Brothers' Conflict

В просторном холле с высоким потолком и четырьмя массивными цилиндрическими колоннами по центру можно почувствовать себя по-настоящему маленьким, словно песчинка. Разумеется, чтобы разместить почти 50 000 человек, требуется именно столько пространства, однако когда Эмма очутилась в здании, то неброским взглядом смогла насчитать примерно человек 100. «Я настолько рано приехала?» - подумала она перед тем, как вновь посмотреть на пригласительный билет, чтобы понять, куда ей направляться дальше. Ей нужно было подняться на второй этаж по одной из двух лестниц, расположенных по левую и правую сторону от нее. Недолго думая, Эмма подошла к лестнице, которая находилась с левой стороны, но не успела она сделать и нескольких шагов по ступеням, как услышала знакомый голос, а точнее, возглас, который, возможно, не услышала бы, если бы в помещении не присутствовало достаточно сильное эхо. Решив проверить свою догадку, Эмма присмотрелась к нескольким молодым людям в белых рубашках и темных брюках, перетаскивающих в противоположный от входной двери конец холла различных размеров коробки. Сделав вывод, что это персонал, девушка обратила внимание на человека рядом с ними, но без коробки. Он был руководителем данного процесса, что было понятно по его словам: «Несите осторожно, держите крепко! И не спешите, еще много времени, мы все успеем!» «Это же Нацуме-сан», - Эмма убедилась в этом не только благодаря низкому и чуть грубоватому голосу, но и благодаря рыжим волосам, особенно хорошо заметными среди темноволосых голов других сотрудников. «Он говорит довольно оживленно, хотя все так же ровно... Так вот, значит, какой он за работой. Ну что ж, не буду отвлекать его...» - но только Эмма успела повернуться, как была окликнута Нацуме. Правда, это прозвучало скорее как вопрос, чем утверждение того, что это была именно она, ибо парень поначалу не узнал ее. Увидев, что девушка обернулась, он оставил сотрудников и быстрым шагом поравнялся с ней. - Привет. Честно говоря, не ожидал тебя здесь увидеть. - Здравствуйте, Нацуме-сан. Почему же? Мне ведь нравится это аниме, да и Ваша компания, насколько я знаю, будет выпускать по нему игру. Она решила не упоминать о том, что была приглашена непосредственно Тсубаки. - Ну да. Проделать такой путь ради презентации аниме... - О, совсем нет! Мой путь не был долгим и утомительным. Меня Юске-кун привез сюда. - А, вот как... - на несколько секунд Нацуме завис. - Погоди, что?! В смысле, Юске? На машине? - Ну да. На машине Масаоми-сана. - Разве у него есть права? - Несколько дней назад он сдал экзамен в автошколе и получил права. - Когда он успел учиться в автошколе? - этот вопрос Нацуме задал практически шепотом, не надеясь услышать ответ. - Вот-вот, у меня была примерно такая же реакция, как и у Вас! - Серьезно? Ты разве не знала, что он сдавал на права? В ответ Эмма отрицательно покачала головой. - Да уж... Слушай, ну это я живу отдельно, мы редко общаемся, и я могу многого не знать, то ты ведь живешь с Юске в одном доме, и ты не знала? - Ну... Так уж вышло. - В университете сложнее, чем в школе, не так ли? - Это точно. Всеми мыслями ты там, и начинаешь не замечать того, что происходит в собственном доме. - Но ничего, ты обязательно привыкнешь и сможешь адаптироваться. - А у Вас, значит, рабочий процесс? - сменила она тему. - Да. Эти ребята перетаскивают аппаратуру в зал, где все будет происходить. - Они Ваши непосредственные подчиненные? - Вообще, как таковых подчиненных у меня нет. Но поскольку сегодня компанию представляю именно я, то на сегодня я их непосредственный начальник. - Вам нравится руководить? И что для Вас легче: руководить или подчиняться? - Мне трудно ответить однозначно. На самом деле, я бы лучше сейчас сам перетаскал все эти коробки. Покомандовать, конечно же, всем хочется и нравится, но когда возникает какая-то проблема, то все сразу зовут тебя, и нужно все решить еще до того, как ты понял суть проблемы. А многие работники еще и паникеры, и поднимают шумиху по каждому пустяку. Так что такая работа тоже выматывает, только морально. Хотя, сегодня довольно душно, так что не хочется физически напрягаться. Сегодня, помимо обязанностей, седьмой сын семьи Асахина и внешне выглядел как начальник, и как тот, кто должен достойно представить компанию, сотрудничающую с данным проектом. Одет он был в темно-синюю с серым оттенком рубашку, черные брюки и такого же цвета пиджак. Он обмолвился о духоте, очевидно, потому что застегнутая на все пуговицы рубашка и белый галстук действительно буквально душили его. Эмма только кивнула на слова Нацуме. Подняв на него взгляд, она увидела, что он очень внимательно рассматривал ее. - Нацуме-сан, пожалуйста, не смотрите на меня так... - Извини. Просто ты сегодня необычно выглядишь... - «Необычно» в смысле «странно»? - Эмма ожидала его слов, но первой реакцией послужил взгляд, наполненный нежностью и искренним восторгом. - Вовсе нет. Ты очаровательна. Эмма поблагодарила Нацуме за комплимент, однако ее несколько насторожила резкая перемена в его выражении лица: взгляд словно потемнел и стал более злым, а брови нахмурились. - Нацуме-с... - не успела она договорить его имя, как оказалась прижата к стене, возле которой стояла. Молодой человек не касался ее, однако преградил путь, расположив руки по обе стороны от девушки. - Ты