетные взгляды. Не знаю, зачем он это делает. Как будто я ему интересна. Всегда, всякий раз, когда всё заканчивается, он утыкается в смартфон. Я лежу рядом и буквально изнемогаю от одиночества. Мне очень нужно немного тепла после. Мне хочется объятий, нежных поцелуев. Без этого мне плохо. Но я пригласила его не ради любви. Хотя, когда со мной была та, которую я любила, мне все равно было настолько же плохо и одиноко. Они оба удивительно похожи. Удивительно эгоистичны и оба удивительно потребительски относятся к тебе. Они оба ощущают себя особами, которых должны обслужить. Только она изображала из себя трепетную лань, которую должен догонять охотник. Она ждала, пока ты догонишь ее, удовлетворишь. А потом просто отворачивалась, как будто тебя рядом нет. Он горяч, напорист и неистов. Он сам догонит тебя, если ему нужно. И не отстанет, пока не получит свое. Но на самом деле - точно так же холоден. И получив от тебя то, что нужно, тут же утыкается в смартфон. Впрочем, у него есть одно достоинство: он ничего мне не обещал и потому ничего не должен. Я смотрю на него, и меня начинает тошнить. Мне противна вся эта ситуация. - Тено, ты можешь не лежать с такой кислой миной? - недовольно говорит он. - Если у тебя дурное настроение, могла бы не приходить, - он фыркает. - Я учту, - отвечаю я. Я действительно учту. И подумаю над тем, что, возможно, приходить больше не нужно. Он недовольно поджимает губы. Вероятно, мои намерения написаны у меня на лице. - Учтет она, - ворчит он. - Что у тебя вообще произошло, раз ты сейчас смотришь на меня, как на врага народа. - У меня ничего не произошло. Я просто задумалась. - О чем? - Об отношениях. - С Кайо? - Да. - Почему вы разошлись? Она тебя не удовлетворяла? - Какая разница? Ты тоже меня не удовлетворяешь. И это так. Я действительно не получаю никакого удовлетворения от близости с ним. Но в данном случае проблема не в нем. А во мне. Которая ищет отношений там, где их быть не должно. Он недовольно вздыхает. - А что, раньше сказать было нельзя? - раздраженно говорит он. Что ж, я его понимаю. - Очень приятно узнать сейчас, что ты, оказывается, все имитировала. - Я не имитировала. Но удовлетворения от нашей близости не испытываю. - Это как вообще? - он озадаченно смотрит на меня. - Вот так. Впрочем, закрыли тему, - я отворачиваюсь. - Королева драмы, - фыркает он. Я от удивления едва не подскакиваю на кровати и поворачиваю к нему голову. - Это я - королева драмы? - Ты, конечно. Лежишь, пялишь на меня с обиженным видом, а когда я спрашиваю, в чем дело, отказываешься объяснять. - Какая разница. Как будто это что-то решит, - я встаю с постели, чтобы собрать вещи и уйти. У меня кружится голова, и я хватаюсь за стул рукой. Видимо, мои душевное состояние повлияло на организм. - Тено, - слышу я обеспокоенный голос. - Может, все-таки поспишь у меня до утра? - А что? - Мне кажется, ты нехорошо себя чувствуешь. Еще не хватало, чтобы ты, уйдя от меня, свалилась где-нибудь по дороге. - Как будто тебе не все равно, - говорю я, возвращаясь в постель. - Было бы все равно, не предлагал бы у меня остаться, - ворчит он. Я накрываюсь одеялом и поворачиваюсь лицом к нему. Я всеми силами пытаюсь намекнуть ему, что мне очень не хватает его близости. Что мне ужасно и отвратительно лежать вот так, без объятий. Меня просто тошнит ото всего. - Слушай, у тебя все в порядке? - снова беспокоится он. - У тебя такое выражение лица, как будто у тебя что-то болит. Может, мне вызвать скорую? - Да на хер мне нужна твой скорая, - раздражаюсь я и отворачиваюсь от него. Впрочем, чего от него требовать? Он не испытывает потребности в том, чтобы понежничать. Глупо думать, что он поймет, как