Часть 1
9 июня 2018 г., 14:22
— Хён, просыпайся, у нас на сегодня съёмка назначена, а ты все ещё в кровати, — кричит Чонгук, влетая в комнату Юнги.
Старший смог отхватить себе отдельную комнату и теперь устроил там свое темное царство. Да, многие бы хотели попасть в то место, где Шуга пишет свои тексты, в которых обещает довести до Гонконга. Наверное, все ожидают увидеть мини-студию, похожую на логово парня-плохиша, но на деле это комната со светлыми стенами, синтезатором в углу, обычной непримечательной мебелью и одним большим плюшевым Кумамоном.
— Чон Чонгук, не ори в моей комнате. И вообще, я себя очень плохо чувствую, не надо было есть вчера стряпню Намджуна, — бормочет Юнги откуда-то из вороха одеял.
Чон с грустным лицом выходит из комнаты и направляется к лидеру, сообщить о заболевшем мембере. Ему уже надоело ходить по просьбам старших. Сначала чай поставь, потом Хосока и Чимина заставь перестать танцевать, а теперь вот, Юнги-хена разбуди.
Намджун обнаруживается на кухне вместе с остальными. Ребята уже завтракают и обсуждают расписание на неделю.
— Намджун-хен, Юнги-хен говорит, что ты его отравил вчера своей едой. Ему очень плохо, он не может встать, — на одном дыхании произнес Чонгук.
— Эй, что он там о себе думает? Я не мог его отравить, он сам решил съесть пиццу, которую я приготовил, — возмущённо сказал Джун, надув губы. — Что же нам теперь делать? Эх.… Позвоню менеджеру и попрошу перенести фотосессию. Надеюсь, завтра нашему «королю драмы» станет лучше.
Намджун ушел звонить, оставив всех за завтраком. Чонгук накинулся на блинчики, как будто никогда их не пробовал, а Тэхен не отлипал от него и все подкладывал вкусности в тарелку.
— Ну что, какие планы на сегодня, раз уж фотосессию отменили? — спросил Джин, доедая последний кусочек панкейков. — Я вот планирую хорошо поспать, а потом поесть, а потом ещё раз поспать.
— Да хён, тебе лишь бы покушать вкусно, — тихо сказал Чимин, за что быстро получил щелчок в лоб от старшего. Вся комната залилась смехом парней, а Джин, надув губы, демонстративно ушел в спальню, воплощать свои задачи на день.
— Гуки, давай порубимся в приставку сегодня? Я сбегаю в магазин за снеками, день пройдет отлично, — весело спросил Тэхен у младшего, за что быстро получил объятия и звание «самого лучшего хена на планете».
Казалось, что все безумно счастливы этим летним утром, ведь им так редко выпадает свободный день, но один Чимин сидел с грустным лицом и тыкал вилкой в блинчики. Просто он надеялся провести день всем вместе, сходить в парк, покушать мороженого, на улице же такая замечательная погода. Нет, он не в обиде на друзей, за то, что он со своим мороженым в их планы не входит, просто в груди неприятно сжалось и давило жутко.
Хосок сразу заметил сменившееся настроение своего донсена и, кстати говоря, не на шутку заволновался. С Чимином у него не так как с остальными. С Чимином у него по-другому, по-тёплому, по-танцевальному, по любви. Только вот младшему эта любовь, наверное, не нужна даром. У Чимина вон, Тэхен одногодка, с которым они не разлей вода, Чонгук, который не вылезает с ним из качалки, даже Джин, готовый всегда сходить с любимым донсеном на шоппинг.
