День сурка

Глава написана в соавторстве с Berry_Sun - Что она сделала с тобой? Как смогла изменить жестокого, нет, безжалостного Николауса? Слова достигли сознания Клауса словно сквозь пелену, и он очнулся от резкой боли во всем теле. Насколько гибрид мог судить, в его теле не осталось ни единой целой кости. И сломаны они были методично, одна за другой. Теперь же начали срастаться, и это причиняло боль. Настолько сильную, что он едва сдержал крик. Запах крови витал в воздухе - его собственной крови. Сайлас рассмеялся, защелкнул наручники цепей на пылающих от боли запястьях Древнего. - Кетсия думала, что сможет изменить меня. - Тебе что, поговорить не с кем? Я не твой личный психотерапевт, - произнес Клаус, чувствуя, как холодный острый камень стены касается кожи - приятный холод. Он чувствовал себя слабым, и это было непривычно. Куда его притащил колдун? Глаза различали лишь каменные стены, текущую по ним воду. Пахло сыростью, воздух был спертым, затхлым. - Кто? - удивился Сайлас. - Ты можешь не отвечать, я знаю ответ на свой вопрос. Он размахнулся и ударил гибрида по лицу, затем стал стирать пальцами выступившую кровь, царапая кожу отросшими ногтями. - Любовь - самая могущественная магия. И самая неуправляемая. Вот угораздило же Кэролайн... - Сайлас поднес окровавленные пальцы ко рту, слизнул каплю крови. - Влюбиться... в такое ничтожество. - Хоть в чем-то мы с тобой нашли общий язык, - усмехнулся Клаус разбитыми губами, дернув руки, сжав зубы, чтобы не выдать, как ему больно. Цепи лязгнули, но не поддались. - Они заколдованы, выбраться не сможешь, - поведал Сайлас, - и эта любовь управляет всем ее существом, как бы она не пыталась доказать себе обратное. А знаешь, такое возможно, только если любят оба. - Значит, у вас с Кетсией не сложилось. - Зато сложилось у Кэролайн и Тайлера. Щенок - так ты его называешь, - вернулся в город вчера утром. - Утром? Сколько я здесь... - Клаус не помнил ничего, кроме ночной дороги и мутной дымки, оставшейся от его врага. - Достаточно, и пока не успел мне надоесть. Сайлас занес руку для удара, но передумал. Он потрепал Древнего по щеке, как маленького мальчика. - Совсем скоро тебе понадобится кровь. Древний уставился на него ненавидящим взглядом. Колдун был прав, чувство голода уже напоминало о себе, но это было не самым ужасным. - Ответь на вопрос, Первородный. Что бы ты сделал, если бы она была здесь, на твоем месте? - Ничего, - Клаус заставил себя растянуть губы в улыбке. - Мне все равно. Она выбросила меня из своей жизни, а я поклялся не возвращаться. Поэтому я хочу обсудить с тобой условия моего освобождения. Сайлас рассмеялся, и его смех прокатился под сводами пещеры. - Мне невозможно солгать, Николаус. Запомни это. А насчет тебя - я уже предлагал... ох уж эти новые слова - сотрудничество. Но ты разочаровал меня. - Могу совершенно безвозмездно помочь подтянуть современный английский. Сайлас разглядывал кол из белого дуба, взвешивая его на ладони. - Ты еще помнишь, как это больно? Древний невольно содрогнулся, когда острие кола, приставленное к груди, поцарапало кожу. - Но я не люблю повторяться, - колдун убрал кол и положил его на большой камень так, чтобы тот оставался в поле зрения пленника. - Не люблю скуку. Клаус заставил себя поднять голову и посмотреть в глаза "профессора". - А знаешь, что такое скука? - продолжил Сайлас. - Скука - это висеть на цепях в пещере глубоко под землей, думаю, ты со мной согласишься. Но есть кое-что похуже. Это тысячу лет провести скованным, держа в руках свое освобождение, очнуться и понять: оно потеряно. Ты виноват в этом, Николаус, если не больше, так не