Поиграли

      Эдд очень медленно, аккуратно вышел с комнаты, поймав на своём пути практически разом четыре стены, но всё же дальнейшее его путешествие с комнаты до зала в полной темноте не сопроводилось никакими травмами. Было слишком темно, что даже хозяин дома не мог увидеть самого себя. В попытках узнать, на верном ли он пути, подал свой голос, желая услышать ответ. — Ау, люди?       В ответ на вопрос Эдварда, Том съязвил. — На блюде.       Голос Томаса помог сориентироваться. Шагая уверенней, Эдд аккуратно вошёл в зал, где собственно практически все сидели молча, слушая ворчание Томаса. — Все здесь?       Интересуясь, Эдд предполагал, что никто из них никуда не ушёл. — Нет…       Прозвучав с неуверенным тоном голоса, рыжик попытался подтвердить собой же сказанное, безуспешно всматриваясь, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую. Он слышал голос Тома, но каким-то необъяснимым образом ответил иначе. Вероятно, причина крылась в том, что ответив так, подразумевал, будто он не совсем понимал точного его расположения из-за нечёткости поддаваемых им бурчащих звуков. При том, что Харгривза никто не видел, другим было ясно, что делал Мэтт при попытке отбросить свою неуверенность, так как долгое совместное времяпровождение дало о себя знать. Далее, Торд произнёс безучастным голосом, понимая, что данная ситуация вообще никак его не касается. Его одного без всяких проблем было видно, так как на всё лицо падал тусклый источник света от экрана телефона. Он безинициативно усмехнулся, глаза активно забегали по экрану. Одновременно с этим снова начал придираться к бездонным, чёрным глазам Тома, произнеся в шутливой форме следующее, что заставило объекта этой шутки вспылить. — Если ты про Тома, не забывай что у него чёрные глаза. — А хули у вас тогда глаза светятся?!       Хмыкнув, всё же Торд не стал возникать, согласившись, что это не показатель его отсутствия в тёмном помещении. Перешёл на следующую электронную страницу занимательного для его глаз хентая, предпочитая спокойно почитать и не продолжать вести с ним бессмысленный диалог, что, вероятно, мог бы перерасти в конфликт. Кайф. Как хорошо, что Торд перестал изображать из себя кого-то. — Ребята, давайте хоть какое-то освящение создадим? Нихрена не видно… — Поморгай, подсвети себе, дебил.       Видимо, Том ещё не сумел забыть едкость, сказанную коммунистом, продолжая вымещать своё недовольство на других. Торд отнёсся к сказанному одобрительно, заценив продолжение шутки про светящиеся глаза, обижая подобным грубым ответом Мэттью. — Согласен.       Было решено расставить свечи, создав этим хоть какое-то освящение. В конце всего их запланированного действа, ребята сидели в полумраке на диване и ничего не делали. Только Торд был занят полезным и важным делом, читая текст и просматривая пошлые картинки с невозмутимым и безэмоциональным выражением лица. Совершенно не удивлялся тому, что представало перед его серебристыми глазами, полными сосредоточения и внимательности, не вникая в происходящее вокруг.       За окном вновь ударила сильная молния, в следствие чего свечи потухли. Зал снова погрузился в ту самую тьму, что была до этого, сведя к самому нулю все усилия жильцов вернуть свет. — Ну круто чё…       Кто-то хлёстко ударил Тома по плечу. Тот тут же возмутился такой наглости и, не теряя времени и возможности, ответил тем же, приложив к удару намного больше силы, чем ему досталось ранее. — Ты придурок, какого хрена?!       Томас даже ни секунды не сомневался, кто причастен в том, что его трогают. — Заткнись…       Процедил сквозь зубы от боли. Этот голос принадлежал никому другому, как любителю горячих аниме девушек. И ради разнообразия их вновь возникшего конфликта, кто-то распустил нюни. — Мэтт, это ты?       Ответа не последовало, так как что-то упало на кухне. Стремительно у всех жильцов этого дома сердце убежало в пятки, а оба неприятеля в мгновение ока забыли друг о друге, переключившись на возникший, пугающий источник шума. — Иди проверь!       Торд толкнул Тома примерно в том направлении, откуда донёсся падающий звук. Ларссону было боязно идти туда, а в случае чего ему было не жалко пожертвовать своим агрессивным сожителем. — Почему я?!       Томас намекал на то, что не собирается никуда идти. Даже в полной темноте он смог рассмотреть, как остальные махали головами, выражая этим свой безоговорочный отказ. Пробурчав себе что-то под нос, Томас направился прямо к раздавшемуся ранее источнику звука, что сумел смутить всех вместе взятых. По пути Том, не переставая ворчать, огрызнулся, покинув место общего сбора. — А ты догоняй…