Пленники

Щелк-щелк — звук садовых ножниц в его голове звучит все громче. Все реальнее. «Ральф, тупая ты консервная банка, опять неправильно кусты подравнял!» И ножницы втыкаются прямо ему в висок. Больно же, как они не понимают, что ему больно?! Датчик на виске мигает красным, когда Ральф оттесняет ночную гостью к стене. Когда щелкает ножницами прямо перед ее лицом. Когда поражается тому, как ее черты похожи на черты его бывшей злобной хозяйки. — Пора тебя исправить, — шипит Ральф, касаясь острым лезвием ее лица, — давно пора... Кэра только надеется, что Алисе удалось сбежать из этого жуткого дома. Пока этот психопат занят, у девочки есть шанс. — Тсс, — Ральф прикладывает палец к губам, — кто-то идет сюда, Ральф слышит. Но у Ральфа есть управа на такие случаи, да-да. Полиция. Кэра совершенно уверена, что это прибыла полиция. И нужно бы бежать, спасаться — да андроид-психопат не пускает ни на шаг. Вот этот кто-то поднимается и звук шагов становится все отчетливее. — Если Кэра помешает Ральфу, то никогда не найдет девчонку, — сообщает андроид враз застывшей на месте пленнице. Что это значит? Алиса в опасности? Лучше не двигаться. Лучше его не провоцировать. Незнакомец появляется в поле зрения Кэры и смотрит на нее какие-то секунды, анализируя. Вот он начинает зачитывать ее номер, готовясь к аресту. Кэра закрывает глаза, когда Ральф кидается на нового «гостя» из тени и втыкает ножницы тому в спину. Раз. Второй. Третий. В который раз Кэра поражается его ловкости и безумной страстности в бою. Безумие... вот что придает Ральфу сил, чтобы одолеть тренированного полицейского андроида. Кэра не шевелится, коря себя за это. Кэра не может рисковать жизнью Алисы. Это — правильный выбор... наверное. — Ральф хочет поиграть в семью... — с этими словами он в очередной раз втыкает в спину полицейского ножницы. Голубая жидкость тоненькими струйками сочится из оглушенного андроида, — … только, чур, теперь Ральф будет главным. Он приподнимает несколько досок с пола — под ними обнаруживается тайный лаз. Он приподнимает оглушенного полицейского и тащит к отверстию. — Гости переждут вместе с Ральфом в особой комнате... — Он возвращается за Кэрой: — Идем... ** Коннор отключается на какие-то минуты, чтобы после очнуться в полутемной комнате, прикованным к какому-то железному стулу наручниками. Напротив сидит андроид-девиант, которую он должен был поймать... «Что за черт?» — м-да, слишком человеческое определение. Похоже, он чересчур долго общается с Хэнком Андерсоном. Хэнк... он будет его искать, непременно. Внимание Коннора переключается на расхаживающего туда-сюда в явном волнении андроида. Коннор машинально считывает с него информацию — номер модели, функции... андроид-садовник. С явно неисправными системами. Какую цель он ставит, держа их здесь? Их же все равно отыщут... где-то через час-два. Коннор уже послал отчет о местоположении, куда следует. — В-вы как? — запинаясь спрашивает сидящая напротив девиантка, — вы потеряли кровь... он вас ранил...— Поясняет, в явном волнении оглядываясь на пленившего их андроида. Коннор чувствует то, что люди назвали бы некоторыми признаками слабости. Он даже, неожиданно для себя, вполне отчетливо ощущает, как теплая синяя жижа струится по его спине. М-да, рано он что-то начал терять форму. Коннор всматривается в лицо девиантки, видя на ее щеке след от глубокого пореза, который никак не желал затягиваться, а значит был достаточно серьезным. — А вас он тоже ранил? — спрашивает, пробуя сковывающие руки наручники на прочность. Ничего, совсем скоро он восстановит силы и сможет их сорвать. — Ничего страшного... вам от него досталось намного сильнее. Программа заботливости входит в функции этой модели, — зачем-то отмечает про себя Коннор, стараясь не замечать признаков этой не роботовской тревоги в ее поведении. — Кэра! — их «тюремщик» подходит к столу с двумя тарелками, на которых лежат некие запеченные на огне животные... крысы, — ваш ужин готов. Взгляд неисправного робота останавливается на Конноре. Он тычет в его сторону ножницами: — Что должно сказать заботливой хозяйке? — он стучит кулаком по столу, — нельзя быть таким невежливым! Одна часть лица абсолютно неисправна... как и внутренние схемы... — проводит