Глава 2.
26 марта 2026 г., 22:29
Утро первого сентября наступило слишком быстро. Джинни долго лежала в кровати, хотя уже давно не спала. Шторы были задернуты, так что в комнате царил приятный полумрак. Карликовый пушистик Арнольд сидел рядом на подушке и тихонько урчал. За стеной раздавались возгласы и беготня — хаос, который всегда раздражал её.
Но пора было подниматься. Вздохнув, Джинни села, натянула джинсы и легкий свитер.
Посадила пушистика себе на плечо и, нежно потершись о него щекой, вышла из комнаты.
На лестничной клетке она ловко увернулась от стремительно несущейся прямо на нее рыжей молнии: это Живоглот со всех ног улепетывал из комнаты Рона. Тот выскочил следом, тряся скомканной простыней.
— Он напрудонил мне на кровать, этот чертов кот! Гермиона!
— А может, это ты сам, малыш Ронни, — Джинни засмеялась, глядя на брата.
— Джинни! А ну уйди с глаз моих! — рыкнул Рон. Отшвырнув простыню, он со свирепым лицом направился вниз по лестнице — разбираться с Гермионой.
Джинни же спокойно позавтракала в саду, неспешно почистила зубы и, усадив Арнольда в переноску, первой была готова к отъезду.
На Кингс-Кросс их должны были отвезти министерские машины.
Во время прощания с Биллом и Флер Джинни переглянулась с Гермионой и фыркнула, когда Флер расцеловала Гарри в обе щеки. Зато отвела душу, подставив Рону подножку, когда тот ломанулся за своей порцией поцелуев. Тот шмякнулся в пыль у ног красавицы и, красный как помидор, не прощаясь удалился в машину. Джинни же окинула Гарри презрительным взглядом (поцелуи ему явно понравились!) и показательно села в другую машину, чтобы не ехать рядом с ним.
После того, как Гарри обозначил свое отношение к ней, назвав сестрой, Джинни провела остаток каникул в легком унынии. Сначала даже проплакала пару часов, но… Это же Гарри! Гермиона по-секрету рассказала ей, как неудачно сложились их отношения с Чжоу Чанг. И пусть сердце Джинни сжималось от обиды, пусть она посмеялась над его неуклюжестью и неловкостью в поведении с девушкой, внутренне от выдохнула от облегчения: Гарри свободен. Ни в кого больше не влюблен. В нее, конечно тоже, но теперь это не будет так печалить.
***
Их высадили у здания вокзала, откуда они в сопровождении двух мракоборцев направились на платформу 9 и ¾. Женский голос объявлял посадку. Пассажиры сновали туда-сюда, толкая перед собой тележки. Джинни проводила взглядом Гарри, который недовольно отмахнулся от мракоборца, что попытался за ручку провести его через барьер. И, хохотнув, пошла следом. Хогвартс-экспресс стоял, готовый вот-вот тронуться. Синее небо скрывалось за клубами пара. Джинни с удовольствием вдохнула ни с чем не сравнимый запах железной дороги — угля и креозота. Она любила начало учебного года. Наконец она вернется туда, где она может быть собой. Уже в поезде они встретились с Дином. Джинни с удовлетворением отметила, что он стал еще выше и шире в плечах. Голубая футболка очень красиво подчеркивала его темную кожу и выгодно выделяла мышцы рук и пресса. Дин радостно подхватил ее на руки и со смехом увлек за собой в пустое купе, где, заперев дверь, тут же накинулся на нее с поцелуями. Они переместились на кресло, и Джинни села верхом на колени парня. Сильные руки обнимали ее, прижимая крепче. Джинни упивалась тем, насколько Дин рад был видеть ее после двухмесячной разлуки. Его теплые пальцы скользнули под свитер, игриво касаясь ее живота. Джинни, разорвав поцелуй, убрала его руки и тихонько рассмеялась. — Осторожнее, молодой человек, — Джинни переплела их пальцы и прижала его руки к спинке кресла. — Прости, сложно сдержаться, — Дин улыбнулся с закрытыми глазами и еще раз чмокнул ее в губы. С его колен Джини перебралась на соседнее кресло и уселась там, подобрав под себя ноги и изящно