А Хосок что? Хосок всегда поддержит и успокоит, всегда рад будет выучить новую хореографию, всегда рядом, но отчего-то никогда большего чем «Хен, ты такой крутой, спасибо тебе» от Чимина не слышал, а так хотелось бы. Хотелось еще давно, со времён дебюта, когда Чимин плакал в ванной, а Хосок его успокаивал. Когда единственное, что он хотел видеть это глаза-улыбки, а ощущать лишь маленькие пальчики в своей ладони. Эти желания никуда не ушли, просто Чимин вырос, а надобность в Хосоке-успокоительном улетучилась. И вот сейчас Чима сидит с грустным личиком, и Хосок чувствует в себе непреодолимое желание погладить его по голове и крепко обнять.
— Чимина, что-то не так? — тихо и обеспокоено спрашивает Хосок.
— О, Хоби-хен, нет, все нормально, просто… — Чимин пытается подобрать слова, чтобы ответить. — Я хотел погулять сегодня, но все, оказывается, уже заняты.
У Хосока сжимается в груди, он не считал занятия других парней на сегодня такими грандиозными, чтобы поменять их на прогулку с Чимином, только вот почему младший сбросил его со счетов?
— А почему ты не спросил меня, я совсем не против сегодня погулять с тобой? — с обидой в голосе говорит Хоби.
Чимин округляет глаза. Он совсем не думал, что Хосок хочет составить ему компанию. Чимин считал, что у него-то точно найдутся дела получше, чем гулять с младшим. К Хосоку у Чимина была привязанность, нет, она не выражалась в постоянных обнимашках или ещё чем-то таком, она была на более высоком уровне. Чимин жутко скучал по хену, когда тот долго пропадал в студии, возможно, даже немного ревновал его к Юнги, за то, что тот мог просто закинуть руку Хоби на плечо или положить уставшую голову на колени. Чимин был зависим от каждого взгляда Хосока, от каждого «Чиминааа», слетавшего с самых прекрасных губ с родинкой, от улыбки «солнышка» — так фанатки называют Хоби, с чем младший был полностью согласен. Но почему-то для себя он решил, что совсем не нужен Хосоку и старался как можно меньше ему докучать. Поэтому предложение старшего, о совместной прогулке заставило его сердце биться чаще.
— Хосок-хен, ты, правда, пойдешь со мной в парк? Только не говори, что это от жалости или чего-то такого, — восторгом в глазах, но достаточно спокойно спрашивает Чимин, в то время как его щёчки розовеют.
— Конечно, Чимина, с тобой я готов проводить хоть каждый день.
И сердце пропустило удар у обоих.
***
Лето в Корее жаркое и влажное. В конце июня начинается сезон дождей. Весь город поглощает смог, поэтому часто на улице люди ходят в масках. Если днём все на работе или учебе, то вечером начинается настоящая жизнь Сеула. Этот город по праву называют ночным, именно в это время люди дают волю эмоциям, могут отдохнуть от душных кабинетов. Ночной Сеул потрясающий. Подсветка небоскребов и фонтанов, кофейни, безумно стильные корейцы и движение жизни. Особенно завораживает вид парков аттракционов. Повсюду мерцают огоньки, весело играет музыка, гуляют влюбленные парочки, до жути романтично и сказочно. Чимин и Хосок выбрались из дома ближе к вечеру, когда жара спала, и можно было спокойно слиться с толпой. Как же давно ребята не выходили просто погулять. Если честно сказать, то Чимин чувствовал какое-то напряжение, ему было совсем непривычно вот так просто идти с хеном на прогулку, нет, конечно, в составе группы они часто куда-то ходят, но…это совсем другое. Хосок заставляет Чимина чувствовать, заставляет испытывать волнение, но не плохое, а такое, которое сладко тянет в груди. На секунду младшему захотелось, чтобы в этом мире остались только они вдвоем, просто с Хосоком было так спокойно и по-домашнему. Чимин невольно стал вспоминать времена дебюта, тогда Хосок-хен