мне плохо без этого. Да в общем-то, зачем ему понимать? Он со мной честно занимается сексом. Это я хожу к нему в надежде получить то, чего не получила от Мичиру. Я почему-то подумала, что честный секс лучше нечестной любви. Но не подумала над тем, что кроме честного секса захочу от него таких же честных отношений. - Слушай, Коу. Мне кажется, наши с тобой отношения себя исчерпали. Ты меня не удовлетворяешь. Я тебя раздражаю своей кислой миной. Думаю, нам не стоит больше встречаться. Он молчит, а потом спрашивает ровным тоном: - У тебя что-то случилось, или я тебя чем-то сильно обидел? - Да всё у меня в порядке! Прекрати доставать меня этими идиотскими вопросами, - раздраженно отвечаю я. Да, меня раздражает такая беседа. Потому что мне хочется сказать, что меня бесит его равнодушие, отсутствие ласки, нежности и объятий, но я понимаю, что требовать глупо. - Психичка, - фыркает он. - В больничку сходи… - но тут он обрывает себя на полуслове, а потом осторожно спрашивает: - Ты беременна, что ль? - Не знаю… - выдыхаю я, покрываясь холодным потом. А ведь и правда. И тошнота, и головокружение могут быть вызваны беременностью. - Тогда понятно… Тогда все понятно. Тошнит, наверное? - я слышу в голосе искреннюю заботу, и меня это удивляет. - Да, подташнивает. Голова закружилась, когда я попробовала встать. - Вон оно как… - растерянно говорит он. Я растерянна не меньше, чем он. Беременность не входила в мои планы. Мне страшно за свою карьеру и за свою жизнь. Я не знаю, что делать. Все мои планы на будущее могут рухнуть. - Ладно, отдыхай пока. Потом все решим, - он гладит меня по волосам, говоря спокойным, умиротворяющим тоном. Я давно ждала от него такой нежности. И она пусть и немного, но успокаивает меня, испуганную новостью о беременности. - Я могу что-то для тебя сделать? - Да, - неожиданно четко говорю. - Лег рядом и обними меня покрепче. Я имею право! Он сам предложил. Так что я удовлетворю свою потребность в его объятиях. Он прижимается ко мне со спины и обнимает за талию. - Так нормально? - Да, - пытаюсь успокоиться, расслабиться. Но внутри я все равно нервничаю, и потому меня прорывает: - Ты отвратительный любовник, Коу. Просто отвратительный. Ты никогда не обнимешь меня просто так и не поцелуешь. Едва всё закончилось, ты тут же утыкаешься в смартфон, как будто меня здесь нет. Попользовался и забыл. Не обидел ли он меня, спрашивает. Обидел! Ты все время меня обижаешь, когда не думаешь обо мне. А мне противно так лежать. Мне хочется, чтобы ты продемонстрировал хоть какой-то интерес ко мне лично. Я даже просить тебя об этом не вижу смысла. Зачем мне лезть к человеку, для которого я резиновая кукла?.. - Тшш… - тихо говорит он и целует в плечо. - Ну надо же! Все это время плевал на меня, а сейчас - ишь ты, какой ласковый стал! - Просто ты сейчас кажешь мне очень хрупкой и беззащитной, - с неловкостью в голосе говорит он. - Мне хочется о тебе заботиться. - Как трогательно. Особенно для того, кто трахался со мной исключительно "для здоровья" и не считал нужным даже обнять после секса. - Тено, прекрати, - недовольно говорит он. - Чего прекратить? Из-за тебя у меня может разрушиться карьера. Я могу потерять все, чего достигла! - я понимаю, что меня несет, но не могу остановиться. - На черта я вообще с тобой связалась! - ору я и изо всех сил отпихиваю его. Он молчит и вздыхает. - Вообще-то, не я один этого ребенка делал, - замечает он. - Я в курсе, что тоже виновата, - недовольно говорю я, успокоившись. - Я просто испугалась. Еще и ты меня достал. - Вообще или сегодня? - И вообще, и сегодня в том числе. И что мне делать с тем, что произошло? Так… - я выдыхаю. - В конце концов, всегда