Волчий язык

Дипперу казалось, что зовущий его волк водил его за нос. Казалось, что вот он — прямо в паре метров, а затем снова вырывался далеко вперёд, убеждая в невозможность догнать. Он уверенно нёсся за ним, хотя, если честно, было ощущение, словно тот, кого он ловил — попросту не было. Это разыгравшееся воображение рисовало ему волчий образ, заманивающий глубже в лес. Он вёл его через просеку, манил за собой в неизведанный и чужой лес, глубоко в его чащу. И Диппер не испытывал прежнего страха, только животную злость на ускользающий от него образ. В какой-то момент вой, казалось бы, громкий и близкий, совсем смолкает. Диппер сбавляет темп, прекращая взрывать сухую почву тяжёлыми лапами, водит ушами, ловит шорохи, но вокруг лишь тишина. Лапы выводят его на опушку, он переходит на шаг, настороженно пробираясь через высокую траву. Он понимает — слишком тихо. Будто лес присматривается к нему, принюхивается, молча наблюдает. Волк тянет носом воздух и чувствует чужое присутствие, мгновенно щетиня шерсть в холке и пропуская низкое предупреждающее рычание. К нему выходит большой серый волк, выбираясь на каменный валун, и смотрит сверху вниз только одним уцелевшим глазом, потому что на второй тот оказывается явно слеп, судя по ужасным шрамам, исполосовавшим его морду. Но волк явно не чувствует себя ущемлённым, потому что трава подле камня начинает шевелиться и расступаться перед другими волками, что преданно остаются чуть позади своего вожака. Их много — замечает Диппер, но ничуть не тушуется, когда оказывается во внимании целой волчьей стаи, не настроенной агрессивно на чужака. — Рад наконец с тобой встретится, Диппер. Мы ждали тебя, — говорит серый волк с ужасными шрамами, что вселял в Диппера самый настоящий трепет. То ли от страха, то ли от восхищения его величественного вида. — Откуда ты знаешь меня? — настораживается Диппер и угрожающе взмахивает хвостом. — Как же я могу не знать собственного внука? — звучит с нескрываемой нежностью, пока Диппер от удивления даже оступается. Что? Серый волк спускается к нему с камня и на ходу обращается в человека в потрёпанных странствиями, но величественных одеждах и замирает в шаге от щуплого и нерослого по сравнению с ним волчонка. Тот, помедлив, тоже обращается, но всё ещё держится на расстоянии. Мужчина перед ним до ужаса походит на его дядю Стэна, словно его никогда не упоминающийся прежде брат-близнец. Диппер абсолютно обескуражен. — Идём со мной, и я отвечу на любые твои вопросы.

***

— Как так вышло, что мы с Мейбл никогда не слышали о тебе? — спрашивает Диппер, пока он идёт в неизвестном ему направлении бок о бок с дедом Фордом, как он попросил себя называть. Волки, что трусили рядом, даже немного обгоняя их на пути в лагерь, нисколько не возражали присутствию Диппера, даже ласково тёрлись мордами о его ладони и с любопытством принюхивались, будто он уже являлся членом их большой семьи. — Наши родители пожелали избавиться от меня, словно от проклятия, когда оказалось, что во мне течёт волчья кровь. Мы со Стэнли были очень близки, поэтому он отправился вместе со мной в Гравити Фолз, город паранормальных явлений, и взял моё имя, чтобы скрыть моё таинственное исчезновение. На тот момент я подавал большие надежды в сфере науки, но моим мечтам и амбициям не было суждено сбыться. Мы старались держаться вместе, но чем старше мы становились, тем больше отдалялись друг от друга. В какой-то момент наши пути просто разошлись. — И моя жизнь тоже разрушится только потому, что моя кровь нечиста, — понуро бормочет Диппер, низко опуская голову. — Моя жизнь не разрушена, Диппер, — качает головой мужчина и останавливается, чтобы коснуться подбородка своего внука и приподнять его голову, заглянув в полные разочарования глаза. — Но ты потерял своё место в жизни и близкого человека! — Я нашёл своё место здесь, — отвечает Стэнфорд и переводит взгляд на открывшуюся им поляну, живую, освещённую в густой ночи кострами и факелами, уставленную палатками и шатрами, меж которых свободно бродили и волки, и обращённые оборотни, занимающиеся подготовкой ко сну всего лагеря. Диппер видел, как несколько здоровяков тащили из леса брёвна и хворост, как женщины и девушки следили за огнём, стелили подле шкуры