Корыстные интересы

Ребята проснулись весьма рано, а виной тому послужили на удивление тонкие стены старого поместья, сквозь которые были отчетливо слышны разговоры и шорохи людей из соседних комнат. На часах было девять утра, а это значило, что завтрак в большой столовой на первом этаже уже начался. Тэхен, довольно быстро разлепивший глаза, принялся будить мужа, ибо желудок настойчиво требовал пищи. Чонгук сонно потянулся и лучезарно улыбнулся любимому. Этим утром он чувствовал себя особенно счастливым. Наконец, он мог сказать, что целиком и полностью принадлежит супругу, а тот ему. Однако, в чоновской голове вертелась одна навязчивая мысль, которую он все-таки решил высказать Тэ. — Тэхена, — обратился он к парню, — А ты правда универсал? — В каком-то смысле да, — ответил тот. — Это как? — Ну это значит, что вообще то я люблю быть снизу, но под особое настроение и от роли топа не откажусь, — разъяснил шатен. — Ммм, — задумчиво протянул Гук, как бы невзначай проводя рукой по члену мужа, — А сейчас у тебя подходящее настроение? Тэхен удивленно воззрился на брюнета. — То есть ты недвусмысленно намекаешь на то, чтобы я тебя… — Угу, — ответил Чонгук, слегка краснея, — Я хотел бы узнать как это. — А не боишься? — призывно прошептал Тэ, склоняясь к самому уху Чона. — Я тебе доверяю, — твердо ответил тот, окончательно руша все сомнения. Ким немного переживал, боясь сделать любимому больно или неприятно, но раз тот сам попросил, то нужно постараться быть максимально нежным и деликатным, хоть это и будет очень сложно. Ведь от одного взгляда на рельефное чонгуково тело, член начинал наливаться кровью. — Главное расслабься, — сказал Тэхен, наваливаясь на мужа. В голове сразу всплыли картины из его собственной юности, когда он был еще невинным в плане секса с мальчиками парнем. Тэ вспомнил, как Мин, приехавший в Тэгу на каникулы, внезапно поцеловал его прямо в дверях, а потом повалил на ковер в гостиной. Шатена тогда охватила паника, но Юнги прошептал «не бойся, я не причиню тебе боли», и молодой человек поверил, сдаваясь на милость более опытного товарища. Именно поэтому, Тэхен надеялся, что его слова хоть немного уняли волнение супруга. Чонгук лежал сейчас, весь такой беззащитный и доверчиво смотрел в глаза Тэ. Ким же, млея от этого взгляда, начал нежно целовать брюнета, лаская его губы своим языком и беспорядочно оглаживая руками мускулистое тело. Парню безумно хотелось накинуться на мужа и отодрать так, чтобы тот не смог сидеть еще неделю, но совесть и здравый смысл останавливали его. Вместо этого, он медленно опускался вниз, ведя по горячей коже то губами, то языком, слыша как Чонгук сдавленно постанывает. Дойдя наконец до возбужденного члена, Тэхен подсунул под Гука несколько подушек и принялся вылизывать всю паховую область, не обходя вниманием и тугую дырочку. Когда тэхенов язык как бы невзначай коснулся колечка мышц, Чон дернулся и задрожал, но Ким не собирался отступать и слегка протолкнул свой шаловливый язычок в теплое нутро. Брюнет прохрипел что-то типа «о Боже» и схватился руками за простыни. Расценив это как одобрение, Тэ на секунду отвлекся, чтобы встать и достать из своей дорожной сумки тюбик со смазкой. — Ты что готовился? — спросил Чонгук, приподнимая голову. — Я надеялся, — с улыбкой ответил шатен, выдавливая смазку себе на пальцы. Он вернулся в постель и, устроившись между ног мужа начал легонько надавливать пальцами на сжимающуюся дырочку. Чтобы расслабить любимого и отвлечь от возможной боли, Тэхен резко вобрал его член в рот, практически до самого основания, и вместе с этим протолкнул первый пальчик на одну фалангу. Прием сработал, и Гук лишь пошло застонал, обмякая на постели. Тэ продолжил водить по стволу языком, уделяя особое внимание головке и вводить пальчик глубже, растягивая девственный вход любимого. Когда уже три пальца беспрепятственно двигались внутри брюнета, Тэхен решил, что пора. Он стал осторожно проталкивать свой возбужденный орган в разработанную дырочку, не забывая следить за реакцией мужа. Чонгук же старался расслабиться, но нарастающее возбуждение затуманивало мозги, поэтому он неожиданно для самого себя подался вперед и резко насадился на тэхенов член до самого основания. Боль мгновенно пронзила все тело, заставляя жалобно застонать, но Тэ задвигался внутри, меняя угол нажима и болезненные ощущения сменились уже наслаждением. Гук и не предполагал, что это будет так круто. Пока Ким методично втрахивал его в матрас, он метался по постели, хрипел и стонал, как заправская порнозвезда. Парень полагал, что уже находится на пике удовольствия, пока уверенная рука Тэхена не сдавила его член и не начала надрачивать с бешеной скоростью. Тут уже у Чона окончательно сорвало крышу и он кричал что-то нечленораздельное, за полминуты доходя до разрядки. Сам же Тэ, во все глаза глядя, как супруга бьет в оргазменных судорогах, кончил следом, испуская хриплый рык и валясь на широкую грудь Чонгука. Тот же, поддаваясь какому-то животному порыву, укусил шатена в шею, оставляя на ней следы от зубов. — Ай, — вскричал парень, — За что? — Прости, — ответил брюнет, зацеловывая место укуса, — Просто мне сейчас так хорошо, что захотелось съесть тебя. — Пойдем лучше на завтрак и съедим что-нибудь там, — предложил Ким, чмокая любимого в губы.