ведь неспроста так оделась и накрасилась? Для кого же? - Все совсем не так, как Вы думаете... - робко пролепетала она. - Ну тогда убеди меня. Интонация его голоса, говорившая о еле-еле сдерживаемой злости, лишила Эмму дара речи. К тому же, их весьма пикантная поза вызвала в шатенке новую волну смущения. Она бы сказала все как есть, если бы только Нацуме дал ее телу больше свободы и не смотрел с такой злостью. И все же она понимала, что он не отступит, пока не услышит хоть что-нибудь. - Это платье подарила мне Мива-сан, но до сегодняшнего дня у мня не было веского повода надеть его. А с макияжем мне помог Хикару-сан. Вот и все. Нельзя сказать, что Нацуме полностью поверил этим словам, однако по взгляду Эммы понял, что она верит в то, что сказала, а значит, это, скорее всего, была правда. Кроме этого, в карих глазах он увидел некую долю страха. Но даже после этого осознания Асахина не собирался давать девушке свободу. И хотя внешне он подобрел, дабы убедить Эмму, что его бояться не стоит, ей было крайне неловко от сей ситуации, так что она все время смотрела в разные стороны. В какой-то момент она услышала тяжелый вздох, после которого Нацуме все же убрал руки от стены и сделал шаг назад. - Прости, - произнес он виновато, - это было недостойное поведение с моей стороны. - Асахина-семпай, у нас проблемы! - это кричал один из сотрудников игровой компании, подбегая к Нацуме. Лицо этого сотрудника была, мягко говоря, перепуганным. - Что случилось? - спросил Нацуме на вежливом языке. - Администрация не разрешила оставлять аппаратуру там, куда мы ее притащили... - Хорошо, я понял. Скажите, что я приду через минуту. - Да! - сотрудник исчез так же быстро, как и появился. - Мне нужно возвращаться к работе, так что я вынужден тебя покинуть. Но у меня есть кое-что, что я хочу тебе дать, - с этими словами он достал из кармана брюк некий ключ и уверенно вложил его в левую руку Эммы. - Этот ключ от моей квартиры. Ты можешь воспользоваться им, когда тебе будет угодно. В любое время. Сказав так, Асахина незамедлительно проследовал в ту же сторону, что и сотрудник несколько секунд назад. Эмма же еще некоторое время была в некоем ступоре, уставившись на небольшой ключ в левой руке. «Вот это было совсем неожиданно... Дать мне этот ключ...» - Эмма, вот ты где! Услышав еще один знакомый голос, она рефлекторно зажала ключ в руке, пожалев о том, что не сразу спрятала его в клатч, ибо ей не хотелось, чтобы именно этот человек увидел его. - Добрый вечер, Азуса-сан, - кротко улыбнулась она ему. - Уф, я уже и не надеялся, что найду тебя в здании раньше, чем все начнется. Ты вновь поставила телефон на беззвучный? - А? - Я звонил тебе несколько раз, но так и не дозвонился. - А, да... Извините, что доставила проблем. Действительно, у Эммы была не очень хорошая привычка ставить телефон на беззвучный режим, да и к тому же, отключать вибрацию. Вот поэтому то братья и волновались за нее довольно часто. - Просто я подумал о том, что ты, возможно, передумала и не приедешь. Но ты все таки здесь, и я очень рад этому. Кстати, прекрасно выглядишь. Я раньше как-то об этом не задумывался, но тебе очень идут насыщенные цвета. - Спасибо, Азуса-сан. Мне приятно это слышать. Подарив девушке скромную, но радостную улыбку, сейю сказал: - Тогда пойдем со мной. Я провожу тебя в зал на твое место. - У меня есть персональное место? - спросила она тогда, когда они уже поднимались по лестнице. - Конечно. В первых двадцати рядах, а точнее, в пятом. Там можно присесть. - Ой, ну не стоило. Я могла бы и среди толпы постоять. Да и к тому же, впереди ведь слишком громкая музыка. - Почему же не стоило? Ты младшая сестра главного человека этого вечера, так что нет ничего странного в том, что ты будешь близко к сцене. Во-первых, находиться на концерте одной в толпе весьма неудобно: тебя там затолкают, или того хуже, украдут клатч. Во-вторых, тебе все будет прекрасно видно. В-третьих, о громкости звука: колонки расположены по всему залу, а не впереди, так что тебе будет слышно точно также, как и тем, кто стоит в самых последних рядах. - Ну да, тут Вы правы. Эмме стало несколько легче в присутствии Азусы хотя бы потому, что он не стал так реагировать на ее внешний вид, как Нацуме. Она до того расслабилась, что даже не поняла, как расслабила руку и тем самым выронила ключ, который с резким звоном упал на пол. Брюнет, который шел рядом с Эммой, отреагировал быстрее и, подняв ключ, протянул его девушке. - Что за ключ? - поинтересовался он ненавязчиво. - Да так, я просто нашла его в холле. Видимо, кто-то выронил. Я постараюсь вернуть его владельцу, хотя еще не придумала как... - Понятно. Азуса не был бы собой, если бы не услышал откровенную ложь в ее словах. Поднимая ключ, он сразу узнал его, но решил проверить, что же Эмма ответит ему. «Эх, Нацуме-Нацуме... Так не пойдет. Вести столь нечестную борьбу...» Эмма, решив прервать тишину, возникшую между ними, спросила: - Вам нужно быть одетым в костюм своего персонажа, Азуса-сан? - Ты узнала этот костюм, да? На самом деле, не только мне. Всему составу сейю нужно быть хоть немного похожими внешне на своих персонажей. Лично мне очень повезло, что моего персонажа изображали в деловом костюме, потому что одеваться во что-то причудливое я не очень люблю, если честно. - Вы сказали, что лично Вам повезло... Кому-то не