животных и плетённые корзинки с овощами, как дети увлечённо резвились с щенками, проносясь мимо сетующих на них взрослых. — И Стэнли я вовсе не терял. Может, мы и не можем проводить вместе время, как раньше, но я всё ещё дорожу им. Ни он, ни я не жалеем о нашем решении, хотя я, пожалуй, скучаю по нему. Диппер задумчиво поджимает губы. — Завтра вечером мы должны будем выдвинуться на Север, — добавляет дедушка Форд и сдвигается с места, чтобы обойти свою территорию. — Что? Вы разве не останетесь здесь? — удивляется Диппер и спешит нагнать мужчину, при виде которого каждый волк и оборотень почтенно склоняет голову. — Я привёл сюда стаю только для того, чтобы встретить тебя, — лаконично отзывается Стэнфорд. — Ты что, знал что я тоже оборотень, даже ни разу не увидев меня? — с подозрением щурится Диппер, что не ускользает от старшего. — Последний раз, когда я виделся со своим братом, он сказал мне, что у нас родились внуки. И я просто подсчитал, что генетически… — Я могу оказаться таким же, как и ты? Кажется, это для тебя не сложнее задачки по генетике за десятый класс, а? Стэнфорд мягко смеётся и треплет Диппера по волосам, вызывая у него такую же тёплую улыбку. Он впервые чувствует себя не таким одиноким. — Уже поздно, завтра тяжёлый день и пора ложиться спать, — говорит мужчина и направляется к палаткам. Диппер воодушевлённо следует за ним.

***

Неожиданно для себя Диппер встаёт рано, но когда он выбирается из выделенной ему палатки, оказывается, что он вовсе не единственный вставший на лапы. Волки и оборотни уже бодро снуют по поляне, занимаясь делами. Диппер тянет свежий воздух носом, подставляет лицо поднимающемуся из-за леса солнцу и идёт искать работу и для себя. Этот лес уже не кажется опасным и отторгающим его существование. Он цветёт и пахнет, переливается в солнечных лучах приветливо и радушно, шуршит листвой и высокой травой. Земля под ногами не иссохшая и серая, она мягкая и податливая. А ещё Диппер встречает много совершенно неизвестных ему существ. Это что, феи? Он успевает познакомиться почти со всеми членами стаи, что принимает его как всегда существовавшего бок о бок с ними. Оборотни без толики сомнений делятся своим опытом в охоте, плетении корзин и сражениях, ни на секунду не дают Дипперу заскучать и усомниться в том, что ему здесь рады. Они много рассказывают и показывают, дети и волчата тянут его играть, а юные особы заинтересованно наблюдают и ласково улыбаются. Он замирает от страха, когда над поляной пролетает стая грифонов, но волки смотрят на них спокойно и восхищённо, будто видят высоко в небе друзей и союзников. Что так и есть, ему поясняют позже. Волки ведут Диппера на охоту, дружелюбно притираясь лощёными боками и игриво подначивая по пути. «Покажи на что способен!» — кричат они ему, когда выходят на заячий след. У Диппера в крови бурлит азарт от погони за щуплым и перепуганным зайчишкой, у которого не хватает той прыти, с которой волк его нагоняет, впиваясь клыками в его серую шкуру. Он дарит ему быструю и немучительную смерть в благодарность за свою жертву. Он трусит рядом с охотниками, что волокут за собой пойманную лань, на обратном пути к лагерю и с гордо поднятой головой выходит на поляну, демонстративно удерживая в зубастой пасти зайца. Он полезен стае. Дедушка Форд показывает ему свой шатёр, который изнутри выглядит как рабочее место самого настоящего учёного и исследователя, и это вызывает у Диппера искренний восторг. — Это же мой ворон! — удивляется Диппер, когда видит давно пропавшую для него из виду чёрную птицу, спокойно восседающую на жёрдочке в шатре его дедушки. Он подбегает к нему, чтобы привычно пригладить смоляные перья, и ворон даже поддаётся на ласку, словно соскучившись. — Верно, — улыбается Стэнфорд. — Это Корвин, мой давний друг. Я просил его приглядеть за тобой. Диппера на мгновение одолевает смута. Не значит ли это, что его дедушка знает о Билле? И о том, что его держали в плену некоторое время? Почему тогда никто не пришёл ему на помощь? Спросить он так и не решается. Стэнфорд показывает ему свои дневники, листая которые у Диппера не хватает слов от обилия записей и зарисовок совершенно разных существ, которых его дедушке довелось повстречать и изучить на пути. А изучению