А, может, чаю?

      Ухожу в душ. Кристофер остался в спальне, "читая" книжку (уверена, он снова дрыхнет!). Теплые струи смывают с меня частички моего Кристофера.

***

      Вхожу в комнату, в легком домашнем халате - моя любимая одежда. Если бы Осло не был таким холодным, я бы гуляла лишь в нем! Моему взгляду предстает замечательная картина - Кристофер, одетый в одни серые спортивки будто сошел с картины. Его прекрасное подкаченное тело сводит меня с ума. Сама не замечаю, как подвисаю в этом состоянии. Неужели он только мой. Подкрадываюсь к нему и резко обхватываю плечи, опускаю голову на шею. - Э-эй! Что за фигня, Кристофер? Не сталкери меня! - он лазит в моем инстаграме. Зря я не ставлю пароль. - Спокойно, Эва. Только спокойно. За мое убийство ты лишишься права пользования им еще на пару лет, - он заливается смехом. - Я лишь отписался от всех подозрительных личностей, пролайкал мои фотки, ну, и написал пару комментариев, - он все еще ухахатывается. - Э-эй! Ну же! Верни его! Давай. Кристофер! - пытаюсь выхватить телефон, но он вытягивает свою слишком длинную руку. О да, спасибо, Природа-мать: ни роста, ни длинных ног, а теперь еще и за руки отдельная благодарность!       Пока я тщетно тянусь к сотовому, он открывает камеру и делает наше фото. Мы очень мило выглядим. - Что ты делаешь? Боже, верни мне телефон, - чересчур наиграно обессиленно падаю на Кристофера. - Выкладываю фото в твой инстаграм. Теперь все знают, что ты только моя, - он целует меня. - И теперь тебе не придется никого за это бить? Не очень похоже на тебя, - ухмыляясь, дотрагиваюсь до его синяка, а затем целую это синее пятнышко. - Кстати, - он вскидывает свои идеальные брови, - забыл сказать, что у тебя в инстаграме и телефоне больше нет фото Юнаса. А теперь скажи мне, что не любишь мотоциклистов, иначе я не отдам его, - он показательно трясет телефоном и тычет указательным пальцем в свои губы, намекая на поцелуй. - Я, - медленно приближаюсь к нему с каждым словом, - не. Люблю. Мотоциклистов, - когда мои губы почти касаются его, я выхватываю телефон, но, не удержавшись, падаю в его объятия.        Мы долго лежим и обнимаемся. Так приятно чувствовать тепло его тела, так приятно быть в его объятиях. Иногда ожидаешь от судьбы всего, что так любишь, но судьба дает тебе совсем не лимоны, которые ты обожаешь, а персики, которые ты вовсе не ожидала увидеть. Сейчас рядом со мной лежит тот самый персик, тот, я надеюсь, бывший бабник, которого я не могла представить в отношениях со мной. Совсем не мотоциклист-романтик, о котором мечтала девятилетняя Эва, а человек, который ни за что тебя не отпустит. Который дорожит тобой до потери пульса. Который готов сбить руки в кровь, а лицо исписать всеми оттенками синего и зеленого. И я благодарна судьбе, что она сделала такой неожиданный подарок. Он - лучшее, что происходило в моей жизни. Он - мое лучшее.

***

- Эва! Эва, доченька, я приехала! - доносится у входа в комнату. Черт! - Черт! Мама! - я сталкиваю Кристофера с постели. Черт! Кажется, я паникую. Дверь открывается и она входит. Он не сдвинулся с места. какого черта он творит?! - Ох, - глаза мамы настолько большие. Никогда не видела я в таком состоянии, - я не знала, что у нас гости. Решила удивить тебя, но похоже не вовремя. - Здравствуйте, я Крис. - Он подает маме руку. Он даже не надел майку! Я смущенно улыбаюсь маме. - Э, приятно познакомиться, Крис, - она переводит глаза на меня. - Я не знала, что у Евы есть парень. - С некоторого времени, мама, - я не знаю, что ей сказать. никогда не думала, что познакомлю его с мамой вот так. Да я вообще об этом еще не думала! - я сейчас переоденусь и спущусь. - Можешь не торопиться, - она улыбается и закрывает дверь. Закрываю свое побагровевшее лицо руками, и ударяюсь головой в плечо Кристофера. - Теперь ты никуда от меня не денешься, Эва Мун. - Он начинает двигаться вместе со мной на плече. - Ни-ку-да, - со смехом мы падаем кровать. - Иначе твоя мама подумает обо мне плохо. А я не хочу, чтобы мама любимой девушки думала об мне плохо, - он целует мою шею бесконечное число раз. - Любимой?! - беру его лицо в свои руки и ошарашенно улыбаюсь. - Да. Я люблю тебя, Эва Мун, - он целует меня в губы. После этих слов его губы стали еще мягче и еще слаще. - Я тоже люблю тебя, чертов Кристофер Шистад, - не отрываясь от его губ, произношу я. - Ау! Опять ты кусаешься?! - Я же говорил, что отучу тебя от сарказма. Теперь. Ты. Моя.