Холод души

Пара ребят вернулись с «разведки» с загородной дачи и сообщили, что там пусто, да и вообще людей не было года два. Больше вариантов, кроме той недостройки, не оставалось. Джек спрятал пистолеты в куртку — на улице, как ни как, ноябрь. — Я был там один раз, — сообщил Иккинг, следуя за Джексоном вниз по лестнице. — И Эльза была… но тогда и ситуация была другая. — Значит, ты знаешь туда короткую дорогу? — Фрост остановился, в темноте всматриваясь в зелёные глаза. — Знаю, — кивнул Хэддок, прибавляя шаг. — Туда легко добраться через главную трассу, дальше лесополосу и мы на месте. Думаю, на мотоциклах даже быстрее будет. — Вперёд, — скомандовал Джек, пропуская по три-четыре ступеньки. Дверь подъезда хлопнула, байкеры двинулись с места, сразу же прибавляя скорость. Иккинг и Джек неслись впереди, рядом ехал Алекс, позади ещё семь парней. Такой «парад» быстро выехал на главную трассу, которая сейчас — в четыре утра — ещё пустовала. С параллельной дороги посигналили — наравне с байкерами буквально летела легковушка. Из окошка высунулся Юджин, помахав. Джек кивнул ему и указал вперёд. Дорога петляла не долго. Вскоре Иккинг, а за ним Фрост и остальные свернули вниз на лесную дорогу, выкатанную тяжёлыми внедорожниками. Здесь стало сложнее. Но и эта дорога закончилась также быстро, как и началась. Перед байкерами открылся вид на высокие, кованные ворота. За ними находилось кирпичное двухэтажное здание. Рядом с домом в ограде стояли три джипа. Заглушив моторы, парни слезли со своих «железных коней» и осмотрелись. — За мной, — прошептал Иккинг, махнув рукой в сторону забора. Следуя за шатеном, все перелезли через ограду в самом низком месте. — Странно, что он не выставил охрану, — задумчиво проговорил Алекс, нагоняя Джека. — Ничего удивительного, он слишком полагается на себя. Наивный, — хмыкнул Хэддок, присев под окном, около главного входа. — Я, рыжий и громила пойдём с главного, — распорядился шатен, — Джек, ты с ним, — он указал на брюнета, — через чёрный вход. Там идёт прямой коридор и всего одна большая дверь. Она ведёт в огромный зал. Скорее всего она будет именно там. Скорее, мы можем опоздать! Фрост махнул рукой Алексу, тот кивнул, парни быстрыми шагами вдоль стены направились в другую сторону от крыльца. Они пригинались, чтобы не попасться возможным охранникам, когда пробегали мимо окон, аккуратно заглядывали, чтобы убедится, что никто не запалил их. На другой стороне дома оказалась деревянная дверь. Джексон вышиб её с одного удара. Перед парнями предстал небольшой коридорчик, с правой стороны которого была большая железная дверь, а на другом конце коридора ещё одна — деревянная. Медленно доставая пистолет, пепельноволосый снял его с предохранителя. Он, как молния, преодолел это расстояние и прислушался: -… смерть была скорой. Лишь услышав эти слова, а затем щелчок затвора, Джека передёрнуло. Нужно действовать! — Стой! Лучше вместе, — остановил его шёпот друга. Парни резко с ноги открыли тяжёлые двери таким образом, что охранникам по другую сторону прилетело по лбу. Фред обернулся. На его лице застыло удивление вперемешку с испугом. Пистолет чуть не выпал из его рук. Алекс двумя выстрелами обезвредил охранников, встав справа от Джексона. Взяв себя в руки, Сноу ухмыльнулся, пытаясь за этой маской скрыть страх. — Детишки пришли посмотреть шоу? Боюсь, это зрелище не для вас. — Боятся тебе сейчас нужно лишь за свою жалкую жизнь. Мне ничего не стоит лишить тебя её, — пряча под умелым спокойствием ярость, ответил Фрост. — Что же ты мне сделаешь? — хмыкнул мужчина, но голос дрогнул. Эльза во все глаза пялилась на светловолосого парня, не веря своим глазам. Джек живой и невредимый. Ни царапины на бледном лице. Еле заметные веснушки всё также украшают идеальное лицо, разве что на губе виднеется запёкшаяся кровь. Его глаза сейчас горят яростью, но голос спокоен, как и в любой критической ситуации. Он пытается сохранить самообладание, трезвость ума, но ещё чуть-чуть, и шальная пуля пробьёт дыру ровно посередине лба этого мужика. Сноу просто не понимает, кто перед ним. — Прострелю. В тебе будет ровно пятнадцать пуль. И каждая отобьёт какой-нибудь орган. — Таким равнодушно-твёрдым голосом