Личный водитель

— У меня есть неоспоримые доказательства, — разнесся знакомый голос по залу суда. Намджун в шоке повернулся назад, увидев в проходе между скамьями Мин Юнги. Тот, не глядя на него, прошел в центр зала. — Извините, но Вы кто? — недоуменно спросил судья. — Меня зовут Мин Юнги. Я президент компании Golden Entertainment, — представился он. — Но… Как же обвинения Кан Джиена в Вашем убийстве? — Понимаете, Ваша честь, шло расследование против незаконной деятельности президента Кана. Мы с детективом Кимом хотели проверить некоторые подозрения, которые, к сожалению, подтвердились. После угроз и покушения на мою жизнь, нам с Ким Тэхеном пришлось подыграть ему. Поэтому позже разнесся слух о моей гибели, и мы увидели его дальнейшие действия. Теперь я стою здесь и передаю вам последние доказательства противоправных деяний Кан Джиена в отношении меня и моей компании, — закончил Юнги, передавая помощнику судьи последние документы. — Принимая во внимание появление новых доказательств, суд объявляет перерыв на полчаса и удаляется на совещание, — объявил судья и вышел со своими помощниками. Намджун, поверив, наконец, что перед ним действительно его хен, живой и невредимый, написал Джину с Чонгуком, что Мин жив. Подумав, отправил и Хосоку. Ким как раз убирал телефон, когда объявили перерыв. Джун оглядел зал, но Юнги нигде не было видно. У него аж ноги подкосились. Как он смог так быстро исчезнуть? Решив все прояснить, Намджун направился к Тэхену. — Хееен, ты ничего не хочешь мне рассказать? — устало протянул Джун. — Ты о чем? — невинно спросил детектив, но увидев грозный взгляд младшего, пояснил: — Юнги ведь сам уже все рассказал. — Это я понял. Только почему ты нам ничего не сообщил? — обижено задал вопрос Намджун. — Мы хотели все рассказать, но люди Кан Джиена следили за вами, а нам нужна была реалистичная реакция на «смерть» Юнги, — с тяжелым вздохом сказал Тэхен. — Вы могли сказать Чонгуку. Он все равно не выходил из дома эту неделю. — Нам нельзя было рисковать. Я понимаю, что вы сердитесь, но было необходимо пойти на эти меры, чтобы раз и навсегда засудить Кана и дальше жить в спокойствии, — тихо проговорил детектив. — Куда сейчас ушел Юнги? — спросил Джун, переводя тему. — Скорей всего в компанию уехал. Он говорил, что у него там пара срочных дел, — улыбнулся Тэхен. — Ну, дома ему точно не поздоровится. Я это гарантирую, — с хитрой ухмылкой сказал Намджун. — Пойдем в зал, скоро заседание продолжится. — Пошли, — согласился Ким-старший. Суд, приняв во внимание все доказательства, объявил приговор: «Обвиняемый Кан Джиен признан виновным в совершении предъявленных преступлений, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на пожизненный срок без права апелляции».

***

Намджун с Тэхеном счастливые едут домой, где их уже ждут Джин с Чонгуком. После окончания суда Джун позвонил им и сообщил, что теперь все будет хорошо. Болтая на разные темы, они не заметили, как оказались около дома. От осознания того, что все закончилось, на душе было легко и хотелось глупо улыбаться. После «смерти» Юнги, Намджун даже думать боялся о будущем, но сейчас он понимал — их впереди ждет счастье. Не без проблем, конечно. Только теперь они все вместе, а когда рядом близкие — ничего не страшно. Заходя в дом, Джун видит в прихожей незнакомую пару обуви. Подумав, что это приехал Мин, он идет в гостиную, где на диване сидят Чонгук с Хосоком и Джином, тихо говоря о чем-то. Сразу за ним зашел Тэхен. — Юнги еще не здесь? — спросил Намджун, падая в кресло напротив них. — Не-а, — ответил Джин. — Привет, Тэхен-хен, — сказал Гук, беря со столика кружку с чаем. — Привет, Гуки, — поздоровался с ним детектив и спросил у Чона. — А вы должно быть Хосок? — Да, но откуда вы знаете? — поразился Хо. — Юнги в последнее время много о вас рассказывал, — улыбнулся Тэхен, садясь рядом с Намджуном в соседнее кресло. — Так ты знал, что он жив? — удивленно спросил