Перевоспитание

- Леня! Быстро встал! – Люся пнула брата, спихивая с кровати. - Чего!? – парень сел на полу. Он еще со времен отъезда сестры в интернат спал неспокойно, вертелся, закручиваясь в одеяло, словно в кокон. Сейчас Леньчик возвышался кучкой, увенчанной живописно торчащими светлыми кудряшками, словно его кто-то электрошокером на полной мощности ударил. Сонные глазенки удивленно хлопали. - Кто бы мог подумать, что ты маленький дьявол во плоти, - вздохнула девушка. – А так похож на ангелочка. - Иди ты… далеко и надолго, а? – фыркнул Леня, выпутываясь из одеяла. Спал парень всегда в костюме Адама, не задумываясь о том, что его окружают одни женщины. Он не стеснялся, да и сам, когда пару раз нечаянно заставал тетку полуголой, решительно не понимал, чего та так орет. Что естественно – то не безобразно. Люся, к слову, тоже не слыла особо стеснительной, возможно, благодаря брату, а может, потому, что они оба были друг у друга. Девушка как-то раз, когда только поступила в нынешнюю школу, зашла в мужскую раздевалку без всякой задней мысли. Мальчикам тогда было около девяти лет, так они до сих пор ее стеснялись. - Собирайся, - бросила Люся и пошла на кухню, где уже шуршала тетя Галя. Леня потер глаза, зевнул пару раз, посмотрел на часы и едва не разразился гневной тирадой. Где ж это видано! Поднять его в 5 утра?! Да он в жизни так рано не просыпался! Сдержало его от высказываний только то, что Леня был жутко обижен на сестру за то, что тащит его в эту деревню. Первый автобус до школы отходил в 6.20. - Вот скажи мне, за каким хуем надо было вставать в 5 утра, если есть автобус на 10?! – возмущался Леня, располагаясь на задних сидениях. Он подложил себе под голову рюкзак и, повернувшись ко всем тыльной частью, лег досматривать прерванный сон. Люся только хмыкнула в предвкушении, заняла ближайшее сидение с видом на брата. Автобус заполнялся школьниками, вопреки представлениям Лени, очень быстро. В 10-часовом, вообще, будет не вздохнуть, а ехать почти 2 часа. Народ с любопытством поглядывал на тушку неизвестного, занявшего сразу три задних сидения, на четвертое не хватило росту. Никто не решался туда сесть, так как рисковал замарать одежду о ботинки, с которых, кстати, активно стекал снег. Когда свободных мест почти не осталось, в автобус вошли Константин и Павел Синеокие со своей свитой в виде горообразного телохранителя старшего парня по имени Иван. Староста Люсиного класса шел первым, поэтому быстро протиснулся на место рядом с девушкой, которое она ему заняла. Оба оставшихся направились туда, где мирно пытался дремать наш Ленечка. Константин, выгнув бровь, уставился на выставленную филейную часть Белоусова, крайне удивленный увиденным. Парень привык, что народ разбегался, когда видел его персону. Слегка отойдя от шока, Костя предположил два варианта, почему он до сих пор наблюдает лежащее перед ним тело: во-первых, парень при смерти; во-вторых, парень уже помер. Константин пришел в еще большее замешательство, когда странный субъект издал характерный звук, исходящий в аккурат из выставленной части тела. Лицо молодого человека исказилось, стоило ожидаемо мерзкому запаху коснуться его нежного обоняния. - Иван! Срочно выкинь этот мусор отсюда! – прорычал Костя глухо, уткнувшись в рукав, - и открой форточку! Нет! Сначала открой форточку! Я сейчас блевану! Весь автобус с интересом наблюдал за происходящим, периодически перешептываясь. Даже водитель выглядывал со своего места. Мужчина в годах, он не первый десяток лет возил этих детишек, поэтому отлично знал Синеокого и его замашки. У Люси в животе все скрутилось от предвкушения. Девушка ни на секунду не усомнилась в своем брате и была уверена, что тот будет сопротивляться, как дикий звереныш. Что, собственно, и случилось, когда телохранитель попытался ухватить Леню за плечо. Парень взвился с места, извернувшись и злобно рыкнув: - Руки! Он умудрился встать на сидения и теперь возвышался над Костей, только чуть-чуть не доставая до Ивана. Дюжий парень предпринял новую попытку схватить паренька, но тот со всей дури пнул его, попав, к сожалению, по Константину. Синеокий схватился за челюсть, не в силах произнести хоть что-нибудь членораздельное. Люся краем глаза увидела, как вскочил со своего места Паша, и даже повернулась к нему всем корпусом. Девушка понимала, что уж с тремя противниками братишке не справиться. Тем временем Леня отчаянно пытался вырваться из огромных ручищ Ивана, таки поймавшего мелкого паршивца. Костя зло зыркал на обоих, но открывать рот не решался. Водитель автобуса судорожно вздрогнул, когда его коллега из следующего автобуса нажал на сигнал. Он тут же плюхнулся на привычное место, завел мотор, закрыл двери и тронулся в путь. - Ты труп, гаденыш! – выдавил Костя. - Кто еще тут труп, уебок! – мгновенно среагировал Леня, особенно сильно лягнув Ивана. Телохранителю стало неожиданно больно, за что он сжал паренька со всей силы, которой было не в пример больше, чем у Белоусова, казавшегося в руках гиганта карманной собачкой. - АЙ! Отпусти меня, тупой орк! Сука! Больно! – заливался на весь автобус блондин. - Иван! – твердо произнес Паша, - отпусти парня, не хватало еще сломать ему что-нибудь! Телохранитель послушно поставил Леню, где взял, то бишь на сидения. Белоусов, не будь дураком, от всей души заехал амбалу по физиономии, но лишь отбил себе кулак. - Иди сюда, придурок! – зашипела Люся. Константин потирал челюсть, так и не решившись ее открыть, что не есть плохо для нашего героя. Зато Паша, сохраняя вполне спокойный внешний вид, внутренне весь исходил злорадством и тайным злобным торжеством. Как ж его радовал нынешний вид старшего единокровного братца! Леня с гордым видом спрыгнул с сидений и, изобразив на лице снисходительную улыбку, плюнул на ближайшее к Косте. - Приятного пути! – пропел парень. Провожаемый несколькими десятками удивленных взглядов, Леньчик плюхнулся на свободное сидение возле сестры. Паша выгнул бровь, глядя, как белобрысое недоразумение злобно сверкнуло глазами уже на него. Парнишка неуловимо напоминал маленького такого пушистого зверька, который приходит к людям в самую трудную минуту и зовется просто - «песец». - Хм... подвинься, пожалуйста, - произнес младший Синеокий практически в полной тишине.