От шлюшки до малышки

-- Т-ты очень нравишься мне, Бакуго-кун!- ей было пять, а ему- уже шесть. Месяц июнь на дворе. Цикады молчание стрекотом красили лихо. У мальчика, что напротив нее, не было верхнего зуба, футболка- в грязи, а младая душа пропитана горьким бензином. Единственной дочкой девчонка была у мамы, бантики в кудрях. Веснушки и платьице ниже колен- такая прелестная детка! И был тот мальчишка для девочки той, конечно же, первой любовью. -- Хм! Значит, любишь меня? Как мама папу?- громко спросил Кацуки, приближаясь к девочке беспардонно близко. -- Д-да, наверное.-- неуверенно пролепетала малютка Изуку. У неё то папы не было, и она не знала, как мамы любят пап. Но большое детское сердечко было готово отдать этому мальчику любую любовь! -- Тогда покажи мне то, что у тебя под платьем!- сверкнул красными глазами Кацуки-кун. Малышка покраснела. -- Зачем?... -- Мама так делала перед папой- я видел! А она его любит! И если ты меня любишь, то сними платье!- уже приказным тоном сказал мальчишка. Ничего особенного. Совсем. На самом деле тогда он сам не знал, зачем люди раздеваются друг перед другом. Но, наверное, это круто! Деку-тян была худенькой девочкой- у неё ясно проступали ребра, как у какого-то бездомного животного. Она носила трусики со Всемогущим, как и он сам. И её плоская грудь с маленькими розовыми пятнышками сосков ничем не отличалась от его собственной. -- Ты скучная, Деку-тян.- заявил Кацуки-кун, пока она надевала легкое платье обратно.- Но можешь любить меня дальше- я не против! "Разрешаю." "Хочу посмотреть, какой ты будешь, когда у тебя вырастет большая грудь." Конечно, Кацуки-кун думал так. *** -- А Деку разделась, когда я её попросил!- Бакуго не любит тайны. Ему хочется рассказать всё на свете своим дружкам, что он, в общем, и делает. -- Огооо! И какая она там?- у них заблестели глаза. Никакая девочка ещё не раздевалась перед ними, но Бакуго же классный! Моргнет- и любая красотка упадет к нему в ноги, что уж говорить о маленькой беспричудной глупышке. -- Белая и мягкая.- заявил Кацуки-кун. Ему хотелось сказать "скучная", но это слово совсем не крутое. -- Огооо! Интересно, а какая Рина-тян без своего платья!- впали в задумчивость мальчишки. К слову, Такахаши Рина-тян- настоящая детсадовская принцесса и единственная подружка Мидории Изуку-тян. Была. *** -- Ты проститутка, Изуку-тян!- сказала она в тот вечер. -- П-почему?... И что значит это слово?...- склонила голову набок малышка, достраивая песочный замок. -- Мама сказала, что проститутки- это грязные девушки, которые раздеваются перед мальчиками! -- Но я, вроде, чистая... -- Ты не так поняла, дуреха! Всё, я не хочу с тобой дружить!- и Рина-тян ушла. Из её тяжелой жизни. Из нашей истории. Дома Изуку встретила её мама, взолнованная, заплаканная. Она не стала говорить, что слухи дошли и до нее, просто обняла. И попросила никогда больше так не делать. Поберечь себя девочкой. Но Изуку-тян её не понимала. *** Средняя школа. Здесь все маленькие любовные романы и интрижки. А малышка Деку-тян всё так же любит Кацуки-куна. Теперь у него ровный ряд зубов, спортивная фигура, ни одного прыщика на лице и всё та же душа, пропитанная чем-то горьким и взрывоопасным. Изуку-тян всё так же носила статус "малышка". Самая низкая девочка в классе. Её грудь практически не росла- едва выступали два небольших полушария с хорошенькими крупными сосками. Ножки стройные, беленькие, которые, казалось, так легко сломать. И легкий пушок между ножек- Кацуки-кун не позволял ей носить трусики. Забирал перед первым уроком и отдавал