Просто убей ее, Драко!

Через какие-то пару секунд Драко потерял сознание. Она поняла это по тому, как его руки, до этого момента судорожно цеплявшиеся за холодный пол темницы в агонии, безвольно опустились. Из многочисленных ранок, что парень сделал собственными ногтями на коже, текли алые струйки крови, в некоторых местах будто виднелись ожоги, а прокусанные губы приобрели синеватый оттенок, вместо багрового. И снаружи казалось, что раны не смертельные и вроде бы все в порядке, но Гермиона знала, что все не может быть так просто. И что внутри Драко чувствует настолько сильную боль, что вряд ли когда-нибудь сможет ее описать, да и не станет. Волшебница не знала почему, но это заклинание, что превратило Беллатрису в тугой комок у стены, причинило ему эту боль. Не знала, и от этого ее сердце разрывалось на части, хотелось кричать так громко, что связки бы этого не выдержали, да и той боли было бы мало. Ведь она в этом виновата. Никто не просил ее использовать это заклинание, и ведь не зря она о нем не знала, не зря Драко ничего ей об этом не говорил и не зря оно было в той книге. И как бы она ни ненавидела человека, Гермиона ни за что бы не причина такую боль по собственной воле. Но она это сделала. И сейчас это было словно… убийство. Потому что девушка не могла с уверенностью сказать, что Малфой выживет. Или очнется. - Мерлин меня побери! – сквозь зубы прошипела Грейнджер, и по ее щеке скатилась слеза. Кристально чистая, будто хрусталь, она оставила после себя влажный след. А потом еще один, и еще… - Это все моя вина. – Выдохнула волшебница, наклонившись к парню и повернув его лицо так, чтобы его было хорошо видно. И сколько бы она не всматривалась в эти острые черты лица, обычно аристократическую, но сейчас смертельную бледность, растрепанные грязные волосы цвета прекрасной платины, Гермиона не могла сказать, что когда-либо настолько ненавидела Драко, чтобы сделать с ним такое. И сейчас. После стольких дней, что они провели практически наедине в поместье, она даже могла сказать, что он ей нравится. Да, так просто, без всех ухищрений и отговорок в стиле: «Он вечный враг Золотого Трио!» или «Да он просто избалованный слизеринец!». К сожалению, лишь в настолько критической ситуации ей хватило сил признать этот факт. Только на это. Но это был не конец, и Гермиона могла практически кожей ощущать беспокойные шаги где-то в нескольких метрах над ее головой и чувствовать раздражение Пожирателей Смерти и… да, вероятно это был он – Волдеморт. Холодное и безразличное недовольство, что он излучал, сильно выделялось среди остальных, не менее возмущенных ожиданием лиц. Его властная аура буквально давила на плечи, заставляя сутулиться и казаться как можно более незаметным. Это все только из-за него. Все эти несчастья, что свалились на плечи Гермионы, Драко и остальных миллиардов людей и волшебников, лишь благодаря ему. Волдеморт. Он был всего в каких-то нескольких метрах от нее и казалось, протяни руку с волшебной палочкой – и ты можешь уткнуть ее прямо в его змеиную шею, чуть ниже подбородка, в сонную артерию. Наблюдать за его предсмертными муками. Но несмотря на все, он был слишком недосягаем для Гермионы. По крайней мере сейчас. И как бы сильно она не хотела прикончить его здесь и не медля ни секунды, она не могла. Нужно было выбраться отсюда, спасти Драко, набраться сил и составить план. Нельзя бросаться в бой, на верную смерть, не имея хотя бы планов отхода. И пока большая часть крестражей не уничтожена. Грейнджер выдохнула, собираясь с мыслями и упорядочив дыхание. Слезами она ничем и никому не поможет, а значит нужно было думать, как покинуть Малфой-мэнор и трансгрессировать в поместье. Но весь их план пошел по швам, как только появилась Беллатриса, а