потягиваясь. В своих отношениях они пока не заходили дальше поцелуев и довольно смелых прикосновений. Джинни объясняла, что не готова. А Дин не торопил ее, не настаивал, и ей это нравилось. В отличие от Майкла! Конечно, долго занимать купе единолично им не удалось. В дверь забарабанил Симус, и Дин впустил его. — Вот вы где! — Финниган ввалился внутрь, швыряя чемодан в угол. — Насилу вас нашел. Друзья все лето не виделись. Так что Джинни, закинув ноги на колени Дина, предоставила им возможность поболтать вдоволь, а сама задумчиво смотрела в окно на проносящиеся мимо поля. Да, как же умно она все-таки поступила, не став поспешно разрывать отношения с Дином. Она за лето и забыла, как с ним было хорошо и спокойно! Он так любил ее, да еще и стал еще более привлекательным. Джинни была уверена, что девчонки обзавидуются, увидев, как он изменился. А еще Джинни не без злорадства и мстительности вспоминала, как отшила Гарри всего минут пятнадцать назад. Поезд только-только тронулся. Она, распрощавшись с Роном и Гермионой, болтала с подружками в коридоре и предвкушала встречу с Дином. И тут кто-то положил руку на ее плечо. Увидев, кто это, Джинни, кажется, растаяла от одного прикосновения. Гарри, должно быть, потерял друзей. Каким же одиноким и растерянным он выглядел! — Пойдем поищем свободное купе? — его печальные зеленые глаза смотрели на нее с надеждой, и Джинни даже почувствовала укол совести, когда с деланным весельем ответила: — Не могу, Гарри, я обещала Дина встретить. Позже увидимся! — и, легко развернувшись, упорхнула. Ах, как она хотела обернуться и посмотреть на его реакцию! Или же просто остаться с ним. Или чтобы он сам удержал ее за руку и попросил остаться. Или… В глубоких раздумьях Джинни и не заметила, что Дин обращается к ней. — М? — переспросила она. — Я говорю, что хотел бы податься в команду по квиддичу в этом году. Что думаешь? Дин и Симус выжидательно уставились на нее. — А… Да, солнце, конечно! Это было бы круто! Дин, удовлетворившись ее ответом, снова развернулся к Симусу и пустился в объяснения того, как много за прошедшее лето он читал о квиддиче. Джинни же, сославшись, что хочет пройтись и навестить подруг, вышла в коридор. Помахала знакомым ребятам с Когтеврана - те замышляли тайком выкурить по сигаретке, отказалась от их предложения присоединиться и поспешила в купе, где разместились однокурсницы. Но тут к ней пристал Захария Смит. — Здравствуй, Уизли, как поживаешь? — нагло заявил он, преграждая дорогу. — До этого момента было неплохо, — пробормотала Джинни и скрестила руки на груди. Захария обладал потрясающей способностью раздражать одним невинным словом, но его слова как правило были далеко не невинны. Потеснив его, Джинни продолжила путь, но тот не отставал. — Куда направляешься? Вопрос Джинни показательно проигнорировала. — Газеты все лето писали о вашем приключении в Министерстве… — Захария назойливой мухой продолжал кружить рядом. — Но информация-то у них разнится. Интересно мне стало, в чем же правда. Мы ведь с тобой хорошо знакомы, Джинни, а, Джинни? — Смит, тебе чего надо, а? — не выдержала Джинни, резко останавливаясь и поворачиваясь к нему. — Хотел у первоисточника узнать, что же на самом деле случилось. А то земля, знаешь ли, слухами полнится. Это правда, что Гарри Поттер — проклят? — глаза его горели ехидством. Говорил он громко, так, что на них уже начинали коситься студенты. Захария Смит, по мнению Джинни, вообще был последним придурком и обожал устраивать шоу из чего ни попадя. — Слушай, Смит. Отвяжись, хорошо? — Джинни посмотрела на него исподлобья, а тон ее был предупредительный. — Почему же? Слушай, мы же все хотим знать! — объявил он уже во всеуслышание, совершенно не скрывая, что устроил это ради