Я не посмею отобрать у тебя жажду мести

Внимание! Имя главного героя ни коим образом не связано с моим собственным) Такое странное чувство… Словно тебя разделили на триллионы кусочков, и каждый из них кружит где-то в воздухе, колышется от малейшего дуновения ветра. А существует ли ветер? Существует ли то, во что люди верят после смерти? Наступила эта самая смерть, душа рассыпалась на частицы и обрела покой. Покой… Если бы Барк до сих пор ощущал собственные губы, он бы наверняка усмехнулся. Когда Аластор произносил последние слова, адресованные ему, парень готов был расплакаться, как маленький ребенок, которого оставили родители. За все те годы, что мужчина был рядом, он стал всем. Барк равнялся на него, прислушивался, дышал им… Как же больно осознавать, что это все. Конец. Конец истории. Конец отношений. Конец самого Барка. Когда-то он слышал байки насчет того, что после смерти телесной оболочки душа перерождалась, либо обретая покой, либо переходя в новую жизнь. Что ждало Барка? Сосущая пустота окутала его целиком, не оставив без внимания ни единой клеточки тела. Какое тело? Разве оголенная душа имеет тело? Но вот холодные руки скользнули по обнаженному боку, чувствуя кожу. Скорее всего, тактильные воспоминания. Ибо сам Барк не мог почувствовать себя. Мог лишь гладить пальцами собственный бок. Это можно было сравнить с анестезией. Давно, когда парень был еще сопливым мальчишкой, он упал со скалы в воду, отбив внутренние органы. Боль была нестерпимой, и чтобы он не умер от болевого шока, ему сделали анестезию. Поврежденные места перестали болеть, и Барк мог видеть свое тело. А вот пошевелить им – никак. Тьма и пустота вокруг сгустились. Барк стиснул зубы, ощутив кожей холод. Ага, значит он сохранил свое тело. Но что происходит? Он ясно видел свет, когда до ушей еще доносились слова Аластора. «Нам не позволено любить человеческое дитя» ... Именно это сказал мужчина перед тем, как Барк перестал воспринимать какие-либо звуки. Он ждал, что сейчас его сознание отключится, и он просто забудется. Вот прямо сейчас. Еще чуть-чуть. Ничего. Он не потерял себя, все еще мог мыслить, поэтому в голове возник вполне весомый вопрос: какого хрена? Если бы парень только мог выразить свое негодование вслух. Но голоса не было, как он уже убедился. Перед глазами всплыло лицо Ласа. И внутри стало вдруг так тоскливо, что захотелось сжаться в маленькую точку до размеров спичечной головки, чтобы никто не трогал и не лез. Очень хотелось. Пространство вокруг задрожало, Барк выдохнул, ощутив, как тяжелым грузом упал на твердую поверхность. Вязкое липкое нечто неприятно чавкало от каждого его движения, звуки вернулись. Хотя до этого стояла оглушающая тишина. Широко раскрыв глаза, Барк пытался хоть что-то рассмотреть в темноте, но вскоре этого не потребовалось. Впереди вспыхнул яркий свет. С той стороны доносились звуки, и парнишка пополз, остро ощутив, что встать попросту не мог. Чем ближе он подбирался к свету, тем громче становились звуки, тем труднее было передвигаться в липкой жиже, в которой парень начал утопать. Он рвался вперед, смотрел туда, не отрываясь, полз… полз… полз… Яркий свет причинил ощутимую боль глазам, которые привыкли к темноте, и Барк с непривычки зажмурился. По всему телу разлилась усталость, конечности словно налились свинцом. Парень неосознанно застонал, зажмурившись и подняв к глазам руку. И вот до его ушей, наконец, донеслось отчетливое: - Убить! Убить! Убить! – скандировали со всех сторон тысячи голосов. Звуки сливались в унисон, неприятно оседали в сознании. Что происходит? Над Барком кто-то склонился. Парень приоткрыл один глаз, все еще щурясь от яркого света. - Живой? Продолжаешь? – из-за слепившего освещения Барку никак не удавалось разглядеть того, кто к нему обратился. Лишь кончики длинных