Фрост вселяет ужас даже в рядом стоящего Алекса, не говоря уже о мужчине и бедной девушке, которая успокаивала себя лишь мыслями о том, что всё это ради неё. Парень поднял левую руку с оружием, нацелился и посмотрел, кажется, в самую душу мистера Сноу. Он вздрогнул, пытаясь спрятаться, сжаться, уменьшиться под этим ледяным взглядом. Даже Эльзе показалось, что холод души Джексона, может буквально превратить в ледяную статую. Ненависть. Ярость. Страх потерять последнего дорого человека. Боль. Усталость. Решимость. Всё это. Именно это двигало парнем в эти минуты. Он не чувствовал ничего, кроме этих чувств. Он не видел никого, кроме Эльзы, за спиной этого непонятного мужика. Его рука сама собой крепче сжимала ручку пистолета. Пальцем вот-вот нажмёт на курок. — Ты не посмеешь! — из последних сил взвизгнул Фред. Смешно, но он боится, как сам выразился, ребёнка. Боится какого-то дворового мальчишку, байкера с пистолетом. Чёрт возьми, парня, который держит в страхе всю городскую мафию! — Ты не сможешь этого сделать, нет… — Проверим? — садистская ухмылка скривила тонкие, почти синие губы. В глазах полыхал странный, никому неизвестный огонёк. Сноу сглотнул и резко развернулся, вскину руку с пистолетом на уровне лба Эльза. Девушка шумно сглотнула и зажмурилась, сильнее прижавшись к холодным трубам. Фред нажимает на курок… Разносится выстрел… Мёртвое тело рухнуло на пол, заливая его тёмной кровью… Пуля навылет… Эльза боязливо приоткрыла один глаз. Увидев бездыханного мучителя, она открыла и второй. Пистолет выпал из руки Джексона, и в следующую минуту белокурая оказалась в крепких руках, заслонённая мускулистой грудью, защищённая от всего на свете. Не удержавшись, Фрозен дала волю эмоциям. Солёные капельки мигом намочили кожаную куртку парня. Ноги девушки подкосились. Сил больше нет. Да они и не нужны, силы. Зачем? Всё закончилось. Джек рядом, живой и невредимый. И его холод души не отразится на ней, не перейдёт. — Ч-ш-ш, всё хорошо, слышишь? — такие глупые слова, а сколько успокоения сейчас они приносят! Прижимая к себе хрупкое тельце одной рукой, второй Джексон незаметно провернул маленький ключик — замок щёлкнул, наручники спали, освободив тонкое, холодное запястье. Фрост притянул обе маленькие ладошки к губам, поцеловал каждый пальчик и подул, согревая тёплым дыханием. В комнату ворвались Иккинг, Док и Юджин, ведя с собой стервозную жену убитого, и остальные ребята. Кто-то что-то кричал, топал, кидал, бил, но Джек с Эльзой ничего не замечали вокруг и не слышали ничего, кроме своих сердец, которые вот-вот норовили выпрыгнуть из груди, проломив рёбра, разорвав кожу. Они стремились друг к другу, говоря о любви без слов, прося оставаться рядом, при этом оставаясь немыми. Но парень и девушка всё понимали. Им не нужны слова, не нужны громкие фразы и стихи о любви, не нужны поцелуи. Просто тихое счастье. Эти кроткие улыбки, горящие глаза, слёзы счастья, что медленно стекают по её слегка порозовевшим щекам. — Хэй, ребят, идём! — как будто сквозь толстую пелену, донеслось до пары. Иккинг уже пару раз позвал их, но всё без толку. Он больше не хотел мешать счастью подруги. Его буквально загипнотизировала её улыбка, предназначенная Джеку. Её глаза переубедили вмешиваться. Пусть всё будет так, как ей хочется. Джексон усмехнулся, услышав голос Хэддока. Если бы он не был другом Эльзы, то уже попробовал бы удар Фроста на себе, но нельзя. Ради неё нельзя. Взяв холодную, маленькую ладошку в свою большую, Джек переплёл свои пальцы с её, утягивая в сторону улицы. Уже стоя у байков, парень попросил у ребят воды, чтобы девушка смогла незамедлительно отмыть алую кровь со щёк и рук. Повинуясь приказу, который отдал Фрост, все разъехались, оставив пару наедине. Эльза протянула Джеку почти пустую бутылку. Парень одним глотком опустошил её, выкинув на землю. — Поехали, — он кивнул в сторону мотоцикла. — Не могу больше находится в этом месте. Эльза в последний раз оглянулась на дом, откуда доносились завывания теперь-уже-вдовы, но они были отнюдь не печальными — она жалела, что её муж ещё не успел получить премию. Девушка забралась на байк, крепко вцепившись в куртку парня на животе, он завёл мотор и резко рванул с места.

