Глубина твоего сердца

Любовь бьет прямо в сердце, стоит тебе раскрыться. Она бьёт сильно, со всего размаху. И вот, лежа на полу, первый раз в жизни ты больше не хочешь драться.

12 декабря

      Коннор с Хэнком не спеша шли по продрогшей аллее. Снег мягкими хлопьями падал на плечи мужчин, после чего таял, оставляя мокрые следы на одежде. — Лейтенант Андерсон, позвольте заметить, — заговорил Коннор, прерывая вечернюю тишину, — что температура на улице составляет семнадцать градусов ниже нуля, а ваша одежда не соответствует данной погоде. Из-за этого в вашем организме страдает иммунная система, что может привести к вирусному заболеванию «пневмония». Хочу предупредить, что лечение довольно до… — Коннор! Заткнись уже, а? Не мешай мне наслаждаться победой, — Хэнк прикрыл глаза и поднял голову к небу.       Сегодня они поймали тех извергов, что убили андроида в конце ноября. Это были двое подростков, семнадцать и девятнадцать лет. Совсем ещё ребята, а способны на такое. Да они даже на допросе толком не раскаялись, но Коннор выжал из них всё. Морально избил, если можно так выразиться. — Я безусловно рад восстановлению справедливости, лейтенант, но беречь своё здоровье тоже необходимо. — Ну вот что ты от меня хочешь? — Хэнк остановился и с упрёком посмотрел на андроида. — Я ничего с собой тёплого не взял. — Зато я взял.       Коннор расстегнул куртку и вытащил из внутреннего кармана свёрнутый шарф, после чего заботливо обернул его вокруг шеи Андерсона. — Вот теперь вам должно быть теплее.

25 декабря

      Они сидели на диване и внимательно смотрели идущий по телевизору новогодний фильм. Коннор устало положил голову на плечо лейтенанта и чуть прикрыл карие глаза. За их спинами мерцала разноцветными огнями наряженная ёлка, с которой они промучались добрых полтора часа. Тепло. Тепло дома. На душе. Теплота в этот момент просто зашкаливала, разливаясь в их сердцах. Запах свежей выпечки витал в воздухе, создавая ещё более приятную атмосферу. — Коннор, смотри, — произнёс Хэнк, кивнув в сторону висящих на стене часов. — Минута осталась.       Коннор поднял голову и огляделся по сторонам. Длинная стрелка медленно, но верно двигалась к цифре «12». Андроид поднялся с дивана и подошёл к окну. Вот-вот должен был прогреметь салют. — Я приготовил подарок, — сказал подошедший лейтенант. — Мне? — Коннор просиял — Ну, а кому же ещё? Держи, железная голова, — Хэнк протянул ему подарок, обёрнутый в зеленую упаковочную бумагу.       Коннор аккуратно развернул упаковку и вынул оттуда синюю рубашку в красную клетку. Он повертел её в руках, тщательно рассматривая, а после поднял глаза на лейтенанта. — Спасибо, Хэнк. Я обязательно буду её носить, — лицо андроида озарила улыбка. — А почему рубашка? — Ну мне надоело, что ты ходишь в своём пиджаке из «Киберлайф». Он мне напоминает о том… О том, что ты андроид. Но ты слишком человечный, чтобы быть андроидом. — Понятно. Я вам благодарен, но у меня нет подарка. Я не думал, что… — Всё в порядке, Коннор, не парься. Ты и так много для меня сделал. Хэнк подмигнул. — Кстати, если хочешь, можешь загадать желание. — сказал Андерсон и повернулся к окну. — А оно сбудется? — Понятия не имею. Но люди любят это делать, надеясь на новогоднее чудо. 5… 4… 3… 2… 1…       Треск взрывающейся петарды разорвал ночную тишину. Тысячи разноцветных огоньков засветились на синем небе, даря счастье каждому смотрящему.       Коннор смотрел на это чудо, широко распахнув глаза. Его рот застыл в полуулыбке. И в правду, чудо. — Я загадал, — сказал Коннор не, отрывая взгляд от окна. — Загадал, что хочу всегда оставаться рядом с вами. — Коннор, ты в курсе, что желания нельзя произносить вслух, иначе они не сбудутся? Хэнк поймал недоумевающий взгляд андроида и улыбнулся. Если бы Коннор знал, что Хэнк загадал тоже самое.