***

Ребята наспех приняли душ, привели себя в порядок и вышли из комнаты, чтобы направиться в столовую. Через секунду из двери справа вышла нафуфыренная Енхва, а из двери слева родители Чонгука. Тэхен опешил и стремительно залился краской, понимая, что звуковое сопровождение вчерашнего вечера и сегодняшнего утра неслабо «ласкало» слух семейства Чон. — Ну для полного счастья нам только дедушки недостает, — невзначай сказал Тэ, стыдливо прячась за широкой спиной мужа. Небеса видимо услышали слова шатена и из двери напротив, опираясь на трость с затейливым серебряным набалдашником вышел никто иной, как дедушка Чон. — Зашибись теперь, — шепотом констатировал Ким. — О, зять, да тебя никак вампир покусал? — спросила Енхва, трогая шею парня и заливаясь заразительным смехом. — Видать он как вчера в тебя впился, так до утра и не отпускал, — с сарказмом заметил самый старший Чон, бросив осуждающий взгляд в сторону Тэ. — Пойдемте лучше завтракать, — предложил Гук, обнимая супруга и сестру. Старшие, с сонными и недовольными лицами двинулись за «компашкой заговорщиков». Конечно, им хотелось высказать молодежи, что такое поведение непозволительно в обществе и, что им должно быть стыдно, но тем не менее, никто не проронил ни слова. Мама молчала потому, что она уже несколько дней перекручивала в голове ту ситуацию в кабинете сына и дальнейшее поведение парочки за ужином, все больше убеждаясь, что между ребятами присутствуют самые настоящие чувства. Это именно она этим утром пошла поперек воли мужа, страстно желавшего вынести дверь в комнату парней и прекратить уже творившуюся там содомию. Мама Чон попросту преградила супругу дорогу и попросила оставить детей в покое. У мужчины глаза на лоб полезли, когда он понял, что жена вот вот переметнется на сторону «врага», но сделать он ничего не мог, ведь и сам замечал, как влюбленно таращится его сын на свою «половинку». Тут только слепой бы не поверил, но господин Чон упорно продолжал убеждать себя, что это просто блажь, секс и Бог знает, что еще. Он свято надеялся, что наигравшись в самостоятельного мальчика, Чонгук вскоре выставит Тэхена и приползет обратно в семью, просить прощения и очередного совета. Однако, глядя на отношения молодых людей, которые с каждым днем становились все теплее, папа всерьез беспокоился, что все его надежды обернутся прахом. Но, что он мог сделать, если эти двое по настоящему полюбили друг друга? Только стоять в сторонке и наблюдать за развитием событий. За завтраком Чонгук, Тэхен и Енхва сидели по одну сторону стола, а старшие по другую. Эта троица выглядела как настоящая семья, постоянно перешептываясь, смеясь и угощая друг друга едой. Они обсуждали какие-то ведомые только им темы и активно жестикулировали. Глядя на все это, дедушка невольно улыбался. Нет, он разумеется и не думал смириться с выбором внука, но тем не менее был рад, что Ким стал связующей ниточкой между братом и сестрой, той ниточкой, что сблизила их, несмотря на долгие годы холодного отношения. Тем не менее, голову старшего Чона все еще не покидала идея развести парней по разные стороны, он просто еще не придумал как это сделать. А пока пусть порезвятся. После трапезы, дедушка отправился к себе в комнату, чтобы отдохнуть перед церемонией, младшие пошли посмотреть лесное озеро в большой компании знакомых парней и девушек, а госпожа Чон решилась вызвать мужа на серьезный разговор…