Кафе "Реборн"

Случайный прохожий мог бы сказать, что в неприметный домик на окраине города вселились демоны – казалось, что стены колыхаются в такт громовой музыке, из дома слышались такие крики, будто все круги Ада разместились в одной комнате и теперь у них там тусовка. В частности это было верно – там проходил девичник невест самых грозных официантов кафе «Ребоорн». К девичнику присоединилась и «Чукча», неведомо где, надыбавшая вполне живого и материального Рикардо и, не успев отойти от такого шока, была окольцована – горячий итальянский мужчина влюблялся с первого взгляда, а поскольку нравы в его времена были строгие, прежде чем тащить девушку в постель, он сделал ей предложение. Ну, а потом с чувством выполненного долга перекинул все еще офигивающую «Чукчу» через плечо и направился закреплять контракт. Когда же девушкам надоело косплеить чёртей – то бишь качаться на люстре, пытаться спрыгнуть со второго этажа, используя зонтик как парашют, орать похабные частушки, которые вгоняли в краску даже бывалого Джи (Первое поколение никуда не делось – призраки не могут исчезнуть, пока их не отпустят, а отпускать их никто не собирался). Они, устроились в столовой – большом зале с кучей кресел, но, о диво, – без столов. Видимо, хозяева дома ели, сидя в креслах. Так вот, устроившись в уютном зале, девушки начали травить байки и анекдоты о своих муженьках и о мужиках вообще. Призраки краснели и возмущались, но не уходили. - …И вот решила я, так сказать, «наладить отношения с родней жениха», – Вещала «Чукча», - Наладила, чтоб её! Пошла к Занзасу, так он не отвечал, и открыто было. Захожу, вежливо так. Мол - эй, алкаш пернатый, выходи, разговор есть, а в слух - "Есть кто живой?». Так этот «милый человек» вышел из ванной в одном полотенце… - «Владыка Ада» ревниво покосилась на рассказчицу, но та уже рассказывала дальше, - …и чуток разозлился, а я и слова не успела сказать, минут десять от фаерболов по комнате металась, благо пистолеты за полотенце не были заткнуты… Эх... В общем, парочка фаерболов влетели в комод с бельишком, за которым я безуспешно пыталась спрятаться. В итоге, я повисла у него на полотенце с отчаянным воплем: "Стой, Люк, я твой Отец!... тьфу, в смысле, твоя Бабушка!" А, пока Занзас в очередной раз охуел (куда ему еще хуеть он и так охуенен до безобразия), я пулей за дверь, на лету прибавив: "ну, по крайней мере, скоро собираюсь ею стать". И тут же налетела на Скуало (он, что, всегда в одних пижамных штанах по коридору шляется перед дверями Босса? *задумалась*), – «Псих Потрошитель» горестно кивнула – достался же муженек. - Бедняга чуть зубной щеткой не подавился, и, хоть заорать из-за этого не успел, но соображать сука быстро не перестал, он даже с бодуна соображает, опыт, как-никак, так что, пока не удрала, схватил за шиворот и затащил в комнату, – «Псих Потрошитель» возмущенно выпучила глаза, - Ну и еще пока Автор не запалила и не спасла (прям жалко себя) или Закуро, ничего не имеющий против меня, но имеющий зуб на Скуало после того побоища в кухне (может же и Саньке сказать)... Мда, в общем, я еще минут 5 побегала уже по комнате Скуало, уворачиваясь от меча, пока не объяснила ему, как теперь обстоят дела - про бабушку Босса и всё такое, очень быстро объяснила, не сбавляя темпа, и только один раз споткнулась. Скуало понял, что убивать теперь нельзя и, подхватив ремень, успел врезать, добравшейся до спасительной двери мне по чему попало, – Автор, догадавшись по чему именно попало, сочувственно вздохнул, - Но преследовать не стал. Я же, шепотом матеря патлатого и потирая на ходу ушибленное ... самолюбие, тихонько, пока другие не проснулись, побрела дальше по коридору. («Псих» не ревнуй, у нас с ним чисто деловые отношения "западло - за западло") Уже собиралась уходить, но наткнулась на комнату Луссурии и передумала - было не заперто. Зашла, заползла к "маме" под одеяло.. и жаловалась на жизнь тяжелую пока не стало легче, Лусс пожалел и не возражал. (уйдет работать может оставить спать, во-первых он солнышком с ним тепло и уютно, во-вторых там меня точно никто искать не будет) В общем, поплакалась, стало легче приклеила к затылку бумажку "до свадьбы или ужина не будить" и задрыхла лицом в подушку. Девушки покатывались со смеху от злоключений «Чукчи», «Владыка Ада» спешно соображала – покупать Занзасу труселя или и так сойдет. Автор, икая и пошатываясь от смеха и алкоголя, перепутал Джи со своей правой рукой, за что получил от четверых – от самого Джи, от ревнующего Примо, от ревнующей «Мрачной куклы» и от негодующей настоящей правой руки. - А давайте…,Ик,…Сыграем в игру: «Кто придумает к своему муженьку самое смешное прозвище?» - Предложила «Ару-сан». Игра началась. «Пончик» придумал к Бьякурану – «Зефиркопыллесос». «Катиш» к Хибари - «НамимороХибёрдоКамикоросселло-маньяко». «Anya_4444» к Хаято – «О великий, носящий за Джудайме потерянные трусы в чиби-Киёко-чан». «Princess Alice» к Бельфегору – «Скрывающийся под челкой молочник в долгах». «Псих» к Скуало – «ОрущийВечтоЧем-тоНеДовольныйФанатЗанзаса,КараулящийВОднихШтанах». Автор к