Чонгук, вскакивая с дивана. — Гуки, успокойся. Да, я знал, — тихо ответил детектив. — Как я и говорил Джуну — это было нужно для дела. Мы хотели рассказать с самого начала, но за вами следили, и пришлось держать все в тайне. Простите. — Что нам сейчас эти извинения?! Я думал, что мой брат мертв! Последний родной человек, который стал для меня всем, мертв. Ты понимаешь, что я чувствовал тогда? Из-за какого-то дела, вы готовы были рискнуть моим здоровьем? Ладно, ты, но от него я такого не ожидал, — кричал на него Гук, чувствуя заливающие лицо слезы. — Мы понимали это, но Кан угрожал вам всем. Пойми, нам пришлось это сделать, — просил Тэхен, вставая с кресла и подходя к нему. — Да плевал я на его угрозы, — прошипел Чонгук, вытирая слезы рукавом худи. — Ты еще маленький и поэтому не понимаешь… — начал Тэхен, но его прервали. — Конечно, куда мне до вас. Это же я заставил младшего брата думать, что он остался один, без родных, — ядовито проговорил Гук. — Слава богу, что у меня есть Намджун-хен и Сокджин-хен. — Я не это имел в виду, — сказал детектив. — Ты не понимаешь, что за человек этот Кан. Их семья уже не раз пыталась вас убить. Однажды это уже получилось и вы с Юнги остались одни. Твой брат хотел раз и навсегда разобраться с ним, чтобы после вы были счастливы. Пойми же это. — Да понимаю я. Но вы могли предупредить об этом! Чтобы мы себе нервы сберегли, которых и так почти нет, — подходя ближе к нему, шипел Чонгук. — Нет, не могли, — устало сказал Тэхен. — Тогда бы вы все были в опасности. — Гуки, он прав, — тихо произнес Юнги, стоящий у входа в гостиную. — Когда ты пришел? — спросил Намджун. — Мы не слышали. — Минут пять назад, — пожал плечами Мин. — Гуки, я понимаю, ты злишься, но мы, правда, не могли сказать, хотя очень хотели. Ты же знаешь, что я не люблю, когда вы переживаете обо мне. — Это не оправдывает вас, — проговорил Чонгук. — Зачем я вообще волновался? — задал вопрос он и выбежал из гостиной, направляясь в свою комнату. — Ты же знал, что так будет? — спросил Джин, глядя на него. — Предполагал, — уныло сказал Юнги, грустно улыбаясь. — Я пойду, поговорю с ним, — произнес Тэхен и покинул комнату. — Я тоже, наверное, пойду, — хрипло проговорил Хосок, вставая. Горло он так и не вылечил до конца. — Не уходи. Мне надо с тобой поговорить, — попросил Мин, подходя к нему. — Не думаю, что сейчас подходящее время, — холодно сказал Чон, не глядя на него. Внезапно послышался какой-то грохот со второго этажа. Видимо Тэхен уже начал свой разговор с Чонгуком и что-то пошло не так. — Пожалуйста, — умоляюще тянет Юнги. Хосок не хочет сейчас ни о чем разговаривать со старшим. Внутри обида горит ярким пламенем. Всю неделю он не мог нормально спать, ведь только прикрыв глаза, Хо видел ту ужасную картину: машина в огне на обрыве, повсюду обгоревшие обломки, а на нескольких можно заметить следы крови. Это видение преследовало его и днем, и ночью. Неделя без нормального сна и еды, которая не лезла в него, почти вылилась в нервный срыв, если бы не пришло сообщение Джуна. Звонки он игнорировал — говорить с кем-то сил не было, но смс Чон прочел сразу. Известие о том, что Мин жив, обрадовало его. После пришло непонимание: зачем ему было «умирать»? Поэтому, собравшись, Хосок поехал сюда. Только вот смысл? Наверное, чтобы узнать все. Только правда оказалась горькой и явно не такой, которую он ожидал. — Хорошо. У тебя десять минут, — прохрипел Чон, видя, как Намджун уводит куда-то Джина. — Что с твоим голосом? — спросил Мин первое, что пришло в голову. — Все еще не долечил, — тихо сказал Хосок, подходя к окну. Юнги не знал, с чего начать разговор. Эта неделя была самой ужасной за последнее время. Ему так хотелось все бросить и прийти к Чону, обнять, говоря, что он рядом. Но надо было закончить дела с Кан Джиеном, чтобы убрать угрозу их счастью. Теперь придется налаживать те хрупкие отношения, которые были у них до всей этой неприятной