повезло? - Если я все расскажу, то у тебя пропадет интерес. До начала осталось не так уж много, ты все сама увидишь. Азуса очень вовремя закончил, поскольку они подошли к двери, ведущей в зал. Эмма, мягко говоря, была впечатлена размерами помещения. Только вот долго рассматривать все это она не могла, ибо нужно было сначала подойти к своему месту, чтобы не задерживать Азусу, ибо он был достаточно занят. *** К слову, о том, как именно был одет Азуса. Образ его состоял из идеально сидящего на нем костюме, цвет которого Эмма не могла описать одним словом. Этот оттенок был словно смесью темного, но при этом бледного фиолетового и коричневого цветов. Белоснежная рубашка делала выгодный акцент на галстуке с черными и бледно-розовыми ромбами. Но наиболее привлекающем внимание элементом был достаточно длинный кулон на тонкой серебряной цепочке, но с массивным аметистом, сверкающим в серебряной «рамке», которая соединяла цепочку непосредственно с камнем. Азуса особо не изменил своему стилю, поскольку был в очках, однако его челка не закрывала глаз, а несколько прядей с правой стороны были собраны в небольшой хвост. Нужно было сделать именно так, поскольку похожая прическа была у его персонажа. Эмме, кстати, очень понравился внешний вид Азусы, только вот сказать об этом ему она постеснялась, о чем потом немного пожалела... К тому моменту, как Хината-Асахина присела на свое место, в зале собралось достаточно много людей, хотя до начала было чуть больше часа. Эмма могла бы выйти из помещения и походить по зданию еще какое-то время, чтобы не сидеть целый час на месте, но вовремя сообразила, что когда она вернется, то вряд ли сможет найти свое место, так что она решила остаться. В ее клатче лежал специальный длинный фонарик, который часто используют на концертах, так что она решила достать его, пока еще помнила об этом. Заглянув в клатч, Эмма обратила внимание на ключ, подаренный Нацуме. «Сомневаюсь, что Азуса-сан поверил в мой неуверенный лепет, - подумала она, - но мне повезло, что он не стал расспрашивать, иначе я не знаю, что бы делала... И все же, то, что сделал Нацуме-сан, это шок для меня. Он, очевидно, был честен, когда сказал, что мой отказ ничего не изменил, и он по-прежнему хочет, чтобы я ответила ему взаимностью. Но мои то чувства не поменялись... Нацуме-сан сказал, что я могу воспользоваться ключом в любое время... Ах, как же сложно обо всем этом думать!» - Эмма помотала головой и сделала глубокий вдох: так она делала всякий раз, когда нужно было сосредоточить мысли на чем-то конкретном. «А если предположить, что ситуация выглядит следующим образом: Нацуме-сан не очень поверил в мой отказ, как и Тсубаки-сан, и именно поэтому решил не сдаваться. Теперь же, дав мне ключ от квартиры, он хочет понять мою реакцию. Но если я приду к нему домой, воспользовавшись этим ключом, то не будет ли это означать, что я расположена к отношениям с ним? Не знаю, правильно ли я думаю, но если все именно так, то мне стоит вернуть ему ключ сразу же, как нам представится возможность остаться наедине...» Эмме не хотелось давать ложных надежд на взаимность и запутывать тем самым и Нацуме, и себя. *** Время до начала концерта пролетело достаточно быстро для первокурсницы, поскольку она наблюдала за тем, как все больше и больше людей собирались позади двадцати первых рядов, а также на двух огромных балконах по обе стороны от сцены протяжностью во весь зал. Численность людей, которая могла быть насчитана взглядом одного человека, была в несколько десятков тысяч, и теперь Эмма была благодарна братьям за то, что ей было подготовлено место близко к сцене, да еще и там, где можно было присесть, а значит, вне толпы. Помимо этого, тот шум, который обычно устраивают преданные фанаты, не позволил бы расслышать песни, которые будут звучать. Когда, наконец, началось все то, ради чего все эти тысячи людей собрались в одном месте, ни один не мог думать о чем-то другом. Вот и Эмма была увлечена тем, что происходило на сцене, а точнее, на двух огромных экранах, транслирующих сначала фамилии тех, кто непосредственно участвовал в создании данного проекта. Затем стали показывать главных и второстепенных героев аниме, а далее последовал опеннинг в исполнении Тсубаки. Довольно быстрая, при этом захватывающая дух песня, которую, кстати, Эмма никогда не пропускала при просмотре аниме, да и еще и живом исполнении, увлекла абсолютно каждого зрителя, но к сожалению, после опеннинга особая увлеченность девушки происходящим постепенно начала испаряться, ибо начались представления наиболее важных художников, главного сценариста, директора картины, а также представителя игровой компании, то есть Нацуме. Увидев его на сцене, Эмма непроизвольно вернулась к мыслям о его недавнем поступке, и в какой-то момент совсем перестала смотреть на сцену. Далее представляли тех, кто подарил персонажам свои голоса. Единственное, что вновь привлекло внимание Эммы, были живые выступления сейю, которые озвучивали несколько коротких додзинси. Далее абсолютно весь состав сейю участвовал в конкурсах. Конкурсы эти, по ее мнению, слишком затянулись, хотя длились не более часа. Однако единственное, о чем она думала, это о том, когда начнется антракт, ибо сидеть на одном месте уже немного надоело. Об антракте Эмма узнала заранее. Да, даже такое мероприятие с большим количеством