Называй меня, как хочешь. И давай летать. Как песок сквозь пальцы ночи. Будем пропускать.

Через минут двадцать они уже были у той невзрачной многоэтажки, где произошёл их первый осознанный поцелуй, где они дурачились, как дети, хотя обижались, когда их так называли. С этим домом связано много хороших воспоминаний, а будет ещё больше. Потянув парня в подъезд, Эльза приблизилась к его лицу, привстав на носочки. И даже так она была намного ниже него. Девушка медленно приближалась к его окровавленным губам, в темноте всматриваясь в его тёмные, как ночное небо, глаза. Её уста коснулись его, медленно и неумело, пробуя на вкус, чувствуя кровь теперь и на своих губах. Прикрыв глаза от удовольствия, Эльза протянула руки к его шее, прижимаясь сильнее. Но Джек не долго разрешал ей управлять собой. Незаметно они приблизились к лифту, парень нажал на кнопку, углубляя поцелуй, делая его более страстным, грубым, распаляя желание в обоих всего лишь касаниями губ, сплетением языков.

Мне с тобой очень, очень. Очень хорошо. Я привык то, что ты рядом. И прошу еще.

Протолкнув Эльзу в кабину, он прижал её к стене, одной рукой забираясь под толстовку, проводит по гладкой коже, вызывая миллионы мурашек, а другой нажал на нужный этаж. Лифт сдвинулся с места, Джек сильнее навалился на хрупкое тельце. — Если мы сейчас не остановимся, будет поздно, — прошептал Фрост внезапно осевшим голосом, прерывая поцелуй, чтобы Эльза могла вздохнуть. — Продолжай, — шепнула она, вновь сама притягивая его за новым поцелуем. Джексон ухмыльнулся, пересчитывая выпирающие рёбра. Второй рукой он оттянул её волосы, девушка запрокинула голову, ему стало легче касаться её.

Давай, сквозь сердце ты меня пропускай. Давай, дыши со мной, мой самый чистый кайф. Будь ближе, с тобою я, слышишь? Никто без тебя, и пусть ангелы знают. Что не потеряю сегодня тебя.

Тонкие пальчики быстро расправились с замком на кожанке, нырнув под толстовку. Джек вздрогнул от касаний холодной кожи, но ему нравилось. Нравилось, как она отвечала на поцелуй, выгибалась от малейших касаний, очерчивала татуировку на его груди под толстовкой. Лифт остановился. Они практически вывалились из него. Джек вновь прижал девушку к двери, доставая из заднего кармана джинсов ключ. Попав с третьего раза, он толкнул её внутрь. Эльза быстро разулась, схватив Фроста за куртку, притянула к себе. Парень скинул её на пол и подхватил Фрозен под ягодицы, прижав к стене. Воздух вышибает из лёгких, эмоции зашкаливают, мысли затуманиваются, разум покидает голову, предоставляя сердцу место за пультом управления.

И без остановок я дышу тобой. Ведь ты как дым, ты наркотик мой. Ведь ты, как яд, ты, как я. Тобою пьян, ты мой океан.

Неизвестно как, но они добрались до спальни. Это девушка поняла, ощутив под собой упругий матрац. Джексон навалился сверху, переходя поцелуями по подбородку к шее. Эльза выгнулась ему навстречу, закусив губу. Её глаза встретились с хитрым взглядом тёмно-синих глаз переполненных желанием. Она выглядела так же. Хотелось чего-то намного большего, чем просто поцелуи, чем просто касания. Хотелось ощутить себя единым целым с тем, кто открыл глаза на этот мир, кто помогал и заботился, с тем, кто любит.

И без остановок я дышу тобой. Ведь ты как дым, ты наркотик мой. Ведь ты, как яд, ты, как я. Тобою пьян, ты мой океан.

