colorful

***

Учебный год прошел достаточно быстро. Такие ребята, как Тэён, Тэиль, Юта, Кун, Донён, Ёнхо и Читтапон, уже окончили свое обучение в старшей школе. Родители Донёна так и не объявились. После выпускного Тэиль обнимал его на берегу озера, пока тот плакал от осознания, что он действительно никому из своей родни не сдался. - Все будет хорошо, слышишь меня? - шепчет Мун и целует парня в щеку, попутно вытирая пальцами его слезы. - Никогда и ничего у меня не было хорошо... - отвечает Донён и, кажется, впервые за последние минуты, что они проводят здесь, смотрит на Тэиля, который лишь улыбается в ответ. - Хей, теперь мы с тобой будем вместе. У меня есть дом в Сеуле, оставшийся от родителей, и я заберу тебя туда. - А если я не хочу? - Да кому ты врешь. Донён не сдерживает короткой улыбки, после чего поворачивается к Муну и обнимает его в ответ, прижимаясь щекой к его плечу и смотря на закат вдалеке. И теперь он может полностью насладиться им. Не только его красками. Да и дело, кажется, вовсе не в закате. Сычен не должен был приходить на выпускной. Однако он пришел. За все это время, что Юта уже не обижал этого китайца, они не дошли дальше, чем тот поцелуй в щеку со стороны Дуна. Но Юте и не требовалось ничего больше. Он привыкал к нему, к его вечно коричневым свитерам, к тому, что его черт возьми любят все. Все. Китаец пришел на выпускной так, как ходил почти всегда. Все в том же свитере и в джинсах. Первое время он смотрел на Юту и улыбался, потому что сегодня тот был еще более красивым, чем обычно. Сперва он не заметил Сычена, поэтому продолжал что-то обсуждать с Куном, но потом он почувствовал ладони на своих плечах и увидел его. - Нельзя быть таким красивым... - Сычен, ты чего тут... Юта не успевает ничего сказать, потому что Дуну вообще плевать, что именно он сейчас может услышать. Он просто сжимает пальцы на его воротнике и наклоняет его к себе, целуя. Юта замирает на месте буквально на мгновение, пока его руки сами не опускаются на чужую талию. Позади слышатся возмущающиеся голоса их учителей, но черт возьми, пошли бы они сейчас подальше. Китаец медленно отстраняется и смотрит на лицо парня перед собой, потому что наблюдать за тем, как черно-белые тона превращаются в цветные, - это самое прекрасное занятие из всех. Он не сдерживается и улыбается, а Накамото коротко усмехается. - Маленький проказник... - Не смей флиртовать ни с кем, кроме меня. - Не смей позволять кому-то флиртовать с тобой. Дун снова улыбается, потому что ему слишком нравится видеть ревнующего японца, хотя он не отрицает, что сам до безумия ревнует его. - Дома разберусь с тобой, - фыркает Юта и улыбается, наклоняясь ближе к нему, - Целовать меня при взрослых... Как не стыдно, Дун Сычен? - Дома? - китаец удивленно хлопает глазами, хотя он все также сжимает пальцами воротник рубашки Юты. - Да. Правда, я еще не решил, где мы будем жить. Китай или Япония? - Накамото делает обманчиво задумчивое выражение лица. - С тобой куда угодно... - на выдохе шепчет Сычен, отчего заставляет Юту улыбаться. Кун не смог слишком долго задерживаться на выпускном. Смотреть на целующихся Сычена и Юту казалось ему слишком невыносимым, просто потому что он не может забрать с собой Ренджуна. У Цяня не было богатых родителей, не было никакого наследства. Все, что есть у него... Оконченная школа и Ренджун. Казалось бы, Ренджуна ему более чем хватит для счастья. Но будет ли счастливым он? Проходит несколько минут, прежде чем Кун идет в сторону их общежития. Он быстро находит нужную комнату, однако боится, что там будет