Мы слишком разные

      Сакура шла по коридору и недовольно косилась на Шикамару. Она негодовала от его поведения. Пропал на такое долгое время, заявился в её выходной день, вытащил из постели с Итачи. Ничего толком не объяснил, в итоге они куда-то бегут, и она не понимает, в какую авантюру ввязывается. — Шикамару, — позвала его Харуно и остановилась на месте. — Некогда, Сакура. Пожалуйста, пошли быстрее, — вид Нары её шокировал: он буквально молил о помощи, но она не понимала, что вечно спокойного парня могло так сильно вывести из равновесия. — Это не вызовет у нас проблем? — Харуно переживала, что Шикамару её втянет в сомнительную историю. — Я не знаю, — честно признался он. — Шикамару, я хочу тебе помочь… но у нас с Тсунаде серьёзный прорыв в исследованиях, я не могу поставить на этом крест, — Харуно опустила руки. — Тебе не важно спасти жизнь? — вспылил парень. — Это вампир, да? — Сакура не хотела верить в то, что она угадала. — Это вампир, который достоин жить, понимаешь? — Нара схватил Сакуру за локоть и потащил вперёд. — Это исследование, и оно как раз касается их, — Харуно пыталась сопротивляться, свою истинную силу ей не хотелось применять. — Очередное массовое орудие убийства вампиров? — процедил Нара. — Кто ты? — Сакура вырвалась из рук друга. — Что ты… — У тебя другой запах, — Сакура выставила перед собой кулаки. — Это я, господи, спроси меня о чём угодно; о том, что мы пережили. — Тогда как это возможно, что у тебя изменился запах? — Сакура не верила этому человеку. — Со мной что-то сделали, что-то вкололи, и я стал таким… — Во что ты вляпался? Ты ещё оборотень? — Я не знаю, но нам надо идти спасать, потому что она… возможно, больше не вампир. — О господи, Шикамару, это ты похитил сестру Гаары? — Сакура ахнула от испуга. — Он убьёт тебя. И, возможно, её. Я не знаю, но чем больше мы тут стоим, тем меньше у нас времени на её спасение. Поверь мне, Сакура, я всё тебе расскажу, но чуть позже — сейчас некогда. — Хорошо, — сдалась Харуно. Только она хотела сделать шаг, как их остановил окрик Тсунаде. Шикамару в ужасе обернулся. — Шикамару! Как ты посмел нарушить все наши правила и вместо отчёта о том, где ты пропадал и что делал, самовольно, без разрешения, снова покинуть убежище? — Сенджу стояла напротив парочки, и у неё был крайне сердитый взгляд. — Глава, я объясню всё чуть позже, правда, — Нара понимал, что шансов выбраться у него нет. — Я никуда тебя не отпущу. Если до этого ты сидел под домашним арестом, то теперь ты в статусе подозрительной личности, я тебя поздравляю. Ты разбил сердце своего отца, который даже не смеет заступаться за тебя. Понимаешь? — Тсунаде после своей фразы приказала арестовать парня. — Глава, я никого не предавал, но мне правда нужно помочь одному человеку, прошу, он умрёт, — Нара уже от отчаяния хотел упасть на колени. — Сакура? — Сенджу сверлила взглядом ученицу. — Я не знаю, — Харуно опустила взгляд в пол. Она не могла рисковать собой и подвергать себя домашнему аресту. — Сакура, прошу, — Шикамару надеялся, что сможет достучаться до подруги. — Уведите, — подошли помощники Тсунаде и, надев на руки Шикамару специальные наручники, повели его в комнату допроса, а следом за ними отправилась и Сенджу. Сакуре оставалось лишь виновато смотреть вслед удаляющемуся Шикамару. Если бы она не медлила, то они успели бы удрать. — Харуно, нельзя помогать предателям, — позади себя Сакура услышала недовольный голос. — Ещё ничего не доказано, — процедила Сакура и посмотрела с презрением на Учиху младшего. — Тут всё очевидно. Иногда включай мозги, — Саске злился. — Мы не знаем, что с ним было. А ты уже записал его в непонятно какой список, — Харуно собралась послушать допрос. — Лучше тебе не лезть в это дело, — Саске поймал Сакуру за руку и не дал уйти. — Ты что-то знаешь? — предположила она, стараясь вырваться из хватки парня. — Нет, но ты не думаешь, что он вляпался во что-то сомнительное и ты тоже окажешься втянута? — Тебе-то какое дело? — вспылила Харуно и наконец вырвалась из его хватки. — Если ты настолько тупая, чтобы осознать, что вы потащите половину логова в проблемы Шикамару. — Да, — Сакура вскинула голову. — Шикамару уважают и ценят, за него оборотни готовы встать.       Харуно хотелось побольнее уколоть Саске, но тот лишь усмехнулся. — Иди обратно к Итачи, — Саске развернулся и пошёл в другую сторону от девушки. Харуно сверлила его спину взглядом, не зная, что ей делать. В его словах была доля правды, но она просто не могла бросить Нару.

