not for life, but for death.

Около двадцати пропущенных в телефоне и сотня сообщений на электронной почте. Синяки под глазами и еще более бледная кожа, через которую можно вполне изучать скелет. Для Юнги это тяжелый момент, когда он не выходит из дома и боится сделать что-то не так. Сделать что-то, что сможет навредить его близким. Сейчас он не может спокойно ждать начало гонок. Его пластина ногтей прогрызана насквозь, потому что это его хоть как-то, но все же приводит в норму. Диафрагма сжимается от волнения. Он трепетно ждет звонок от Чонгука, который скажет, что все хорошо и что сейчас он может не переживать за него или Хоби, как он называл Хосока. Но вместо этого, громкий звонок раздается в дверь. Юн боится, его руки начинают дрожать, а колени подкашиваются. Он не ел уже коло трех дней, поэтому в глазах начинает темнеть. Но тяжелый вдох, дает ему сил добраться до двери. Хосок. Промокший от дождя и запыхавшийся от страха, что с Мином могло что-то произойти. Это Хо названивал и писал, лишь бы получить хотя бы маленькое сообщение. Он видит, как Юнги еле стоит на ногах, как тельце валится на пол, как его руки подхватывают Юна, как не дают упасть на дно и умереть.

***

Громкая толпа уже во всю готова потратить последний доллар на некого гонщика, что по их словам в прямом или в переносном смысле летает по трассе. Эти люди, что приходят сюда, уже давно потеряли человечность. Они живут ради азарта и адреналина, когда тебя и мотоцикл разделяет лишь тонкая металлическая сетка. Когда ты своими глазами видишь смерть и радуешься этому, потому что убил не ты, а значит и не ты понесешь наказание. Только вот все тут своего рода убийцы. Грязные и дотошные человечешки, что не понимают слова смерть. Что видят жизнь лишь в приделах их собственных носов и ни разу не заходили за их пределы. Сейчас, вокруг своих игрушек, ошиваются тысячи зрителей, пока те готовятся к новой гонке, что как всегда будет не предсказуемой. Кто-то полирует сидение, кто-то подкручивает болты, а кто-то просто наслаждается славой. Чонгук отошел от шума, чтобы набрать номер Юнги и как обещалось, сказать ему, что все отлично и что все идет по плану, что тут нет места для волнения. Югем проверял тормоза, как к нему подошел БэмБэм. Да, помните его разговор с неким Джебомом? Так сейчас они намерены выиграть. Главного участника нет, а с новеньким можно разобраться уже на старте, порезав тому тормоза. - Хей, тебе помочь? – язвя, но делая вид, что он правда друг. Волк в овечьей шкуре. Но на деле он просто дворняжка, что не желает зла, а хозяин требует от него исполнения новых команд и он повинуется. - Да, пожалуй… - с опаской, но он доверят ему. Доверяет каждому ео слову. Может потому что они были знакомы? Или у него чутье на хороших людей? Пока Бэм разбирается с тормозами, Югем вытирает руки и нервно поглядывает на Чонгука, что извелся, пока пытался дозвониться до Юнги, но в ответ он получал лишь мерзкий голос автоответчика.

