Кафе "Реборн"

Утро. После свадьбы, как и после всех пьянок, у участников сего мероприятия было куча вопросов – «Кто я?» «Где я?» «Какой сегодня день?» «Чё вчера было?» «ГДЕ РАССОЛ?!?!?» Понемногу вспоминая ответы на первые два вопроса и найдя причину четвертого, все озадачились третьим. - Так, признавайтесь! Кто Что помнит? Лично я помню всё до момента банкета, – Потирая гудящую как взбесившийся колокол голову, спросила Пончик. - Пить меньше надо было! Я помню банкет, танцы, спектакль с заменой невесты… - Начала загибать пальцы Автор. - Какой спектакль? – Половина аудитории и самой свадьбы то не помнила, но, решив, что это было самое скучное, перешла к более интересному вопросу. Бывшие женихи гневно потупились, а помнящая половина гостей и невесты заржали. «Тамада, прочитав в интернете про традиционный розыгрыш «Замена невесты», загорелась желанием воплотить его в жизнь. Пока женихов в спешном порядке посылали кого куда – за выпивкой, за обручальными кольцами, и просто куда подальше, невест быстро переодели и спрятали, а в их платья нарядили других людей. Вернувшись, женихи уже были навеселе и подмены не заметили до тех пор, пока не пришел черед поднимать невесте фату. Бьякуран, икая как заправский лётчик после неудачного полета, уже поднимая невесту на руки, заметил, что как то она подозрительно костлява, да и грудь убежала на задницу. Подозревая самое худшее, он быстро поднял фату и чуть не скончался от ужаса – его Пончик превратилась в мужчину!!! В рыжего, очкастого мужчину! Немного успокоившись, Бьякуран сообразил, что это не мужская версия Пончика, а, всего-навсего, Ириэ в свадебном платье. Для порядка поматюгавшись, мужчина, под возмущенный визг Ириэ, содрал с него платье и, грозно вращая глазами, удалился искать притаившуюся под столом Пончика. Остальные женихи спешно кинулись проверять - на месте ли их собственные жены. Повисла немая сцена. Длилась она не долго и сменилась громкими матами, выпученными глазами, угрозами и диким ржачем всех разыгрывающих. Хибари с пеной у рта гонялся за Кусакабе в свадебном платье и фате, Катиш-плохиш каталась от хохота по всему залу. Хаято улепетывал по всему залу от злой до чёртиков жены – угораздило же его обрадоваться тому, что вместо «Anya_4444» под фатой обнаружился Тсуна. Икающего Бельфегора отпаивали пустырником – кого-кого, а Мармона он вместо жены увидеть не ожидал. «Princess Alice» трясясь от смеха, отдавала Мармону обещанные за спектакль деньги. Скуало с криками гонялся за Дино, обещая порубить того на татарский бифштекс. «Псих Потрошитель» и Ромарио вытирали выступившие от смеха слезы. Закуро при виде Дейзи схватился за сердце, затем за бутылку, а потом за биту Ямамото. Убегал почему-то Автор, а Дейзи уныло разговаривал со своим кроликом. Расиэль, при виде массивной фигуры в платье его невесты, недоверчиво приблизился и с воплем ужаса осел на пол – под фатой была рожа Гола-Моски. «Призрак Бел-семпая» осел рядышком – от смеха. Рёхей немало удивился, когда, потянувшись к невесте за поцелуем, ему в нос уткнулся кончик пушки Колонелло. Сам учитель невозмутимо стянул с себя платье и направился к дико ржущей Лар. «Принц Ананасиков», махнув рукой на донельзя удивленного муженька, сползла под стол. Фонг в первый раз за всю жизнь матюгнулся – ехидно скалящийся Верде вместо «Минка Кавалини», это было уже слишком. Занзас, схватившись за пистолеты, гонял красного как рак Леви по всему залу. Несчастный Шкаф путался в платье и спотыкался, но, во имя своей жизни, бежал. «Владыка Ада» тоже побегала за Шкафом, вопя о том, что: «целовать его я не разрешала!!!!» , но потом успокоилась и присоединилась к ржущим как стадо лошадей «Пржевальского» гостям. Фран чуть не получил сердечный приступ, когда