собственной натуры и сущности был отведён отдельный с величественной цифрой «один» поверх отпечатка большой волчьей лапы на обложке. — Я начал его вести ещё в молодости, — поясняет мужчина, пока Диппер внимательно изучает желтоватые и старые страницы, исписанные заметками. — А закончил всего пару лет назад. Диппер замирает на странице с крупным заголовком «обращение» и вглядывается в тематический набросок из волчьего силуэта и ведущей к человеческому облику стрелки. Без каких-либо исключений в виде его извечной проблемы. — Почему у меня не исчезают уши и хвост? — озвучивает парень, хмурится и поднимает взгляд на своего дедушку, надеясь услышать ответ из его уст сейчас, а не найти в тексте чуть позже. — Неполноценное обращение. Такое иногда случается с молодыми волками. Не беспокойся, всё стабилизируется к твоему совершеннолетию, когда твоя сущность будет полностью подконтрольна тебе, — лаконично поясняет мужчина. — Просто твой волк слишком силён, потому у тебя пока не хватает концентрации, чтобы обратиться полностью. — Мне иногда кажется, что он забирает у меня контроль над разумом и владеет моими желаниями… — Это тоже пройдёт. Считай это… переходным возрастом. — Знаешь, мне стало сейчас намного легче, — понятливо кивает Диппер, а Форд мягко и басовито смеётся. — Я расскажу тебе обо всём, что знаю сам, по пути на Север. — Что? Я должен буду пойти с вами? — Диппер от удивления даже захлопывает дневник и отшатывается. — Конечно, я не принуждаю тебя, Диппер, — качает головой мужчина. — Но подумай сам: здесь ты можешь найти своё место, как я когда-то. — Н-но как же Мейбл? Я же не могу… — Разве она не возвращается к родителям в город? И это выбивает из лёгких Диппера весь воздух, а земля под ногами становиться вязким песком. В самом деле. Мейбл на днях уезжает обратно в город, открывать для себя новую жизнь и возможности. Она повзрослеет, заведёт новых друзей и знакомых, поймёт, чего хочет от жизни и будет идти к своей цели, а Диппер… Диппер останется и каждый год будет ждать нового лета, чтобы её увидеть? А что если она однажды приедет и скажет, что это лето, пожалуй, будет последним? — Я могу подумать? — тихо спрашивает Диппер, не отрывая глаз от зажатого в его руках дневника. — Конечно, но помни, что времени осталось не так много. Нам нужно поторопиться, чтобы благополучно добраться до первых холодов. Диппер задумчиво кивает.

***

— Эй, Диппер! Он оборачивается на знакомый голос, отвлекаясь от своей неуклюжей первой сплетённой корзинки, и видит несущегося к нему Бадди. Этот парень был настолько говорливым и дружелюбным, что расположил к себе особое внимание Диппера почти сразу. А ещё он был улыбчивым и казался самым настоящим добряком, что и мухи не обидит, только вот его фигуре можно было бы позавидовать, потому что на вид он был крепким и сильным здоровяком. — Старшие зовут нас с собой на обход перед тем, как мы отправимся домой, идёшь? — Бадди тормозит прямо напротив него и солнечно улыбается настолько, что плетение корзинок в кругу умелых волчиц и старейшин становиться скукой смертной. А Диппер просто стремится научиться всему, чтобы всё происходящее поскорее перестало ему казаться чем-то необычным. — Ну пойдём же! — Хорошо, хорошо, — быстро сдаётся Диппер и поднимается земли. Он низко кланяется девушкам, что учили и наставляли его всё это время плести корзины, и старается нагнать уже умчавшегося Бадди. Они отправились небольшой группой из пяти волков. Впереди трусили двое старших, мягко подначивая молодёжь не отставать. За ними уверенно шёл Арон, белоснежный волк на года два старше Диппера и Бадди, оказавшихся ровесниками, который вот-вот должен был пройти посвящение в ряды старших волков и стать полноценным и самостоятельным охотником. Наверное, потому он казался таким хмурым и серьёзным и постоянно фыркал на все вопросы и разговоры беззаботно весёлого Бадди, которому это фырканье абсолютно не мешало. Арон ему, видимо, очень нравился. И Дипперу, если честно, тоже. Арон заслуживал уважения. — Тут красиво, — с придыханием шепчет Диппер, разглядывая густую зелень и проглядывающее сквозь неё солнце. Вся живность сразу же расступалась перед ними, а птицы звонко щебетали в спины. — Это ты ещё наш дом не видел! — тут же