перед последним. Да. В общем туалете, в тесной кабинке она позволяла самому красивому мальчику в школе делать с ней, что ему захочется. Ведь это... ха-ха... любовь. Он давал ей целовать себя. Свои идеальные губы и щеки, иногда посмеивался от щекотки. Ей нравилась его теплая кожа. В противовес к этому ей абсолютно не нравилось, когда он сжимал её волосы на затылке и тянул вниз. Сосать у Изуку получалось из рук вон плохо, но она старалась- ей нравилось нравиться своему мальчику, своему Кацуки-куну. Они успевали всё за перемену- школьникам не нужно много времени на разрядку. Бакуго ненавидел презервативы, но делать ребенка пятнадцатилетней школьнице- последнее дело. Изуку-тян всегда было больно, однако сквозь слезы она тянулась к нему за поцелуем, доверчиво, как котеночек. -- Мы встречаемся, Каччан?...- несмело спрашивала она его каждый раз, когда грубые пальцы завязывали её школьный галстук бантиком. И каждый раз получала один и тот же ответ: -- Ага. И она радовалась, так по-детски наивно. И пребывала в счастливом неведении, что его друзья зовут её "шлюшка Бакуго". Что они всё знают. И о крупных чувствительных сосочках, и о родинке на бедре... даже о легком пушке между ножек. Не знала. Просто любила Каччана, которого считала своим. До того самого дня. -- Мидория ведь тоже собиралась поступать в "UA".- задумчиво произнес учитель. -- Нельзя попасть на курсы героев только потому, что хорошо учишься!- засмеялись ребята. -- О-они убрали это правило! Такого просто никогда не было...- начала было оправдываться Изуку-тян, как вдруг её отбросило на пол волной горячего воздуха. -- Деку! Ты соперничать со мной хочешь?!- навис над ней её Каччан, и она не смогла не улыбнуться: -- Н-нет, что ты! Просто, я... с детства мечтала стать героем и... попытка не пытка? -- А я то думал, что ты с детства мечтала, чтобы тебе скорее присунули. Послушай-ка меня, маленькая беспричудная сучка, ты никогда не станешь героиней, и место тебе на трассе- знай это!!! На весь класс. Но, знай она, что это ещё не самое худшее, что может сделать для неё любимый мальчик, вышла бы в окно. Кацуки-кун ждал её, как всегда, у общего туалета. Она думала, надеялась, что он хочет извиниться. Но ярость- единственное, что малышка получила от него. Звон пощечин слышал, наверное, каждый в этой чертовой школе. Ни одного слова. Ни одного ласкового "прости". Внутри что-то оборвалось. Она впервые услышала. "О, Бакуго поучает свою шлюшку", "Интересно, она серьезно в герои собралась, или хочет позлить его?", "Будет знать своё место", "Вот дурочка. Её даже немного жалко." Жалко. Жалко. Жалко... Жалкая. *** Жалкий. -- Жалкий...- шептал Яги Тошинори, согнувшись, чтобы не видеть лица несчастного мальчишки, схваченного монстром. И вдруг- будто сверкнула маленькая зелёная молния. Та сумасшедшая девчонка-фанатка без трусиков. Просто взяла и кинулась туда, позволила мальчишке-пленнику отдышаться... И дала ему, Всемогущему, мощный толчок в спину- иди! Ты сможешь! И он смог! "Только потому что ты, беспричудная, смогла что-то сделать". -- Ты сможешь стать героиней.- сказал он в тот день, а она плакала, упав на теплый асфальт. Плакала. И ей было так хорошо! Плакала! Каччан был не прав! Она сможет! И даже посоперничает с ним- станет героиней под номером один! Маленькая Деку вовсе не шлюшка для мальчика, которого любила. О Каччане она не хотела думать. "Никогда больше"- думала она, яростно толкая холодильник к свалке. Нагрузки, коими её наградил Всемогущий, помогали забыться. Все ребята её класса ушли в учебу. Даже Бакуго. Жизнь налаживалась.