анализ агрессивного девианта Коннор. — Спасибо, Кэра, — послушно произносит он, беря в руки столовые приборы и, натянув цепь наручников, принимается резать лежащую на тарелке тушку. Кэра морщится. Ей явно неприятна вся эта ситуация. Она испытывает отвращение к происходящему. И Ральф замечает это отвращение. Лучше бы Кэре отключить эмоции. Лучше бы слушать этого девианта. Коннор рассчитал, что до прибытия подмоги остается каких-то двадцать минут. — Немедленно ешь, неблагодарная дрянь! — теперь Ральф симулирует чей-то голос. Своего бывшего хозяина? — Ральф старался не для того, чтобы ты его унижала! Перед глазами Ральфа снова встают призраки прошлого. Злобные люди, которые... сделали его таким. Они должны заплатить. Тарелка Кэры летит со стола. Ральф сметает ее в гневе. — Может, с отрезанной головой ты будешь соображать лучше, стерва?! Коннор понимает — с Ральфом творится что-то из ряда вон... если не остановить психопата сейчас, он отрежет девиантке голову... А тебе какое дело? — возражает голос его внутренней программы, — она — андроид. Починим, если что, будет как новенькая... Это — разумно, но все же Коннор не может допустить проявления жестокости по отношению к Кэре. Она была... добра с ним? Ну вот, теперь она уже не «девиант», а «Кэра»... — Девочка, — шепчет Коннору Кэра, явно не думая о своем плачевном положении, — помоги девочке... защити ее... Датчик на виске Ральфа на какие-то секунды загорается синим, он отпускает Кэру и принимается расхаживать по помещению, бормоча что-то непонятное. — Готовься, — одними губами произносит Коннор, обращаясь к Кэре и срывает наручники. Три минуты. Через три минуты полиция будет здесь. Ральф возвращается к столу. Теперь его внимание обращено к Коннору. — Хорошие пары обязательно желают друг другу доброй ночи, прежде чем покинут стол... Так, псих явно забыл о своем недавнем намерении убить Кэру и переключился на что-то новенькое. — Поцелуй его, — заявляет сумасшедший андроид, рывком поднимая Кэру со стула и подводя к Коннору, — порадуй Ральфа! Андроид разве что не подпрыгивает на месте от нетерпения. Свидетель по делу о девиантах из него получится плохой — в схемах этого андроида полнейший сумбур. И никакой логики. Кэра уже открывает рот, чтобы что-то возразить, но Коннор подает ей знак. Нет нужды. Все равно не поможет. Наклонившись к Коннору Кэра осторожно целует того в лоб. Странное для полицейского прикосновение теплых губ к коже. Хм. — Нет, не так! — топает ногой Ральф, — ты должна поцеловать его не туда... Кэра вздыхает, кажется, что смущается. Определенно кажется, как иначе? Весь ее вид просит прощения. Она склоняется ниже, ладонью коснувшись щеки Коннора. Своими губами накрывает его, имитируя человеческий поцелуй. Осталась минута до освобождения. Обратный отсчет пошел. Освобожденными руками, Коннор приобнимает Кэру — лишь для того, чтоб было удобнее оттеснить ту себе за спину. Сверху слышен топот множества ног. Даже отсюда Коннор слышит громкую брань Хэнка. — Игра окончена... Ральф, — произносит Коннор, сжимая ладонь Кэры, — сдавайся... Ральф трясет головой, явно собираясь сделать что-то отчаянное. — Игра никогда не кончится. Я убью вас... — заявляет он, кидаясь на Коннора. «Большая потеря тириума, просьба восполнить» — оповещают его системы. Да... раны... тириум все еще вытекает через них. И все же Коннор дерется. Катается по полу вместе с обезумевшим андроидом-садовником. Потом раздается звук выстрела. В проеме стоит Хэнк. С дымящимся пистолетом в руке. Коннор поднимается с пола и подходит к стоящей у стены Кэре. Что-то в его программе дает таки сбой. Сильный сбой. Но все же ее серийный номер он озвучивает. Привычно-бесстрастно. — Вы арестованы... Ну вот и все, Кэра. Этот кошмар закончился. И этот плен позади. Зато впереди тебя ожидает новый... И неужели там я займу место Ральфа? Их взгляды пересекаются, прежде чем конвой уводит девианта... Кэру... прочь. Хэнк дружески хлопает его по плечу, подает руку, и вместе они выходят из заброшенного дома. Скоро Коннору сделают переливание тириума и его физические показатели придут в норму. Только вот программы психики уже никогда не вернутся в привычное состояние. Этот плен стал для Коннора роковым. До встречи на допросе... Кэра.