волос внезапно упали на щеку, пощекотав кожу. Барк нервно отмахнулся, собравшись, было, ответить, как вдруг ощутил, что на его лице что-то было. Пальцы изучающе скользнули по неизвестной вещи. Тактильно это ощущалось, как респиратор, только вот фильтрующе-поглощающих патронов было два и располагались они по бокам от самой маски. Из-за нее было нельзя что-то сказать, это Барк понял, когда вместо «живой» промычал что-то невнятное. Живой… как так получилось? - Вставай, - скомандовал неизвестный и отпрянул от парня, перестав перекрывать освещение. Барк вновь зажмурился и попытался подняться. Голова кружилась, и в висках неприятно стучало, словно сердце находилось не под защитой грудной клетки, а именно в этих самых висках. Подъем оказался тяжелее, чем на первый взгляд. Барка повело в сторону, и он вытянул руку, оперевшись на стену. Все тело ломило, но было еще кое-что. Парень внезапно ощутил, что конечностей стало больше, чем четыре. Нет, руки были на месте. Ощущались ноги… И еще одни ноги. Осмотр это подтвердил. Барк пришел в ужас, когда обнаружил, что половина его тела оказалась срощенной с телом животного. Судя по всему, лошади, но поверхность кожи была покрыта плотными металлическими пластинами, тонкими и подвижными. При каждом движении они двигались тоже и наезжали друг на друга. Однако, это было настолько естественно, словно перья у птицы. Вдоль всего хребта шли роговые наросты, как у гребнистого крокодила, а заканчивались эти наросты на подвижном плетевидном хвосте, что стегал своего хозяина по ногам. Круп и область лопаток были массивными, сильными, от самого тела веяло нетерпением. Вот и передние ноги нетерпеливо переступили с места на место, но сам Барк застыл, забыв, как дышать. Теплый металл вился по его бокам и торсу, заканчивался под грудными мышцами, «обняв» тело парня на манер корсета. Само тело бледное, с витиеватыми красными татуировками на левом предплечье и кисти. Развитые мышцы торса и груди, а вот последний атрибут внешнего вида поверг Барка в настоящий шок. Теперь стало понятно, почему голова казалась такой тяжелой. От основания лба росли настоящие острые рога, закрученные и смотревшие концами вверх. Имевшие алый цвет, они прекрасно сочетались с татуировками, но всей красоты Барк оценить не смог. Он сдавленно застонал и выдохнул, широко раскрыв глаза. Вокруг него вновь взорвались фейерверком тысячи голосов, парень скользнул взглядом по округе. Он находился в месте, которое напоминало арену для гладиаторских боев. Широкая круглая площадка, которая со всех сторон была окружена посадочными местами. Их занимали зрители, именно они срывали голос и постоянно что-то кричали, глуша. Из массивных желтых камней от трибун к самой арене торчали острые колья. Это было сделано, видимо, во избежание того, чтобы сражавшиеся сбежали. Полотняные навесы закрывали трибуны от палящего солнца, а вот соперники, скорее всего, обречены были жариться. Барк качнул головой, почувствовав сильное головокружение. Его вновь повело в сторону, но он удержался за стену. Что происходит? Что за тело, которое он созерцал без малого несколько минут? Что за херня вокруг творится, и кто этот мерзкий тип, который смотрел сейчас на него с ухмылкой, медленно приближаясь? Все эти вопросы зароились в голове мгновенно, Барк даже осмыслить ничего не успел, когда незнакомец напал на него, выставив вперед копье-секиру в одном флаконе. Оружие было длинным, на конце крепился металлический наконечник, а чуть ниже находились острые лезвия, расходившиеся в разные стороны. Сам нападавший имел хорошую мышечную массу и зеленоватый оттенок кожи. Из-под нижней губы вверх торчали два толстых клыка, один из которых был сломан. Непонятное существо сверкнуло прищуренными черными глазами и занесло над Барком свое оружие. Парень в самый