зрителей предусматривает перерыв длительностью в полтора часа. Из зала есть множество выходов, и таким образом люди могут небольшими скоплениями выйти примерно за 10 минут, вернуться на свои места за 20 минут, а один час потратить на то, что душе угодно. К слову, душе дочери семьи Асахина было угодно перекусить и выпить чего-нибудь холодного и освежающего. Она быстро нашла прилавок со сладостями, где заказала шоколадный тортик и молочный коктейль. Завершив свою маленькую трапезу за одним из маленьких столиков рядом с прилавком, она решила оставшееся полчаса провести на том же этаже, облокотившись на перекладину, соединяющую две лестницы, ведущие непосредственно на второй этаж. Правда, в одиночестве она пробыла не более 10 минут, а тем, кто нарушил это одиночество, был Азуса. Он окликнул Эмму еще до того, как подошел близко, ведь понимал, что она как обычно ушла в свои мысли, и не хотел пугать ее своим внезапным появлением рядом. - Азуса-сан, что-то случилось? - Эм, нет... - этот вопрос, очевидно, застал его врасплох. - А почему ты спрашиваешь? - Просто я думала, что во время антракта непосредственные участники мероприятия не выходят из гримерок просто так... - Я бы не сказал, что пришел просто так. Хочу поговорить с тобой кое о чем. От этих слов девушка напряглась, ибо подумала, что он заведет разговор именно о ключе, но к ее счастью, эта мысль не подтвердилась. - Тебе неинтересно представление? - А? - она действительно была удивлена этим вопросом. - Ты практически не смотрела на сцену во время конкурсов. Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что ты даже не пыталась вникнуть в то, что происходило на сцене. - Как Вы наблюдали за мной? - Со сцены, разумеется. В моменты, когда не участвовал в конкурсе, я смотрел в зал и периодически замечал тебя. Кстати, ты просила: «Как Вы за мной наблюдали?», но вовсе не отрицала, что тебе было неинтересно. Вот здесь Эмма поняла, что его вопрос был уловкой, на которую она попалась. - Азуса-сан! Я не ожидала такого от Вас... - А я не ожидал такого от тебя... - О чем Вы? Я не понимаю. - Я тебе объясню. Для подготовки к сегодняшнему вечеру Тсубаки очень много трудился. Хотя это, пожалуй, мягко сказано. Он очень мало отдыхал, а те часы, которые бодрствовал, посвящал репетициям песен и додзинси. Он очень ответственно подошел к тому, что и сегодня должен сыграть главную роль. Тсубаки пригласил тебя, потому что для него чрезвычайно важно то, как ты воспримешь и оценишь его старания... - Азуса выдержал недолгую паузу, - Он был на сцене в тоже время, что и я, и я абсолютно уверен, что он высматривал тебя среди людей, чтобы увидеть реакцию. И что он увидел? Полное безразличия лицо, да еще и полуопущенные веки. Поверь мне, не так обидна отрицательная реакция, как безразличие. Тсубаки, на самом деле, очень ранимый, и я думаю, что его это сильно задело. И самое главное: я знаю, что он не будет обижаться на тебя, а скорее усомниться в себе и будет думать, что именно он виноват в том, что тебе неинтересно происходящее. Эмму эти слова буквально лишили дара речи: она только кивнула, после чего опустила голову. - Эмма, я вижу, что тебе стыдно, - продолжил Азуса. - Я могу немного тебя понять. Возможно, ты переутомилась, ведь была на подобном мероприятии впервые. Возможно, тебя раздражал шум или духота, но все же твоя реакция выглядела именно так, как я ее описал. - Мне правда стыдно, - проговорила она тихо, - я совсем не подумала о чувствах Тсубаки-сана... - Но у тебя есть возможность исправить ситуацию. Тсубаки еще будет петь и, возможно, несколько раз бросит взгляд в твою сторону. Так что, если он увидит, что ты его поддерживаешь, то все изменится к лучшему. - Я поняла Вас, Азуса-сан. Спасибо, что донесли это до меня. Азуса успел только кивнуть, ведь прозвонил звонок, свидетельствующий о том, что зрителям пора собираться на свои места. Брюнет коротко распрощался с Эммой и ушел в сторону гримерки, а сама она поспешила в зал. Молодой студентке даже не пришлось делать вид, что ей нравится концерт, ибо именно так и было. Саундтреки, которые запомнились приятной мелодией и красивыми голосами исполнителей, сейчас звучали, и даже большая громкость не раздражала, ибо с каждой последующей песней Эмма все больше мысленно возвращалась к тем эмоциям и ощущениям, которые испытывать во время просмотра аниме. Когда же на сцену вышел главный герой вечера, она была одной из тех, кто, можно сказать, пел вместе с ним. Было абсолютно очевидно, что Тсубаки пел намного лучше, чем прежде, и Эмма решила вознаградить его усилия своей поддержкой. Кстати, как и говорил Азуса, Тсубаки иногда обращал внимание в ту сторону, где сидела младшая сестра. Ей даже казалось, что один или два раза их взгляды встретились... Вторая часть презентации была захватывающей и действительно запоминающейся, только вот это не единственное, что кареглазая шатенка запомнит надолго. Даже после поступления в университет она не ощущала настолько сильной физической и моральной усталости. Она была готова лечь там, где стояла, и была уверена, что сразу же уснет. А мысли о том, что ей придется ехать домой на такси в такое позднее время, да еще и целый час, практически приводили ее в отчаяние. Вот только Эмма не могла уехать, не сказав хотя бы несколько слов человеку, благодаря которому оказалась здесь. Проблема была