есть варианты. Надеюсь, на медикаментозный я еще успею. - Медикаментозный аборт? - Да. - Сохранять не хочешь? - Да там и сохранять-то еще нечего, - я вздыхаю. - Мне сейчас эта беременность ни к селу, ни к городу. Я не имею права пропустить сезон. Сборная возлагала на меня серьезные надежды. А даже если и пропущу из-за беременности. Куда мне потом этого ребенка? Что мне с ним делать? Отдавать на попечение государства? А смысл тогда рожать. Только тело потеряет рабочую форму. - А ты никогда не хотела детей? - тон его голоса совсем потерянный. - Не знаю. Мне это никогда не было интересно, - грубо отвечаю я. Я по-прежнему раздражена, пусть и не так сильно. Конечно, я думала о детях. Где-то в мечтах об идеальной семье. Но в реальности руководствовалась совсем иными убеждениями. - Разные там инстинкты я давно реализовала, воспитывая Хотару. - А может, ты все-таки еще подумаешь? Я помогу. - Чем ты поможешь? Выносишь за меня? Он молчит. Я недовольно вздыхаю. - Тено, давай еще подумаем до завтра, - он гладит меня по спине. - Успокоимся, посмотрим на все трезвым взглядом. - Толку смотреть? Я уже все решила, - бросаю я, но понимаю, что успокоиться действительно не мешает. - Ладно, давай спать. Он выключает свет и, снова прижавшись ко мне, обнимает. Его тепло расслабляет меня. Я действительно постепенно успокаиваюсь. Эмоции начинают стихать, и я внезапно осознаю, что ласка, которую я так долго от него ждала, доступна мне. Я очень хотела от него ласки, нежности и тепла. Искала теплые и честные отношения. И вот он мне дал понять, что готов помогать с ребенком. Почему-то мысль о том, что он относится ко мне тепло, что он хочет быть со мной, приносит облегчение. Да, я беременна, но я же не одна. Мне теперь есть на кого положиться. Есть тот, кто мне поможет. Да, у меня могут возникнуть проблемы, но кто сказал, что мы не сможем их преодолеть. - Коу… - тихо зову я его. - Что? - А все-таки, почему ты сегодня проявил ко мне так много заботы? И я не про беременность. Ты и сначала спрашивал, что со мной. Проявлял интерес к моему состоянию. Что случилось? - Ты мне нравишься, - просто говорит он. - Ну, и я к тебе привязался. Не спорю. Я иногда довольно эгоистичен и забываю про чужие потребности. Вероятно, мне действительно стоило больше уделять внимания ласкам после. Но все-таки ты могла бы давно сказать, - неодобрительно произносит он. - Я не настолько эгоистичен, чтобы не обнять лишний раз. Я, конечно, еще не задумывался над тем, чтобы иметь детей с тобой. Но твоя кандидатура не кажется мне такой уж ужасной. Мы можем начать встречаться. Или даже пожениться, - тут его голос становится просительным. Он пытается так убедить меня не делать аборт. - Я все равно раздумывал над тем, чтобы мы стали парой. Мне кажется, это хороший повод. Я молчу, а потом говорю: - Коу, послушай. Ты, наверное, понимаешь, что ситуация не простая. Что это не та ситуация, где можно передумать. Мне страшно - и я это признаю. Я многим сейчас рискую. Может, у меня больше не получится вернуться в спорт - кто его знает, как пройдут беременность и роды. Но мне нужно знать, что я делаю это не просто так. Мне нужно быть уверенной, что я не пожалею о своем решении. Мне не хочется потом, когда ты расхочешь заниматься нашим ребенком, сидеть и думать над тем, как я испортила свою жизнь. Что зачем-то доверилась тебе и пошла на такой шаг вместо того, чтобы самостоятельно контролировать свою жизнь от и до. И не только получила сложности в карьере, но еще и навесила на себя кучу обязанностей, с которыми будет тяжко справляться. Коу, мы не можем заключить договор - да тут и не заключишь ничего. Просто скажи твердо, что не бросишь меня