9 января

— Лейтенант, вы где? — Коннор огляделся по сторонам.       Надо же, Хэнк только что стоял рядом с ним, а сейчас он будто испарился. Улица сплошь была покрыта снегом, который искрился на солнце. Аж в глазах рябит. — Лейтенант Андерсон, это не смешно! Выходите!       Неожиданно, брошенный комочек снега со свистом разрезал воздух и чётко впечатался в грудь андроида. — Получай, ведро с гайками!       Из-за сугроба выглянула довольная мина Хэнка. Коннор закатил глаза. — Лейтенант, вам же не пять лет. Пойдёмте домой, вы наверно зам… Очередной снежок не дал ему договорить, прилетев прямо в щеку. — Защищайся!       И Коннор попал под обстрел. Хэнк не щадил бедного андроида, безжалостно обкидывая его снежками. Всё, что оставалось сделать Коннору, это спрятаться за соседний сугроб. Он терпеливо ждал, когда Хэнк прекратить дурачиться. — Лейтенант, а можно спросить, что вы делаете? — крикнул Коннор, как только наступило затишье. — Это игра в снежки, — ответил лейтенант. — Лепишь комки из снега и бросаешь в противника. — Но это игра для детей! Мы с вами не дети. — Извини, Коннор, но ты-то как раз больше всего похож на ребёнка. — В смысле? — андроид выглянул из убежища, о чем тут же пожалел.       Снежок с невероятной точностью разбился о нос андроида. Ну конечно, Хэнк полицейский, ему трудно промахнуться. — Ну давай же, Коннор, попробуй! — Ну раз вы так хотите… — Коннор опустил взгляд на снег.       Андроид слепил аккуратный круглый снежный шарик. Он немного приподнял голову посмотреть, что делает Хэнк. Андерсон склонившись перед собой собирал в кучу снег, чтоб было проще лепить снежки.       Коннор рассчитал траекторию полёта шарика и прицелившись, бросил точно в макушку лейтенанта.

***

      Коннор держал в руках огромный ком снега и бежал в сторону отвлёкшегося лейтенанта. Ещё чуть-чуть и…  — Берегитесь!       Коннор впечатал снег прямо в лицо Андерсона. Однако за такое коварство ему тут же воздалось и он, потеряв равновесие, упал прямо на ошарашенного Хэнка. — О господи, Коннор! Ты хочешь чтоб я скопытился от инфаркта раньше времени? Коннор что-то неразборчиво промычал, лёжа на груди у Хэнка. — Слушай, ты тяжелый. Вставай давай. — Можно мы ещё чуть-чуть так полежим? Мне нравится.       Хэнк не ответил и снова повалился на снег. Он только сейчас заметил, что наступил вечер. На небе появлялись первые звёздочки, которые складывались в удивительные созвездия. Губы лейтенанта растянулись в улыбке.

15 января

— Ну я же вас предупреждал! Говорил: одевайтесь теплее, на улице очень холодно! Но вы меня как всегда не слушали и теперь что? — Коннор носился вокруг кашляющего Хэнка.       Тот лежал на кровати и практически не подавал признаков жизни. Только кашлял и кряхтел, когда переворачивался. Выглядел он весьма замучено. — Какие у вас есть лекарства? — спросил раздраженный андроид. — Я… — Хэнк кашлянул, — понятия не имею.       Лейтенант что-то мычал из-под одеяла, но Коннор всё-таки понял, что дома вряд ли что-то будет. Но всё же он решил поискать.       Спустя полчаса Коннор понял, что зря надеялся, он всё равно ничего не нашёл, кроме пары пачек аспирина. — Ну конечно. У всех нормальных людей имеется в доме аптечка, — Коннор взглянул в сторону спальни лейтенанта, — кроме Хэнка.       Андроид направился к выходу. Нужно же дать Андерсону лекарство, а значит его надо купить. — Лейтенант, я в магазин за лекарством. Будьте аккуратны.