был так близок, так заботлив, когда почти заменил родных, которые находились так далеко. Хосок тоже чувствовал это напряжение, как свое, так и Чимина. Он видел, как младший задумался, но не стал его отвлекать, каждому из нас нужно время на самоанализ. Он стал наблюдать за Чимином, пока они шли от остановки до парка. Как странно то, что когда живёшь с человеком на постоянной основе, то не замечаешь изменений в нем, зачастую не только внешних, но и внутренних. Чимин вырос, о да, ещё как вырос. Это выражалось не только в приобретении более взрослых черт лица и тела, хотя, как считал Хосок красоте младшего можно посвятить целую книгу, но и в душевной гармонии. Чимин стал мыслить по-другому, стал вести себя иначе, он стал безумно красив и глубок внутренне. Иногда Хосоку казалось, что в нем можно просто утонуть, утонуть в его глазах, в его душе, мыслях, чувствах. Оба парня не заметили, как подошли к парку аттракционов. Первое, что увидел Хосок, это была палатка с сахарной ватой. — Ох, Чимин-и, смотри, там ларек с сахарной ватой, я помню, что ты от нее без ума, так пойдем скорее и купим ее, — как можно веселее сказал Хоби. Он все ещё видел некую озадаченность в глазах младшего и хотел поскорее от нее избавиться. — Ох, хен, было бы неплохо, я действительно очень хочу поесть ее, ну ты знаешь, с этими диетами… Чимин, наконец, смущенно улыбнулся, и Хосок понял, что очень скучал по вот такому младшему. Он помнит, как уматывался в танцклассе, а стоило прийти Чимину, улыбающемуся во все тридцать два, сразу становилось немного легче. Время шло к закату, и солнечные блики красиво переливались на воде маленького прудика, на территории парка. Все было таким спокойным, даже музыка, звенящая по всей территории предавала ощущение умиротворения. Да, как же давно они не проводили время вместе. Чимин и Хосок, после того, как купили сахарной ваты, решили просто прогуляться. Хоби почему-то внезапно вспомнил, что боится аттракционов и даже с Чимином туда бы идти не рискнул. Младший очень долго смеялся и прикалывался над хеном и его страхами. Ребята решили сесть на лавочку напротив прудика. Чимин уже совсем разговорился и увлек Хосока в обсуждение новой хореографии. — Знаешь, мы могли бы сделать совершенно новое движение в этом кусочке. Другой вопрос, смогут ли ребята потянуть его, насчёт Гуки и Тэ я не сомневаюсь, но что делать со старшими…- Чимин все говорил и говорил, а Хосок уже просто слушал и любовался. Если бы сейчас рядом были младшие, то Тэхен бы непременно закричал что-то вроде: «Хоби-хен, хватит смотреть на Чимина глазами-сердечками!!!». Хосоку всегда нравились люди, увлечённые чем-то, он любит просто слушать их, любит смотреть, как в их глазах появляется страсть к обожаемому делу, Чимин был как раз таким, чем безумно привлекал Хосока. Взгляд старшего переместился с лица Чимина, которое обрамляли волосы цвета серебра. Да, младшему, безусловно, шло, сексуальный концепт, все такое, но… — Чиминни, не хочешь себе розовые волосы? — тихо спросил Хосок, но достаточно, чтобы младший услышал. Чимин сидел с приоткрытым ртом секунд 10, всё-таки хен перебил его в самый разгар монолога. Серьезно, Хосок спросил его про цвет волос?! Это было неожиданно, но Чимин попробовал ответить. — Хён, розовый? Но почему? Нет, я люблю розовый, конечно, не так, как Джин, но относительно своих волос этот цвет никогда не применял. Ты думаешь, мне пойдет? Я же буду похож на сахарную вату, которую мы ели сегодня! — возмущённо завершил Чимин. — Но я люблю сахарную вату, — сказал Хосок, с такой уверенность в голосе, как будто признался в любви не сладости, а человеку. Чимин смотрел на серьезного хена. «А может…. Но вдруг… — мысли в голове младшего начали сменять одна другую. — Нет, не может быть, чтобы у хена были ко мне чувства, нет, это определенно нереально». На некоторое время зависло тягучее молчание. Потом были неуклюжие признания. Вся эта атмосфера не укладывалась в общую картину. Оба думали, что спят. Чувства накатили как лавина. Чимин навсегда сохранит в памяти этот теплый вечер, когда он смог прижаться грудью к такому тёплому и любимому хену, а в воздухе и на губах растворялась розовая сахарная вата.***