последний момент успел оттолкнуться от стены и уйти от удара в сторону, неуклюже переставляя конечностями. Он бы запутался в обилии собственных ног, но, видимо, это тело было знакомо с такого рода нагрузками. Барк ощущал, как напряглись все мышцы, как металлические пластины скользнули друг по другу, когда парнишка развернулся. Задняя нога выехала в сторону, дав телу развернуться. Плетевидный подвижный хвост пропорол воздух, тихо свистнув. Нападавший зарычал, выдернул оружие из стены, лязгнув металлом, а затем вновь отправился к Барку. От каждого шага земля под ногами гудела и вибрировала, Барк запаниковал. Как управлять этим телом?? Разведя руки в стороны, он сделал несколько шагов, и с трибун послышался смех. «Черт бы вас побрал всех, что за херня тут творится??» - собственные мысли пустились вскачь, одно ругательство было краше другого. Где Аластор? Где тот обещанный покой, на который Барк в принципе и не рассчитывал? Зеленокожее чудовище, громко зарычав, попыталось обрушить на спину парня мощный удар, но совершенно неожиданно Барк почувствовал в теле импульс и оттолкнулся от земли. Его понесло вперед, конечности быстро мелькали, развивая скорость. В ушах засвистел ветер, и Барк обернулся, обнаружив, что чудовище сначала пораженно замерло позади, а потом пустилось за ним в погоню. Плохо дело. Что тут творится, Барк разберется с этим позже. А сейчас надо постараться не сдохнуть еще раз. Сдавалось ему, еще одного шанса не представится, и этот раз наверняка будет последним. Чужое тело двигалось на удивление быстро и умело. Видимо играли роль навыки хорошо обученного существа, которое было знакомо с подобными драками, и место которого Барк занял. Чертыхнувшись про себя, парень пустился вскачь по кругу, чудище не отставало. За спиной то и дело слышался лязг металла. Скорее всего, преследователь нанес уже не один удар по земле и стенам, промахнувшись. Раздосадованный рев это только подтверждал. В то время, пока бронированное лошадиное тело несло Барка прочь от неприятностей, сам парень лихорадочно соображал, что делать дальше. Он тяжело дышал, переработанный кислород выходил через два фильтра по бокам, но рот по-прежнему невозможно было открыть. Очередной удар неприятно махнул по крупу самым кончиком лезвия. Хорошо, что нападавший еще не кинул в спину свое импровизированное оружие. Мысль о том, что делать, появилась совершенно неожиданно, и парень не стал медлить. Подпустив к себе противника достаточно близко, но уловил, когда тот занес руки с оружием для очередного удара. Задние конечности взрыхлили землю, подняв пыль, и Барк резко развернулся, подавшись вперед и что есть силы ударившись в неприятеля тяжелыми рогами. Зеленый монстр взревел, брызжа слюной, а Барк в свою очередь схватил его за бока, сжав зеленоватую кожу и подавшись головой еще дальше. Неприятный скрежет скользнул по рогам, охватив их вибрацией. С такими звуками устрашающее оружие парня пропороло грудную клетку и прошло между ребрами. Противник захрипел, ухватился за основание рогов парня, но тот не стал отступать, уперевшись задними ногами в землю. Передними же он встал на дыбы, насколько позволили собственные рога между костями противника. Он уперся ногами в бедра монстра и с силой надавил, повалив того. Острие рогов с хрустом вышло из чужого тела, Барка затошнило. Две зияющие дыры были в тех местах, где у обычного человека должны были быть легкие. Крик рвался наружу из собственной глотки. Что он делает? Но внутреннее чутье подсказывало, что, если он сдастся, его не оставят в живых. - Убей! Убей! Убей! – взорвались трибуны монотонными голосами, кричавшие вздернули руки вверх, сотрясая воздух, и Барк тяжело выдохнул. Противник все еще был на земле и уже силился подняться, но шедшая из горла черная кровь говорила о том, что легкие