***

Хоби положил Юнги на диван, прикрыв того пледом и поглаживая его по спине. Он знал, что с ним что-то случилось. Поэтому он пришел сюда, выпросив у Намджуна адрес. Юнги слегка открывает глаза из которых по капле начали выливаться слезы. Он знает, что виноват, знает, что соврал. - Сколько дней ты ничего не ел? – с теплой улыбкой, что согревает холодные руки и тело, топит ледяное сердце и вызывает небольшой смешок. - Около трех дней… - Да как тебя вообще земля носит? У нас гонки через пол часа, а ты в таком состоянии. Полежи немного, я приготовлю омлет и кофе. * Начало гонок всегда завораживает и доводит до пика волнения. БэмБэм подошел к Джейби, чтобы удовлетворить его потребность в уверенности победы. В ответ Джэй лишь прикоснулся к его губам, слегка смочив их слюной и аккуратно пристегнул его талию к своему торсу, затянув пояс потуже. Явной улыбки на Бэме не было. Ведь никто не должен узнать его тихий секрет. Чон Хосок заявлен в списке на участие в гонках, на него сделано больше всего ставок, только самого участника нет на месте. Время тянется ничтожно долго, пока Намджун пытается дождаться ответа на тысячный звонок. Но ведь семеро одного не джут, так? Вот и Джин не стал ждать. Он вышел на середину трассы, расположив перед собой главных игроков. Его светло-розовая рубашка слегка развивается от вечернего ветра, а рука поднимается вверх. - Сегодня играем в меньшинстве… -хриплый шепот и подмигивание в сторону Ким Намджуна. Рука опускается, слегка задевая бедро, а мотоциклы рвутся вперед, поднимая блондинистые волосы вверх. Свет прожекторов освещает каждого участника, что готовы рискнуть жизнью, ради заветной славы. Только вот на трассу вылетел опоздавший, вызвав у публики мурашки на коже и громкие крики. Ладони Юнги начинают потеть и сильнее сжиматься друг с другом в замок, он уверен в ремне на его теле и в Хосоке, что жмет двести километров в час, но не уверен в себе. Он не смог уберечь Чонгука от Бэма и Джейби, соврал человеку, что запал в душу и проиграл шанс на нормальную жизнь. Может она и должна была быть в одиночестве, а может и нет. Теперь он этого точно не узнает. Юнги видит, как они обходят одного за другим. Пока бок об бок не оказываются с Чонгуком и Джебомом. Он мельком замечает глаза Бэма, что сейчас полны сожаления, а его губы пытаются выговорить лишь одно «Прости…». Паника накатывает без предупреждения, он поворачивает голову в сторону Чонгука, пока тот все больше и больше превышает скорость, как сердце Юнги начинает сжиматься от волнения. Джебом отстает и по его лицу видно, как для него это раздражительно, как он сейчас хочет разорвать всех в клочья и не оставить и кусочка. Кровь в жилах начинает кипеть и он давит газ, вылетает вперед. Но ведь он не один рвется к победе. Хосок знает тактику, знает закон гонок, закон скорости. Он поддается, оставляя в ступоре тысячи людей. Пока все рвутся вперед, он откатывает назад. - Что ты творишь? - Юнги, закрой глазки. Хосок жмет двести девяносто, выходя вперед и сшибая один из мотоциклов, тем самым первым пересекая полосу финиша. После Джебом и Чонгук, а следом все остальные. Резкое торможение и громкое дыхание Мина, что вцепился в кожаную куртку Хоби. Пол минуты и все не могут вымолвить слова. Он снова выиграл, он снова на пике популярности. Зрители встают с мест и громкие хлопки разносятся по всей округе, пока Чон отстегивает тугой ремень, кладя руку на дрожащие ладони Юнги. - Мы снова первые. – глаза слегка открываются, а руки чувствуют тепло. Мин сжимает пальцы, отвечая на те, чувства, что дает ему Хосок. Его голова опускается на широкую спину и он чувствует монотонное дыхание, порывистые удары сердца, от чего свое кажется вот-вот выпрыгнет наружу. Вокруг них куча участников, что сейчас с завистью смотрят на них двоих, кроме одного Чонгука. Он улыбается. Он рад, что Юнги смогли вытащить из этого говна, в котором он находился уже больше недели. Джейби же начинает психовать еще больше, срываясь на крик и требуя объяснений со стороны Бэма. Но тот не собирается что-то рассказывать. Ведь он по сути ничего не делал. - Прошу у вас минутку внимания…- перед всеми появляется Намджун, за спиной которого стоит Джин, рыжеволосый юноша и юноша с грязно-фиолетовым цветом волос. – Пора наказать нарушителя закона. Сейчас все замерли, сейчас каждый начал вспоминать свои грехи. А рыжеволосый юноша достал нож с гравировкой « Любимый».