с ребенком. - Я тебя не брошу, - он целует меня в шею. - Ну вот и славно, - говорю я, при этом с трепетом ощущая, что наступает новый, рискованный для меня этап. Мы гуляем по улице. Он очень любит дочку. Меня это радует. Мы смогли притереться друг к другу. Хотя, конечно, были сложности. Но он никогда не выражал желания всё бросить и уйти. А вот мне иногда хотелось бросить все. Я была зла из-за того, что теряю время впустую в связи с этой беременностью. Все-таки я всегда видела в себе прежде всего спортсменку. Мои жизненные планы лежали в сфере спортивных достижений. Причем, я не пыталась так компенсировать что-то - многие люди уходят в работу, чтобы отвлечься от насущных проблем. Нет, я действительно хотела так жить. И, если честно, до сих пор не свыклась с новым статусом. И действительно считаю время, потраченное на беременность, проведенным зря - ведь в это время я могла бы добиться более высоких результатов. А я не только упустила определенные шансы, но потом мне еще пришлось восстанавливать форму. И телесную, и профессиональную. Но злости на дочь у меня нет. Она ни в чем не виновата. Я сама приняла решение родить ее. Мы приняли. В отличие от Ятена, который действительно очень ее ждал, я провела всю беременность и первые месяцы ее жизни в борьбе со своими внутренними демонами. Но сейчас я начинаю постепенно ее узнавать, мне интересно, чем она живет. Мне любопытно видеть, как она отвечает на мою улыбку. В этом есть что-то особенное. Я очень надеюсь, что смогу полюбить ее так же, как Ятен. Мне кажется, тесная духовная связь с дочерью принесет мне радость. И хотя я по-прежнему считаю время, проведенное в беременности, потраченным зря, я не жалею, что приняла решение родить. Несмотря на очевидные трудности, с которыми я столкнулась, отношения с Ятеном и дочь принесли мне положительные эмоции. В итоге я "вышла в плюс", если можно так выразиться. И потому не скучаю по прошлой жизни. Я не хочу снова ощущать себя одинокой, (замерзшей без чужих объятий), а с Ятеном мне спокойнее и надежней. Наверное, вот это спокойствие, жизненная стабильность и уверенность в завтрашнем дне - то, из-за чего я не жалею о своем решении. Тогда я жила активнее, была рискованнее, принимала решения быстро и без колебаний. Но по факту вся моя жизнь, вся моя судьба зависела исключительно от того, сломаюсь ли я тот или иной момент или не сломаюсь, выдержу ли я нагрузку. Именно поэтому при известии о беременности мне стало отчаянно страшно, когда я поняла, что могу всего лишиться. Мне казалось, что я одна со всем просто не справлюсь. Но теперь я не боюсь крутых поворотов в жизни. Мне больше не кажется, что моя жизнь разрушится, если я чего-то не смогу. Ведь рядом со мной родные - муж и дочь. Наверное, только сейчас я начала понимать истинный смысл отношений. Когда-то, встречаясь с Мичиру, я чувствовала, что что-то не так. Но не могла понять, что именно. Мне не хватало ее внимания ко мне, к моим нуждам и желаниями. Но дело было не только в ласке. Дело было в том, что мы не участвовали в жизни друг друга и не хотели. Мики, сидящая у папы на руках, улыбается мне. Я улыбаюсь ей в ответ. Она тянет руки ко мне. Папа отдает мне ее. Она тут же обхватывает меня за шею своими ручками. Я глажу ее по голове. - Спасибо тебе, - говорю я супругу в полголоса, наклонившись к его уху.. - За что? - удивляется тот. - За то, что ты тогда отговорил меня. Я рада, что теперь у нас есть семья. - Я тоже рад, - улыбается он и обнимает меня за талию. Как же странно все сложилось. В Мичиру я искала любовь, а нашла только секс. А с ним сошлась ради секса, но нашла любовь. Да, тихую, спокойную, не страстную, не романтичную, но любовь.