Flowers whispered to me your name.

Понятие "Адекватное" было довольно относительным касательно Торда. Парень мог спокойно пронести с собой в торговый центр оружие или что-то вроде того, что для обычных граждан было как минимум непонятно. Но то, что творилось с его телом теперь, никак не вписывалось в понятие "Адекватности" даже для Ларссона. Вот и сейчас, норвежец сидел у себя на кровати и рассматривал алый бинт, сквозь который просачивались маленькие лепестки роз, бренно падающие на пол. С самого утра, Торд не открывая глаз молил о том, что бы все, что происходило сегоднешней ночью осталось всего лишь тупым сном, но Ларссон закашлялся, откашливая три маленьких лепестка, пока по бледной губе, струйкой сочилась кровь. Сейчас рогатый просто валялся в постели, без какого либо желания просыпаться. Парню больше не хотелось спать, но и идея встать, не сулила ничего волшебного. Нет, Торд не был каким то замкнутым, или депрессивным человеком, Ларсон наоборот всегда мог найти даже в приходе Тома в комнату, что нибудь ободряющее и даже иногда радовался, когда алкоголик заваливался к ним в жилье. Правда радовался Ларссон по своему. -Торд... С тобой все хорошо?- Послышался скрип двери и в комнату заглянул обеспокоенный Гулд -Ты пропустил завтрак... Торд, тебе плохо?- Паренек пригляделся с беспокойством глядя на друга -Нет Эдд, все хорошо.- Торд приподнялся и сел на кровать, пытаясь выдавить из себя фальшивую улыбку. -Ты уверен? Выглядишь как подраный кот... -Это все из за погоды, не бери в голову, я сейчас спущусь- Эдд одобрительно кивнул и вышел из комнаты, оставляя Ларссона одного. Спустя пару минут, рогатый уже стоял перед зеркалом в ванной и сняв с себя худи, стал разглядывать новые цветы. Правая рука в этот раз пострадала больше всего, на ней были уже четыре раскрывшихся бутона, ровно столько же сколько росло и из груди Торда. На уровне сердца располагалось два цветка, они были значительно больше остальных, на правой ключице были еще толком не раскрывшиеся бутоны, но это не мешало им ужасно чесаться и побаливать. Парень продолжал с ужасом рассматривать спину, бока, даже в волосах были небольшие, еле заметные цветки, они были повсюду и казалось, что еще неделька и Торд превратиться в алую клумбу. Все тело норвежца было усыпано в прекрасных, алых цветах, они отменно пахли и блестели, будто дорогой фарфор стоящий за стеклянной ветриной где то у бабушки в гостинной, казалось, что при любом прикосновении они тут же разлетятся на маленькие, еле заметные осколки. Но этот вид был обманчив, цветы крепко держались за последние минуты своей жизни и все же неминуемо осыпались, падая в раковину, пока Торд, скрипя зубами срезал их, один за другим. С рук рогатого капала свежая, еще теплая кровь, пока Торд продолжал обрезать цветы с ключиц, парня уже не волновало, ни его состояние, ни нервные стуки в дверь. -Идиот, не заставляй меня выламывать дверь!- Послышался знакомый голос по ту сторону. Но Торд не слушал, что ему говорили, в ушах звенело, будто огромные колокола били со всей дури прямо над ухом у Ларссона, ноги подкашивались а перед глазами все плыло и переодически белело. Норвежец сжал в руке нож и потянулся к его последней цели, но Торда остановил жуткий грохот выбитой двери, а после глаза парня безнадежно слиплись, теряя равновесие и бренно падая на пол. Благо его подхватил быстро подоспевший Томас. Риджуэлл мгновенно оглядел Торда, оценивая масштаб проблемы и ужаснулся, оборачиваясь на остолбеневшего Мэтта и Эдда, закрывающего лицо рукой от ужаса -Чего встали?! Быстро звоните в скорую, у него пульса нет!...- ***