Барк все же пробил. Взгляд скользнул по оружию чудища, которое оно выронило. Наклонившись, парень поднял замысловатое средство атаки, оценив размер и вес. Если бы подобная штучка достала до него, парнишку бы располовинило в считанные секунды. Взмах, и вот уже секира вонзила свое лезвие в грудь зеленокожего. Тот широко раскрыл рот, но крик застыл где-то в глотке, захлебнувшись кровью. Одного удара хватило, чтобы Барк выпустил засаленную рукоять и отошел в сторону. Тошнота усилилась. Что он только что сделал… Толпа взорвалась воплями, от которого заложило уши. Но Барка это нисколько не радовало. Он остался жив. Но вот где он совершенно неожиданно оказался, да и чье тело занял – вот что было важно. По конечностям разлилась слабость, Барк опустил руки и тяжело задышал через респиратор. Тот исправно циркулировал в фильтрах воздух, но все же парень ощутил, какой горячий тот был. Странно, почему он был в маске, а остальные нет? Вот и мужчина, что направлялся к нему и который возник перед его лицом в первые минуты пребывания Барка в этом месте, не имел на лице ничего, кроме хмурого выражения. Его отросшие до плеч каштановые волосы были спутаны и напоминали скорее слипшиеся от грязи сосульки, чем пряди. Суровое лицо сероватого оттенка, нос с горбинкой, прихрамывающая походка с сутулостью на правый бок – мужчина явно был потрепан жизнью. - Что стоишь? Не помнишь, где выход? – видимо, незнакомец знал о том, что в маске Барк ничего не мог сказать, поэтому сплюнул себе под ноги и махнул рукой, развернувшись и идя прочь. Парень направился за ним, с каждым мгновением чувствуя, что дурнота подступала все ближе и ближе. Когда в стене неподалеку открылись тяжелые каменные двери, приглашая пройти в полутемное помещение вслед за мужчиной, Барк не выдержал и, не найдя опоры, упал на пол и потерял сознание. - …Кир… Киртэ́косс, ты меня сслышишь? – сквозь толщу сознания медленно, но верно пробивался совсем незнакомый голос. Барку поначалу вообще казалось, что это все нереально, но вот щекой он ощутил мимолетное прикосновение чего-то холодного. Сомнений не оставалось, именно его звали по имени, но парень не спешил открывать глаза. Тошнота все еще ощущалась где-то в пищеводе, как и легкое жжение в глотке. Привкус во рту говорил сам за себя – парня все же вырвало. - Киртэкосс, - вновь этот голос. Словно над ним склонились совсем близко, вот и чужое дыхание опалило кожу. Барк поморщился от ноющей боли в висках и попытался разлепить глаза. Это получилось не сразу, но когда парень все же взял над собой контроль, то вскрикнул и шарахнулся в сторону. Прямо перед ним был странный незнакомец. Странности начинались с того, что его кожа была насыщенного желтого цвета. В тон коже длинные волосы, зачесанные в тугой хвост, змеиная чешуя, которая покрывала лоб, шею, ключицы, теряясь под плотной тканью черной футболки. Пристальный взгляд желтых глаз в обрамлении на удивление черных ресниц. Крепкое тело, и в завершение уже сформировавшегося от увиденного шока у Барка – хвост рептилии. Самый настоящий хвост был сложен плотными кольцами, а незнакомец сидел на нем. Он смотрел на Барка внимательным взглядом, чуть изогнув темно-желтую бровь в удивлении: - Киртэкосс? – тянуще произнес он звук «с», чуть подавшись вперед. - Ты кто? – Барк вжался спиной в стену, дав тем самым понять, чтобы незнакомец даже не смел соваться к парню. Что за странное место. - Ты меня пугаешь, друг, - недоумение на лице полузмея задержалось недолго, после чего он слегка улыбнулся, обнажив пильчатые зубы. – Хорошо же тебя на арене головой приложили. Проссти, но, ессли чесстно признаться, я удивлен, что ты одержал победу. Ты на ногах-то едва сстоял. - На арене? – Барк выдохнул это слово, повторив за странным существом. – Победу одержал? - Воу, - змей оскалился