возникает Бадди, наконец, оставив Арона в покое. — Я рад, что мы наконец вернёмся. Ты же пойдёшь с нами, верно? Наш вожак так долго ждал встречи с тобой! А после всех этих историй, я тоже очень хотел с тобой познакомиться! — Постой, каких ещё историй? — Диппер на мгновение замедляется и смотрит на нового друга с непониманием. — Ну как же! — удивлённо восклицает Бадди. — Ты же победил в поединке с вожаком стаи грифонов, когда бросил ему вызов, чтобы проверить свои силы и завоевать его уважение! По нашим традициям за этот поступок меня бы сразу же посвятили в охотники! И ты победил того охотника! Как же его… — Билл Сайфер, — вдруг подсказывает Арон. — Одолеть этого ужасного человека при своём небольшом росте заслуживает уважения. — Точно! Я с ним ни разу не встречался, но вожак много рассказывал о нём! — Мой дедушка знаком с ним…? — севшим голосом растерянно уточняет Диппер и ловит на себе обескураженные взгляды Бадди и Арона. — Они заклятые враги. Вожак потерял свой глаз в сражении с ним, — поясняет белый волк и смиряет Диппера напряжённым взглядом. У опешившего Диппера не находится слов, чтобы высказаться против. Ведь он вовсе не победил и не обхитрил Билла. Он сам его отпустил, когда у волчонка не осталось сил и воли противиться ему. Он был готов просто сдаться. Это не то, за что его можно было бы уважать. К тому же сейчас Диппер понимает к чему была эта одержимость Билла другими оборотнями. Он много лет враждовал с его родным дедушкой, а Диппер так беспечно готов отдаться чувствам к нему. Это Диппер глубоко в душе уже признал. Как же глупо получилось… — Здесь кто-то есть, — звучит голос одного из старших волков, ушедших чуть вперёд и напряжённо замерших. — Человек! — подтверждает их предупреждение Бадди, глубоко потянув воздух чутким носом. Волки тут же заозирались по сторонам, вынюхивая следы чужака. А Диппер, к сожалению, узнаёт этот хорошо знакомый запах… — Бадди, возвращайся в лагерь и доложи вожаку! — рявкает старший и, низко опустив голову, медленно выдвигается вперёд, пока Бадди серьёзно кивает и уносится в сторону лагеря. — Ищите его, но расходитесь далеко. Если это охотник, ему ничего не стоит перебить вас по одному! У Диппера предательски дрожат от напряжения лапы, а бурая шерсть встаёт в загривке дыбом, когда волки воинственно разбредаются по сторонам, определённо настроенные не на переговоры. Если они поймут, что это Билл, то точно кинуться на него без всякого сомнения! Диппер бросается в заросли, туда, куда ведёт его отчётливый запах присутствия Билла, чтобы предупредить его, пока не стало поздно. Каким бы ужасным он не был в прошлом, сейчас он точно изменился. Но разве озлобленные волки станут слушать? Билл лишил их вожака глаза и много лет отягощал их жизнь. Волк несётся, прислушиваясь к своей чуткой натуре, которая предательски к Биллу всё же тянется в слепом желании ластится в тёплые ладони и безошибочно выводит его на человеческий след. Патруль уже наверняка потерял его из виду и спешно направился следом, так что опасность для Билла явится с минуты на минуту. Диппер резко тормозит перед невысоким склоном, потому что внизу, среди старых поваленных деревьев, видит его. Билл поворачивается в его сторону, замирает в страхе на секунду, но затем узнаёт его. Диппер в его глазах видит облегчение и радость, словно мужчина бродил здесь в поисках парня, а не потому что ищет себе очередных проблем. Этот лес Биллу не рад. Прошлый раз его ничему не научил? — Диппер, я… — начинает он и уже делает шаг, чтобы подняться к волку, но тот вдруг щетинится грозно и раздражённо с глухим рычанием выцеживает беспокойное: «Убирайся!» Билл, опешив, останавливается и хмурится, не понимая, чудится ли ему строгий голос Диппера в волчьем обличии. — Я и тебя понимаю? Ты не поверишь, со мной говорила лиса! — растерянно, но воодушевлённо говорит мужчина, пока Диппер воровато оглядывается по сторонам. Волки должны быть совсем скоро! — Я же сказал тебе: уходи! Уходи сейчас же! — Почему? Диппер, нам правда нужно поговорить… — На это нет времени! Они сейчас найдут тебя! — Кто они? — не понимает Сайфер и напряжённо хмурится, а ответ приходит сам, когда трое рослых волков вырастают у Диипера за спиной. — Человек! — Это охотник! Волки угрожающе