***

— Ну? Ты будешь говорить? — Тсунаде хлопнула рукой по столу и сверлила парня глазами. — Я не знаю, как всё объяснить, — Шикамару вздохнул. Ему казалось, что он растерял все свои способности оборотня, даже его ум куда-то пропал. — Постарайся объяснить, а иначе либо тебя посадят, либо ты будешь изгнан, — Сенджу села на стул напротив него, позади неё стоял Ибики, самый главный дознаватель. Рядом с ним стоял отец Шикамару, и его лицо было непроницаемо. Казалось, он не может узнать своего сына. — Я просто боюсь, что невиновный пострадает, пока я тут всё рассказываю, — выдохнул Нара. Он сильно переживал за Темари: как она там? Жива ли ещё? — Если так суждено, то выживет, — безапелляционно ответила Глава. — Я отправился в одно из наших бывших скрытых отделений, — Шикамару начал издалека. И, общими словами, ему не хотелось сразу рассказывать всю правду. — И там… что-то мне вкололи. Я постоянно терял сознание и больше находился во сне, чем бодрствовал. — Что тебе вкололи? — спросила Тсунаде. — Я не знаю… Но мир начал вокруг меняться, — Шикамару решил в этом признаться. Может, ему смогут помочь? В конце концов, Сенджу — лучший медик. — Что ты имеешь в виду? — напирала Глава. — Мне кажется… я теряю силу оборотня, — спустя только какое-то время парень закончил свою фразу. — Что? — встрепенулась женщина. Отец смотрел на сына печальным взглядом. Было видно, что Шикаку хочет поддержать его, но ему не позволяет субординация. Ибики смотрел равнодушно. — Я сам ещё ничего не понимаю. Возможно, моя кровь поможет провести диагноз, — Нара решил, что кровь он сдаст на исследование, и, может, это поможет другим оборотням. — Мы возьмём, — кивнула Сенджу. — Поэтому ты потащил куда-то Сакуру? — Нет, чтобы она помогла. — Кому? — Одному человеку, — Шикамару опустил голову. Ему конец, если узнают про Темари. — Сакура — не спец по людям, — усмехнулась Сенджу. — На что ты надеялся? — Я не знаю, что мне делать, — Нара всё больше падал в пучину отчаянья. — Отпустить? — Тсунаде пожала плечами. — Ты лучше подумай о своей судьбе. — Что со мной будет? — он знал, что никто его жалеть не станет. — А как ты думаешь? Ты нарушил приказ о домашнем аресте, попал в руки к вампирам, пропал на долгое время, ведёшь себя подозрительно, что нам думать? — Глава смотрела пристально на арестованного оборотня. — Я никого не предавал, — процедил Шикамару и посмотрел на отца. Он-то знает, когда его сын врёт. — Не смотри на Шикаку, он тут лишь потому, что хочет послушать тебя, а решения не он будет принимать, — Сенджу была настроена категорично. — Я понимаю, — но Шикамару знал, что если отец ему поверит, то постарается его вытащить. — Рассказывай, — вступил в разговор Ибики. — Я ничего толком не помню, не понимаю, — старался уклониться от ответа Шикамару. — Но что-то ты же помнишь? — усмехнулась женщина. — Всё, что рассказал. Я спал, мне снились реалистичные сны, что я простой человек и живу, чтобы заработать денег. — Интересно, — задумалась Глава. — Продолжай. — На этом всё. Я мог проспать несколько дней, на самом деле, и я даже не знаю, как много я пребывал во сне, — Нара сжал руки. — И? — продолжали допрос. — И всё. — Тогда кто там при смерти и почему? — удивилась Тсунаде. — Одна девушка, — Нара ответил почти шёпотом. — То есть ты крутил шашни, пока за