Драко… И запасного у них не было. Будь у нее возможность каким-нибудь образом выбраться наружу, на улицу, но как..? Вдруг, раздался приглушенный хлопок, что, отразившись от стен, будто гром среди ясного неба настиг Гермиону, пребывающую в раздумьях. Девушка, вздрогнув, схватила с пола волшебную палочку и, крепко сжав ее в ладони направила в место, откуда, предположительно, раздался звук. – Блуди?! – воскликнула Гермиона увидев, кто материализовался в подземелье. - - Хозяйка Гермиона, Блуди услышал от других эльфов, что вы с хозяином Драко в опасности, и Блуди подумал, что вам пригодиться его помощь… - испуганно переминаясь с ноги на ногу, пробормотал домовик. На его сморщенном личике отразился ужас, как только он заметил, в каком состоянии находятся его хозяева, а особенно – парень. - Мерлин, как же ты вовремя, надо срочно трансгрессировать в поместье и оказать помощь Драко. Никогда Гермиона не была чему-либо так счастлива, как сейчас. Но, вдруг, со стороны лестницы послышались поспешные грузные шаги и тихие переговоры. Схватив Драко за руку, и молча поведя в его сторону головой, дав немой знак Блуди, волшебница напряженно навела палочку на дверной проем. Не задав никаких лишних вопросов, маленькое существо бесшумно подлетело, - а именно так можно было описать то, как молниеносно домовой эльф оказался возле молодых людей, - и, схватив Драко за свободную руку, начал трансгрессию. Последнее, что увидела Гермиона перед тем, как очутиться в волшебном водовороте, как в дверях появился Долохов и Сивый, послав какое-то заклинание им вслед, но было слишком поздно. Блуди благополучно трансгрессировал в поместье. Но это был далеко не конец. В лечебницу Святого Мунго путь был закрыт как минимум на несколько недель, в связи с усилением наблюдения Пожирателей Смерти. Да и Гермиона бы не рискнула еще раз туда пойти, если вспомнить, чем это закончилось. Но девушка не знала никаких лечебных заклинаний, что могли хоть как-то помощь Драко, а домовик мог приготовить лишь обезболивающие зелья, которые совсем немного облегчат его боль. Тем не менее, этого было недостаточно. - Блуди, ты знаешь кого-нибудь, кто мог бы помочь? – тихим мрачным голосом спросила Гермиона, склонившись над кроватью, где лежал Драко и непрерывно наблюдая за его еле заметным дыханием. Время от времени, она протирала его лицо и тело от пота, вливала в рот зелья, следя за состоянием блондина и дезинфицировала многочисленные раны на его коже. Другого выхода не было, пусть она и могла подвергнуть риску конфиденциальность их местонахождения и их жизни, но волшебница была просто не в силах и дальше наблюдать за тем, как Драко мучается. Он все еще не очнулся, пусть и прошло почти двое суток, но стоны, что изредка вырывались из его уст, ясно давали понять – лучше ему не становилось, парень все еще чувствует адскую боль. - Хозяйка Гермиона, но хозяин Драко запретил Блуди… - неуверенно склонив голову и прижав сморщенные ушки в легком страхе пролепетал домовик, но тут же умолк, как только встретился с холодным взглядом волшебницы. - Твой хозяин может не выжить, если мы что-нибудь не предпримем, а значит твой долг – пусть и нарушив обещание, данное ему, - вспомнить хоть кого-нибудь, кто мог бы быть полезен. Пожалуй, никогда еще Блуди не доводилось видеть хозяйку в таком сумрачном настрое и это не могло его не пугать. - Есть один человек… Блуди думает, что он довольно хорош в исцеляющих чарах… - Гермиона выжидающе уставилась в его глаза-бусинки. – Дальний родственник хозяина Драко, сбежавший из семьи Малфоев много лет тому назад из-за нежелания служить Тому-кого-нельзя-называть, нежелания быть Пожирателем Смерти. Один из немногих, кому удалось сбежать от рук того-кого нельзя-называть… - все еще