Джено, который делит комнату вместе с Хуаном. Но его там не оказывается. Там только Ренджун, уснувший за письменным столом. Кун закрывает дверь и медленно подходит к парню, смотря на тусклую настольную лампу и ноутбук, около которого уснул младший. "Вакансии без условия опыта работы..." Кун читает и на миг улыбается, после чего шумно выдыхает. - Милый... Мы позволим спокойно доучиться тебе. Старший осторожно поднимает Ренджуна на руки и подходит с ним к кровати. Он ложится туда вместе с ним, прижимая к себе, когда Хуан на секунду ворочается и приоткрывает глаза. - Кун? - Спи-спи, - улыбается китаец и утыкается носом в шею Ренджуна, который устало обнимает старшего за шею и прикрывает глаза снова, намереваясь еще немного поспать. Юкхэй не смог справиться с потерей единственного любимого человека. Однако он вылез из своей комнаты, когда стал понимать, что скоро вообще не сможет встать с кровати. За то время он похудел на десяток килограмм, но его это мало волновало и мало волнует сейчас. Пока все веселятся на выпускном, он пользуется моментом, что никто не следит за комендантским часом, и сидит на скамейке около ворот школы. Около тех ворот, где Чону поцеловал его. Парень начал курить, хотя уже успел выслушать от каждого беспокойство за его здоровье, но разве они понимают, как ему на самом деле больно? Никто из них не понимает. Хотя Лукас уверен, что каждому из них было по-своему больно. Но Вон не может вынести свою боль. Он сидит на лавочке и курит, уже, наверное, третью сигарету, хотя это не так уж и много. Бывало и больше. Легкие наполняет это тянущее чувство, голова немного кружится, но это привычные ощущения для Юкхэя, поэтому он терпит. В воспоминаниях слишком много Чону, и он надеется... Немного надеется, что ему удастся перестать думать о нем хотя бы секунду. Эта секунда могла бы спасти его. А еще его мог бы спасти Чону. - Ну и как это называется? Какого хрена губишь свое здоровье, придурок? Вон на миг усмехается и кидает уже остаток третьей сигареты в мусорное ведро. - Уже сколько раз говорил, я сам разберусь... - Лукас поднимает затуманившийся взгляд и смотрит снизу вверх на того, кто стоит перед ним. Он смотрит несколько секунд, прежде чем вскочить на ноги и чуть не упасть в тот же миг, потому что голова кружится перед слишком заметно. - Меня не было полгода, а ты умудрился... - Чону выглядит рассерженным, когда Лукас хватает его и прижимает к себе, заставляя старшего начать кряхтеть, - Задушишь же..! - Хён... хён... - Юкхэй повторяет несколько раз, прежде чем вдруг прижать Чону к решетке позади него и заглянуть ему в глаза, - Это правда ты..? - Настолько укурился, что думаешь, что я плод твоего воображения? - возмущается Ким и дает Лукасу легкий подзатыльник, отчего тот, как умалишенный, улыбается. - Хён... Юкхэй берет такое любимое и красивое лицо в свои ладони и целует. Целует его губы, щеки, нос и лоб, целует все, до чего может дотянуться сейчас, а Чону впервые в жизни не вырывается и сам обнимает парня, подставляясь под его поцелуи. - Я выбрал тебя заместо своих родителей... Пожалуйста, не позволь мне разочароваться... - Глупый хён... - на выдохе шепчет Лукас и изо всех сил обнимает Чону, прикрыв глаза и пытаясь не разреветься прямо там, - Я слишком люблю тебя, чтобы дать тебе пожалеть... Ким улыбается и крепко обнимает младшего в ответ, зарываясь тонкими пальцами в его волосы и поглаживая его по спине, при этом время от времени целуя его в щеку, пока тот медленно приходит в себя. Стоит ли говорить, что Лукас после этого бросил курить? Думаю, вы и так это знаете.

***