тебя все переживали? — Сенджу злилась. — Нет, она тоже попала в ловушку, с ней то же самое, — Нара решил, что, если попробует призвать к совести, что-то да получится. Иного выхода у него сейчас не было. — Ты же не умираешь, — хмыкнул Ибики. — Но я — это другое, — Шикамару понял, что его прижали к стенке. — Она вампир, — поняла Тсунаде. — Она неплохая, — пытался защититься Шикамару. — Она — наш враг, а ты пытаешься утащить моего лучшего медика, чтобы она спасла ей жизнь. Ты случаем не собирался убить там Сакуру? — взбесилась Сенджу. — Нет, я не думал ни о чём таком, — Нара понял, что его больше ничего не спасёт. — Тогда как вообще в здравом уме можно было подумать о таком? О спасении врага? — прошипела с гневом женщина. — Она тоже жертва обстоятельств, — защищался оборотень. — И поэтому мы должны её пожалеть? — Тсунаде вскинула вверх брови. — Дело в том, что если она умрёт, то это повлечёт за собой огромные последствия, — Нара постарался зайти с этой стороны. — Ты похитил Темари? — Сенджу стукнула кулаком по столу. — Ты в своём уме? — Это произошло случайно: я хотел провести допрос, поэтому привёл её в наше заброшенное логово и закрыл в клетке, а потом с нами провернули что-то странное, — Шикамару решил, что расскажет. Может, Тсунаде испугается последствий. — Ты понимаешь, сколько после этого погибло оборотней от рук Гаары? Он начал мстить, — в разговор вступил отец и недовольно посмотрел на сына. — Я же говорю, что нам вкололи какую-то дрянь и мы бо́льшую времени спали, пребывали в другом измерении, снах, не знаю я, как это назвать, — допрашиваемый выдохнул. — И если она умрёт, то Гаара останется без поддержки, — задумалась Тсунаде. После этих слов у Шикамару защемило сердце. — Она не заслужила такого, — Нара опустил голову. Он понимал, что вынес ей смертный приговор. — Не заслужила? — Сенджу от удивления приподняла бровь. — Скольких людей она убила? — И что теперь? Сколько хищников едят других животных, чтобы выжить? — Закройте его, — женщина не собиралась вступать в полемику со своим подчинённым. Это можно обсуждать долго, тратить своё время на это, но она не собиралась это делать. Дальнейшую участь Шикамару она решит позже, но сперва она проверит, что с Темари, и, когда та умрёт, она будет думать, куда девать этого оборотня.       На Шикамару снова надели наручники и повели его в тюрьму. Нара шёл по коридорам убежища и не понимал, почему картина его мира рушится. Ещё недавно он бы всё отдал, чтобы убить всех троих глав вампиров, но теперь? Она точно не заслужила такой участи — погибнуть от жажды в клетке. Ему никто не поможет, он видел, как его отец смотрел на него, как на предателя. Для всех он теперь такой. Наруто, Сакура, Чоджи, Ино — никто ему не поможет. Ему стоит придумать план побега и постараться спасти Темари. Они никогда не будут вместе, но, если он сможет отдать свою жизнь, чтобы она жила, он это сделает. Просто потому что это честно. Ей нужно будет спрятаться ото всех, от оборотней и вампиров, она больше не сможет жить в этом мире, как и он. — Заходи, — пока Нара находился в своих мыслях, они пришли к тюремным камерам, и его охранник открыл дверь. Шикамару молча зашёл внутрь и просто сел на пол. За ним закрылась дверь. Оборотень посмотрел на комнату: она полностью была сделана из