Поиграли

      Торд понемногу приходил в себя. Свет нещадно бил в глаза. Стоило ему немного пошевелиться, к нему сразу же радостно бросился Мэтт с обнимашками. — Ура! Торд очнулся!       Весело Мэттью прокричал Ларссону чуть ли не в самое ухо, заставляя Торда сильно поморщиться от высокой частоты и громкости звука. Навалившись, Мэтт стиснул рогатого в крепкие объятия, слегка приподняв того со своего места, заставив этим Торда зажмуриться и прокряхтеть что-то очень недовольное. Торд пытался отодвинуться и наклонить голову в противоположную сторону как можно больше и дальше от искренне радостного парня. — Мэтт, осторожнее!       Беспокоился Эдд. Продолжил говорить, наблюдая теперь за тем, как Торд стал с презрением глядеть на рыжего, при этом нахмурившись, он сжал и скривил уголки губ. Не нужно быть великим умом, чтобы понять, как сильно ему это сейчас не нравится. Ларссон — человек настроения. В один момент ему нравится тактильный контакт, через минуту уже нет. При этом он не брезгует тем, чтобы коснуться или даже приобнять кого-нибудь тогда, когда ему самому этого хочется, но чаще всего не принимает подобного в ответ, стараясь держаться отстранённо, если инициатива идёт от кого-то другого. Сейчас для него объятия были лишними. — Ты в порядке? — Да, вроде да…       Торд очень тихо и достаточно хрипловато ответил на вопрос друга. Навряд ли он собирался быть честным, но сам не понимал своё состояние, поэтому голос показался не только тяжёлым, но и неуверенным. — Может, воды?       Отказавшись, Торд собрал кое-как небольшое количество слюны, чтобы сглотнуть и тем самым смочить пересохшее горло. — Мэтт, свали с меня!       Резко и неожиданно повысив голос, Торд, толчком руки, скинул Харгривза на пол. Мэтт лишь обиженно посмотрел на него, а дальше просто встал на ноги. Он мог бы легко попросить не лезть, но, видимо, Ларссон захотел пойти по более агрессивному пути. Его можно понять… сейчас он был не совсем в себе — чересчур раздражён. Подобного поведения стоило ожидать. — Если бы не ты, я бы мог оказаться на твоём месте.       Говорил Эдд, не переставая беспокоиться за него. Был очень сильно благодарен ему, независимо от того, что никто не ожидал, что всё случится именно так. — Спасибо тебе.       Торд лишь больше сморщился. Приподнял нетронутую руку с просьбой избавить его от этих благодарностей, поудобнее заняв сидячее положение на диване. — Всё нормально… не нужно. — Ты не представляешь, как мы беспокоились за тебя… даже Том.       Продолжил Эдд, с загадкой улыбнувшись и посмотрев в сторону Риджуэлла. — Том принимал в этом главное участие, верно?       Том стоял на территории зала, глядя с повышенным вниманием на всё происходящее. Он создал опору с помощью стены и, облокотившись на неё, не переставал коситься на Торда. — Он оказался хорошим на деле. Обработал руку и все используемые инструменты, зашил место разрыва кожных тканей, перевязал бинтами… даже мне шанса не дал собраться и помочь тебе первым.       После слов Эдда, Торд посмотрел на свою левую руку, которая была перебинтована чуть ниже плеча. Немного пошевелил пальцами. Не верилось, что Том помог ему. Этого ожидал меньше всего, поэтому хотелось что-то произнести насчёт произошедшего, но только сейчас обратил внимание, что светит голым торсом. Как бы понятно, для чего сняли с него верх, а ещё ему стало интересно, как они это делали, но просто не мог это не прокомментировать. Хотел разрядить жалостливую атмосферу, вынуждая своими действиями принять факт того, что раз мог шутить, то уж точно был в полном порядке. — Я знаю одну категорию, называется «со спящим»…       Торд огорчённо вздохнул настолько, сколько ему позволило его актёрское мастерство, а затем продолжил: — Так что очень жаль, что я был без сознания.       