рычат, воинственно поднимая хвосты, и скалятся, медленно надвигаясь на человека, который опрометчиво хватается за ружьё и направляет его на оборотней. Диппер мечется в панике, судорожно бегая взглядом то от Билла, то от волков. Его лапы будто врастают в землю, что податливо принимает его вес и утягивает под почву, оплетая корнями и лианами. — Не приближайтесь! — предупреждает Билл, сжимая ружьё крепче. — Убирайся с этой земли! — рычит ему в ответ один из старших волков, но шагов к человеку из собственных опасений больше не делает. — Я никуда не уйду без Диппера! — Ты не притронешься больше к моему внуку, — раздаётся низкий рык позади. Все сразу оборачиваются на голос волчьего вожака, бесстрашно выступающего вперёд и остановившегося рядом с плечом оторопевшего Диппера. Он привёл с собой целую стаю, что окружает охотника кольцом с предостерегающим утробным рычанием. Волки громко фыркают и рыхлят передними лапами землю, готовый по команде вожака кинуться на человека и разорвать его в клочья. — Стэнфорд, — шипит Билл, не сводя злых глаз с большого серого волка, на шкуре которого видит шрамы, оставленные своими собственными руками. — Билл, — рычит вожак в ответ, открывая всем своим волкам глаза на своего заклятого врага. Рычание становится громче, в нём чувствуется презрение, ненависть и желчь, что капает вязкой слюной с волчьих пастей. Они готовы рвать и метать за своего вожака. — Зря ты ступил на эту землю. В ней ты и погребёшь. — Жалею, что оставил тебя в живых. — Разорвите его. Команда звучит, и волки уже подрываются с мест, чтобы кинуться на человека, но прямо перед их номами проносится взбешённая бурая шкура, что опасно клацает зубами и утробно рычит, закрывая собой Билла и не позволяя сделать к нему и шага. Оборотни замирают в немом шоке, потому что Диппер не подпускает к человеку и угрожает вцепиться в шкуру того, кто осмелится сделать шаг. Волки обескуражены и ничего не понимают. Не могут же они набросится на внука их вожака! — Не подходите! — низко рычит Диппер, капая на землю слюной, раздражённо размахивая хвостом и низко опустив голову, готовый точно также разорвать на куски. — Диппер, что ты делаешь?! — искренне возмущается не менее опешивший вожак стаи. — Я не позволю его убить! — Да что ты несёшь?! — Отпустите его, и я клянусь, он никогда больше появится здесь. — Почему ты в этом так уверен? — тон Стэнфорда становится тише, но его глаза всё ещё смотрят на охотника с ненавистью и недоверием. — Потому что он изменился, — так же сдержанно отвечает Диппер, но остаётся в том же напряжении, всё ещё чувствуя угрозу для Билла, что стоит за ним молча и поджимает губы. — Не смеши меня, Диппер! Билл последний человек, который способен измениться! — звучит от вожака с насмешкой. — Ему нельзя доверять. Ты правда думаешь, что если скажешь ему, то он послушает тебя? Он держал тебя в плену! Диппер смотрит на своего дедушку, выдерживая недолгую задумчивую паузу, что заставляет Билла напрячься ещё больше. Диппер будет в полном праве сейчас просто отступить и встать на сторону его заклятого врага, который по несчастливой случайности ещё и является его волчонку кровным родственником. Диппер не обязан был заступаться за него. Уж тем более противостоять своей семье. — Опусти ружьё, — наконец подаёт голос его волчонок, а по спине Сайфера проносится липкий страх, а паника встревает комом в горле. Кажется, у него дрожат руки. — Что? Они набросятся на меня, как только я сделаю это! — Я сказал. Опусти. Ружьё. — Диппер срывается на тихое низкое рычание, и Билл, поджимая губы, прислушивается и бросает оружие на землю. По округе проносится взволнованный шёпот стаи. — Все, что вы слышали обо мне — неправда, — продолжает Диппер. — Я не побеждал Билла, он отпустил меня сам, когда я просто сдался ему в руки, потому что у меня не было больше сил противостоять ему. Я не такой сильный и смелый, как вы все думали. — Но как же… ты же сражался с вожаком грифонов! — подаёт голос кто-то из-за спин старших волков, и Диппер видит разочарованную морду Бадди, в котором ещё осталась надежда. Как жаль, что ему придётся её стереть из его глаз. — Я сделал это не потому, что хотел проверить свои силы. Мной руководствовался страх и паника. Я защищал Билла от смерти, — тихо