только в том, что она не знала, где его найти, поэтому решила отправить сообщение с просьбой встретиться, если у него есть время. В сообщении она указала, что будет на улице, так как находиться в здании среди толпы уже не могла: хотелось на свежий воздух. К счастью, ответ он старшего из тройняшек Эмма получила быстро. Он писал, что через несколько минут подойдет к ней, так что девушка облокотилась на стену и стала ждать. Она не знала, сколько именно минут прошло, но через какое-то время услышала свое имя, произнесенное знакомым голосом. - Тсубаки-сан, добрый вечер! - радостно сказала она. - Эмма, ты не представляешь, как я рад тебя видеть! Огромное спасибо, что пришла! - Тсубаки от переполняющей его радости непроизвольно взял руки Эммы в свои, словно хотел убедиться, что она и вправду здесь. - Вам спасибо, что пригласили. Мне очень понравилась презентация, особенно концерт. Песни звучали для меня как будто по-новому, но очень увлекательно и захватывающе! Чувствуете, как подрагивают мои руки? Мне кажется, что я до сих пор нахожусь в тех ощущениях. - Да, чувствую... Я очень рад, что тебе понравилось. Это значит, что мои усилия были не напрасны. Знаешь, может, по мне не видно, но меня просто переполняют эмоции! И мне очень хочется их выразить, но не словами, а делом. Эмма, могу я обнять тебя? Она была приятно удивлена тем, что парень спросил об этом прежде, чем сделать. А увидев искрящиеся самыми разными чувствами глаза Тсубаки, не смогла отказать в такой просьбе, и сама потянула к нему руки, намереваясь обнять за шею. Тогда Тсубаки, не помня себя от радости, заключил ее в крепкие, но при этом нежные объятия. Он обвил руки вокруг спины Эммы, не позволяя себе касаться девичьего тела там, где старшему брату не дозволено. Ведь она сама подпустила его к себе столь близко, и он не смел разочаровывать ее. Примерно через полминуты парень отстранился первым, однако оставил руки на оголенных плечах девушки. - Я бы хотел еще поговорить с тобой, но не здесь. Я предлагаю сейчас быстренько пройти в гримерку, потому что вот-вот начнут массово выходить люди, и если они меня увидят, то... сама понимаешь, что будет. - Хорошо... Только успела она это сказать, как блондин взял ее за руку и быстрым шагом повел обратно в здание. Им предстояло вновь подняться на второй этаж, только Тсубаки направился к другой лестнице, по которой поднимались только сотрудники персонала. Эмме было тяжело успевать за ним, но она старалась не отставать. Наконец, перед дверью гримерки, он отпустил ее руку и пропустил в комнату первой. Асахина знал, что помещение будет пустовать, именно поэтому он пришел именно сюда. - Ух ты! - воскликнул он, посмотрев на девушку при ярком свете. - Ты такая миленькая, Эмма! Ты обычно всегда хороша, но сегодня особенно милая! Это платье тебе очень идет! - Спасибо, Тсубаки-сан... - Эмма поверила его словам, ведь они были подкреплены выражением искреннего восторга и восхищения на его лице. - Вы можете начинать говорить то, что хотели, - сказала она после паузы в несколько секунд. - А ты куда-то спешишь? - Как это куда-то? Домой, конечно же. Уже поздно. Тсубаки состроил максимально задумчивое выражение лица. - Хм... не знаю, обрадую я тебя или огорчу, но домой ты сегодня не попадешь. Зрачки Эммы в удивлении расширились. - То есть как это, не попаду? - перед каждым словом она делала маленькую паузу, надеясь, что Тсубаки изменит ход ее мыслей и скажет, что пошутил, но он молчал. - Вы не шутите? - Хм... я ожидал другой реакции. Я то думал, что ты смутишься и вновь покажешь мне это милое краснеющее личико... - Я слишком устала, чтобы так реагировать. Пожалуйста, Тсубаки-сан, объясните все по-человечески. - Хорошо, я пошел. Извини, - его тон стал достаточно серьезным, чтобы дать Эмме понять, что дальше он будет говорить правду. - Видишь, ли, мы с Азусой и Нацуме тоже не едем сейчас домой. Во-первых, уже действительно поздно, а во-вторых, наш коллектив хочет отметить успех презентации. Естественно, что веселым и выпившим людям не захочется после празднования возвращаться в такой далекий Токио, поэтому заранее были забронированы номера в отеле. У тебя, кстати, отдельный одноместный номер. - А кто-то дома знает об этом? - Конечно! Маса-нии и Ке-нии предупреждены, и они все одобрили. - Сомневаюсь, что Уке-сан одобрил эту затею... - Ну... - по виду Тсубаки было понятно, что адвокат не хотел, чтобы сестра осталась в Макухари Мессе. - То, что он думает, это его проблемы! В любом случае, теперь все предупреждены и волноваться не о чем! Слушай, Эмма... - Да? - Ты не против того, чтобы прогуляться к пляжу? - Ну... - в замешательстве она смогла вымолвить лишь это. - Если ты сильно устала, то я не буду настаивать. Я просто подумал о том, что здесь как-то душно, а мне хочется на свежий воздух. К тому же, на пляже сейчас хорошо: и красиво, и ветерок прохладный дует, и песок под ногами мягкий... Кстати, если замерзнешь, то можешь надеть вот это, - сказав так, Тсубаки снял с некоего стула пиджак от костюма персонажа Азусы. - А это нормально, если я возьму именно этот пиджак? - Костюм моего персонажа, к сожалению, уже забрали, а другой верхней одежды при себе у меня нет, так что из своего я тебе ничего предложить не могу. Азуса не будет против, я уверен. Главное - вернуть пиджак в целости и сохранности, так что не урони его и не