***

      Прошло три дня. И за это время Коннор смог поднять лейтенанта на ноги. Он заставлял его есть, пить лекарства и всегда был рядом. В итоге, Хэнк стал чувствовать себя лучше. В отличии от Коннора.       Его диод мигал красным и он всё время ходил с опущенной головой. Стал очень медленно реагировать на всё. И когда Хэнк полностью выздоровел, до него дошло, что Коннор истратил все свои силы на его лечение. — Коннор, ради бога, иди отдохни, на тебе лица нет, — сказал Андерсон сидящему на краю кровати андроиду.       Коннор медленно поднял голову и посмотрел на него. В его глазах читалась вселенская усталость. — Со мной всё в порядке, если с вами что-то случится, я… — Коннор. Я здоров благодаря тебе. А теперь иди в свой спящий режим и отдохни. Я не хочу, чтоб твоя система совсем раздолбалась.       Конец фразы андроид уже не слышал. Он прикрыл глаза и опустил корпус на кровать. Режим перезагрузки. Завершение через: 19:59:45       Хэнк опустился на кровать рядом с андроидом. Коннор выглядел таким умиротворённым и по-своему красивым. Лейтенант аккуратно погладил RK800 по щеке. Его губы вновь тронула улыбка. Я тебя люблю.

22 февраля

— И почему Фаулеру приспичило вызвать нас в девять час вечера? Что ж ему не имётся?       Хэнк досадливо причитал о своей нелегкой жизни, пока Коннор терпеливо слушал и шёл рядом. — Я думаю, раз капитан Фаулер просит прийти в столь позднее время, значит случилось что-то серьёзное… Осторожно!       Коннор едва успел подхватить мужчину за спину. Хэнк поскользнулся и если бы не андроид, точно бы получил сотрясение мозга, ударившись о лёд. — Твою мать! Чуть не навернулся. Спасибо, Коннор, — Хэнк опёрся на Коннора и вернул равновесие.       Но Коннор замер. Диод почему-то покраснел, но стоило андроиду прикрыть глаза и успокоится, он вновь стал синим. — Ты чего? — спросил лейтенант, заметив беспокойство Коннора. — Я просто… Не знаю. Испугался за вас, наверное, — Коннор смущенно улыбнулся уголками губ.

6 марта

      Проходя по коридору, Коннор не сразу заметил печальный взгляд Сумо. Собака жалобно смотрела на андроиде и виляла хвостом. Коннор опустился перед ней на колени и почесал за ухом. — Эй, ну что ты грустишь? Хочешь поиграем?       Сумо помотал головой и вновь опустил морду на пол. Вдруг, Коннор заметил причину беспокойства собаки. Синяя миска была пустая. Андроид нахмурил брови. — Хэнк, как давно ты кормил Сумо? — крикнул он. — Эээ… Я не помню. А он голоден? — послышалось из соседней комнаты. — Видимо, да.       Коннор поднялся и пошёл на кухню за кормом. Открыв шкафчик, он понял, что этого корма было, как кот наплакал. Да уж, Хэнк совсем запустил собаку. — Вот, кушай, дружок, — Коннор насыпал в миску остатки пакета.       Собака радостно взвизгнула и бросилась к еде. Пока Сумо ел, Коннор размышлял о том, как бы деликатно намекнуть Хэнку, что у него есть собака и её нужно кормить.       Закончив, Сумо потёрся носом о коленки андроида в знак благодарности. Коннор улыбнулся и приласкал пса. — Да ты мой хороший! Самый прекрасный пёс на свете.       Сумо перевернулся на спину, предлагая почесать себе живот. Коннор совсем развеселился. — Кто хороший мальчик? Сумо хороший мальчик, — сказал андроид, почёсывая белое пузико собаки. — Какой же ты милый! Как я тебя люблю.       Коннор продолжал развлекаться с собакой, в том время, как Хэнк стоял за его спиной и не верил своим ушам. Коннор… любит? Он любит Сумо. — Всё в порядке? — спросил Коннор, встав с колен. — Сумо был голоден и корм закончился. — А? Да-да, я сейчас схожу в магазин, — Хэнк в спешке прошёл на кухню. А способен ли ты полюбить меня?