неуверенно произнес домовик. - Знаешь, где он находится? – спросила Гермиона, в груди затеплилась надежда, пусть и смешанная с недоверием и плохим предчувствием, благополучно посланным настолько далеко, насколько это было возможно. - Блуди не уверен… Хозяин мог давно покинуть это место… - Пожалуйста, проверь это место и попробуй убедить этого человека прийти сюда с тобой, это очень важно, Блуди, - смягчилась Гермиона, наконец заметив легкий испуг в глазах домовика. Она не хотела, чтобы он ее боялся, и домашний эльф ничего не сделал, чтобы она вымещала свою злость и досаду на нем. - Да, хозяйка Гермиона! – тут же воспрянул духом Блуди, заметив изменение в настроении девушки, и тут же испарился с легким щелчком. Грейнджер тяжело выдохнула, вновь вернувшись к созерцанию парня, что все также лежал в постели хрипло и тяжело дыша. Знала бы она, что все так обернется, не стала бы эгоистично желать увидеться с Гарри. Не стала бы… а хотя, зачем сейчас об этом думать, если сделанного уже не воротишь и прошлое не изменишь. Все так, как оно есть, пусть от этого и не легче. Если повезет, и этот дальний родственник Драко окажется хорошим человеком, и он сможет вылечить Малфоя, возможно, Гермиона перестанет винить себя настолько сильно. Конечно, если парень накричит на нее, или что похуже, ведь если он не скажет ничего на этот счет, вина в ее сердце никуда не исчезнет, и будет сидеть там до тех пор, пока… пока что? Пока Гермиона не убьет Волдеморта? Или что? Вряд ли что-нибудь изменится даже после его смерти, а значит, она будет жить с этой виной до конца жизни? Возможно, она слишком драматизирует, и Драко лишь похвалит ее за то, что они выбрались, по крайней мере, живыми, но… Раздался громкий хлопок, говорящий о том, что Блуди вернулся. - Как… - начала было Гермиона, повернувшись на звук, как заметила, что домовик возвратился не один. Рядом с ним, величественно возвышаясь, - пусть может так и казалось лишь потому, что сам Блуди очень маленький, - находился статный молодой человек, которому можно было дать лет двадцать шесть, черными как обсидиан длинными волосами, завязанными в аккуратный низкий пучок и пронзительными, будто отражающими озерную гладь в ясную погоду, голубыми глазами. Небольшая щетина давала понять, что парень все-таки небрежен в какой-то мере, а длинное черное магловское пальто немного удивляло. Никто из рода Малфоев не предпочел бы носить «грязную» магловскую одежду, если был выбор между ней, и мантией. - Значит вы… Гермиона Грейнджер, верно? – заинтересованно ответив на изучающий взгляд девушки, нарушил тишину незнакомец, чуть усмехнувшись уголками губ. - Д-да, - от чего-то заикнувшись, ответила Гермиона, чуть смутившись тому, как откровенно рассматривала молодого человека. – А вы..? - Перс Малфой, приятно с вами познакомиться, - протянув руку для рукопожатия, промолвил тот, продолжая улыбаться уголками губ. Гермиона аккуратно ответила на рукопожатие. От чего-то ей не нравилась его улыбка, она была слишком… девушка не знала, как объяснить, что именно было в улыбке не так, но она вселяла в нее чувство беспокойства. - Слышал, мой двоюродный племянник сильно ранен? – заметив, что Грейнджер не собирается пока ничего предпринимать, поинтересовался Перс, кивнув на постель позади девушки. Ее лицо тут же помрачнело. - Да, это так. Раз Блуди вас привел, значит вы владеете каким-то навыками медицины? – вспомнив наконец о том, ради чего они тут все собрались, сказала Гермиона, не торопясь подпускать нового знакомого к парню. - После окончания Хогвартса я занимался изучением медицины, моим наставником был один из лучших на тот момент докторов лечебницы Святого Мунго, я также работал там какое-то время. После побега из моей семьи, - как вам уже рассказал