Эдвард усмехнулся в то время, пока другие предпочли не реагировать на эти слова подобным образом. Точнее, один Том не отреагировал, а Мэтт ничего не сказал, но своё отношение к этому продемонстрировал на своём лице, когда скорчился в отвращении. Звучало на самом деле ужасно, за кого он их принимает? — Где мои вещи? — Они были испорчены.       Торд надулся и полетел. Шутка. Никуда он не полетел. Просто был расстроен. Как же ему всё это надоело. Может быть, всё теперь закончилось? — Я удивлён тем, что вообще потерял сознание. Ничего серьёзного не угрожало моей жизни, и крови я много не потерял, а мир так быстро затих… даже не успел понять, что вот-вот буду в отключке.       Торду это не нравилось. Он привык стойко переносить все испытания, но на тот момент от него мало что зависело. — Такое чувство было, будто меня моментально лишили всех сил… странно это. — Ты ещё перенервничал, не удивительно, что это случилось с тобой. — Я ранее чувствовал себя намного хуже, чем сейчас, и ситуации были пострашнее, но я не терял сознание. Меня это нервирует.       Торд потянулся за тем, чтобы закурить. Пошарив по карманам чёрных и немного испачканных в своей же крови джинс, он понял: пачки нигде не было, только зажигалка. Достал её и нервно несколько раз зажёг, а после отбросил в сторону, поиграв желваками от еле сдержанной ярости. После съехал вниз по подлокотнику и оказался снова в лежачем положении, положив руки на живот и закинув одну ногу на другую.       Молчали долго, но всё это время норвежец активно размышлял, как и все остальные. — Это всё было ненастоящее. Иначе, куда делись роботы, и почему мы их с такой лёгкостью прикончили?       Том махнул рукой так, будто пытался отогнать кого-то без какого-либо интереса. Жестом, как и словами, неосознанно показал свою досаду. — Если бы знал, что разобраться с ними будет так просто, я бы не стал тратить время на то, чтобы спрятаться.       Эдвард пожал плечами. — Никто не знал и проверить не осмелился. Было бы глупо. Меня напрягает то, что мы так легко отделали их. Они казались такими… страшными и опасными.       Другие присутствующие в знак согласия почти не видно помахали головами, погрузив тупой взгляд куда-то вниз. — Я уверен, что за этим кто-то стоит. Иначе, кто посылает пугающие сообщения с различными проклятиями? Наверняка и роботы состоят в этом плане, как звенья в большой цепочке. Я не думаю, что на этом всё закончилось.       Том оценил, что Торд перестал подходить к ситуации скептично, но своё одобрение по этому поводу проявил по-своему. — Ты, оказывается, не тупой, как я думал. — Знаешь, какое слово возникает у меня в голове, когда я смотрю на тебя сейчас?       Торд проговорил с чистым норвежским акцентом и на своём родном языке. Не требовался какой-либо перевод, чтобы понять, что он хотел этим сказать. — Imbecile. — Сам пидорас. — Оба заткнулись.       Торд вздохнул, встретившись со строгим взглядом Гулда. Медленно поднялся и встал на ноги. — А сейчас, будьте добры, я пошёл к себе. Не хочу продолжать соблазнять вас своей красотой… да и покурить надо.       Торд ещё планировал одеться, поэтому направился неспешно к своей комнате в тот момент, пока Том высказывался в ответ. — Не надейся. — Пока себя не похвалишь — никто не похвалит.       С этими словами Торд ушёл, и, как только он отошёл на достаточное расстояние, Том развернулся и пошёл за ним. Эдд и Мэтт переглянулись. Они не знали, надо ли им идти за ними или нет. Будет ли драка, в которой участвуют они, как разнимающие? Или же, может, Том не пошёл за ним, а направился в другом направлении? Может быть, хотя нахрен он ему сдался? Видимо, всё-таки сдался.       