Огромная любовь, полная нежности

Спайди сидел на краю крыши, равнодушно наблюдая за садящимся за горизонт солнечным диском. Последнее время грусть и тоска все чаще съедали подростка. Внезапно свалившаяся на голову популярность, с которой было тяжело справиться, проблемы в школе и чувства, скрывать которые ставало все сложнее. Они разрывали его бедную и истерзанную душу изнутри. Когда печаль накрывала с головой, он задыхался, беззвучно внушая себе « Это неправильно!». Но эта жопа в красно-черном спандексе сводила его с ума. Для него Пул был половым гигантом по кличке «Неутомимый». Парень невольно улыбнулся. Нервно покачивая ногой и сжимая грань парапета, Питер придумывал сценарий в своей голове, продумывая, как и когда он все же скажет о своих чувствах Дэдпулу. Он не знал, кто скрывается под маской, не знал имени, но отлично знал, что хоть он и кромсает все, что движется, а что не движется — двигает и кромсает, в душе Пул добр. Он был единственным другом для него, который всегда поддержит, выслушает и даст дельный совет. Прямо как старший брат. Или не отец, но любящий папочка. Подростку была приятна его забота и юноша этого никак не скрывал, стараясь каждый раз отблагодарить той же монетой. Однажды пришлось приютить этого неряху у себя в квартире и скрывать от озабоченной внезапным беспорядком тети Мэй. Но следить за порядком и отстирывать кровь с его костюма было не в тяжесть. Единственное, в чем паренек не мог признаться даже самому себе и всегда пытался это отрицать — использование грязного белья Пула в личных целях. Щеки заливались румянцем, а прилившая к голове кровь неистово стучала в висках при одном только воспоминание о том моменте. Но, если признаться, финал был великолепен. Правда, позже пришлось отстирывать не только засохшую кровь, а и обильно залитое спермой белье. Эта мысль порождала массу других, и Питер был уже не в силах сдержать этот поток пошлых фантазий. Парню оставалось только мечтать о том, как сильный и высокий мужчина в лице Дэдпула нагло возьмет его хрупкое тело силой и отымеет в узкую дырку. — Хэй, привет, чувак. — Из-за неожиданного голоса за спиной парнишка вздрогнул и едва не упал. — Честно говоря, я не знал, какую ты любишь, поэтому взял Шевроле-Ассорти. — Улыбнувшись, Пул протянул шаурму Спайди и присел рядом. Паучек моментально растаял и потек, как этот майонез из шавухи. Однако, эмоций своих он не выдал, лишь скромно поблагодарил. — Да ладно ты, не стесняйся, жуй. — Уэйд не боясь, что парень может сдать его, приподнял маску и, откусив огромный кусок, принялся, чавкая, жевать. — Ну, же, бро не сдают бро! — С набитым ртом пробормотал он, по-братски ударив Паркера кулаком в плечо. Расслабившись, тот тоже стал уплетать шаверму. Шевроле… Откуда он всегда берет эти смешные слова? Впервые за долгое время подросток чувствовал себя в безопасности, позволяя себе не думать о чем-то постороннем, а просто наслаждаться моментом. Они наблюдали за закатом, за окрашенным в розово-фиолетовый цвет неба, сменяющийся глубоко-синим. Там, внизу, жизнь бьет ключом. Кто-то куда-то спешит, сигналят машины. Им было все равно, у них был свой маленький, прекрасный и уютный мирок. Парень мельком замечает тахикардию и состояние легкого опьянения. Он с трудом осознает, что происходит. В голове возникает много вопросов, но Паучек не многословен. Наемник замечает, как потрескивает от напряжения воздух. Уэйд озадачен поведением парнишки в последнее время. Наверное, еще слишком рано, чтобы узнать в этой маленькой искорке полную нежности огромную любовь. Или они вдвоем бояться просто поверить в это? Но эти чувства лишь растут, окутывая их все крепче с каждой секундой.