меньше остальных. - И что ты намерен делать со мной? - Если узнаешь все сразу, то будет неинтересно потом, - заговорщически улыбнулся Сайлас, будто беседовал со старым другом, а потом с размаху вонзил кол в тело Клауса, совсем рядом с сердцем. - Не люблю повторяться, но иногда это бывает необходимо. - Кэролайн, любимая! - Тайлер взбежал по ступенькам крыльца, схватил девушку на руки и закружил, попутно пытаясь поцеловать. Выходило у него не очень, но Кэролайн обхватила его за плечи, стараясь удержаться, и сама прильнула к его губам. - Тайлер! Парень отпустил ее и тут же взял ее лицо в ладони, заглянул в глаза. - Я так счастлив, Кэр. Я думал, что сойду с ума, каждый день разлуки казался мне вечностью! Кэролайн сдержалась, чтобы не опустить взгляд. Конечно, она скучала по Тайлеру, но... - Я тоже, Тай, я тоже очень соскучилась, - прошептала она и поцеловала Локвуда. - Не понимаю, что такого произошло, что Клаус покинул город? Да еще и согласился не мстить мне? - Тайлер задумчиво посмотрел на девушку. - Зря он это. Если я найду его первым... - Тайлер, ты же не собираешься снова навлечь на себя гнев Клауса? - Кэр, дорогая, за время своего изгнания я кое-чему научился. В Аппалачах... - Ты был в Аппалачах? - прервала его Кэролайн. Ей вспомнилась первая встреча с Хейли, ее взгляд на Тайлера, будто говоривший: он мой. И свою ревность. И замечания Клауса. - Там стая, которая приняла меня, - искренне удивился Тайлер. - Мне больше некуда было идти, и если быть честным, не хотелось. - А ты не думал, что Клаус стал бы искать тебя там в первую очередь? Тайлер пожал плечами. - Он бы встретил достойное сопротивление. - Но ты подверг опасности жизни всех членов стаи, - резонно предположила Кэролайн. - И Хейли... - Я не виделся с Хейли, - вдруг стал серьезным Тайлер. - И, быть может, Кэр, ты впустишь меня в дом? Девушка смутилась. Она должна сходить с ума от радости, что ее любимый вернулся. Но вместо этого донимает расспросами и ревностью. - Конечно. - Кстати, Мэтт согласился вернуть мне дом. - Ты его долго упрашивал? - Всего пара хуков слева, - Тайлер рассмеялся, а вслед за ним и Кэролайн. Обнявшись, они вошли в дом. Словно кадры из фильма, в памяти всплывали фрагменты событий. Ее глаза, ее смех, ее воспоминания. Ее шелковистая кожа под его пальцами, невероятная нежность, переполняющая сердце. Ее руки, обнимающие его, сводящие с ума ласками. Сайлас прошелся острым лезвием ножа по груди своего пленника, но тот не издал ни звука. - Ищешь забытья? Не выйдет. Ее обвиняющий взгляд, холодный голос. - Я люблю Тайлера, - смехом, солнцем в памяти, раскаленным железом по свежей ране. Клаус медленно открыл глаза. - Тебе доставляет удовольствие проделывать все это? - Ты говоришь о твоем теле? - Сайлас провел по свежей ране ногтями, - или о том, что я делаю у тебя в голове? - Обо всем сразу, - прорычал гибрид, когда тонкий серебристый кинжал с ритуальным рисунком на лезвии скользнул вдоль груди. - Будет не больно, - улыбаясь, протянул Сайлас. - Хотя нет, ты будешь страдать так, что эти мгновения покажутся тебе сказкой. И ты еще даже не способен представить, что я готовлю для твоей сладкой девочки. - Ты же обещал, что не тронешь Кэролайн! - А ведь говорил, что она тебе безразлична. Ты еще умеешь верить? Неужели ты так наивен, Никлаус? Это и вправду смешно! Любовь отобрала у тебя остатки ума? - Делай все, что пожелаешь, со мной, но не трогай ее! Ты хочешь лекарство? Я клянусь, что достану тебе лекарство. - Еще пара таких фраз - и я оставлю тебя живым чуть дольше, чем собирался. Или и вовсе, будешь моим псом на цепи, - Сайлас, задумавшись, вонзил кинжал еще глубже. По