Торд вошёл в комнату, не встретившись ни с какими признаками того, что был ранен, видимо, Эдд позаботился о том, чтобы всё убрать. Надо же, даже не знает сколько прошло времени, но, видимо, не так много, так как на улице до сих пор было темно. Не заметил, что Том поплёлся за ним. Странно… видимо реакция у него ещё заторможена, либо же Ларссон сейчас думает о совсем другом. Он сразу принялся искать пачку с сигарами или с сигариллами… что там у него осталось? Но того и другого не нашлось, кроме забытой красной пачки крепких сигарет. Стоило только достать одну и зажать между губ, оказалось, что зажигалку бросил на диван в зале, поэтому сейчас покурить не получится. Прошипев зажатыми губами ругательное выражение, понятное только ему одному в этом доме, на время упрятал сигарету за ухо, а затем открыл шкаф и достал чёрную, точно по фигуре, футболку и натянул на себя. — Но уже лучше.       Выдохнув с небольшим облегчением, снова взял сигарету в зубы и закрыл дверцу шкафа. Торд перепугался, так как не ожидал увидеть Тома прямо здесь и сейчас за дверью шкафа, да ещё со злым выражением лица. Он, подпрыгнув на месте, схватился за сердце и, зажав сигарету между пальцами, как только убрал её от губ, сразу же громко вздохнул. — Опять напиздел?       Начал говорить Томас, стараясь делать голос как можно серьёзней. — Это правда, что ты говорил тогда? Или опять один сплошной трёп?       Продолжал говорить человек, что носил синюю худи. Торд лишь хмыкнул, не понимая, чего от него сейчас хотят. — А зачем ты меня слушаешь? — Но ты сказал… — Какая разница, что я сказал? Слова пустой звук, уж тем более в моём случае.       Торд припоминал, что сказал во время того, когда ощутил вседозволенную власть. Сколько было лжи в произнесённых тогда словах… она была и раньше. Практически всегда. — Я хочу доказать обратное на деле и хочу перемен. Понимаешь?       Том сжал руки в кулаки. — Почему ты не можешь простить меня? Почему ты не хочешь дать мне шанс? Почему ты не можешь забыть старые обиды? — Люди не меняются. — Поэтому я хочу доказать обратное.       Томас показывал, что не хотел слушать его и уж тем более принимать эти слова. Ранее уже наслушался его достаточно. — Тебе нужно время. Точно, что за глупые вопросы.       После Торд удалился с комнаты. Том ещё некоторое время находился один, терзая свою голову различными мыслями, инициатором которых являлся Торд. Не хотел принимать его, но сомнение к его личности стало являть себя. Он уже не казался ему таким плохим, но глубоко внутри чувствовал какую-то подставу и то, что это вновь его какой-то грязный план. Не хотел обжечься ещё раз. Резко вздохнув, Том провёл рукой по лицу, а вторую поставил на пояс.       Войдя в зал, Торд узрел удивление на лицах ребят и, подойдя к дивану, взял брошенную ранее зажигалку, а после торопливо поджёг сигарету, затянувшись, вдыхая, как можно глубже. — Не кури в доме.       Торд расслаблено выдохнул, явно успокоившись от одной затяжки. Раздражение пропало. Трогая теперь раненое плечо и подойдя к одной из полочек, он сухо ответил, смахнув пепел в пепельницу. — Не ругайся на меня, я сейчас злой. Потом я больше не буду так делать.       Что ж, раз так, больше Эдд не стал ему мешать. — Вы не поругались? Не подрались?       С удивлением спрашивал Мэтт. — Нет.       И тут на лице Ларссона появилось недопонимание и неловкость, так как Эдд и Мэтт стали улыбаться достаточно широко. — Вы помирились?!       Радостно спрашивал Мэтт. — Вы теперь друзья?!       Так же радостно интересовался Эдд. Их улыбки не сползали с лиц. — Нет. Слишком торопите события.       