истории. — Ты настолько мне не доверял, что не мог даже намекнуть о своем плане? — тихо спросил Хосок. — Я же серьезно думал, что ты мертв. Даже нормально спать не мог. — Это не так, — возразил Мин, подходя к младшему, но остался стоять за его спиной. — Я доверяю тебе. Вы с Гуки так похожи. Он тоже понять не может, что вы с ним самые дорогие люди и на вас в первую очередь нацелили прицелы наемники Кана. Ты даже не представляешь, как я боялся, когда ты попал в аварию. Меня трясло от мысли, что ты можешь не очнуться. Прошло всего три недели, после того, как твоя жизнь была спасена, но вот, снова посыпались угрозы. Я даже не представляю, откуда они узнали о тебе, — до Юнги донесся тихий всхлип и он обнял Хосока, прижимая к себе. — Не плачь, малыш. Теперь все будет хорошо. Ты бы знал, как я боюсь, что с вами что-то случится. Не хочу больше терять близких людей. Это слишком больно. Чон развернулся в его объятиях и ткнулся мокрым от слез лицом ему в шею, руками обнимая за талию. Вся боль и переживания последних дней стали такими неважными теперь, когда он стоит, прижимаясь к Юнги всем телом, иногда всхлипывая. Мин нежно поглаживал Хосока по спине одной рукой, другой перебирая прядки на затылке. И все вроде хорошо, но всегда есть это «но». Юнги хмурится, пробегаясь двумя ладонями по его ребрам, тонкой талии и худым бедрам, делая выводы. — Сок-а, ответишь на несколько моих вопросов? — нежно спрашивает старший. — Угу, — в шею отвечает Хосок, нехотя отстраняться. — Ты сегодня ел? — задал первый вопрос Мин. — Вроде нет, — не ожидая такого, сказал Чон. — Хорошо. А вчера? — Ну… Я пил воду, — осторожно отвечает Хосок, все же отходя от Юнги на шаг, не разрывая объятий. — Прекрасно, — саркастично протянул Мин. — Сколько раз за неделю ты ел? — Что-то случилось? — не понимая, спросил Чон. — К чему такие вопросы? — Я тебя, конечно, люблю, но обнимать скелета, знаешь ли, не очень, — пояснил Юнги, беря его руки в свои. — Пошли, буду тебя кормить. — Но я не хочу кушать, — закапризничал Хосок. — Будешь спорить — я понесу тебя, — ухмыльнулся Мин. — И вообще, мне домой надо, — проговорил Чон, пытаясь вырваться. — Меня там Шуга ждет. Он, наверное, скучает и голодный. — Поешь, тогда поедешь, — спокойно сказал Юнги, ведя за руку Чона на кухню. — Мин Юнги, отпусти меня, — устало произнес Хосок. — Все. Надоел, — проговорил Мин, поворачиваясь к нему. — Чт… — начал было Чон, но закончить ему не дали. Юнги нежно накрывает его губы своими, отвлекая, а после подхватывает на руки. Поцелуй длится недолго, но сбивает Хосока с толку, поэтому старший спокойно доносит свою слишком легкую ношу до кухни, где уже собрались все. — Ооо, вот это неожиданно, — произносит Джин, что стоял у плиты и готовил, судя по запаху, рамен. — Он просто не хотел идти есть, — ворчливо сказал Мин, садя Чона на стул, а сам падает в соседний. — Только встань, пока не поешь, и тогда я буду кормить тебя с ложечки. — Больно надо, — обиженно пробурчал Хосок. — Тэхен, а что с твоей губой? — удивленно спросил Юнги, глядя на разбитую губу друга. — Ничего страшного, — усмехнулся детектив, тут же скривившись от боли. — У Гука хороший удар. Лучше не подходите к нему, когда он злится. — Просто не надо лезть под горячую руку, — пояснил брату Чонгук. — Сильно болит? Может лед дать? — Давай, хуже ведь не станет? — спросил Тэхен у Джина. — Нет, наоборот должно помочь, — сказал Сокджин, поворачиваясь к ним. — Юнги, а ты ничего не хочешь нам сказать? — О чем? — не понимая, задал вопрос Мин. — О вас с Хосоком, — подсказал ему Джун, улыбаясь. — А ты им еще не сказал? — удивился Юнги, но видя отрицательное мотание головой, сказал: — Я люблю Чон Хосока. — Это мы знаем и давно, — произнес Гук. — Вы встречаетесь? — Да, — подтвердил Юнги. — Нет, — спокойно проговорил Чон. — В смысле «нет»? — возмущено спросил Мин. Они же все только что решили. Или ему это показалось? — В прямом, — сказал Хосок, мстительно улыбаясь.