испачкай. Ну так что, пойдем? Эмма приняла пиджак из рук Тсубаки, тем самым давая понять, что согласна прогуляться с ним. *** Дорога к пляжу была недолгой: предстояло выйти из здания через служебный выход, пройтись по аллее парка, освещенной ярким светом фонарей, а затем спуститься по каменным ступеням непосредственно к пляжу. Тсубаки уже прошел несколько шагов по песку, в то время как Эмма на несколько секунд задержалась на последней ступени. - Ты не пойдешь дальше? - Просто у меня босоножки на платформе, и будет неудобно ходить по песку. Простите, что не сказала сразу: совсем вылетело из головы... - Ну не будем же мы возвращаться обратно так скоро? О, у меня идея! Я могу наградить свою младшую сестренку за то, что она приехала и поддержала меня сегодня! - Каким образом? - с опаской в голосе спросила она. - Я понесу тебя на руках, как принцессу! Секунду Эмма думала, после чего ответила ему так: - Я, пожалуй, просто сниму босоножки. - Э?! - парень состроил максимально обиженную моську. - Тебе настолько противно находиться рядом со мной?! - Тсубаки-сан, не поймите меня неправильно, - сказала она тогда, когда сняла обувь и ступила босыми ногами на холодный песок. - Вы очень устали и я не хочу нагружать Вас. - С чего ты взяла, что я устал? Я еще могу бодрствовать! - он гордо вздернул нос, но Эмма была непоколебима. - Когда Вы действительно бодрый, то держите спину прямо и быстро ходите, а сейчас Вы сутулились и шли медленно, из чего я и сделала такой вывод. За меня можете не переживать, ведь песок приятно охлаждает. А моей наградой можете считать то удовольствие, которое я получила от презентации! - Ну что ж, убедительно... К слову, они все еще стояли возле ступеней, и свет от фонаря, освещающего аллею парка падал и на эту местность. Именно поэтому они хорошо друг друга видели. Но тут то Тсубаки и предложил девушке присесть на деревянную лавку поближе к воде. Туда уже свет от фонаря не доставал, но Эмма вовсе не была против присесть. Этим вечером ветер действительно был довольно сильным и прохладным, особенно на морском берегу, а потому шатенка накинула на плечи пиджак Азусы, сразу же ощутив, что может вся в него закутаться. Тепло, подаренное этим изделием, не только согрело девушку, но и даже несколько сморило. Сводный брат, по-видимому, думал о чем-то своем, да и Эмме нечего было сказать, и молчание между ними воцарилось на несколько минут. В эти минуты дочь семьи Асахина наслаждалась еле ощутимым запахом моря, однако ее мысли о его мнимой бесконечности были прерваны в тот момент, когда она ощутила приятный запах мужского одеколона. Поначалу она решила, что этот аромат исходил от того, кто сидел совсем рядом. «Но ведь я не почувствовала этого, когда обняла Тсубаки-сана. Вернее, у него другие духи... Получается, это духи Азусы-сана? - эти мысли заставили ее немного покраснеть. - Интересно, он всегда так пахнет?.. О боже, о чем я только думаю?!» Щеки Эммы стали совсем пунцовыми, и чтобы хоть как-то скрыть свое смущение от Тсубаки, она отвернулась влево. - Что такое? - услышала она вдруг. - Да так... К удивлению девушки, Тсубаки все еще продолжал смотреть вдаль. Сделав глубокий вдох, он устало прикрыл глаза. - Мне действительно есть, что сказать тебе. Выслушаешь? - Конечно. Он глубоко вздохнул, чтобы несколько унять сумбур в голове и сосредоточиться на том, что хотел поведать Эмме. - Уверен, ты будешь удивлена тем, что я скажу... По правде говоря, приглашать тебя сюда не входило в мои планы. Тсубаки верно предугадал реакцию Эммы: она действительно была весьма удивлена, но не стала спрашивать, поскольку обещала выслушать брата. Он после короткой паузы продолжил: - Мне действительно хотелось, чтобы ты увидела мой успех, чтобы это вызвало восхищение в твоей душе. Но я долго не решался на то, чтобы пригласить тебя, потому что... видеть то, как ты мной восхищаешься, как радуешься и как поддерживаешь, заставляет меня думать, что ты испытываешь ко мне что-то большее, чем сестринскую любовь. А знаешь, почему так происходит? Вот говорят, что мужчины, когда влюбляются, глупеют, а женщины, наоборот, становятся умнее. Я, конечно, не знаю, что творится у женщин в голове, но за мужчин могу сказать. Глупость эта проявляется, разумеется, не в ухудшении умственных способностей, а в том, что влюбленный парень видит в малейшем проявлении внимания к нему со стороны любимой девушки намек на то, что она дает ему шанс. Проще говоря, надежду на взаимность. Вот и со мной произошла такая же ситуация. Я правда верил в то, что ты испытываешь ко мне что-то большее, чем испытывает сестра к брату, и я по-настоящему злился, когда ты говорила, что не любишь меня. А после того, как тебе признались братья, я, увидев твою растерянность, осознал всю ситуацию: в силу молодого возраста и отсутствия опыта в отношениях с мужчинами ты не до конца понимала того, что происходило. Не зная, как реагировать на признания в любви, ты неосознанно причиняла сильную боль, и сама страдала не меньше. Когда я это понял, то мне стало очень стыдно. Настолько стыдно за чрезмерную настойчивость, что я решил больше никогда не напоминать о своей любви и оставить тебя в покое... Тсубаки замолчал, а Эмма начала нервничать, хотя и не подавала виду. Она не знала, что ей стоит сказать, да и нужно ли вообще что-либо говорить сейчас, но тут сейю продолжил: - Но ты