Совместный быт

«      Сестрица!       Иногда мне кажется, что я пишу в никуда: так редко ты мне отвечаешь. Сколько лет назад ты последний раз писала мне? Пару лет назад? Впрочем, я сама не лучше, последнее письмо тебе писала примерно тогда же. Даже когда ты приезжала, встретится не удалось. Да и повод, признаться, был не лучший, поэтому я не сержусь.       Знаешь (конечно же знаешь!), я ведь вышла замуж. За Мартина, представляешь? За того самого, которого лет в пятнадцать терпеть не могла и с которым ругалась постоянно. У нас есть сынишка и еще кто-то, мы пока не знаем кто.       Сестричка, милая, приезжай, пожалуйста! Я очень по тебе скучаю. Иногда вечерами мне так тоскливо без тебя, хочется, как в детстве, забраться на чердак и сесть с тобой в обнимку у открытого окна, закутавшись в бабушкино одеяло.       Приезжай, прошу тебя!       Всем сердцем любящая тебя сестра»       «Еще кто-то, мы пока не знаем кто», — перечитала Рута и, усмехнувшись, положила письмо на комод.

***

      Рута положила иглу на стол и растерла неприятно пульсирующие кончики пальцев. Темно-зеленый камзол, собранный на живую нитку, сполз с колен на пол и фантазийной кучей лег к ногам. Женщина с самого утра не выпускала из рук иголку, по предположению Седрика решив сделать всю работу на месяц вперед. Утром было смешно, но сейчас чуть припухшие пальцы говорили о том, что не так далек был от правды был эльф в своих предположениях.       Портниха еще раз пощупала пальцы на левой руке и вздохнула, скосив взгляд на письмо, лежащее на столе. Снова вздохнула.       Маришу она любила всем сердцем, но иногда просто не могла смотреть на названную сестру, слишком было стыдно. И за то, что не пишет, и за то, что сбежала тогда. Даже когда она ездила на похороны Ориты, своей учительницы, она в душе порадовалась, что Мариши с мужем не было тогда, разминулись.       Обзор закрыла заячья тушка, медленно закачалась. Рута подняла глаза и с изумлением посмотрела на Седрика. Ни хлопка входной двери, ни скрипа половиц она не услышала, когда он успел прийти и почему так тихо, было загадкой. Не через окно же он влез на самом деле?!       - Ничего не скажешь? — уточнил эльф, явно ожидая благодарности или хотя бы приветствия.       Портниха наградила его таким взглядом, словно он был скорбным разумом, повела плечом и вернулась к шитью:       - Ты же не предлагаешь мне его теперь освежевать?       Тушка в пределах видимости укоризненно качнулась, послышался снисходительный вздох и Седрик исчез в кухонном проеме, что-то тихо бормоча на Старшей Речи.       Рута безуспешно попыталась подавить улыбку. Иногда эльф сдавался неприлично быстро, словно и не надеялся, что за что-то возьмется портниха. А может, просто знал, что не возьмется.       Какое-то время дома было тихо. Седрик шуршал в кухне, женщина шила. В окно тихонько тянуло вечерней прохладой. Погода с начала недели в фактории установилась не самой теплой и летней, было серо и утрами ветрено, но хотя бы не лили дожди, как в конце прошлой.       Первой тишину прервала Рута:       - Как день прошел?       Из кухни не донеслось ни звука. Седрик, как любой мужчина, очевидно любой расы, не всегда понимал конечную цель бесцельной болтовни. Наконец, когда женщина уже почти разочаровано вздохнула, раздался ответ:       - Сначала мы с Сегеримом долго и упорно искали тролля, который должен был следить за мостом. Нашли и поговорили по просьбе Хораба. Теперь мост будет мраморным. Потом мы тщательно облазили алтарь в лесу, крови на нем не нашли, расстроились. Решили принести в жертву Вайопатиссу кролика. Даже поймали, но его стало жалко, поэтому пришлось украсть из Флотзама девствен…       - Развлекались, все понятно, — усмехнулась Рута, уже привыкшая к ответам подобного плана, получаемые, когда эльфу не слишком хочется посвящать ее в подробности всех дел, и отложила шитье, — а мне Мариша написала.       - Мариша?       - Моя сестра.       - Сестра?       Портниха обреченно вздохнула и покачала головой. Наверное, стоит Седрику рассказать хоть немного своего прошлого. Ну так, для сближения. Он ведь сам никогда не спросит, просто решит не рисковать, мало ли как это будет воспринято.       - Названная. Она дочь моей учительницы, мы переписывались сначала, а потом как-то… Что еще нового?       - Нового? Ну, скоя’таэлли чуть не на стенах сидят, накеры плодятся, — эльф, вытирая руки о полотенце, появился в столовой, — а что пишет?       Женщина вздохнула и подала письмо Седрику, сам, мол, читай, и продолжила:       - Сапоги я еще себе купила, да к Лоредо зашла, камзол, наконец, забрать изволил.       К Лоредо? Что-то он, видимо, решил весь гардероб сменить. Второй раз за месяц, не к добру это.       - Я пять лет к нему хожу и все пять лет мы говорим об одном и том же: про Флотзам, про погоду и что «нелюдей этих взашей в море гнать надо». К тому же в этот раз я еще и с заказом вернулась. Этот его гость, недо-нильфгаардец. Мэредад кто-то там, фамилию не запомнила, костюм хочет. Выходной и с шитьем. Это, к слову, от 100 до 150 оренов, так что завтра с самого утра и до ночи чтобы духу твоего тут не было, не мешай работать.       - Это когда я тебе работать мешал? — Седрик, до этого разглядывающий письмо, не вчитываясь, поднял недоуменный взгляд на женщину, — но вообще, будь осторожна. Мне не нравится активность Лоредо, а этот его «гость» вроде как в свое время участвовал в охоте на скоя’таэллей. Если комендант решил взяться за это дело всерьез, он мог привлечь кого-то с этим знакомого не понаслышке.       Та посмотрела на него, как на дурака, и укоризненно вздохнула:       - Да в охоте на белок половина армий севера участвовала! А вообще, можешь остаться и сам снимать мерки, обговаривать фасон и торговаться в цене. Я не против, может даже выйдет.       Седрик посмотрел на портниху со странной смесью эмоций в глазах, но промолчал и принялся читать письмо. Рута, удостоверившись, что неприятный разговор закончен, исчезла в кухне, проверить, все ли за собой прибрал эльф.       На столах был идеальный порядок, вся посуда была вымыта и убрана на места, рушник был педантично развешан на двух крючках, а освежеванный кролик сиротливо лежал посреди стола в небольшом чугунке и явно не готовился к варке. Портниха подошла к нему ближе и брезгливо ткнула пальцем куда-то в заднюю лапу, потом еще раз. Возиться с мясом она терпеть ненавидела и настроение, и без того подпорченные недавним разговором, совсем исчезло, оставив только раздражение и недовольство.       - Седрик, — позвала женщина, — а давай ты с кроликом как-то сам, без меня, закончишь? У вас с ним, вроде как, заладилось.       - Налей ему воды и просто отправь в печь — тебе его даже руками трогать не надо, — несколько рассеянно донеслось из комнаты, — остальное я уже сделал.       Рута недовольно цокнула языком и выглянула из кухни. Эльф стоял у стола и живо вчитывался в письмо, изредка удивленно дергая бровью. Женщина снова вздохнула, с вызовом посмотрела на котелок с кроликом и потянулась к графину с водой.       Когда печная заслонка вернулась на место, в кухонном проеме появился Седрик, вальяжно прислонившийся плечом к косяку и держащий в руках письмо:       - Поедешь?       - Сомневаюсь.       - Почему?       Рута, стоявшая к нему спиной, замерла, а потом неловко повела плечом. Заскрипели половицы, и на ее талию легли теплые руки эльфа.       - Я… Это сложно, на самом деле, — женщина чуть откинулась назад, прижимаясь спиной к Седрику, — я ведь сбежала оттуда по сути. И вернуться теперь боюсь.       - Но тебя там ждут, к тому же ты ездила туда в прошлом году.       - Тогда было другое, — портниха вывернулась из объятий и подошла к окну, — да и Мариши там не было тогда. Наверное, я просто ей отвечу. Уже разнообразие.       Седрик фыркнул за ее спиной и полез в печь, явно проверяя, не сотворила ли Рута с кроликом какого-нибудь изуверства.

