not for life, but for death.

Юнги проснулся в комнате Хосока, лежа на кровати и прикрытый темно-синим пледом. Солнце подбиралось все ближе, зудя и надоедая своим светом. В самой комнате никого кроме Юнги не было. Поэтому взглянув на пыльные часы, что висели на стене и показывали только половину седьмого, Мин решил спуститься вниз. Вчера он видел там небольшую кухню, а его желудок требовал своего. Выйдя из комнаты, он подошел к лестнице, опуская о очереди свои ноги. Тихий скрип сопровождал его весь путь. Вдоль лестничного прохода висели различные достижения, в области гонок. Мин не заметил этого вчера, но сейчас он с небольшой улыбкой смотрел на темноволосого юношу, что с огромным счастьем на лице держит свою награду, большой позолоченый кубок, за первое место. Юнги нравится такой Хосок. С темными волосами, с желанием двигаться дальше. Но почему он покрасился с красный? И где та искра в глазах, что завораживает до мурашек? Все с той же улыбкой он подошел к кухне, но его остановил голос ДжейБи. Прислонившись к стене, он выглянул на них. Джебом стоял за плитой, готовя завтрак, пока юноша с красной прядью обнимал его со спины, вдыхая его аромат. - Бэм, котик, я не могу не избавиться от этого сопляка. Он обогнал меня. Я должен разобраться с ним. - Джебом повернул голову к своему возлюбленному, слегка чмокая того в носик, но в ответ он получил лишь цоканье. БэмБэм отошел от него, сев за барную стойку и скрестив руки на груди. - Почему мы не можем просто участвовать в них? Почему тебе так нужна эта победа? - Потом что, я хочу быть лучшим в твоем свете. - Но ты и так лучший. Чем тебе сдался этот Чонгук? - сейчас Юнги чуть было не подавился. Они хотят разобраться с Чонгуком за то, что он обыграл их? Но смысл разбираться с Гуком, если Хосок все равно на первом месте? - Это для тебя, Бэм, я лучший. Я для себя...я дно! Поэтому я должен выиграть следующие гонки! Хочешь ты этого или нет, но ты должен подрезать тормоза ебанному Чонгуку! - сейчас БэмБэм потерял дар речи, это первый раз, когда на него поднимают голос, когда заставляют делать то, чего делать не нужно. Он встает из-за барной стойки и уходит не обронив и слова. ДжейБи ловит его, прижимает к себе, видит слезы, вытирает большими пальцами. Губы тянутся к желанному, нежно касаются и выводят до крупинки. Сейчас Бэм согласен на все, лишь бы продлить удовольствие. - Прости, я не хотел ругаться. - он смотрит в глаза, что сейчас одновременно и ненавидят и обожают всей душой. - Но ты должен это сделать... - он обнимает за талию, прижимает ближе и не дает шанса на отказ. Юнги задевает вазу, что стояла на тумбе около него, да падет, но не разбивается. Бэм поворачивает голову в сторону звука. Сейчас Мин закрывает рот ладонью, и уходит ближе к лестнице, шагая вслепую, повернувшись спиной. Хосок ловит его, заключая в объятья и тихо шепча на ухо, от чего пугает мелкого. - Ты от меня прячешься? - Юнги успевает развернуться и его губы в сантиметре от губ Хосока. - Н-нет... - тяжелое дыхание вызывает улыбку на лице Чона, но он не идет на поводу, он терпит. Слишком рано, что-то начинать. - Ну тогда, пошли завтракать. Там Джебом готовил завтрак. От одного имени, Мина начинает тошнить. Он не хочет сидеть за одним столом с человеком. что собирается не убить, так покалечить его друга. Но у него нет выбора, ему придется сидеть здесь, чтобы уехать отсюда, как можно быстрее. Хосок тянет его за запястье, ведет на кухню, где за барной стойкой Бэм сидел на коленях у ДжейБи, кормя того сэндвичами с ветчиной. Юнги противно от них, от того, как они добиваются победы. А что если после Чонгук будет Хосок? Что ему делать, если два дорогих для него человека, находятся в опасности? Хосок усаживает Мина за стол, тот ловит на себе тяжелый взгляд Бэма. Он видел, что это был Юнги, что он слышал их разговор, что он расскажет все Чонгуку и что их план тогда пойдет под откос. Юнги не притронулся к еде, лишь смотрел на эту пару, что сейчас извивалась перед ним. - Ты почему не ешь? - Хосок кладет свою руку. на колено Юнги, привлекая тем самым к себе хоть чуть-чуть, но все же внимания. - Я не голоден... - Мин встает из-за стола и идет в комнату Хосока, чтобы собрать вещи и обдумать все, что произошло за это утро. На лестнице его перехватывает Бэм, ссылаясь перед Хосоком на то, что пошел в туалет. - Ты ведь слышал все, так? - Что? Ты бредишь! -Юнги жадно глотает слюну, пытается делать вид, что ничего не понимает, но ничего не выходит, когда рука Бэма подбирается к горлу. - Если ты проболтаешься, то твой язык окажется среди трофеев в моей комнате... - лицо Юнги заливается красным оттенком, а слезы начинает подступать к уголкам глаз. - Я думаю, мы поняли друг друга. - Бэм резко отпускает руку и уходит обратно на кухню, пока Мин пытается отдышаться. Мятноволосый забегает в комнату к Хосоку, закрывает дверь, слезы произвольно льются из глаз, он не хочет быть здесь, он не хочет знать никого, кто находится в этом чертовом доме. Ему мерзко от самого себя, от гонок, в которые он влез.

***

Хосок отвез Юнги в университет, но каково было удивление окружающих, когда Мин слазил с байка Хо. Он чувствовал себя не очень, но это хоть как-то поднимало его настроение. Первым делом он пытался найти в сборище учеников Чонгука. Но рассказывать обо всем было слишком рискованно, поэтому нужно было хотя бы уговорить его не участвовать в этот раз. Только вот никто его и слушать не станет. Нужна веская причина исправить решение Гука на соревнования в этих гонках.