вместо «Фроша» чуть не поцеловал невозмутимо поправляющего очки Чикусу. Кикё с матами закатился под стол, увидев вместо лица Миури, маску Торикабуто. Сама Миури помирала со смеху, а Торикабуто хохотал так что бокалы лопались (Ну все... Катиша можно уносить, - заявила бета). Мукуро издали почуял подозрительный запах псины, бочком-бочком как краб обошел человека, выдающего себя за его невесту. «Акси Сенекен» и Кен разочарованно вздохнули. Асари Угетсу на Кнакла тоже среагировал вполне вменяемо, к огромному разочарованию всех. Зато, когда Алауди обнаружил вместо «Катерины» скалящегося Деймона Спейда и начал гонятся за ним с вешалкой наперевес, все чуть не померли со смеха. Еще больше стали ржать, когда к Алауди присоединилась злющая Елена со сковородкой. Джи огреб от «Мрачной куклы» за то же самое, что и Гокудера от своей жены – когда обнаруживаешь вместо жены Примо, нужно орать и матерится, а не с радостными криками «Боосс!!» кидаться тому на шею. Рикардо схватился за сердце, когда вместо «Чукчи» на него воззрился сам Девятый Босс Вонголы собственной персоной. Разошедшийся старик послал сидящему Рикардо воздушный поцелуй и, гордо подхватив полы платья, удалился.» Ада, снимавшая это все на видео, показала всем присутствующим. Волна ржача накрыла всех (Снова, безудержного такого!). - Дальше что было? Кто-нибудь помнит? - Кажись, дальше мы еще пили… Потом… Потом… - Все дружно морщили лбы в попытке вспомнить. - А! Вспомнила! Потом Луссурия Шамала насиловал! - ЧТОООО?!?!? «Шамал, в предвкушении, искусал себе все губы – полапать Бьянки-чан, да еще и без побоев! Это же как повезло то! Растолкав локтями всех конкурентов, доктор-извращенец полез «искать конфетки». С наслаждением, в мыслях визжа от восторга как последняя.. кхм, Шамал исследовал шею, ключицы… Будь Шамал хоть немного внимательнее он бы заподозрил, что Бьянки бы никогда в жизни так не хихикала, да и плечи у неё были поменьше на первый взгляд; но Шамал был в нирване. Ручонки доктора перешли на грудь. На абсолютно плоскую грудь. (Мысль извращенца: "А где грудь? Может я уже перешел на живот? Да нет, вот соски…А груди нету. Печалька"). Шамал уже в экстазе перешел на живот, потом ниже, по бедрам. (Мысль Шамала: "Неплохие бёдра. Оч-чень неплохие бёдра! А это что такое?!"). Рука Шамала как бэ случайно прошлась по промежности и нащупала там… Не то что должно быть у нормальной женщины. Продолжая ощупывать «нечто», до Шамала долетел стон… Мужской стон!!!! Резко сорвав завязанный вокруг головы носок, Шамал уставился на «Бьянки». Немой шок. Дальше крик. Доктор бросился бежать, а возбужденный Луссурия за ним. Шамал орал, матюгался, плакал, кричал, умолял, но Луссурия его таки догнал...» Показывая очередное видео, Ада помирала со смеху, все остальные уже были под столами, Шамал то краснел, то бледнел, и пятился от Луссурии, прикрывая пострадавшее место. Луссурия с мечтательным румянцем попивал сок. - А теперь давайте прослушаем аудиозапись о первой брачной ночи наших молодоженов! – Заржала Ада, доставая телефон и включая аудиозапись. « - Куда совать-то? Я же ничего не вижу! – Вопил Закуро. - Да левее придурок! Левее давай! Не то левее! Ну вот опять не попал… - Авторский голос был наполнен горечью. На заднем фоне Заржал Бьякуран, но его одернула Пончик. - А ты чего ржешь? Ты тоже ни разу не попал! Тыкай давай, у меня уже ноги затекли! - Я не могу! Он погнулся! И не лезет ничего! Расползается! – Огрызнулся Бьякуран. - Так обслюнявь кончик! – Взвилась Пончик, (Ахренеть, прям в рифму). - Сама слюнявь! Я не вижу где! К сердитым голосам примешались гогот и ругань». - У нас что там групповуха была? – С священный ужасом спросила «Катиш-плохишь». Ада заржала, но комментировать отказалась. Автор, выждав