Закуро – «Перекуренный Гранат». «Призрак Бел-семпая» к Расиэлю – «Обросшая версия Бела с манией принцеличия». «Принц Ананасиков» к Рёхею – «ЭКСТРЕМАЛЬНО тормозящий наследник тунгусского шакала». «Минк Каваллини» к Фонгу – «Мистер покерфейс»( бета решил добавить - "похер"). «Владыка Ада» к Занзасу – «Пьющий, как стадо Дино, уборщик мусора». «Фрош» к Франу – «Кто проживает на дне чайника? Франч-боб-Белкинс!». «Миури» к Кикё – «Косплейщик укропа». «Акси Сенекен» к Мукуро – «ЯАнанасКозлаПрипас». «Aru-san» к Асари Угетсу – «Я спокоен, я абсолютно спокоен. Я спокоен и доброжелателен. Я не засуну этому ублюдку в жопу флейту. Я абсолютно спокоен и я мило улыбаюсь, когда представляю, как сую ему в жопу флейту.» «Мрачная Кукла» к Джи - «Что получится, если скрестить Гокудеру и Закуро». «Чукча» к Рикардо – «Патлатая версия Занзаса» (от беты - мимимими!). «Катерина» к Алауди – «А Хибари, даже перекрашенный, - няшка!» (Победителя выберете сами) «Минк Кавалини» и «Пончик» спорили о том, какая сковорода лучше – Тефаль или чугунная. Автор вставил свои пять копеек на счет антипригарных с керамической обробкой, но, получив в ответ «Слишком легкие, а керамические вообще после первого же удара рассыпаются», до слоупока дошло, что они вовсе не про готовку. Спор поддержали все – и даже для наглядности решили проверить. Проверять было не на ком – на девушках не солидно, Примо как и остальных Первых хранителей жалко было. Наконец, решили бить по деревянной статуе африканского божества. Если бы сей богохульный процесс увидели афроамериканцы, они бы закидали пьяных богохульников камнями, а потом изжарили до хрусткой корочки на костре. Но афроамериканцев среди девушек не было, поэтому статуя была безжалостно избита. В итоге выяснилось, что самая прочная (а заодно и тяжелая – Миури, когда та замахивалась, от тяжести подалась назад и огрела Автора по лбу) это чугунная. Пока девушки оплакивали (ну и пили за упокой души), а Anya_4444 носилась вокруг хладного трупа с воплями «Автор-саан! На кого ж ты меня покинул!?», Бармен деловито сварганил какую-то вонючую настойку, от которой Автор не просто ожил так еще и подскочил до потолка с ором, которому бы обзавидовался сам Скуало. После того, как Автор свалился с потолка с такими же громкими воплями и начал скакать как кенгуру по всему дому, все тоже потребовали «такого же мозговыносительного пойла». Бармена, слабо отнекивавшегося, что «это только в крайних случаях», никто не слушал. На окне висели шикарные шторы – темно-зеленые, переливчатые, с тяжелыми кистями, а на ощупь мягкие как попка Занзаса. И из этих самих штор вывалилась «Чукча» в обнимку с Автором и Барменом. На Автора и «Владыку Ада» были напялены блестящие юбки, которые, по плану, должны были доходить до колена, но их подтянули аж до сисек, сделав видимость платья. На Авторе, кроме юбки-платья, была одна резиновая калоша, найденная в гараже и парик, больше походивший на ощипанную курочку, а на Бармене - дебильная шляпа с перьями, свисающими аж до колен. На самой «Чукче» был камзол, резиновые шлепанцы и мобилка в руках. У всех были очки аля «укуренный лётчик». Так вот, вывалившись из штор, эта троица спятивших поклонников Луссурии начали отплясывать Gangnam Style. Пончик так и не услышала ненавистные звуки, так как отрубилась за полчаса до этого, когда все девки еще пили, а тройка трансвеститов наоборот - рыскала по дому в поисках одежды, зато теперь, её трупик с воодушевлением заставляли отплясывать вместе со всеми. Первое Поколение, неведомо как споенное, плясало вместе со всеми. Больше того – Примо, видно решив, что корейская попса – это для стриптиза, с воодушевлением начал крутится вокруг холодильника, перепутанного с шестом. Споить умудрились даже Асари и Алауди. Последний, по пьяне, умудрился предложить наручники и штаны (взамен руки и сердца) «Карамелько ака Катерине», так что теперь девушка счастливо висела на Алауди, а сам хранитель Облака пытался вспомнить, как он сюда попал. Остальные Первые Хранители Задницы Примо невпопад подпевали и даже пытались танцевать, но не смогли и попАдали, уже с пола затянув совсем не в тему: «Лысен ту летс дей, тунайт, тунайт, тунаайт». Автор с «Чукчей» затеяли денс-батл, обмотавшись желтыми и зелеными шторами. Первый хранитель Солнца уже некультурно отплясывал в одних трусах, а рясу кто-то стянул. Кажется, «Принц Ананасиков» пробормотала тогда что-то про ролевые игры. Закончились пляски тогда, когда за девушками приперлись злые-презлые женихи. Хозяева дома, когда вернулись, схватились за сердце – в потолке дыры (автор допрыгался), зонтики все поломаны, комнаты разрушены, в одной из комнат стоит странный алтарь, в другой целый склад пустых бутылок, калоши и сценический инвентарь пропали вместе с дорогущими итальянскими шторами. По соседним селам, с тех пор, ходят слухи о ночных шабашах ведьм в том доме, и о том, что, если туда сунуться, то тут же затрахают до смерти (сунувшиеся туда сексуальные маньяки были жестоко разочарованы ). Вот и подошел к концу девичник! Ждите – в следующей главе! Мальчишник и день рождения Луссурии!!!