вновь, хохотнув. – Докатился, друг. - Друг? - Друг, - подтвердил незнакомец собственные слова кивком головы, и Барк заметил, как осветились глаза полузмея во мраке того помещения, где он оказался. Кстати, а где это он? Парень осмотрелся. Помещение было небольшим, в стене единственное маленькое окошко, через которое проникал солнечный свет. Обшарпанный камень, солома на прохладном полу, а вот бадья с водой стояла достаточно внушительная, чтобы вдоволь напиться. Барк облизнулся и кинулся к этой бадье, начав зачерпывать воду ладонями и жадно глотать ее. Его не волновало то, что он мог простудить горло или что-нибудь подхватить, так неосмотрительно поглощая воду. И вдруг рука замедлилась, не донеся очередную порцию живительной влаги до рта. Парень мог пить. Он мог разговаривать. Скользнув по лицу мокрыми пальцами, он обнаружил, что маски нет. Прислушавшись к своим ощущениям, он также уловил тотальные изменения во всем теле. Будто не веря самому себе, он осмотрел тело, пораженно выдохнув. Только сейчас Барк уловил, что сидел на полу совершенно обнаженным. Длинные стройные ноги с сильными икроножными мышцами, тренированный твердый торс, молочного оттенка кожа, поджарое тело – все это, безусловно, принадлежало ему. Неверяще скользнув по груди тонкими длинными пальцами, Барк выдохнул и уставился на них. А потом склонился над бадьей с водой, стремясь рассмотреть себя. Водная рябь мешала оценить внешний вид на все сто процентов, но Барку этого все же хватило, чтобы понять, что это не прошлый он. На него смотрел молодой мужчина с прямыми длинными волосами светло-русого, почти пепельного цвета. Чуть узкий разрез пронзительных голубых глаз, ровная кожа, аккуратный нос и чувственные тонкие губы. Образ завершали остроконечные уши, которые Барк увидел, стоило ему лишь заправить за них волосы. - Кто это? – пораженно произнес он, ткнув в отражение пальцем, после чего перевел взгляд на незнакомца перед ним. На такой вопрос полузмей отреагировал поднятием обеих бровей. - Кир, ты меня пугаешь. Тебе память отшибло? Так и есть. Левому чуваку отшибло память, а Барк вообще ничего не понимает теперь. И что теперь делать? - Ты помнишь меня? – очередной вопрос от змея, а у Барка вновь пошла кругом голова. Что там этот гад ползучий говорил про то, что его головой приложили? На лицо было сотрясение. - Нет, - перед тем, как ответить, Барк всмотрелся в лицо странного существа, но ничего знакомого даже на задворках памяти не уловил. - Ты вообще что-нибудь помнишь? – змей чуть приподнялся и устроился поудобней на собственном хвосте. Кстати, а куда девалось металлическое оснащение лошадиной части? Сейчас Барк созерцал длинные ноги и собственный член, который был окружен волосяной порослью. Он в принципе был обнажен, поэтому подтянул ноги к себе. Заметив это, незнакомец отвернулся и пошарил в области соломы. После чего протянул Барку штаны. - Нет, не помню, - он принял вещь и спешно натянул на себя. Штаны оказались ему как раз. - Тяжелый сслучай, - незнакомец задумчиво почесал лоб, и Барк уловил, какие длинные когти были у того. Невольно проведя по собственному лбу ладонью, парень не почувствовал рогов. Ну, он и в отражении их не увидел, с чего бы им возникнуть именно сейчас. - И что же ты прикажешь делать? - Не знаю, - Барк отрешенно пожал плечами. Вмиг накатила такая апатия, что стало как-то пофиг на все. Но вот в висках снова застучало, и апатия схлынула, будто ее и не было. – Расскажи мне. Все расскажи, - добавил Барк напоследок, устроившись у стены напротив существа, скрестив руки на груди. – Как ты говоришь, меня зовут? - Киртэ́косс. Я зову тебя Кир, - тут же ответил незнакомец. - Киртэкос, - попробовал Барк имя на вкус, словно решая, оставить его или же представиться тем, что он имел с рождения. Но ведь он не знал, что это за