Верни мою жизнь

Джин сидит на краю кровати, нервно теребя край футболки. — Волнуешься? — внезапно появившийся после душа Намджун застал омегу врасплох. — Немного, — натянуто улыбнулся Джин. Альфа кинул полотенце на пол и подошел к Джину, приподнимая того за плечи и утыкаясь носом в изгиб шеи, вдыхая любимый запах. — Не бойся, доверься мне, — горячее дыхание опаляло кожу. Джун стал касаться губами оголенных участков кожи. Когда Намджун подхватил Джина на руки, тот охнул, покрепче обхватив шею альфы. Бережно уложив омегу на кровать, Нам стал стягивать с него свою же футболку. Под ней скрывалось идеальное тело. Такое, как любил он. Плоский живот, тонкая талия и вмеру широкая для омеги спина. Увидев на себе заинтересованный взгляд, Джин стал тянуть футболку обратно, стараясь прикрыться. — Не стоит, ты идеален, — Намджун откинул ненужную вещь и навалился сверху, вдавливая всем своим телом парня в кровать, — это ведь твой первый раз, да? Новая вспышка смущения заставила лицо порозоветь. Все, что смог сделать Джин, это кивнуть в ответ. — Я буду нежен, — Намджун стал зацеловывать лицо любимого . Приятно осознавать, что ты первый и последний, потому что не подпустишь никого больше, потому что это — твое. Твое и никого больше. Джин стал зарываться пальцами в вихри Намджуна, пытаясь поспевать за махинациями альфы, но получалось не очень. Когда тело сверху исчезло, Джину стало немного прохладно. Сильные руки, обхватившие его штаны, резко сдернули их. Омега поднял голову. Намджун встал с кровати, открыл тумбу и достал бутылочку с какой-то жидкостью и презервативы. Неприятный ком застрял в горле. — Я ведь не первый здесь. Много кого приводил, да? — Первый. Я не спал ни с кем у себя дома. Все встречи происходили в отелях, — Намджун вернулся в исходное положение. — Это мерзко. — Зато честно. Было все это давно. Сейчас я не могу смотреть на кого-то кроме тебя, не возбуждают. — Почему голый только я? Раздевайся, я помогу, — омега перевел тему. — Слушаюсь, моя принцесса, — стянув с себя футболку, Намджун почувствовал прохладные прикосновения на своей груди. — Почему… почему у тебя вся грудь в шрамах? — Боевые ранения, не переживай, зажило быстро, — отмахнулся Джун. Взяв баночку, он вылил чуточку содержимого на пальцы и разведя колени омеги, коснулся ими дырочки. Джина как током ударило, пытаясь скрестить ноги, он схватился руками за плечи альфы. — Эй, успокойся. Я не сделаю тебе больно, — Намджун налил еще чуть-чуть жидкости и наклонился поцеловать омегу. Пока тот был отвлечен, альфа протолкнул один палец, услышав болезненный стон. Джин уперся ладонями в плечи, пытаясь спихнуть тяжелое тело с себя. — Тшш, малыш, тише, тише — Намджун стал медленно двигать пальцем внутри омеги, — расслабься, не будет так больно. Джин мотал головой, все так же пытаясь оттолкнуть. Как такое может кому-то нравится? И этим занимаются каждую течку? Более менее привыкнув к ощущениям и отвлечась на поцелуи, Джин получил вторую порцию боли, когда к одному пальцу прибавились еще два. Альфа то двигал ими вперед и назад, то разводил на манер ножниц. — Намджун, хватит, мне б-больно, давай прекратим, я погорячился, — сдерживая порывы плача шептал омега. — Потерпи чуть-чуть, скоро боль уйдет, — Намджун сделал толчок глубже, Джин изогнулся, а из его глотки вырвался глубокий, протяжный стон, — так вот где она, — Намджун стал двигать пальцами в том положении, заставляя Джина захлебываться наслаждением. Когда Джин был разработан, альфа высунул пальцы и снял боксеры. Разведя ноги омеги в разные стороны и устроившись между ними, Намджун стал зацеловывать омегу и резко вошел. Джин укусил альфу за губу, схватившись за его волосы. Больно. Адски больно. Будто тебя разрывает изнутри. Намджун замер в ожидании, давая привыкнуть. — Мне прекратить? — Нет, п-продолжай, все равно уже поздно, — утирая проступившие слезы говорил омега. — Учти, я предупреждал, — Намджун сделал первый толчок. Джин сжал между зубами кусок одеяла, обвив руками шею альфы. После нескольких толчков его опять накрыла волна наслаждения. Намджун стал прижимать парня к себе, сильнее вдалбливаясь в нужном градусе. Стоны стали разноситься по комнате, смешиваясь с глухими шлепками двух тел. Толчки стали жестче и глубже, а омега полосовал спину Намджуна, вгрызаясь в губы альфы. Его. только его. Джин стал сжимать член Джуна в себе, бурно кончив и замарав животы двоих. Намджун, предчувствуя скорую разрядку покинул расслабившееся тело и, проведя пару раз вверх-вниз, кончил. Увалившись рядом, альфа придвинул к себе Джина и, прикрыв одеялом, обнял, тихо прошептав, — ты незабываем.