все-таки сегодня здесь, и именно я тебя сюда пригласил. К этому решению я пришел, поддавшись на уговоры Азусы. Все-таки он понимает мои чувства лучше всех... Услышанное имя натолкнуло Эмму на такую мысль, от которой она сама была не в восторге, но она решила прояснить свою догадку: - Тсубаки-сан, можно я перебью Вас? - Ой, ну что ты так формально... Мы же не на конференции. Говори, конечно. - Поправьте меня, если я не права. Вы сказали, что Азуса-сан понимает Ваши чувства лучше всех. Значит он понимал и то, что Вы испытаете, если я буду восхищаться Вашему успеху, так ведь? Тсубаки дал односложный положительный ответ. - То есть, Азуса-сан, осознавая это, сознательно уговорил Вас пригласить меня? - Ты хочешь сказать, что Азуса, понимая, что мне будет, мягко говоря, неприятно оттого, что ты вновь не ответишь мне взаимностью, намеренно способствовал тому, чтобы ты все-таки оказалась сегодня здесь? На этот раз такой же односложный ответ дала Эмма. - О нет, нет! Ты не так поняла! - желая доказать это девушке, Тсубаки непроизвольно запротестовал руками. - То, что испытаю я, это просто следствие, а не причина, понимаешь? Причина, по которой Азуса так поступил, совсем в другом. И я настаиваю на том, чтобы ты поверила в это, потому что знаю своего брата лучше всех. Так вот, Азуса недавно сказал мне о том, что я изменился в лучшую сторону за прошедшие месяцы. Эти изменения касаются, в основном, работы, так что я доверился его мнению. Он знал, что раньше я производил на тебя в основном отрицательное впечатление, и он хотел, чтобы ты думала обо мне лучше, чем прежде. Так что прошу, не думай так плохо об Азусе. Я точно знаю, что он никогда не захочет причинить мне боль. - Я поняла. Простите, что так подумала... - Тебе не за что извиняться. Наоборот, хорошо, что ты озвучила свои мысли и мы прояснили этот момент. - Раньше я бы, наверное, промолчала. - Вот видишь! Значит, ты тоже меняешься в лучшую сторону. Это же здорово! Эмма на это улыбнулась и посмотрела на блондина, хотя могла видеть только его силуэт. - Тсубаки-сан... Я тоже думаю, что Вы изменились в лучшую сторону, и это очень приятно видеть. И я сейчас говорю не столько о работе, сколько о Вашей личности. Молодой мужчина очень удивился этим словам, но вдруг его глаза как-то озорно засверкали. - Так тебе, значит, приятны мои изменения? Неужто влюбилась в меня? Он посмотрел в сторону Эммы в ожидании ответа. Тяжело вздохнув, она промолвила: - Видимо, я поспешила с выводами. Следующим, что она услышала, был заливистый хохот Тсубаки. Внезапно этот всплеск эмоций был прерван звонком на его телефон. - Да, дорогой? - пропел Тсубаки милейшим голосом. Звонивший от этого малость оторопел, но через секунду сказал: - Вот звоню разузнать, дорогой, куда же это тебя занесла нелегкая дорога, а? По голосу из телефона Эмма поняла, что это звонит Азуса. - Каменная дорожка парка привела нас с Эммой на пляж. Хочешь присоединиться? - Какое к черту «присоединиться»?! Ты думаешь, почему я тебе звоню? Потому что наш коллектив уже успел вынести мне мозг, что главного героя все нет. Я и так дал тебе достаточно времени, так что возвращайтесь с Эммой обратно. Она тоже наверняка устала... И вообще, ты разве забыл, что ключи от номеров у меня? Короче, если ты сейчас не вернешься, то будем все спать в вестибюле. - Подожди, подожди, - проговорил «главный герой вечера», - но ведь если я вернусь спустя такое долгое время, то коллектив начнет мне мстить в своей манере. Или же... - хихикнул он, - ты успеешь напиться до такого состояния, что мы не сможем забрать у тебя ключи? На том конце провода послышался угрожающий вздох, после которого последовала не менее угрожающая фраза: - Значит так. Тсубаки, если через 20 минут ты вместе с Эммой не появишься возле двери ее номера, то потом моя месть настигнет тебя. Ты меня понял? - Вас понял. Будет сделано. Эмма была невероятно удивлена тому, как именно Тсубаки сказал это, ведь по его голосу было понятно, что он действительно боялся. - Я думаю, нам стоит вернуться. Ты же все слышала, не так ли? - сказал парень, встав с лавки. Эмме какое-то время удавалось подавлять смех, но она все же не сдержалась и от души расхохоталась. Тсубаки это, по-видимому, несколько обидело. - Не смейся надо мной, - надул он щеки. - Неужели Вы боитесь Азусу-сана? - спросила она, немного успокоившись. - Вообще его очень сложно разозлить. Если он уже в таком состоянии, значит наши коллеги действительно задолбали его. А когда он злой... лучше не видеть его злым, так что давай вернемся. - Хорошо. *** Четырехзвездочный отель был расположен чуть дальше от пляжа, чем здание, в котором проводились мероприятие. Эмму порадовал западный стиль интерьера и приятная атмосфера. Несмотря на то, что было уже за полночь, и все гости спали, в ресторане отеля довольно бурно праздновался успех презентации, а потому в вестибюле было столь же оживленно, как днем. Кстати, этот отель без выбран, в частности, из-за того, что на первом этаже не было номеров для гостей, и можно было устраивать шумные празднества и при этом никого не потревожить. По пути к лифту Тсубаки провел словесную экскурсию Эмме: - Твоя комната находится на 7-ом этаже, а наша - на 5-ом под номером 53. Это я на всякий случай говорю: вдруг мы тебе понадобимся. Номер тройняшек был двухкомнатный: для двух и одного человека