место, что это за мир. В его собственном таких уникумов, как этот недозмей или же тот зеленокожий, не водилось. Значит, он был не в своем мире. Значит, он угодил в очередную херню. - Да, Киртэкосс, - кивнул змей, после чего продолжил. – Твоя расса – кентавр. Тебе шесстьдессят лет. Дессять лет назад тебя продали на арену, где мы сс тобой и познакомились. Мое имя Шимбили́й, или проссто Шим. Я наг, и оба мы сс тобой хорошие бойцы. Редко когда мы терпим поражение, иначе были бы уже мертвы. Правило боев на арене – ессли проиграл, тебя убивают там же на глазах у вссех. Ессли ты не убиваешь ссраженного противника, тебя убивают вмессте сс ним. Твоя победа дает шансс прожить еще нессколько дней. Всспоминаешь что-нибудь? - Нет, - Барк качнул головой, после чего нахмурился. – Погоди. Шестьдесят лет? - Ссовершенно точно, - названный Шимом наг согласно закивал, скрестив руки на груди, и Барк оценил, как взбугрились мышцы на конечностях. – Ты досстаточно молодой разумный. - Разумный? Я человек. - Что ессть человек? – в свою очередь задал вопрос наг. – Не знаю такую рассу. - Я запутался… Шимбилий тяжело вздохнул и потер длинными пальцами переносицу. И опять же Барк заметил, что пальцев у нага не пять, как было привычно, а по четыре на каждой руке. Немного помолчав, Шим просветил парня обо всем. Оказывается, мир, в котором он оказался, назывался Цебе́я. На его территории простирались четыре континента: Бамби́р, Каци́рда, Хо́йа и Цихо́р. Именно в Цихо́ре и располагалась арена, на которую продавали разумные расы самых разных видов. Продажей занимались хозяева, которые содержали другие расы в качестве рабов. Также продавали охотники, которые доставали редкие экземпляры. За диковинку они получали на арене хорошие деньги. Также выгоду имели и те хозяева, которые выдвигали своих рабов на бои, но не оставляли их на арене на постоянной основе. Каждый выигрыш приносил хороший достаток. Киртэкос и Шимбилий были фаворитами среди зрителей. Они не принадлежали хозяевам, поэтому выручка с их побед шла прямиком к владельцу арены. Такое существование Киртэкос вел уже десять лет после того, как его продали. - Меня продали? Кто? – все, что услышал Барк, шокировало его. Значит, он попал туда, где было рабство. Причем рабство разумных существ. Людей не было, существа назывались именно разумными. - Информация о хозяевах не расспросстраняетсся, - Шим пожал плечами. – Я не расспрашивал тебя о твоей прошлой жизни. Ссущесством ты был забитым, и только поссле упорных тренировок ты досстиг усспеха. А может быть, ты проссто захотел жить. Как и я. Как и многие здессь. Рабство над разумными – варварство. Барк считал именно так. Но кто он такой, чтобы со своим уставом и в чужой монастырь. Настроение испортилось окончательно, но многие вопросы еще «шуршали» в черепной коробке. - Отсюда возможно сбежать? - Ссовершенно нет, - Шимбилий отрицательно покачал головой, тяжело вздохнув. – Те, кто пытались, закончили ссвою жизнь на арене. Им ссвязывают руки за сспиной и выпусскают в бой. А ессли ты применяешь во время побега ссилу и калечишь или же убиваешь сстражников – тебя публично ссжигают на этой же арене. - Варварство. - Ссоглассен, - Шим кашлянул в кулак. – Те, кому удавалось ссбежать, в большинстве ссвоем были возвращены. У хозяина арены ессть на каждого здессь приссутсствующего документы. Имя, расса, возрасст, фотопортрет. Лисстовки сс данными мгновенно рассылаютсся по вссем континентам и сстолицам. За беглецов вссегда назначаетсся награда. Только тупоголовый не сстремитсся извлечь выгоду. - И ты стремился? Шимбилий усмехнулся, обнажив белые острые зубы. Его желтые глаза отразили свет закатного солнца. - Я попал на арену мальчишкой. Какая мне выгода из собственного положения. Только убивать. Барк поежился. Наг говорил об убийстве так