Блуди, - лечил людей в больнице для маглов, в Лондоне, так что мне также известны техники лечения неволшебников. В больнице для маглов, в Лондоне? Малфой? Все это звучало как сумасшествие, если знать, что человек перед тобой – один из членов самой могущественной «чистокровной» семьи, что всей душой ненавидят маглов и маглорожденных волшебников. - И что же побудило Малфоя работать в мире неволшебников? – недоверчиво приподняв одну бровь, спросила Гермиона. Очень сомнительный тип. - Семья не определяет человека, - лишь пожал плечами Перс. – Мне никогда не были ненавистны маглы, а Лондон – довольно неплохое место для того, чтобы прятаться от Пожирателей Смерти и… Сама-знаешь-кого. И все-таки это походило на какую-никакую, но правду. - Ладно, осмотрите, пожалуйста, Драко. Оставляю его на вас, - тяжело выдохнув, наконец согласилась Гермиона. Если «дядюшка» действительно настолько хорош, насколько он себя описывает, то ей крупно повезло, что Блуди смог его найти. А если же нет… то тогда ему не повезло, что палочка Гарри всегда у девушки под рукой. - Не хотите рассказать, что произошло? – задал вопрос Перс, спустя несколько напряженных минут осмотра больного. Волшебник слегка хмурил лоб, от чего не нем появилось пару складочек, от легкой ухмылки не осталось и следа, лишь серьезный блеск в посеревших глазах. Грейнджер, закусив губу, на секунду задумалась. Конечно же, ей не хотелось рассказывать о том, что случилось, но это ли не шанс узнать что же за заклинание использовал Драко, а после – и она. - Что вам известно о заклинании «ИмаДолор»..? - Что это запретное заклинание рода Малфоев из книги, которую только они могут прочесть и никто другой. А вот откуда вам известно это заклинание, мисс Грейнджер? – с легкой сталью в голосе вопросом на вопрос ответил Перс, заставив внутри девушки все сжаться. Запретное заклинание, значит… И тогда Гермионе пришлось рассказать этому парню все, что происходило во время «вылазки», и после нее. И от этого его лицо лишь становилось мрачнее, что не могло не напрячь девушку. - Никто не будет вас винить, ведь вы использовали это заклинание по незнанию, - выслушав всю историю от начала до конца, начал Перс. – Я не слишком много знаю об этом, ведь никогда не интересовался такого рода вещами, но я знаю точно: заклинания из той книги, что читал Драко, знают только Малфои и для них они запретные. А все потому, что когда ты используешь это заклинание, человек, что использовал его до тебя, испытывает настолько сильную боль, насколько это возможно. Как кара за то, что он позволил себе совершить темные чары. На первой странице этой книги написано предупреждение: «Прочесть вам дозволим строки свои, но помнить всегда и навеки должны – боль всей земли понесет человек, что прежде заклятием опасность пресёк». – Гермиона вздрогнула, а по коже пробежал холодок. Кто мог создать настолько ужасные заклинания? – Не знаю, чем думал Драко, изучая эти заклинания, но он точно знал, к чему они могут привести, а значит, что в своем состоянии виноват лишь он один. А вам, мисс Грейнджер, я советую опасаться того дня, когда кто-нибудь решит вновь использовать одно из запретных заклинаний, ведь людям, что не относятся к роду Малфой, обычно бывает еще хуже… Ну а что насчет моего племянника, то я смогу поставить его на ноги в течении нескольких дней, потому что большинство его внутренних органов повреждены, а во многих костях трещины, так что понадобиться немало времени на восстановление и сращивание. Попрошу вас не беспокоить больного слишком часто и не мешать ему собираться с силами. Коротко кивнув, но ничего не ответив, Гермиона молча вышла из комнаты. Ей нужно было время, чтобы все переосмыслить. Пусть Перс и сказал, что случившееся – целиком и полностью