***

Утро встретило парней яркими лучами солнца, которые пробивались через портьеры. За закрытой дверью послышался лай Чаки. Тот пытался зайти в комнату, дверь которой была закрыта. — Сейчас, сейчас, — Намджун открыл одеяло и, встав голыми ступнями на пол, пошел к объекту шума. Впустив пушистого в комнату, он скрестил руки на груди, — у меня ощущение, что ты наш сын, а не домашний питомец. Под слова альфы Чаки залез на кровать и подобравшись к Джину, стал облизывать его лицо. — Боги, Чаки, успокойся, — заворчал Джин, пряча лицо, — дай полежать. — Хотя знаешь, — Намджун приземлился рядом с собакой, — я без твоего папы тоже жить не могу, — альфа наклонился и, стянув одеяло с лица, поцеловал в лоб, — как себя чувствуешь? — Зад болит немного. — Кофе или чай? — Мм...кофе, — немного подумав, ответил омега. Джин спустился вниз, когда Намджун позвал его. Две чашки кофе стояли на столе, а рядом, в тарелке, лежала горсть разных конфет. Намджун помог сесть на стул, на что омега благодарно кивнул. — Сегодня мы оба дома, я только съезжу в аптеку, возьму тебе что-то, — взяв в руки чашку, альфа сделал глоток. — Угу, — в прихожей раздался звонок мобильного телефона, — о, это мой. Намджун~а, подай, пожалуйста. Альфа пошел за телефоном, на экране свершилось имя Чонгук. Неужели тот самый? Отнеся телефон, он сел напротив, слушая разговор. — Да, Чонгук, что-то хотел? — Привет. Слушай, нам с Юнги нужна консультация юриста и, заодно, бумаги поможет подписать. На выходных сможешь? — На выходных? — Джин поднял голову на своего альфу, тот положительно кивнул, — да, смогу. Во сколько? — Давай к 14.00, в субботу. — Хорошо. — Спасибо, пока. — До встречи. Омега отключил звонок и положил телефон на стол. Намджун встал со своего места и пошел споласкивать чашку. — Слушай, Джин, а где ты будешь встречаться с Чонгуком? — включив воду заговорил альфа. — Зачем тебе? А Чонгука откуда знаешь? — Просто ответь мне, это очень важно. — Вначале скажи, зачем? — Это касается моей работы, — выключив воду, Намджун взял полотенце, став вытирать руки. — Только не говори мне, что это твое незаконченное дело, — засмеялся омега, делая глоток из чашки. — Именно. — Не смешно, Намджун, — чуть улыбаясь проговорил омега. — А я и не смеялся. — Что ты хочешь с ним сделать? — Убить. Его и Ким Тэхена, — продолжая смотреть в глаза, монотонно произнес Намджун. — Зачем тебе это? — омега отставил чашку, поворачиваясь корпусом к собеседнику. — Отомстить. Наказать. Ему удалось обвести меня и украсть игрушку, это не простительно. — Не вздумай. Они — часть моей семьи. Все, что было между вами, в прошлом, отпусти его. Я не знаю и не хочу знать эту историю, теперь у тебя есть я, и я не позволю. — Я уже все решил и не пойду против планов. Джин положил руки на стол и прикрыл глаза. Судьба шутница. Любимый человек — враг его семьи. Надо собраться. Вдох-выдох. Устала глаза оторвались от стола и врезались во встречный взгляд. —  Знаешь, я могу смириться с убийством кого угодно, кроме своих родных. Ты... ты убьешь их, несмотря ни на что? — внутри омеги молилась душа. Пожалуйста, пусть он скажет «НЕТ», и мы уедем далеко, и будем счастливо жить. Пожалуйста… — Да. — Ублюдок, — резкое движение пронзило острой болью омегу, но тот не взирал на нее. Подойдя к альфе, он ударил того по лицу, — я не предам семью. Убьешь ее - убивай и меня, они для меня важнее, чем ты. — Я не трону тебя и пальцем, — сжимая кулаки, сквозь зубы говорил Намджун. — Тогда я убью себя сам. А теперь, не смей ко мне больше приближаться, мы расстаемся. Ты — моя самая худшая ошибка. Тихие шаги эхом раздавались в голове альфы. Спустя пятнадцать минут послышался жалостливый скулеж Чаки. Хлопок двери. Намджун понял, он видел свою любовь в последний раз. Он сделал решение не в его пользу.