соответственно. Нетрудно догадаться, что Нацуме был тем, кто занял одноместную комнату. *** Свет в коридоре включался автоматически, как только там кто-то оказывался, и выключался, когда вошедший прекращал движение. То есть, если некто ночью будет стоять в коридоре и не двигаться, то вокруг него будет кромешная тьма. Вот в такой тьме Азуса уже 15 минут ожидал приятно проводящих время родственников. Только он не стоял, а сидел на диванчике рядом с панорамным окном в конце коридора. Молодому человеку открывался весьма симпатичный вид на ночную Макухари Мессе, освещенную бесчисленным количеством разноцветных неоновых огней. Пребывание в столь уютном месте в темноте наедине с собой и красивом видом из окна обычно вызывает приятные чувства уюта и спокойствия. Вот только Азусе спокойствие могла принести скорейшее появление брата и сестры. Наконец, это желание было удовлетворено, поскольку лифт издал тихий звук, оповещая о том, что доставил своих «пассажиров» на нужный этаж. - Ну что, мы управились за 20 минут? Месть должна отмениться, братец... - у Тсубаки при виде спокойного Азусы полегчало на душе и поднялось настроение. - Считай, что тебе повезло, братец. Но тебе очень не повезет, если ты не оповестишь коллектив о том, что ты пришел. - А когда я их оповещу, я могу вернуться в наш номер и поспать? Я так устал... - он даже зевнул для убедительности. - Поступай, как считаешь нужным. По этому тону блондин понял, что это все, что его брат-близнец хотел сказать. Только вот тот все еще не отдал Эмме ключ и не ушел, а вместо этого неотрывно смотрел в глаза Тсубаки. «Сплавить меня, значит, решил?» - спрашивал его взгляд у Азусы, на что тот ясно дал понять ответным взглядом, что Тсубаки совершенно прав. Эмма же в это время сделала вид, что очень заинтересовалась картиной на стене, хотя начала догадываться, что Азуса еще не отдал ей ключ и не ушел с братом, потому что хочет остаться с ней наедине. - Ну что ж, возвращайся скорее, а то без тебя мне скучно будет, - сказав так, Тсубаки подошел к Эмме со следующими словами: - Спасибо за приятную компанию. Увидимся. Быстрым шагом он зашел в лифт, и в коридоре осталось двое. Молодой человек отдал Эмме ключ, но уходить не спешил. Девушка уже подумывала спросить его об этом, как вдруг ей в голову пришла иная мысль: - Азуса-сан, Ваш пиджак. Просто на улице оказалось довольно прохладно, а я ничего не брала с собой, вот Тсубаки-сан и предложил мне взять его, - говоря это, она сняла пиджак с плеч и протянула Азусе. - Нет проблем. Он мне не срочно нужен. Правда, я был немного удивлен, когда обнаружил пропажу в гримерке, но когда Тсубаки сказал, что вы на пляже, то догадался. Эмма... ты не против, если мы пройдем в комнату? Буквально на пару слов, просто это не для коридора. До этого несколько растерянная девушка словно пришла в себя и открыла дверь. - Извините, Азуса-сан! Я должна была с самого начала это сделать... - Тебе не за что извиняться. Полагаю, ты сильно устала, так что надолго я тебя не задержу. Он пропустил девушку в комнату, а сам прикрыл за собой дверь. Она решила пока не рассматривать номер, а послушать то, что хотел сказать Азуса. - Смотри, - начал он, - утром мы позавтракаем в ресторане, а потом поедем домой на машине Нацуме. Постарайся спуститься к девяти часам, но возможно, кто-то из нас придет за тобой. - Хорошо, я поняла. - Отлично. И еще кое-что... если бы Тсубаки пошел куда-то один, то я бы не стал так настаивать на его скорейшем возвращении. Но я волновался о том, куда ты пропала после презентации. Узнав, что ты с Тсубаки, я немного успокоился, но вместе с этим у меня возникло желание еще раз увидеть тебя. Теперь же я абсолютно спокоен. - Он сделал незаметный вздох и продолжил, - я просто хочу, чтобы ты знала, что так я себя чувствую рядом с тобой. А еще я знаю, как ты любишь размышлять над подобного рода вещами. Я прошу тебя, не думай об этом сейчас, а как-нибудь потом. Сейчас просто отдыхай. Я уже вижу твой сонный взгляд... Эмма была удивлена его словам, в частности, о сонном взгляде, но вслух произнесла следующее: - Спасибо, Азуса-сан. Желаю Вам приятно отпраздновать успех аниме. Молодой человек ответил ей с привычной ему скромной, но радостной улыбкой: - Тебе тоже спасибо. Приятных снов. Как только дверь за ним закрылась, Эмма глубоко вздохнула, ибо от его слов она непроизвольно задержала дыхание. Присев на широкую кровать, устланную темно-бардовым покрывалом, она могла слышать лишь не быстрый, но довольно громкий стук сердца. «Сегодня я испытала чересчур много эмоций. Мне действительно стоит отдохнуть...» С этими мыслями она отправилась в ванную, находящуюся в номере, и смыла с себя макияж вместе с некой долей стресса, пережитого за день. Затем, переодевшись в юкату, которую обнаружила в ванной, Эмма улеглась в кровать. Она хотела посмотреть какое-то время в окно по левую от нее сторону, чтобы лицезреть ночной пейзаж, но как только голова ее коснулась подушки, Морфей забрал ее в свое царство приятных грез. *** Вошедшего в ресторан Азусу Нацуме встретил следующими словами: - Ты чего в пиджаке? Замерз? - Немного, - ответил тот, - в коридоре и вестибюле действительно немного прохладно. Младший брат на это безразлично кивнул. На самом же деле Азусе было ужасно жарко, но он решил хотя бы какое-то время побыть в пиджаке, все еще хранящим тепло тела Эммы.