Вместе навсегда

***

— Ох, блять. Ну Джин. Я же не хотела ничего говорить. Ты не выполнил часть своего уговора, так что будешь смотреть со мной неделю ужасы, — из угла послышался голос менеджера, которая так во время вернулась за забытом кошельком. Она по-братски закинула руку на плечо и потрепала его по голове. Джин со страхом взглянул на сестру, а бантаны недоумевающе посмотрели на Кимов. — Вы по-любому шутите. Сейчас из угла выйдет продюсер и скажет: "Стоп, камера", — начал пояснять Тэхен, который, скорее всего, пытался объяснить себе, что это какая-то шутка. — Какая разница, кто я Джину? Мое отношение к вам не измениться, а станет жестче, как и к Джину. — Эй! Я твой братик же, — он начал подлизываться. — Точно, ты же мой братик. Тогда... — у младшего Кима появилась улыбка. — Не подлизывайся мне здесь. — Мария дала ему подзатыльник. — Через пять секунд, что бы был в кровати, а то неделя ужасов превратится в месяц, и все из-за тебя будут бегать по утрам...в пять часов утра. Мне то все равно. Я обычно в такое время встаю, — она злобно ухмыльнулась и продолжила. — Раз...Раз с пяточкой...Дв... — ее перебили. — Ладно-ладно. Уже бегу, — крикнул Джин в беге. — Чего стали? Вас это тоже касается! — Но как же объясниться? — спросил лидер. — Месяц ужасов. — Мне то как-то все равно. Я люблю ужасы, — хмыкнул Шуга в то время, как все со страхом в глазах посмотрели на него и только просили заткнуться. — Бег в пять утра с завтрашнего дня. — Я лучше пойду спать. Всем спокойной ночи. — Юнги быстро смылся. — Что стоите то? Вам завтра рано вставать. — У нас же завтра выходной? — спросил Чимин, который все это время молчал. — Через пять секунд у вас вообще никогда не будет выходного. Два... — продолжила она. — Осталось три секунды. Сможете до своих комнат добежать? Три.. — только Джаспер успела сказать цифру три, как всех уже не было. — Вот и отличненько, — хлопнув в ладоши, она направилась в свою комнату за ранее забытым кошельком.

***

Следующее утро       Девушка встала из-за стола, на котором вчера она благополучно заснула, разбирая документы и составляя план по завоеванию не только Кореи, но и Европы с Америкой. Посмотрев на время, глаза у девушки стали размером с футбольный мяч. Проклиная всё подряд и спотыкаясь о железные банки из под энергетиков, она все-таки добралась до двери. Время было 09:00       Она со всех ног побежала в ванную. Посмотрев на зеркало, она испугалась. Ну представьте вот такое существо: вместо волос — мочалка, синяки под глазами, бледная кожа. В общем, словами не передать на кого она была похожа. Умывшись кое-как, Мария все-таки смогла привести себя в порядок. Мария       Одела черные со стрелками брюки, белую мужскую рубашку Джонхена и черные лакированные каблуки, а на лицо ноль косметики, кроме помады. Джонхену не нравилось, когда я слишком красилась и из всей атрибутики оставлял лишь красную помаду. Я взяла свою черную сумочку через плечо и пошла.       Выйдя из комнаты, я спустилась по лестнице вниз и сразу направилась к двери, как вдруг... — Эй! Автор — Пошли, — без эмоции проговорила она. — Джин с нами? — она повернула голову в левую сторону. — Джас...я не смогу...т... — начал говорить Джин. — Не надо. Я понимаю, — она вышла за дверь, хлопнув ею.

***

      Черная Lamborghini Centenario 2016-2017 года остановилась около входа в колумбарий. Ари и Джас вышли из машины, вошли в здание. Они поднялись на третий этаж и пошли в самый конец. Целая комната принадлежала Джонхену.       Мария никогда не думала, что будет ходить в колумбарий на встречу к лучшему другу. Она представляла, что, когда они вырастут, будут вместе ходить гулять со своими семьями и всегда дружить, но...произошло совсем не так. Мария       Ответь мне, пожалуйста: почему ты мне ничего не рассказывал, а совершил самоубийство? Почему я ничего не заметила? Почему все, что ты говорил, я принимала как шутку? Почему? Почему ты все время слушал, что говорила я, но ни разу не пытался рассказать мне все, что ты так долго держал в себе? Почему никому не рассказал? И в конце концов: за что ты так со мной? Тогда я хотела совершить самоубийство, а все потому, что я не видела жизни без тебя. *1 год 3 недели назад...* — Привет, — сказала я на входе в кафе. Я заметила, что он очень изменился: начал мало есть, остались лишь кожа да кости; мало спать, мешки под глазами, в которые можно складывать картошку, просто кричали о том, что он практически не спит; редко выходил на улицу и вообще практически не контактировал с людьми, но, когда я зашла, он заставил себя улыбнуться и начал радостно махать руками, чем привлек всех в кафе. Я видела, что он просто заставляет себя делать все это лишь для того, чтобы я не переживала. — Привет. Как у тебя дела? — он улыбнулся своей измученной улыбкой. — Нет, стой. Почему в твои мешки под глазами можно складывать картошку, почему кожа такая бледная, почему мало ешь? — Так. Стоп, остановись. Ничего такого не произошло. У нас просто скоро камбэк. — Точно? — я прищурилась. — Точно-точно, — он рассмеялся. — Ну ладно, — я просто не заметила тогда этой измученной улыбки, то, что былые огоньки пропали, а голос с хрипотцой, когда он брал высокие ноты, да не только, выдавал, что он начал курить. Тогда я просто подумала, что из-за подходящего камбэка у него измученный вид, но это было не так. *Наше время*       Потом открылась правда. Оказывается, с самого детства у него была социофобия. (для тех, кто не знает, что это. Социофобия— упорная иррациональная боязнь исполнения каких-либо общественных действий. Например, публичных выступлений.) Она была у него до того времени, пока мы не подружились и я не заставила его рассказать стихотворение перед всем классом, тогда она прошла, но каким-то образом она появилась снова. Он справлялся как мог, но лишь тогда у него не получилось, он просто не смог и решился. Автор        Когда он умер в собственной квартире от отравления угарным газом, он оставил предсмертную записку. В записке он говорил, что давно хотел убежать от всего, что волновало его и не давало нормально жить. Ким признавался, что устал быть знаменитым, и эта слава давила и убивало изнутри.        Практически каждый день у него случались приступы. Ему надо было, чтобы его кто-нибудь успокаивал, но он не хотел своими проблемами усложнять всем жизнь, но своей смертью он сделала еще хуже...Но, видя счастливые лица своих друзей и близких, он просто не мог сказать этого...        Не мог, потому, что слабак или...тот, кто пытался не доставлять проблем. Но своей смертью он принес не только проблемы, но и боль, и слезы, а у кого-то жизнь потеряла смысл без лучшего друга, который был всем, например, как для Марии. Но Джонхен не виноват в этом, он лишь заботился, а взамен хотел поддержки, но никто не замечал, почти, да и он не хотел рассказывать, но некоторые настаивали, а он находил оправдания.        Никто не виноват. Это лишь получилось так. Он заботился, не хотел рассказывать и держал все в себе и один раз не выдержал. Друзья замечали, расспрашивали, хотели узнать, что случилось, но он всегда отмахивался, говоря, что все хорошо, и он всего лишь устал, но, к сожалению, это была ложь...или частичная неправда. Хотя это почти одинаково, но если подумать...думайте, как хотите. В его словах была доля правды. Он устал от всей славы, устал быть знаменитым...