Волчий язык

Диппер рассказал Мейбл про всё тем же вечером. И про дедушку Форда и про стаю оборотней и про всё, всё, всё, что увидел и узнал сам. А следующим утром повёл её в лес, где ещё вчера располагался лагерь волчьей стаи. Слепая надежда, что они решили задержаться ещё на день была слишком призрачной. И ожидаемо, что лесная опушка оказалась пуста, волки оставили после себя лишь следы своего недолгого проживания. Хорошенько осмотревшись Диппер и Мейбл находят одинокую плетёную корзинку на месте, где ещё вчера предположительно стоял шатёр Стэнфорда. Брат с сестрой коротко переглядываются, Диппер открывает крышку и наконец заглядывает внутрь, находя там письмо. Диппер разворачивает лист и окидывает содержимое взглядом, пока Мейбл подходит к нему и заглядывает в текст через его плечо.

«Дорогие мои внучата, Мне очень жаль, что я не имею возможности провести с вами больше времени и узнать о том, какие вы выросли. Мне также жаль, что мне так и не увидеть тебя, Мейбл, но, проведя всего один день с Диппером, я понял насколько крепка ваша связь и дружба, и я действительно горд за вас. Возможно, нам со Стэнли не хватило сил и терпения на то, чтобы наши пути не разошлись вот так просто, но я очень рад, что вы оказались сильнее нас прежних. Пожалуйста, держитесь друг друга всегда что бы не случилось. Люблю вас, Ваш, дедушка Форд. П.С. Я решил оставить дневники тебе, Диппер. Они не заменят вам меня, я понимаю, но надеюсь с их помощью вы сможете справиться со всеми тайнами Гравити Фолз. Вместе.»

Диппер заглядывает в глубь корзины и видит три дневника. Они с Мейбл снова переглядываются и счастливо улыбаются друг другу.

***

На обратном пути они случайно выходят на хижину Билла, а самого мужчину Мейбл вновь застаёт у машины, в которую он загружает вещи. — Эй, Билл! — окликает его девушка бодрым и весёлым голосом, но Билл сновали пугается, потому что ситуация до боли знакомая. Но Мейбл не несётся к нему в слезах, а подходит с улыбкой, заинтересованно глядя на собранные вещи. И Диппер идёт чуть позади неё, немного смущённый и прижимающий к груди три толстенные книги. Билл облегчённо вздыхает. — Ты что, уезжаешь куда-то? — Да, осенью я всегда возвращаюсь в город, — кивает ей мужчина с ободряющей улыбкой, но не самой искренней из тех, что видел Диппер. — Но как же… — начинает она и оглядывается на брата. — Мейбл, позволишь нам поговорить наедине? — просит он, чем Билла очень удивляет. Дипперу не особо прельщало раньше оставаться с ним с глазу на глаз. — У меня в холодильнике, кажется, оставалось варенье и хлеб. Не знаю, куда его деть, а в город везти не хочу, — подыгрывает ему Сайфер, и Мейбл понятливо кивает, убегая в дом. Они с минуту неловко молчат, но Билл порывается начать первым с чего-то безобидного: — Что это? — и кивает на книги в руках Диппера. — А… Записи. Дедушка Форд оставил. На память, — неловко отвечает оборотень и прижимает их к груди сильнее. — Понятно. — Так ты уезжаешь? — Да, я же обещал, что не буду больше донимать тебя. Ты можешь не верить мне, но я действительно готов сделать это ради тебя. — Вчера в лесу… — кусая губы произносит Диппер, пока сердце в его груди тоскливо сжимается, глядя на собранные сумки в машине. — Я сказал, что хочу, чтобы меня оставили в покое. Я хотел уйти с дедушкой Фордом, начать новую жизнь, а не волочить существование здесь. — Я понимаю, — кивает мужчина, но в его глазах такая печаль отражается, что Дипперу невыносимо становится. — Но я передумал почти сразу же, когда понял, что Мейбл может уехать и не вернуться, — продолжает Диппер, пытаясь подвести к сути, которую Билл не улавливает. — И на счёт тебя я передумал тоже… И Билл всё ещё не уловил сути, судя по напряжённо сведённым бровям. — Я имею в виду… Что я бы хотел, чтобы ты тоже остался. — Диппер, я… — Это может прозвучать эгоистично, я и сам знаю, — перебивает его оборотень с лёгким раздражением в голосе. — И это не значит, что уже не злюсь на тебя за всё, что ты сделал, но то, что я сказал в лесу — правда. И знаешь, мы могли хотя бы общаться, если… — Я тоже. — Что? — Я тоже тебя люблю, — судорожно выдыхает Билл, считая удары своего сердца, потому что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Потому что его волчонок готов его простить. Потому что его волчонок его больше не прогоняет из города. Из сердца. Билл подходит почти вплотную, укладывая тёплую ладонь на чужую щеку и наклоняется непозволительно близко, глядя на то, как трепещут чужие ресницы. — Можно я…? — неуверенно спрашивает Билл. — Да? — так же неуверенно отвечает Диппер. А затем его мучительно-нежно целуют.