Фрост отстранился лишь на минуту, чтобы снять мешающую толстовку. Откинув её куда подальше, Джек тоже самое проделал с кофтой девушки. Она вновь упала на подушку, притягивая парня к себе за новым поцелуем. Оголённые участки кожи коснулись друг друга, между телами прошёлся электрический разряд. Джексон медленно провёл рукой вдоль всего белоснежного тела, прикусывая нежную кожу на шее и тут же зализывая, от чего с губ светловолосой сорвался первый, тихий, сдавленный стон. Эльза испуганно закусила губу, страшась своей реакции на его ласки. — Ч-ш, не надо, — Фрост нежно освободил губу из плена большим пальцем, сразу даря ей головокружительный поцелуй.

И без остановок я дышу тобой. Ведь ты как дым, ты наркотик мой. Ведь ты, как яд, ты, как я. Тобою пьян, ты мой океан.

Его рука в это время пыталась расстегнуть бюстгальтер, но терпению пришёл конец, и ткань с тихим треском порвалась, высвобождая аккуратные груди. Ненужная тряпка была отброшена в сторону, а губы парня переместились на ключицы, а затем и грудь девушки. Вторая рука Джексона, до этого лежащая на бедре Эльзы без дела, медленно продвинулась к краю джинсов, незаметно расстёгивая пуговицу, а затем и молнию. Штаны были стянуты и откинуты куда-то. Эльза вздрогнула, ощутив, что осталась лишь в одних трусиках, но её быстро отвлёк новый укус в ключицу. Стоны стали более раскованными и громкими. Девушка перестала краснеть, прижимаясь к оголённому торсу. Эльза провела рукой от шеи до пупка парня и неожиданно даже для самой себя припала к его шее поцелуями.

Со мной что-то не то. Так близко, дыхание твоё, ты злишься. В глазах твоих огонь, искрится. В душе моей твои частицы. И если навсегда, как птицы. То всё равно ты мне, приснишься. А помнишь, как с тобой, по крышам. Любили, но мечтали выше.

Ещё одно случайное движение коленом, из-за чего Фрозен задела пах Джека, и терпению пришёл конец. Его рука быстро скользнула под ткань, находя пучок нервов. Элизабет выгнулась, задевая твёрдыми сосками торс парня. — Прости, сейчас будет немого больно, — прошептал Фрост, избавляя обоих от остатков одежды. — Я люблю тебя. Раздвинув колени девушки, он резко вошёл на всю длину, из-за чего Эльза вскрикнула и выгнулась в спине, зажмурившись. Джек крепко прижал её к себе, хрипло шепча на ушко успокаивающие слова, целуя губы, шею, щёки, ключицы. Разрывающая боль постепенно отходила на второй план, но никакого неземного удовольствия пока Фрозен не чувствовала. Крепко зажмурившись, она толкнула бёдрами вперёд, обхватила мужскую спину руками, впиваясь в кожу короткими ногтями.

Давай! Сквозь сердце ты меня пропускай. Давай! Дыши со мной мой самый чистый кайф. Будь ближе, с тобою я, слышишь? Никто без тебя, и пусть ангелы знают. Что не потеряю сегодня тебя.

Джек стал двигаться. Сначала медленно, давая привыкнуть, а затем быстрее и быстрее, наращивая темп до предела и вновь снижая. Стоны начал переходить в всхлипы и вскрики, напряжение внутри нарастало, требуя скорейшей разрядки, которая незамедлительно последовала. Содрогаясь всем телом, Эльза обмякла в сильных руках. Джек финишировал следом, излившись на бедро, упал рядом. Несколько минут прошли в тишине. Оба восстанавливали сбившееся дыхание, приходя в себя после волны эмоций.

И без остановок я дышу тобой. Ведь ты как дым, ты наркотик мой. Ведь ты, как яд, ты, как я. Тобою пьян, ты мой океан.

Фрост повернулся на бок, притянув уставшую Эльзу к себе. — Ты моя, слышишь? И о всём, что с тобой происходит с тобой говори мне, — жёстко произнёс парень, крепко сжимая девушку в своих объятиях. — Хорошо, диктатор мой, я тоже люблю тебя, — хмыкнула Эльза, погружаясь в сон. Сейчас не надо было больше ничего. Просто сон рядом с тем, кто любит. Сегодня они как будто побывали на краю пропасти, столько всего произошло…

И без остановок я дышу тобой. Ведь ты как дым, ты наркотик мой. Ведь ты, как яд, ты, как я. Тобою пьян, ты мой океан.