***

      Утром портниха эльфа не застала. Он в очередной раз вскочил ни свет ни заря и умчался по одному ему ведомым делам, к тому же она сама заспалась. На улице лил моросящий дождь, с Понтара дул промозглый ветер, несущий в город запахи тины и рыбы. За окном стучал кузнечный молот и слышалась какая-то ругань. Настроение, к невероятному удивлению Руты, было хорошим, хоть отсутствие Седрика его и чуть ухудшило. В конце концов, он должен бы с самого утра знать, что Рута все же едет в Белый Мост. И он тоже едет вместе с ней.       Портниха вздохнула и ткнула вилкой в мясо, медленно пожевала. К слову о Седрике: может он прав насчет Мэредада? В конце-концов, Малена же говорила что комендант что-то готовит, а его гость может об этом знать. Уж не потому ли он знает, что сам напрямую в этом замешан? А если они подозревают Руту?       От этой мысли женщина побледнела, а в горле пересохло. Неужели все настолько плохо? Она тряхнула головой, в попытке вытряхнуть пугающие мысли. За что ее подозревать? Она полгода никак не была связана с белками, а ночной визит Малены принять за прямое доказательство ну никак нельзя. Если бы ее раскрыли, Йорвет никого бы не подсылал к ней, пока Мэредад в городе, да и Седрик бы тоже почуял прямую опасность. Ух этого эльфа! Нагонит красок, а потом мучайся опасениями. Эти мысли несколько подняли портнихе настроение.       Из раздумий портниху вытащил стук в дверь. Рута с сожалением посмотрела на кролика в тарелке, отложила приборы и встала. Мэредад судя по всему оказался ранней пташкой. В дверь снова постучали, когда постучали, когда портниха уже взялась за ручку двери. Раздались крики и громогласное: «Бежим!». Женщина рассерженно выдохнула и круто развернулась на пятках. В этот раз дети решили, что она достаточно страшная для того, чтобы стуком в ее дверь доказывать сверстникам свою смелость. Портниха ради приличия выглянула в окно, кинула на малышню грозный взгляд и отправилась обратно, к прерванному завтраку. В дверь снова постучали, сначала тактично, потом чуть настойчивее.       - Собаку что ли завести? — вслух подумала Рута, настолько прицельно втыкая вилку в кусок мяса, словно он был виновником всех ее бед.       - Рута? Вы дома? — раздалось из-за двери, и женщина чуть не подавилась.       Мэредад действительно оказался ранней пташкой.        - Прошу прощения, я думала, что это снова дети, — кивнула Рута, открывая дверь, и посторонилась, — Доброе утро, Мэредад. Входите.       - Благодарю, — мужчина сдержанно улыбнулся и зашел, — пахнет вкусно. Я оторвал вас от трапезы?       - Пустяки, — портниха отмахнулась и махнула рукой в сторону зала, — проходите. Вы, кажется, хотели выходной костюм? По нильфгаардской моде, смею предположить?       - А Вы хотели позавтракать, — гость выглядел несколько смущенным, — комендант сказал, что обычно Вы работаете с самого утра, так что мне, право, теперь неудобно.       Рута фыркнула и усмехнулась, прядь, выпавшая из косы, свесилась через лицо. Женщина качнула головой и заправила волосы за ухо:       - Теперь неудобно стало мне.       Мэредад негромко засмеялся, но его смех прервали тихое шушукание за дверью и детское хихиканье. Портниха нахмурилась.       - Позволите? — уточнил мужчина и, дождавшись согласного кивка, распахнул дверь ровно в тот момент, когда в нее постучали.       Какое-то время висела звенящая тишина, и женщина чуть не прокляла визитера за то, что из-за его широкой спины совершенно не видно происходящее за дверью. Затем раздался дружный детский визг, невнятное «извините» и удаляющийся топот.       - Думаю, на этом ваши проблемы с детворой закончены, — довольно улыбнулся Мэредад, оборачиваясь.       - Думаю да, — Рута скрестила руки на груди, — только что Вы сделали? Просто посмотрели на них?       - Это дети, Рута, — пожал плечами мужчина, — а грозный взгляд прекрасно отработан у любого офицера, достаточно долго прослужившего в армии.       - Вы солдат?       - Вроде того, — увильнул от ответа гость и сделал озабоченное лицо, — но вернемся к делу. Мне подойти позже или я могу подождать в зале?       Мэредад бросил заинтересованный взгляд в комнату.       - Думаю, я лучше налью Вам чаю, — портниха пошла на кухню и махнула рукой, призывая следовать за ней, — или могу предложить чудесного тушеного кролика. Вчера он еще бегал.       Собеседник на секунду заколебался, но согласился, правда только на чай.       - Садитесь, — Рута указала на свободный стул за столом, — ромашка, чабрец, зверобой?       - Только ромашку, если можно.       Мужчина сел на предложенный стул, откинулся на спинку и внимательно огляделся — он явно чувствовал себя свободно, если не по-хозяйски. Портниха, оглянувшаяся на него через плечо, нахмурилась. Слишком уж в его позе проглядывало что-то то ли разведческое, то ли шпионское. Мэредад был едва ли старше Руты, но его лоб уже прорезали глубокие морщины, а взгляд водянистых глаз был настолько цепким, что становилось не по себе.       Женщина тяжело вздохнула и отвернулась. Кажется, ей нужен отдых: от работы, от Лоредо, скоя’таэллей и фактории в целом. Даже если гость и был каким-нибудь секретным шпионом, то почему он не мог просто заказать себе одежду? Даже шпионы ее когда-нибудь, да меняют.       - Все хорошо? — поинтересовались из комнаты.       Рута глупо моргнула глазами, понимая, что замерла, глядя в кружку:       - Да, задумалась. Сейчас буду.       Портниха расторопно кинула в чашки по щепоти ромашки и, залив их водой, поспешила вернутся в комнату.       - Мэрэедад, у вас необычное имя, — женщина ткнула вилкой в уже остывший кусок кролика, — оно Нильфгаардское?       - Да, — мужчина улыбнулся и отхлебнул чаю, поморщился, — Мэредад де Кавалар. Мой отец был родом из Кастелль Граупиан. Убежал из Имперской академии при первой же возможности так далеко, как только сумел — до самого Каэдвена. Потом познакомился с моей матерью и перебрался в Аэдирн. Так что я кто угодно, но не нильфгаардец, — гость пожал плечами, — и кровь я проливал за Северные княжества.       - Я не имела ввиду ничего такого, — Рута пожала плечами и тоже отхлебнула чаю.       Горячий, зараза.       - Никто не имеет. Но я похож на отца и имя у меня нильфгаардское, так что… — Мэредад развел руками и усмехнулся, — мне этот вопрос задают ровно столько же, сколько я живу. Может, чуть меньше. Во время Первой войны с Нильфгаардом я под это дело даже в застенки попасть успел. Благо, быстро разобрались.       - Странно, что при такой открытости Вас вообще умудрились в чем-то заподозрить, — медленно произнесла портниха, сбитая с толку рассказом.       - Люди меняются с возрастом. К тому же сейчас мне уже нечего прятать.       - Так уж и нечего?       - Мой командир сказал однажды, что в сокрытии чего-то окружающих подозревает только тот, кто сам что-то скрывает.       - Вы думаете, что я что-то скрываю?       - А вам есть что? — мужчина лукаво сощурился и подался вперед.       Рута подняла брови и саркастично ухмыльнулась:       - Я портниха. Конечно я прячу — карманы в шов, чтобы внешний вид не портить.       Мэредад какое-то время напряженно вглядывался в собеседницу, словно пытаясь поймать женщину на лжи. Та фыркнула и откинулась на спинку стула: гость делал это со слишком напряженным лицом, чтобы можно было поверить.       - Вы плохой актер, Мэредад.       Мужчина на секунду замер, а потом вздохнул:       - Возможно поэтому я сейчас не в разведке. Меня туда не взяли, — он тихо усмехнулся.       Рута засмеялась и одним быстрым глотком допила чай:       - Что ж, думаю, чаепитие можно считать законченным. Идем разбираться с Вашим костюмом?       Мэредад опустошил свою кружку и, согласно покивав головой, встал.       Следующий час прошел в ожесточенных черканиях графитом по бумаге. Камнем преткновения ожидаемо стал камзол: Мэредад имел весьма смутное представление о том, что бы он хотел, а Рута, ведомая непонятным порывом, пыталась выдать что-то в нильфгаардской стилистике. Эскизы один за другим зачеркивались и создавались, выбрасывались и рисовались заново.       - Боюсь, если я так заявлюсь куда-то, меня быстро скрутят молодцы из какой-нибудь тайной канцелярии, — цокал языком мужчина.       - Но кроме этого я ничего не могу придумать, — пожала плечами Рута, — вероятно, Ваша внешность меня сбивает. К тому же я чаще работаю по уже готовым представлениям, чем тяну все из пальца.       - Зачем Вам костюм?       - Через месяц я должен явиться ко дворцу короля Демавенда…       Портниха, присвистнув, не дала клиенту договорить и снова уткнулась в эскиз. Работа грозила стать куда более интересной, чем планировалось ранее.       За делом напряженность и подозрительность женщины начали таять, а после услышанной от Мэредада фразы про дворец окончательно исчезли. Рута глубоко вздохнула и покачала головой: Седрик решил перебдеть и слишком сгустил краски в порыве заботы, вместо осмотрительности подтолкнув ее к паранойе.       - Хорошо, давайте тогда вот так, — портниха встала и взялась за измерительную ленту, — сделаем перерыв: я сниму мерки, а Вы тем временем расскажете о себе еще что-нибудь этакое.       - Чем я обязан такому интересу? - заинтересованно сверкнул глазами мужчина.       - Скорее скуке, чем романтике, увы.       - Я об этом и не помышлял. Вы, как мне сказал комендант, несвободны.       - Вы обсуждали меня с комендантом? - портниха подняла бровь, но не оторвалась от работы.       - Он сказал, что у вас есть лишь один, - Мэредад заколебался, но осторожно продолжил, - изъян, как он выразился.       - Вы тоже считаете, что всех эльфов нужно истребить? — Рута оторвалась от эскизов и напряжено замерла. Неужели Седрик все же был прав?       - Имею я право оставить вопрос без ответа?       - Вы уже ответили на него.       - Боюсь, Вы не так меня поняли, — мужчина побледнел и поднял вверх руки, — я не хочу отвечать, чтобы сохранить максимальный нейтралитет. Я не разделю политики Лоредо, и питаю ненависть к зверствам белок. В некотором смысле их поставили в такое положение мы, люди, но они зачастую переходят границы. Рута, все стороны тут правы и неправы. Я же считаю, что мы можем так или иначе сосуществовать в мире, хоть и не понимаю, как к этому прийти в сложившейся ситуации.       Рута тряхнула головой и уткнулась лицом в ладони. Все-таки у нее началась паранойя. Проклятая фактория, проклятые белки, проклятая Малена, Лоредо, Седрик…! Еще чуть-чуть и такими темпами она просто сойдет с ума, затухнет, как свеча на ветру.       - Простите, я сегодня встала, видимо, не с той ноги, — портниха провела рукой по косе, — и плохо спала.       - Может, стоит отложить все на завтра? — в голосе Мэредада женщина услышала нотки беспокойства.       Он обычный! Обычный мужик, солдат, офицер в каком-то там чине, ему просто нужен обычный костюм, в котором он предстанет перед своим монархом. Ничего загадочного, шпионского и заговорческого.       - Нет, не стоит, — Рута улыбнулась, кивнув на полученную в ответ слабую улыбку, — все в порядке.       - Хорошо, — мужчина улыбнулся увереннее и взъерошил темные волосы, — тогда я расскажу Вам одну историю. Ту самую, когда меня приняли за нильфского шпиона и затолкали в застенки. История была неприятная с одной стороны, но очень смешная по итогу. В общем, ставим мы лагерь на ночь, а меня неожиданно требует к себе капитан…

***

      Седрик вернулся вечером, до нитки промокший, но почему-то счастливый. Рута, к этому моменту выпроводившая последнего клиента и даже успевшая выкроить штаны для Мэредада, готовила суп.       - Как все прошло? — эльф заглянул портнихе через плечо, понюхал и бросил в котелок лежавший рядом пучок розмарина.       - Еще раз будешь меня «предупреждать» так, что у меня появится впечатление, будто за мной половина всех существующих шпионов охотится — лицо отгрызу! — женщина фыркнула и отклонилась в сторону, уворачиваясь от объятий, — а вообще все прошло неплохо. Мэредад оказался очень приятным клиентом и собеседником, помог мне решить проблему с колотящими в дверь детьми и в целом не желает сдать меня палачу.       Седрик озадаченно замолчал и отошел, закрыл окно и задернул занавески:       - Просто я не понимаю, что происходит. Что-то все засуетились, как в улье. И Йорвет, и комендант явно готовятся к чему-то, и боюсь всей фактории это не понравится.       - Да я уже поняла это, — Рута забренчала тарелками, — поэтому я решила все же съездить к сестре, развеяться. И ты едешь со мной, и это не обсуждается.       Голос эльфа, донесшийся от окна, был хриплым, слабым и полным непонимания:       - Beanna, ты с ума сошла!       Портниха многозначительно ухмыльнулась и вытерла руки о полотенце:       - О нет, дорогой мой эльф, о нет.