телу Ника заструились кровавые ручейки. - Но тебе не нужен ни я, ни Кэролайн, - Древний задыхался от боли. - Тебе нужно лишь лекарство. В твоих интересах не причинить вреда мне, потому что я единственный, кто может его достать. Вредишь Кэролайн - вредишь мне. - Тебе не обо мне сейчас надо беспокоиться, - с подозрительным спокойствием произнес Сайлас, медленно, миллиметр за миллиметром, вытаскивая кинжал из тела Древнего. - Лучше задумайся над тем, что я для тебя приготовил. Улыбнувшись, Сайлас подошел к большому сундуку, стоявшему у противоположной стены. На несколько секунд Ник смог закрыть глаза и попытаться отключиться от реальности. - Мальчик мой, я не заставил тебя скучать?- его мучитель внимательно осмотрел следы от порезов. - Открывай глаза, ну же...ты должен это видеть! Ник медленно повернул голову и увидел едва уловимый блеск стекла. В руках у Сайласа было что-то вроде ампулы. В глазах двоилось, и Клаус безуспешно пытался разглядеть, что же это было. - Не вздумай терять сознание, - предупредил ведьмак. - Пропустишь самое интересное! С этими словами он откупорил крошечный пузырек и подошел ближе, осматривая нанесенные им повреждения. - Это не лекарство, конечно, но, - Сайлас многозначительно вскинул бровь. Густая серебристая субстанция с металлическим блеском, шипя и испаряясь, пролилась прямо на кровавую сетку ран. Ник закрыл глаза и сжал зубы, сдерживая крик. На его лбу появилась кровавая испарина. Вены рельефно выступали на зажатом болезненными судорогами теле. - Нравится? И это лишь малая плата за проведенные мной в клетке сотни лет. Ник закатил глаза, из уголка открытого рта заструилась кровь. Он практически кровоточил изнутри. Не в силах сказать и слова, он медленно терял сознание...свет угасал, смех Сайласа эхом звучал в голове. Замелькали отблески огня... огонь внутри него... выжигает артерии и вены... изгоняет из него кровь и силы вместе с ней... Но забытье было предпочтительнее ясного сознания, и Ник почти с радостью провалился в темную бездну. Кэролайн нарезала салат, стараясь проявить все свои кулинарные таланты. Да, она вампир, да, ее парень вампир и оборотень одновременно. Но кому помешает фруктовый салат? Нужно чем-то занять руки, и мысли распутаются из этого жуткого клубка сами собой, проверено. - Я хочу знать все, - сказал Тайлер, подходя к девушке со спины и смыкая руки у нее на талии. - Что именно? Кэролайн напряглась, и постаралась сосредоточиться на салате. Она еще не решила, стоит ли рассказывать Тайлеру про "день Сурка". Почему это вызывало опасения, девушка не знала. Ведь у нее раньше не было от Тайлера секретов. Раньше она не изменяла своему парню с его смертельным врагом. - О том, как ты проводила без меня время, - парень поцеловал ее в шею, и Кэролайн невольно удивилась: раньше эта его ласка вызывала дрожь по всему телу, Тай определенно знал, что ей нравится. Но сейчас она почувствовала лишь прикосновение его слегка сухих губ. - Я очень по тебе скучала. - Знаю, - Тайлер скользнул рукой по ее кофточке, словно невзначай коснулся груди. - И я по тебе тоже. Очень скучал, - горячо прошептал он ей в ухо. - Тай... - Кэролайн не знала, почему она не реагирует на ласки любимого. Может, всему виной Клаус... Нельзя, нельзя думать о нем! Ничего не было, она была пьяна. Наверное, это все из-за чувства вины. Но как раз вины Кэролайн почему-то не чувствовала. - Кэр, брось ты этот салат, - Тайлер развернул девушку лицом к себе, - мы так долго не виделись. Обещаю, завтра утром я сам приготовлю тебе завтрак. - Но мама скоро вернется, мы не можем, - быстро сказала Кэролайн. Тайлер кивнул, соглашаясь. - Зато мой