представления. Джинни раздраженно оттолкнула его с дороги. — Расскажи, что там было? — кричал он вслед. — Дружка своего хочешь прикрыть? Так он Избранный? Или все-таки съехавший? Джинни стиснула зубы. Рука уже нырнула в карман, нащупывая волшебную палочку. А Захария не умолкал — на свою беду. — Поттеру суждено помереть или нет? Пишут, что пророчество… Договорить Захария уже не успел. Джинни выкрикнула заклинание летучемышиного сглаза, даже не успев обдумать последствия. Под воздействием ярости вышло очень мощно. На парнишку летела стая летучих мышей. Тот, взвизгнув, побежал было, но куда там… летучие мыши облепили его, кусая, пища и закрывая обзор, а Захария пищал не хуже них, размахивая руками, и в конце концов упал, не удержав равновесия. Все, кто был в коридоре, покатились со смеху. Кто-то уже выглядывал из купе. Джинни удовлетворенно вздохнула. Она собиралась было отправиться дальше, как… — Юная леди, постойте! Джинни так и застыла посреди коридора — одна нога поднята, палочка в руке. Медленно она развернулась — к ним плыл очень толстый низкий мужчина в бархатной мантии — лысый, но с шикарными пышными усами. Смех внезапно стих, а коридор опустел. — Удивительно! — воскликнул толстяк. Будто опомнившись, он махнул палочкой в сторону Захарии, буркнув формулу для прекращения летучемышиного сглаза. — Я — профессор Слизнорт, — сказал он и даже протянул ей руку. А Джинни, обомлев, пожала ее. — Великолепная магия! А какой уровень! Он смотрел на нее во все глаза, а Джинни сконфуженно переминалась с ноги на ногу. — Профессор, я… простите, этого не повторится. — Ну что вы, юная леди, вы меня просто поразили, — он повернулся к Захарии, который, кряхтя, поднимался с пола. — Что же вы натворили, молодой человек? Никак, хотели урвать поцелуй без спроса, — профессор добродушно рассмеялся, закрыв глаза, и не заметил, как в отвращении скривились и Джинни, и Захария. — Что ж, ступайте, молодой человек, и впредь будьте осторожны. Слизнорт погрозил Захарии толстым пальцем и вновь обратился к Джинни. — Как же зовут это юное дарование? — Джинни… Джинни Уизли я, — буркнула она, желая поскорее сбежать. — Я буду рад, если вы разделите со мной обед, через час в купе “Ц”, — улыбнулся профессор. И Джинни осторожно попятилась. — Извините, я правда больше не буду, профессор… и… — Не пугайтесь, мисс Уизли! Это просто дружеский обед с еще несколькими учениками, буду ждать, дорогая, буду ждать.***
Когда в назначенное время Джинни подошла на место, через окошко она отметила, что купе профессора Слизнорта было неожиданно просторным. Внутри уже находилось трое: два знакомых старшекурсника и еще один парень, которого она раньше не видела. Он сидел у окна, закинув ногу на ногу, словно у себя дома. Черные волосы были зачесаны назад, но несколько прядей небрежно падали на высокий лоб. Черты бледного лица с четкими скулами казались слишком правильными. А взгляд серых глаз был слегка надменным. Он с чуть скучающим видом слушал Слизнорта, иногда кивая и усмехаясь. Джинни так и не успела постучать — дверь перед ней распахнулась, и Слизнорт втянул ее внутрь. — А вот и наша сегодняшняя героиня, про которую я вам рассказывал, — объявил он. — Прошу, господа, Джиневра Уизли — невероятно одаренная ведьма и очаровательная особа, — подмигнул он. Джинни смущенно кивнула. Старшекурсники улыбнулись ей. А вот третий перевел на нее ленивый взгляд лишь когда Слизнорт перешел к его представлению. — Блейз Забини. Исключительная жемчужина. Блейз начал обучение в Хогвартсе, но затем на четыре года отправился на учебу в Италию. Он у нас юный гений зельеварения. Да, в Италии, разумеется, совершенно иной подход к изучению зелий… — Менее занудный, — перебил Блейз с кошачьей ленцой в голосе. Слизнорт расхохотался, и