С того момента в парке прошел год. Жизнь текла в том же русле, что и раньше: концерты-фансайны-интервью-фотосессии. Бешеный ритм айдолов. Тяжело, но нравилось. Нравилось до безумия и каждому. Видеть название своей группы во главе чартов. Видеть лица преданных фанатов. Да что уж там, каждый любит просто публиковать что-то в социальных сетях, а потом читать комментарии. К слову говоря, Чимина всё-таки перекрасили в розовый. Этот цвет подходил к концепту нового альбома, да и сам парень очень уж просил стилистов. Как только преображение в розовый цвет завершилось, Чимин побежал показаться Хосоку. Последний был один в комнате для практики и что-то внимательно смотрел в телефоне. Младший подкрался сзади и закрыл парню глаза. — Хм, кто же это может быть? Чьи это маленькие теплые ладошки? –спокойным, чуть высоковатым голосом пропел Хосок. Развернувшись в руках младшего, Хосок приобнял его за талию. Чимин позволил открыть хену глаза и увидеть, наконец, розовое чудо. — Хосок-хен, тебе нравится? Думаю, что мне идёт.… Но если все плохо, то ты так и скажи, я попрошу стилистов что-нибудь придумать, — младший тараторит в своей манере, по-детски выпятил нижнюю губу и уткнулся взглядом в грудь Чона. — Чимин, посмотри на меня, — Хосок взялся за подбородок младшего и заставил взглянуть на себя. –Ты нравишься мне, я принимаю тебя всего, каждую чёрточку в твоём теле, любой цвет волос, — Чон произносил каждое слово тихо, но четко, впечатывая его в пространство. -Розовый тебе чертовски идёт, да, ты похож на сахарную вату, но я же говорил, что люблю ее. У младшего появился румянец, он явил Хосоку свою солнечную улыбку и начал бормотать что-то вроде «опять ты меня смущаешь». — Давай снимем видео? Порадуем наших фанатов новым цветом, — поглаживая щеку Чимина, спросил старший. Хосок не смог удержаться и чмокнул Чимина в нос, да, вот так по-простому, но, сколько было вложено в этот целомудренный поцелуй. Для ребят были важны именно такие моменты, искренние, теплые, когда чувствуешь своего любимого человека от кончиков пальцев, до макушки. Младший с радостью согласился на съёмку и сел на стул, а Хосок остался стоять перед ним. Возник вопрос — кто же будет снимать. Спустя минут 10 в Твиттере появилось два видео: первое Хосока, а второе Чимина. Они просто снимали друг друга и говорили комплименты. Хосок попросил фанатов принять младшего с новым цветом, а в довершении спросил: « Не правда ли, наш Чиминни теперь похож не на рисовый пирожок, а на облачко сахарной ваты?» — Хоби-хен, ты теперь всегда будешь меня с ватой сравнивать? –уже вечером спросил Чимин, лёжа у Хосока на коленях, который неспешно перебирал его волосы. — Да, это ведь правда. Ты и так был таким сладким, а теперь я ещё больше хочу тебя съесть, — сказал Хосок, широко улыбаясь. — Но ты не скушаешь меня, ведь, что тебе делать без своего «Чиминни», — пытаясь передать голос хена, произнес младший. — Хм, ладно, не буду тебя кушать, но зацелую это наглое личико до смерти, — Хосок лукаво улыбнулся и наклонился к лицу Чимина. Зависнув над ним, старший, как будто увидел в глазах напротив ту же мысль, что и у себя. Кто бы мог подумать?