дом пуст. Ты можешь оставить своей маме сообщение, что ночуешь у меня... - Не дожидаясь ответа, он взял ее лицо в ладони и стал целовать, словно желая дать понять, что не потерпит отказа. Кэролайн подумала, что именно эта настойчивость всегда не нравилась ей в Тайлере. Будь то разрыв связи, месть Клаусу... или их отношения, Тайлер всегда руководствовался в первую очередь своими собственными порывами. О чем она думает... Это в порядке вещей, что ее любимый парень по ней соскучился и хочет близости. В порядке вещей то, что он обнимает ее, и приготовление символического ужина в честь их воссоединения может подождать. Но почему тогда она не испытывает радости, той горячей волны, что захлестывала все тело раньше при малейшем прикосновении. Почему он кажется таким же далеким, будто и сейчас в Аппалачах, а не здесь, рядом с ней? - Конечно, - Кэролайн осторожно высвободилась и улыбнулась парню: - Только позвоню маме. Через несколько минут она вернулась к Тайлеру, ожидавшему ее на кухне, с самым расстроенным лицом, какое могла изобразить. - Мама до сих пор зла за то, что я едва не завалила экзамен у профессора Вильямса. Она не разрешает мне выходить из дома, пока не я не выучу все билеты. - Но она знает, что я вернулся? Кэролайн опустила глаза, думая, что маленькую ложь можно простить. Ей необходимо остаться одной, чтобы разобраться во всем. Ехидный голос внутри шепнул, что у нее было достаточно времени без Тайлера для анализа их отношений. Но Кэролайн запретила себе думать об этом в таком контексте. Она безумно скучала по Тайлеру. Но за время его отсутствия произошло очень много всего, что повлияло на нее, и не на последнем месте несостоявшийся ритуал. Не говоря уже о Клаусе Майклсоне, будь он неладен. - Да, и пообещала, что завтра я буду совершенно свободна и смогу посвятить весь день тебе. - Но как же так... - сокрушенно сказал Тайлер, понимая, что всего планы на вечер рушатся. - Она волнуется насчет колледжа. И я обещала, что буду примерной ученицей. Все эти вампирские приключения и так причиняют ей беспокойство. - Тебе же не пять лет! - воскликнул парень, но тут же успокоился, видимо, вспомнив о Кэрол. - Не стоит расстраивать шерифа, Кэролайн. Хочешь, я останусь и помогу с билетами? - Я гораздо лучше запоминаю материал, если учу в одиночестве, - огорченно произнесла девушка. - Ладно, - Тайлер подошел к ней и обнял, затем заглянул в глаза: - Ведь у нас с тобой впереди вечность, правда? Еще одну ночь друг без друга мы вытерпим. Главное, что теперь все наладится, ведь Клаус никогда не вернется в Мистик-Фоллз. - Ты уверен в этом? - Если этот ублюдок... прости, Древний, что-то решил, он не отступится. Возможно, у него появились более важные дела, чем торчать в Мистик-Фоллз, изводя всех нас и преследуя мою девушку. Кэролайн вся внутренне сжалась. Что будет, если Тайлер узнает обо всем? Отрицать, что Клаус испытывал к ней чувства, она не могла. Ведь сама столько раз отвлекала гибрида, когда это было нужно ее друзьям. Конечно, Клауса было не так легко обмануть. Но если учитывать, что он готов был закрыть глаза на то, что она притворяется, пока ее друзья вредят ему, только ради того, чтобы провести с Кэролайн время - это говорит о многом. Тайлер сам просил ее об этом. Тайлер знал, что Кэролайн будет флиртовать с Клаусом, и поощрял это, потому что все было ради общего блага. - Он больше не станет докучать мне или кому-то другому. Теперь все будет хорошо, - пообещала Кэролайн. Завтра утром она проснется и поймет, что любит Тайлера так же сильно, как прежде. Завтра утром она навсегда оставит в прошлом повторяющийся день и то, что произошло в нем.