Голос принадлежал Тому. Он уже стоял возле входа в зал. Похоже, он любит подходить незаметно… и так уже в который раз. В любом случае новость была для Эдда и Мэтта неутешительная. Они опустили улыбки с лиц, затем на них вмиг возникли печальные краски. Том же потёр затылок. — Я, в общем, подумал… мы могли бы заключить временное перемирие. — Так значит ты меня в какой-то степени прощаешь? — Нет, я просто хочу убедиться.       Эдвард с радостью похлопал в ладоши, будто он этого момента ждал всю свою жизнь. — Давайте совершим маленький ритуальчик. Подойдите ближе.       Торд выполнил просьбу. Встав перед Томасом, он качнул бедром, оперевшись тем самым на одну ногу. В один момент Ларссон выдохнул сигаретный дым в сторону, заранее отвернув голову, а не, как часто бывает, в Тома, что удивительно. Он скрестил руки возле груди в ожидающем жесте, продолжая держать уже почти докуренную сигарету. Было видно, что Риджуэлла раздражает очень близкое присутствие Торда рядом с собой, поэтому, чтобы всё не испортить, Эдд быстро продолжил. — Теперь пожмите руки.       Том же фыркнул на это и, отвернувшись от Ларссона, встал к нему полубоком. — А что будет, когда я коснусь руки? Будут платные подписки?       Эдд приподнял левую бровь. — Юмористом стал? С каких это пор? — Когда сознания лишился.       Мэтт угарнул и, прикрыв рот кулаком, отвёл голубые глазки. Уж больно сильно ему понравилось, как Торди съязвил, что теперь мог себя кое-как сдержать. Эдд смирил его убийственно холодным взглядом, давая понять, что это не смешно. Торд решил поддержать Мэттью. — Да брось, хорошо звучало. — Я тебя сейчас хорошо ударю за это. Я тут серьёзно, а вы дурью маетесь.       Эх, ладно, больше Эдварда злить не хотелось никому. Ларссон сделал первый шаг к примирению, уже обращаясь к Тому, докурив и бросив сигарету в пепельницу. — Да ладно тебе, совсем не сложно.       Рогатый парень уже протягивал свою руку, ожидая взаимного ответа. Том смотрел на руку, что ждёт рукопожатия, то на самого Торда. Он не хотел это делать, но, если это поможет ему жить спокойнее, то был согласен попробовать, тем более эта рогатая выскочка, вроде как, начала подавать хоть какие-то надежды. Цокнув языком, резким движением крепко пожал ему руку. Они держали руки, не отпуская друг друга, смотря прямо в глаза. На лице Торда появилась ухмылка. — Странно, ты даже не издеваешься по поводу моей правой руки, которую сейчас жмёшь.       Том скривился в лице. Чёрт козлячий… любит же он всё испортить. — Знаешь что, мог бы промолчать!       Торд опустил голову, сдерживая то, что хотел только что сказать, но побоялся реально все испортить. И тут их руки резко разорвались. Торд стал держаться за виски, как и Том, скалясь от внезапно возникшей головной боли. Эдд занервничал, не понимая, что здесь вообще происходит. — Что с вами? Том, всё в порядке? — Ахуеть как больно!       Торд молчал, но всё же было видно, что он испытывал абсолютно то же самое. После на телефон Эдда пришло СМС. Гулд взял его, и ему сразу бросился в глаза… — Неизвестный номер.       Эдд открыл сообщение и стал читать про себя. С самого начала прочтения его лицо стало встревоженным ещё больше. — Что там?       Обеспокоенно спросил Мэтт, заглядывая перепуганно в экран. — Прочти вслух.       Сквозь зубы приказывал Торд, и Эдд стал читать: «ХА-ХА-ХА… вы думали, что это конец? Вы думали, что смогли пережить эту ночь и теперь свободны? Как наивно было полагать. Вам просто улыбнулась удача, как и вашему другу. Дуракам всегда везёт, и это факт, вот только не могу ничего такого сказать насчёт подружки Торда. Хотелось бы сообщить, как мне сильно нравилось представление: как вы орёте от страха и пытаетесь убежать, а теперь вы решили мне всё испортить?! Вы разочаровали меня, но не волнуйтесь, кошмар продолжится, так как этого хочу я! И я знаю, что могу сделать. Ждите изменений.»