13 апреля

      Хэнк выспался. Да, сегодня вторник, а это значит в восемь утра звенит будильник и они с Коннором идут в участок.Будильник не сработал, Хэнк проспал. До него это дошло только тогда, когда его взгляд упал на часы. 13:09 Фаулер их прикончит. Хэнк наспех оделся и выскочил из комнаты. — Коннор! Говнюк, ты почему меня не разбудил? Знаешь же, что Фаулер вставит нам по самые гла…       Он замер на полуслове. Ему предстала странная картина. Коннор со своей фирменной милой улыбочкой и в рубашке, подаренной ему Хэнком на Новый Год, стоит в центре кухни с тарелкой жаренного бекона и стаканом дымящегося кофе. — С днём рождения, Хэнк! — воскликнул Андроид.       Когда до Хэнка дошёл смысл этих слов, Коннор уже порхал вокруг него, усаживая за стол. Лейтенант обернулся, чтобы посмотреть на календарь. 13 апреля — Мой день рождения… — Хэнк озадаченно посмотрел на свой завтрак. — Сегодня. — Ну да, а ты что, забыл? Капитан Фаулер дал тебе на весь день отгул, поэтому я отключил будильник. Завтракай быстрее, у нас куча дел, — Коннор воодушевленно рассказывал о своих планах. — Послушай, Коннор. Я… Не очень хочу отмечать свой день рождения, — Хэнк виновато почесал затылок. -…после обеда мы едем в торговый це… Что? Почему? — Андроид тут же потух. — Считаю этот праздник бесполезным. Ну стал я на один год ближе к смерти и что? Не вижу в этом повода для веселья. — Понял. Извини, я всё отменю, — расстроенный Коннор вышел из-за стола и скрылся в коридоре. «Обиделся» — моментально понял Хэнк. Он продолжал жевать и размышлять. «Ну, а с другой стороны, почему бы и не сходить? Погуляем, как Коннор хотел. Уж ради него можно выйти из своей берлоги» Закончив завтрак, Хэнк помыл посуду и направился в зал.       Коннор не двигаясь сидел на диване и переключал каналы телевизора. — Надеюсь, ты не успел всё отменить, потому что я иду собираться. Уголки губ Коннора поползли вверх.

***

— Я конечно знал, что от тебя можно ожидать что угодно, но с этим ты точно переборщил. Я сваливаю.       Хэнк сделал попытку встать, но Коннор надавил ему на плечи, возвращая на место. — Это просто стрижка, Хэнк. Нет ничего плохого в том, что твои волосы немного постригут. — А может мне нравилось? — О, парикмахер идёт. Я уверен, тебе будет нравится ещё больше. Пойду почитают журнал. — Коннор, я тебя ненавижу!

***

      Андерсон вертелся в примерочной, меняя принесённые Коннором рубашки. Теперь ему даже видно лучше было, ведь седые локоны больше не спадали на глаза.       Остановив свой выбор на рубашке бордового цвета, он вышел из кабинки.       Коннор, восседающий на кожаном кресле, сложив руки на коленях, одобрительно кивнул и направился в сторону кассы.       Хэнк всё ещё не понимал, для чего его так готовят, не на свидание в ресторан же ведут. Хотя…

***

— И куда мы теперь идём? — Хэнк с завязанными глазами волочился за андроидом. — Потерпи, сейчас увидишь, — Коннор аккуратно вёл за руку лейтенанта к нужной комнате. — Всё, снимай повязку, мы пришли. Хэнк стянул ткань и огляделся. До боли знакомое место. Участок. — И зачем мы сюда припёрлись? Фаулер решил поздравить меня лично? — Сюрприз!!! — Угадал, Андерсон! — воскликнул капитан Фаулер.       Зажёгся свет и откуда ни возьмись, повыскакивали друзья и сослуживцы Хэнка. Только сейчас он заметил, что зал был украшен к празднику, а в центре стоял стол с огромной пиццей. — Я знал, что ты не любишь торты, поэтому я купил пиццу, — сказал тихо Коннор лейтенанту.       Друзья тут же налетели на Хэнка поздравлять и дарить подарки. Андерсон поднял взгляд на андроида, стоящего чуть поодаль и одними губами прошептал: «Спасибо»

***

      На следующее утро Хэнк встал даже раньше будильника, так как выспался. И первое, что он обнаружил, это лежащая на тумбочке маленькая белая коробочка и записка: «Доброе утро. Я не хотел беспокоить тебя вчера, поэтому дарю подарок сейчас. С Днём Рождения!»       Хэнк тут же расплылся в улыбке. Он открыл коробку и достал оттуда брелок для ключей. Казалось бы, какой-то странный подарок на день рождения, но он стал Андерсону дороже всех остальных.       Брелок представлял из себя сердце, внутри которого была фотография Коннора, обнимающего Сумо.