Джинни почувствовала, что уголки ее губ тоже дрогнули. Слизнорт усадил ее на диван напротив ребят и упомянул, что ожидается еще двое гостей - мистер Лонгботтом и, конечно же, мистер Поттер. — Я знаю обоих, мы дружим, — заметила Джинни, и Слизнорт воодушевленно раскудахтался и поспешил выглянуть в коридор — не идут ли запоздалые гости. — Рад снова быть в Британии, — небрежно бросил Забини. Джинни не понимала, предназначались эти слова всем или только ей. Но парень смотрела прямо ей в глаза и улыбался открыто и самодовольно. — Особенно в такой компании. — Только не обольщайся, — ответила она, возвращая ему его ироничный тон. — Не один ты тут талантливый. — Я уже понял. Он продолжил пристально смотреть на нее, и Джинни в ответ не отрывала взгляд — это был уже вызов. Их негласное общение было прервано появлением Гарри и Невилла. Слизнорт вновь начал всех представлять, а Джинни поймала на себе недоуменный взгляд Гарри и, неловко улыбнувшись, чуть пожала плечами. Блейз уже не смотрел на нее, к ее легкому сожалению — он внимательно изучал новоприбывших. Все пошло своим чередом. Слизнорт, очевидно, решил пригласить людей со связями, поняла Джинни. Маркус Белби был племянником одюного выдающегося чародея, изобретателя Волчьего противоядия. Дядя Кормака Маклаггена оказался какой-то влиятельной шишкой в Министерстве. А когда Слизнорт начал допрашивать Невилла, сердце Джинни сжалось от жалости и невольного стыда за профессора — родители Невилла, прославленные мракоборцы, находились до конца жизни в Больнице Святого Мунго, а разум из навсегда был поврежден. Этот Блейз Забини, как выяснилось, был необычайно талантливым и умным учеником в области зелий. А его мама была владелицей международной сети зельеварных магазинов. И, наконец, Слизнорт добрался до Гарри. — А теперь — Гарри Поттер! С чего же начать? У меня ощущение, что при нашей встрече летом я лишь чуть-чуть копнул у самой поверхности… Вас теперь называют избранным. Джинни, вжимаясь в спинку диванчика, напряженно наблюдала за ними. Слова Слизнорта ее насторожили, она невольно начала волноваться, хоть и понимала, что Гарри - не Невил. Он не даст себя в обиду. А еще она старательно избегала смотреть на Блейза. Слизнорт говорил о Гарри с гораздо большим восторгом, чем о других. — …у вас, мальчик мой, должно быть, невероятные способности! — Или ему просто повезло, — внезапно бросил Блейз. Все взгляды устремились к нему — а парень безразлично смотрел в окно. Повисла короткая пауза. А Джинни с ехидством выпалила: — Ага, Забини, у тебя зато огромные способности… выпендриваться, да? Слизнорт захохотал, явно довольный происходящим. — Ах, батюшки мои, юная леди! — он с умилением посмотрел на девушку. Блейз же медленно повернулся к Джинни. Спокойный. Слишком спокойный, чтобы не выбесить! — Я всего-то не понимаю таких восторгов, — пожал он плечами. — Или не любишь, когда внимание достается кому-то кроме тебя, — парировала Джинни. И, должно быть, попала точно в цель. По этому красавчику с первого взгляда было понятно, кто он такой. Парень улыбнулся почти незаметно. — Очень смело. — Так-так, дорогие, давайте вернемся в мирное русло, — вмешался Слизнорт. — Вы, Блейз, берегитесь, — со смешком сказал он, — не то эта юная леди и на вас напустит Летучемышиную порчу. А вы, мисс Уизли, будьте приветливее, а то мистеру Забини не понравится у нас в школе… — А я не обязана ему нравиться, — пробормотала Джинни, но Слизнорт ее уже не слушал, вновь возвращая внимание к Гарри. — А ты мне и не нравишься, — шепнул Блейз так, чтобы слышала только она, наклонившись вперед — якобы потянувшись за салфетками. Джинни стиснула зубы от злости - ну надо же. Как он умудрился начать раздражать ее, когда не прошло даже получаса с их знакомства!