момент, вырвала у девушки телефон и… Облегченно заржала. На видео было снято конкурс: «Запихни нитку в иголку с завязанными глазами» Аду пытались прибить, но девушка удрала. Автор с матами погнался за ней в коридор, но, через пару мгновений, маты резко прервались, а потом донесся шокированный вопль. - Эй, народ! А почему у нас столько денег?! Все при волшебном слове «деньги» кинулись в коридор и застыли с отвисшими челюстями. В коридоре лежали куча мешков с многозначительными символами доллара. На мешках, толи спал, толи просто лежал и млел от счастья, Мармон. - Мармон! Ты что ограбил банк?! – У Автора глаза вылезли на лоб – прощай дорогая кафешка, теперь нас всех засадят. - Не-е-ет. Не-е Я-а-а… - Сладко растягивая слова и жмурясь как перекормленный кот протянул Мармон. – Вы-ы-ы…- И опять погрузился в счастливую дрему, обнимая ближайший мешок. Ада торопливо начала обшаривать карту памяти видеокамеры. «Вечер. Работники банка уже собирались на праведный покой, осталось только дождаться, когда подойдут работники ночной смены. Но дождаться их им было не суждено. В банк ввалилась шумная толпа самого странного вида. Во главе этого парада в обнимку с огроменной бутылкой смутного происхождения шатающейся походкой, на ходу напевая прилипчивый мотивчик: «Свадьба, свадьба, кольца, кольца», периодически прерываемые смачным иканием или остановками для того, чтобы приложится к итак уже наполовину выпитой бутылище, шли две, разгульного вида, девушки. Одна, с вороньим гнездом на голове и в платье, походящее на газету с картинками, только к этой газете лучше было не приглядываться – сплошь и рядом трахающиеся мужики. Другая в обычном свадебном платье, и тоже с черти знают чем на голове, размахивала коробкой с зефиром, и пыталась на ходу станцевать кан-кан. За этими двумя пугалами шли – странный парень, с торчащими как иголки на сеновале волосами, цвета протухшего молока и фиолетовой хренью под глазом. Парень втолковывал рядом стоящему длинноволосому крикливому мужчине с порванной рубашкой и пиджаком, обвязанным вокруг бедёр, что-то о захвате власти в мире или в кафе, работники не особо прислушивались – основной шум создавали две девушки впереди. За мужчинами в обнимку шло трио иллюзионистов – Мармон в обнимку с Мукуро распевали оду ананасам и несли чайник с Франом, из которого доносились обрывки «песенки веселого молочника». После них ввалились Хранители Вонголы первого и десятого поколения, молодые парни и воскрешенные зомби несли на руках распевающего мафиозные частушки Девятого. За процессией, пританцовывая и вопя хвалебные оды своему «еще совсем молодому вождю», неслись Хранители Девятого поколения. Занзас и Рикардо нашли друг друга и заодно общий язык. Одной рукой обнимая друг друга за плечи, а другой, придерживая ноги, висящих мешками с картошкой, у них на плечах женушек, они обменивались жизненным опытом. Женушки, в свою очередь, подперев голову рукой, локтями упирающимися в спину «любимым мужьям», уныло беседовали о смысле жизни. Бельфегор и Расиэль, на ходу выясняя отношения – кто круче смеется, у чьей жены сиськи больше, кто метче кидает ножи, кто король, а кто другой король, и прочую лабуду, неспешно ехали на спинах злобно матерящихся жен. Проехали они не долго – мстительные жены, сделав резкий выпад друг на друга, заставили «королей» примирится братским поцелуем. Пока же муженьки отплевывались, девушки, с чувством выполненного долга, скинули их на землю и затоптали мерзавцев каблуками. Луссурия напялив на себя скатерть на манер греческой тоги, радостно сидел на руках у пьяного в дюпель Кнакла. Сам Первый хранитель солнца, видимо, перепутав дизайнера с прекрасной девой, норовил облобызать Луссурию, тот отбивался от него с кокетливыми смешками «только после свадьбы пра-а-атывный». Леви как преданная собачка тащился за двумя Занзасами, прикидывая – это ему просто мерещится или у него теперь два босса, правда, к величайшему несчастью шкафа – оба с женами. Спаннер и Джанинни, с видом младенцев, которые зашли в магазин с конфетами и не обнаружили там никого взрослого – бери все что хочешь, крутились возле воскреснувшего Варийского Гола Моски, которого Девятый Босс Вонголы сентиментально держал при себе – мол родная душа уже, как ни как. Деймон Спейд как горный козёл скакал возле своей Елены (твою мать, Дневники Вампира уже и в Реборн добрались!!! >.<») Ириэ Шоичи шел возле жены Спаннера и объяснял ей, как дрессировать своего друга. «Lady Black» внимательно слушала и конспектировала. Фуута играл с младшими родственниками Ямамото в игру «достань работников банка так, чтобы те сами отдали все деньги». К ним присоединились и Ламбо с И-пин (все-таки испортил девочку, коровище малолетнее!) Моретти (чувак, который может останавливать себе сердце) тоже играл с детьми – останавливал себе сердце, а дети голосили о потере единственного кормилица и с двойным энтузиазмом требовали денег на похороны. Реборн удирал по всему банку от пьяной Бьянки, которая, во что бы то ни стало, решила женить мужчину на Черепе (Эк Бьянки после Люси! Первого устроила, за другого взяться надо? о_О Бета. Ты чёт я не вдуплила про что ты =.=". Автор.). Сам Череп пытался целиком спрятаться от жуткой участи в декольте Адельхейд, но, поскольку больше не являлся Аркобаллено, то вместилась туда только его голова, за что его, теперь, нещадно избивали. Мармон был так шокирован известием, что Фонг тоже женится, еще на свадьбе упился в хлам, и спьяну предложил жениться на Лар Милч, за что, теперь, был нещадно избит Колонелло и самой Лар, которые уже три года как состояли в браке. Верде, как самый трезвый, на ходу пытался сконструировать еще одно гениальное изобретение, но у него уперто выходил кубик-рубик. Рассерженный мужчина уже готов был засунуть кубик куда подальше, но игрушка заинтересовала троих хранительниц Неба – Луче, Арию и Юни. Гамма, у которого от такого количества одинаковых Юни расползались глаза, не знал, к кому первому бежать. Дино, в обнимку с Ромарио, шли и пели: «Есаул, Есаул, что ж ты бросил коня?» Скуало и Хибари, слыша это, бессовестно ржали (Обожемой, довела человека! - от беты, которая уже всех заебала своими комментами). Хана Курокава якорем висела на Лампо, а сам Первый Хранитель Грозы никак не мог понять - откуда на него свалилось это чудо. Кёко и Хару-Хару кидали на Тунца многозначительные взгляды, как бэ намекая, что пора и им замуж. Несчастный Тунец никак не мог разобраться, кого же он хочет выбрать. Пока же Тунец маялся, подвыпивший для храбрости Энма, с видом: «знать ничё не знаю, моя хата скраю», скромненько так, увел Киёко-чан в противоположном от Тсуны направлении. Тсуна, обрадованный, что проблема выбору отпала, вцепился в Хару, будто боясь, что сейчас Энме в голову придет идея заделаться султаном и он сопрет и Хару. Базиль огорченно вздохнул (Он хотел быть с Хару???! - знаю, знаю, я вас заебала! Ничего не могу с собой поделать хD). Остальные Шимонцы подбадривали Адельхейд криками и свистом, а потом дружно поздравляли Энму со скорой свадьбой. Закуро и Кикё радостно распевали оду: «прощай любимая селедка, желудок тебе прахом!». Им с воодушевлением подвывали Дейзи и Торикабуто. Работники банка предпочли уйти подобру-поздорову, их никто и не держал.» - Нас всех засадят… - Упавшим голосом пролепетала Автор. - Не засядят! – Уверенно начал Занзас, – Мы свалим раньше. До всех медленно начало доходить – ВАЛИМ ОТСЮДА!!!!! Дорогие Читатели! В следующей главе у нас будет переезд))) Приятного чтения)))