*****

— Не надо, я сам помою, — Коннор жестом руки сказал Хэнку сидеть на месте, а сам взял посуду и пошёл к раковине.       А Хэнк совершенно ничего не понимал. Почему Коннор всё ещё с ним? Почему он не сбежал, когда была возможность? Неужели ему нравится терпеть выходки Хэнка? На эти и многие другие вопросы лейтенант искал, но не находил ответа.       Они с Коннором давно вышли за рамки дружеских отношений. Может, Коннору и было всё равно, но не Хэнку. Он долго над этим думал и пришёл к выводу, что им нужно обо всём поговорить. — Коннор, присядь пожалуйста, я хочу кое-что обсудить, — сказал он андроиду, когда тот закончил. — Конечно, Хэнк, — Коннор послушно сел за стул напротив и сложил руки в замок на столе. — С чего бы начать… — Хэнк подумал, и решил, что лучше начать с вопроса, который мучает его уже очень долго. — Коннор, ты любишь меня?       Андерсону уже хотелось набить себе морду за такой вопрос, но отступать уже поздно.       Коннор поколебался. Диод мигнул жёлтым, но потом снова посинел. Он не знал, как ответить на этот вопрос. — Смотря что ты подразумеваешь под любовью. «Грамотно выкрутился» — подумал Хэнк. — А ты как думаешь? — Андерсон с вызовом посмотрел на андроида. — Любовь — чувство, свойственное человеку, глубокая привязанность и устремлённость к другому человеку или объекту, чувство глубокой симпатии. Любовь рассматривается также как философская категория, в виде субъектного отношения, интимного избирательного чувства, направленного на предмет любви. Любовь выступает важнейшим субъективным индикатором счастья — Неплохо. Но такой ответ подразумевает твоя программа. Что ответит не андроид-Коннор, а человек-Коннор? RK800 снова забеспокоился. Он нахмурил брови и часто моргал. — Любовь это… Это когда ты заботишься о человеке, когда переживаешь за него. Готов многим пожертвовать ради него. Любовь, это когда у вас один мир на двоих. Это когда ты примешь его любым и не важно, каких тараканов имеет твой предмет обожания. Это привязанность. Это спасение.       Коннор совсем разнервничался. Диод сверкал то жёлтым, то красным. Он нервно сжимал пальцы рук и не смотрел на Хэнка. Видимо, тяжело ему говорить о любви. — А ты что-нибудь из этого чувствуешь, Коннор? — Хэнк наклонился к нему ближе. Скажи, что чувствуешь. Пожалуйста. — Я… — Коннор на секунду прикрыл глаза в попытке успокоится. — Я переживаю за тебя. Злюсь, когда одеваешься легко в мороз. Радуюсь, когда делаю тебе приятно. Пугаюсь каждый раз, когда с тобой что-то приключается, — Коннор улыбнулся, вспомнив тот случай зимой, когда он едва успел поймать Хэнка. — Мне нравится проводить с тобой время. Я не чаю души в Сумо. Я чувствую, что если тебя не станет, то какая-то часть человечности умрёт во мне.       Они молча смотрели друг другу в глаза. Хэнк знал, что скажет Коннор. Он должен это сказать. — Полагаю, я люблю тебя.       Хэнк резко выдохнул. Вот оно. То самое чувство, что сжигало их изнутри теперь вырвалось наружу. Оно летало в воздухе, согревая каждому сердце. Но у Хэнка был ещё один вопрос. — И ещё один вопрос, Коннор, — лейтенант встал из-за стола и подошёл к андроиду. — Ты хочешь меня поцеловать?       Коннор поднял взгляд. В этих карих глазах отражалась доброта всего мира, сочувствие и великодушие каждого человека. Человечность. Самая, что ни на есть человечность. — Наверное я не должен, но… Почему-то хочу.       И Хэнк его поцеловал. Сорвался. Жадно впивался в его губы, проникая языком в чужой рот. Сначала Коннор не совершал ответных действий, но, быстро вникнув в суть происходящего, с ещё большим напором набросился на Хэнка. Обнимая андроида, Хэнк спросил: — Помнится, когда-то ты мне что-то рассказывал про глубину твоего сердца. Что-то о том, что я понятие не имею, насколько оно глубоко. А на какой глубине я? — А ты не чувствуешь? Ты на самом дне.