материала, подавляющего его способности, отчего он не смог бы прорваться силой. В комнате был тусклый свет, одноместная кровать, и на этом всё. К оборотням, которые провинились, относились не так плохо. Всё же они были сородичами, и Тсунаде не позволяла преступникам страдать. С другой стороны, ему нечем здесь заняться, кроме того, что он будет сидеть и смотреть либо в потолок, либо в стену и думать о своей ситуации. И это, возможно, сведёт его с ума. Он знал, что его привычная жизнь закончилась. Нет друзей, нет должности, он больше не нужен Тсунаде, у него ничего не осталось из-за того, что он просто оказался не в том месте. Какого чёрта его дёрнуло вообще допрашивать там Темари? Шикамару задумался, кто-то же всё знал. Или кто-то всё это продумал с самого начала? Что, если он должен был выиграть Темари? А потом отнести в заброшенное логово на допрос. Нара потёр лицо. Это слишком абсурдно, нельзя продумать столько шагов наперёд. Как, тем более, они могли предположить, что он не убьёт её? А что, если эти неизвестные смогли просчитать всё? И то, что он не в состоянии убить Темари? Шикамару опустил голову ещё ниже. Какой же он дурак. Он стал фигурой на шахматной доске и теперь сможет выпутаться только каким-то чудом, если он отменит эффект той дряни, которую им вкололи. Но и то — он не сможет вернуть всё утерянное. Это факт. Возможно, если они с Темари выживут, они будут прятаться до скончания вечности или пока их не выследят и не убьют.       Нара не был уверен, жива ли в той клетке Темари. Ему не следовало её закрывать. Чего он испугался? Что она убежит? Но так у неё хотя бы был шанс спастись. А сейчас что? Он в тюрьме, она там одна. Может быть, Глава отправит туда кого-то на проверку, но это будет только лишь для убеждения, что пленница ещё жива, и Тсунаде будет выжидать, когда она умрёт. Их мир всегда был жесток. Они убивали друг друга, ненавидели и мечтали истребить до последнего представителя рода. Сенджу выгодна смерть Темари, на её веку умрёт одна из правления клана вампиров, важная фигура, опора Гаары. Возможно, Шикамару поступил бы так же на месте этой женщины, у которой лежит огромный груз ответственности на плечах.       Оборотень вспомнил отца и то, как тот разочарованно смотрел на сына. Что ему оставалось? Только сказать правду и принять наказание. Его мать его убьёт, если Шикамару выйдет из этой клетки. Это же такой позор на их клане. Если об этом узнают все, то ему несдобровать. Его попросят изгнать. Или казнить. Тсунаде знает об этом и пока не хочет терять его, но, когда он станет совсем бесполезной пешкой, от него избавятся.       Что же ему делать? Не хотелось принимать такой конец. И смерть Темари… Это было слишком. Они оба пострадавшие, так почему они тут, как главные злодеи? Смотрят, как на предателя, ненавидят, подозревают. Как вообще его обнаружили? Неужели Саске следит за Итачи и Сакурой? Вот же говнюк. Ещё и его заложил. Нара всегда к нему относился отрицательно, и сейчас он понял, что, как оборотень, Саске так себе. Да, он сильный, но у него огромное самомнение о себе и зависимость то ли от брата, то ли от Сакуры. Ненормальный. Вот уж точно можно подумать, что он болен на всю голову и весьма опасен для двух сторон. Но лишь потому, что он угоден Тсунаде, он вне каких-либо подозрений. Сучонок.