отвечает Диппер. — Зачем? — рычит раздражённый Стэнфорд, озвучивая вопрос каждого присутствующего волка. — Зачем ты защищаешь его и сейчас? Диппер видит в глазах своего дедушки непонимание и разочарование. В нём? — Потому что я люблю его. Это твёрдое заявление заставляет весь лес замереть в тишине. Ветер не колышет листву и густую траву, птицы давно смолкли, а мелкие зверушки испуганно разбежались или притихли в кустарниках. Волки смотрят на Диппера если не с осуждением, то с сомнением. Их вожак молчит, и они тоже не смеют подать голос. А Билл вздрагивает, когда его волчонок разворачивается к нему с самой настоящей ненавистью в глазах. — Я не хочу, но я люблю тебя. Несмотря на все те ужасные вещи, что ты творил. Несмотря на все свои ошибки и слова, которые ранили меня глубже, чем лезвие ножа, — Диппер наступает медленно, едва заметно скалится, пока Билл тревожно отступает, позволяя оттеснять себя от лесной чащи и волчьей стаи в сторону просеки, что откроется ему всего через пару километров. Диппер в одно мгновение общается, скидывая волчью шкуру, но продолжает наступать, тыча пальцем в грудь мужчины. — Ты доволен? Ты добился того, чего хотел? Повторить ещё раз? Я люблю тебя! А теперь убирайся отсюда! Убирайся! Уезжай в свой город, возвращайся к прежней жизни, в которой меня нет! Оставь меня уже в покое! Прекрати рушить всю мою жизнь, прекрати преследовать и заставлять меня каждый раз рисковать собой, чтобы спасти твою подлую шкуру! Прекрати это, потому что сам я уже не смогу! Поступи хоть раз по совести, а не так, чтобы лишний раз потешить своё самолюбие! Билл видит в глазах Диппера слишком много боли, в которой он тонет с каждым брошенным словом. Видит и не может ей противостоять, глотая ком вины. — Я знаю, Диппер, я всё это знаю, — Билл позволяет себе перехватить ладонь парня и бережно сжать её, пока тот смотрит на него с презрением и недоверием. — Я знаю о том, насколько я отвратительный человек. И я правда хотел оставить тебя в покое, я правда собирался, но Мейбл… Мейбл. — Она просила найти тебя. Какое сегодня число? — Она сказала, что ты убежал вчера… Автобус. — И ничего не сказал. Она была очень напугана. Сегодня. Она уезжает сегодня. Диппер задирает голову высоко в небо, глядя на то, как солнце плавно и неумолимо тянется к горизонту в преддверии скорого вечера. Его сердце колотится, как сумасшедшее. Он думал, что сможет поступить так, как будет правильно в первую очередь для себя. Но сейчас он просто не может себе позволить оставить её. Ни сегодня. Ни завтра. Никогда. — Я не пойду с вами, — говорит Диппер, оборачиваясь на большого серого волка, терпеливо молчавшего всё это время. — Я бы очень хотел, но… Я не могу. Волк задумчиво молчит какое-то время, а затем сдержанно кивает. — Я говорил, что приму любое твоё решение. — произносит наконец Стэнфорд, и его голос звучит мягко и снисходительно. Диппер кусает губы и подрывается, чтобы упасть перед вожаком коленями в землю и крепко обхватить его крепкую шею, зарываясь пальцами в густую шерсть и прижимаясь к ней мокрой от пробежавшей слёзы щекой. Волк мягко урчит, ободряюще притираясь к макушке своего внука тяжёлой головой. — Мне очень жаль, — шепчет Диппер. — Не извиняйся за свой выбор. Ты намного сильнее меня, если у тебя хватило смелости на такое решение. Парень отстраняется от лощёной серой шкуры, и волк ласково и коротко лижет Диппера аккурат в уголок губ на границе с щекой, высказывая своё уважение. — Поторопись к ней. Диппер кивает, поднимаясь с колен, торопливо окидывает стаю с немым сожалением в глазах о том, что не смог остаться с ними, а затем снова обращается в волка и уносится прочь. Билл уже собирается подорваться за ним, как его окликает полный стали и тихого гнева голос: — Билл. Мужчина оборачивается, встречаясь с напряжённым взглядом вожака. Волки смотрят на него с опаской, но с места не сдвигаются. — Я крайне удивлён, что ты научился понимать волчий язык. Это вынуждает меня поверить в слова Диппера о том, что ты изменился. Но не смей появляться на этой земле снова. Сайфер ничего не отвечает, глядя прямо в опасно блеснувшие янтарём глаза Стэнфорда, но коротко кивает и спешит догнать Диппера, пока его не растерзали напряжённые волчьи взгляды в спину.