спокойно, словно убивал на завтрак, обед и ужин каждый день. Хотя, чему парень удивлялся? Вспомнить только, что он сделал с теми ублюдками, которые изнасиловали и убили его сестру когда-то… Парень тяжело вздохнул, уставившись в одну точку. Перед ним вновь возник образ Аластора. Угрюмый мужчина с пронзительным пристальным взглядом огненно-янтарных глаз. Он всегда помогал Барку. Всегда был его поддержкой, будущим, возлюбленным… Барк не говорил ему этого, но Лас не был дураком. Оба они прекрасно чувствовали друг друга и безо всяких слов. Сейчас Барк жалел, что не сказал Ласу напрямую о своих чувствах. Кто знает, может быть демон искуситель позволил бы ему остаться рядом. И плевать, что Барк бы после этого стал никем. Будто сейчас он кто-то. Вздор. Всего лишь безвольный раб, хоть и фаворит публики. Однако, он помнил возгласы толпы, когда только очнулся. «Убей! Убей! Убей!» - кричали они и отнюдь не Барку, а тому зеленому монстру. Все продается. Все покупается. И что делать с собственным именем? - Шим, - осторожно проговорил Барк новое для него имя. Но видимо Киртэкос хорошо знал нага. Все же десять лет вместе. – Что будет, если я назову себя другим именем? Не Киром. - Сстранный вопросс, - в голосе парня чувствовались нотки замешательства. – Тебя ссочтут помешанным. Это отклонение от нормы. Мы тут, конечно, вссе двинутые. Но другое имя – это неправильно. - Почему? - При рождении каждому разумному даетсся только одно имя. Его можно прочессть в риссунках, ессли обладаешь должным уровнем магии. - Ты снова говоришь загадками, - Барк покачал головой. Ему нравилось в этом месте все меньше и меньше. Шимбилий цокнул языком, словно перед ним сидело несуразное дитя, а не лишившийся памяти друг. - Разумные обладают магией. Никаких метаний огнем и молниями. Духовный уровень, энергетичесские волны, переплетение внутренних нитей – твоя магия – твое все. Долго живешь, медленно сстареешь, физичесски выносслив и вполне можешь ссамовосстановитьсся, ессли обладаешь должным уровнем. Или принять исстинную ипосстассь. - Дай догадаюсь, - перебил Барк парня. – Лошадиная форма и есть моя истинная ипостась? - Боевая форма кентавра. В обыденноссти ты обычный разумный. - Ладно, переварил. Что за имя в рисунках? - На теле каждого разумного сс рождением появляютсся татуировки. Так называемые метки магичесского характера. На этих риссунках, в ссамой их магичесской сструктуре запечатлено имя, данное тебе при рождении. Это имя можно прочессть, ессли насстроишьсся на должную волну. Ссилы отнимает нормально, но ессли энергетичесский запасс хороший, почти ничего не почувсствуешь. - Ты просто ходячая энциклопедия, - Барк покачал головой. Ну вот, прошлое имя для него остается потерянным. Теперь придется привыкать к тому, что он Киртэкос. Кир. И не дай небесные силы, если он не откликнется на это имя. Кто знает, что с ним сделают в таком случае. - Это же элементарные знания. Каждый знает об этом. А ты проссто забыл. - Забыл, - Барк расслабленно положил руки по обе стороны от своего тела. Его медленно начинало клонить в сон. Внезапное оживление так сильно взбудоражило его, приправленное неожиданным поединком, что парень думал, не перенесет новой полученной информации. Но распухший от произошедшего мозг покорно проглотил все то, о чем Барк, то есть Кир, узнал. Завтра будет новый день. Сегодня он слишком устал. Но в голове остался еще один вопрос. - А что делают с помешанными? - Убивают. Путем четвертования. Приплыли. Барк Киртэкос был просто уверен в том, что ему нет пути назад в свой мир. Поэтому придется обживаться в этом. А еще в глубине души он надеялся на то, что Аластор придет ему на помощь. Как тогда, снежным поздним вечером, когда он повстречался на его пути внезапно, тем самым изменив жизнь мальчишки окончательно. Изменив самого Барка.