вина Драко, она не могла в это поверить. А также в то, что существуют такие заклинания. Они ведь, намного хуже чем Круциатос, а Авада Кедавра так вообще кажется оазисом в жаркой пустыне на его фоне. Но сейчас было важно одно – Драко вылечится, а значит пока что можно было чуть снизить беспокойство о его здоровье и заняться планами на будущее. Впереди еще множество сражений и битв, а значит надо искать людей, что еще способны сопротивляться силам зла, находить лазейки, чтобы снизить могущество Волдеморта, пути, которые приведут к победе в этой войне. И способы, как найти все крестражи и убить Волдеморта. И в связи со всем этим, местом, в которое отправилась Гермиона, несомненно, было библиотека. Пусть это и было сложно – отвлечься от мыслей о запретных заклинаниях и беспокойных мыслей о Драко, - но волшебнице все-таки удалось сосредоточиться на нескольких томах каких-то древних книг по противостоянию сил зла, и она даже и не заметила, как день сменился вечером, а в комнате появился Блуди, оповещающий, что ужин уже приготовлен, и что хозяин Перс уже ждет ее внизу. Конечно, Гермиона не слишком горела желанием ужинать в компании этого человека, но есть хотелось, а выгонять гостя, что помогает ей – было бы слишком. Поэтому, глубоко вдохнув, и закрыв очередную толстую книжку, волшебница, не желая тратить лишнее время, трансгрессировала в столовую. Что-кольнуло в сердце, когда она заметила Перса, восседающего на привычном месте Драко. От этого было как-то неприятно внутри, но Грейнджер ничего не сказала, сев на свое обычное место. - Как Драко? – спросила она, отпив из бокала немного апельсинового сока. - Есть незначительные улучшения, но уже через пару дней он должен будет прийти в сознание. Может, если повезет, он очнется уже завтра, - спокойно произнес Перс, размеренно разрезая стейк на своей тарелке на небольшие кусочки. - Спасибо Вам большое, - практически от чистого сердца поблагодарила Гермиона. Как-то слишком часто в последнее время ее настроение меняется с одного на другое. – Блуди уже отвел Вас в Вашу комнату? - Да, благодарю. В помещении повисла неприятная тишина. Точнее, смотря для кого. Гермиона не доверяла «доброму дядюшке Драко, появившемуся из ниоткуда», так что для нее это молчание было напряженным, а вот Перс наоборот, чувствовал себя вполне комфортно, уголки губ вновь были приподняты в насмешливой ухмылке. В его осанке и приподнятом подбородке читался полный контроль над ситуацией и хладнокровие, присущее взрослому человеку. Чего нельзя было сказать о девушке. - Спасибо, Блуди, я не голодна, так что пойду наверх, отдыхать, - спустя несколько минут произнесла Грейнджер, так и не притронувшись ни к чему, кроме сока и небольшой тарелки салата. - В вашем возрасте вам следует есть больше, - заметил Перс, смерив девушку взглядом «я врач, я лучше знаю», на что та лишь еле заметно фыркнула. - Благодарю за заботу, но Вам не нужно этого делать, я в состоянии сама разобраться в том, что мне нужно. А сейчас, если Вы не против, я удаляюсь, - и сейчас, как никогда за последние полгода, Гермиона была похожа на старую себя, на ту Гермиону, что смеряла презрительным взглядом Драко, когда встречала его в коридоре Хогвартса, ту, что всегда тянула руку на уроках и умничала перед своими друзьями, ту, что ненавидела факультет Слизерин. И сейчас никто бы не смог поверить, что это та самая сломленная войной девочка, которую пытали в темницах Малфой-мэнора, которая бесчисленно количество раз обещала отомстить за погибших лучших друзей и которая плакала над телом Драко в подземелье, когда использовала запретное заклинание. Дверь в столовую с громким стуком захлопнулась за Гермионой, вызвав на лице Перса откровенную усмешку. - Интересно, очень интересно…