***

Диппер задыхается. Но не потому что он нёсся через весь лес. И даже не потому что в нос забился противная грязная пыль из-под колёс автобуса. Потому что он не успел. Потому что автобус уехал прямо перед его носом. И даже не остановился, когда Диппер кричал. И он на самом деле задыхается. У Диппера дрожат руки, подкашиваются ноги, и он, пошатнувшись, едва ли удерживает равновесие. Парень жадно глотает воздух, словно он вот-вот закончится, и хватается за футболку на груди, стискивая её в пальцах до треска. В голове ворох из обрывистых мыслей, те словно воронами мечутся, что-то кричат, рвутся наружу. Из глаз брызжут солёные слёзы, хотя Диппер даже не думал плакать, пока не сможет успокоить бешеное сердцебиение. Его окутывает липкий мерзкий страх, крадётся по коже и проникает под тонкими иглами. Дипперу, кажется, он сейчас умрёт. Он опрометчиво делает шаг и почти падает на пыльную грунтовую дорогу, но его вовремя подхватывают чьи-то сильные руки, прижимая к себе. — Тише, Диппер, дыши, — мягко сетуют над ухом, а в голосе всё равно тревога. И в воздухе тревога. И в груди Диппера тревога. Парень цепляется за руки Билла, конечно же, Билла, впивается короткими ногтями, царапает, давится слезами и задыхается. — Эй, эй, слушай меня, Диппер, — Сайфер хватает его за подбородок и заставляет посмотреть на себя, а не в след ушедшему автобусу. — Всё в порядке, слышишь, малыш? Всё хорошо. — Н-нет, я… Н-не… Она… М-мы не… — Тш-ш-ш, — шипит Билл, заставляя Диппера оставить попытки говорить. — Всё нормально. Но ведь ничего не нормально. Он не успел. Он даже не успел обнять её на прощание. Они обещали быть всегда вместе, но Диппер подвёл их дружбу. Единственный, кто рушил его жизнь — это он сам. — Дыши, волчонок, — бархатно успокаивает Билл, и Диппер чувствует его необычайно мягкие ладони повсюду: в волосах, на горячих и мокрых щеках, на напряжённой шее, загривке, на каменных плечах, на спине. Его руки гладят, касаются, успокаивают. Возвращают дыхание. Диппер дышит благодаря этим рукам? Его ещё мелко потряхивает, но нагретая кожа остывает, мышцы расслабляются под ненавязчивыми прикосновениями, а слёзы просто застывают на глазах, но не катятся больше по щекам. Вороны в голове затихают. — Диппер, что случилось? Почему ты плачешь? — он слышит её голос и дёргается от прикосновения к плечу, словно боится, что ему мерещится. Парень оборачивается и видит её. Встревоженную и напуганную. — Мейбл.? — сорвано зовёт он сестру, а Билл выпускает Диппера из своих рук, когда он тянется к ней. — Но автобус же… Ты же… — Ты правда думал, что я вернусь без тебя? — с мягкой улыбкой Мейбл весело вскидывает брови. — Брось, братишка, мы же с тобой команда! И Диппера от этих слов снова позорно бросает в слёзы. А ещё в её объятья.