Кафе "Реборн"

С ДНЕМ АНИМЕШНИКА НАС, ДОРОГИЕ МОИ)))))) Продочка в честь праздника)))) Автор устал яростно до хрипоты спорить со Спаннером, на счет третьей базы для Гола-Моск. Механик, сговорившись с Джанинни, хотел обустроить на острове цивилизацию – в конце концов, уже трое из жен беременны, в том числе и сама Авторша, пусть она только на первом месяце, но характер уже начал портится. Автор была против всеми руками и ногами – она хотела сохранить на острове природу. В споры были втянуты и другие жители острова. Шимонцы яростно протестовали – их родовой замок в центре острова и так уже отобрали – там теперь кафе, а постоянные стройки всем надоели как горькая редька. Всем остальным мужьям было чисто пофиг, жены были на стороне Автора – дети должны расти поближе к природе, а Москам и в джунглях норм. Такие дебаты были уже не в первый раз, но каждое совещание перерастало в драку: на середине первого совещания гневный монолог Автора был прерван Закуро – мужчина закинул вопящую девушку на плече и удалился – ему было скучно, он хотел жрать, а готовить на кухне в отсутствии жены, которая его вдохновляла, он отказывался. На втором совещании (Закуро предусмотрительно захватил попкорн) дебаты были еще более яростные – Катиш (которая уже была на третьем и, судя по угрожающему размеру пуза, число Хибари на острове скоро удвоится, если не утроится) чуть не передралась с Спаннером, и дебаты пришлось резко закрывать и уводить бушующую мамашу (это, видно, детки Хибари в животе бунтовали) домой. На третьем взвыли уже мужья – Бьякуран, гневно проклиная всех и вся, отрастил себе крылья и смотал в далекие ебаня, предусмотрительно прихватив с собой Пончика – если оставить жену с Автором хоть на пять минут – тут же начнется попойка, а на ближайшие два года был введен сухой закон: пока не родишь и не выкормишь ребенка, никакого бухла!!! Женщины сначала бунтовали, но вяло – бухать во время беременности не собирался никто, а бунтовали просто так – скучно было. Более искренне негодовали те, кто еще не был беременный, и им разрешили пить, но мало и не в присутствии уже обрюхаченных. Наконец, когда остров уже чуть не развалился от криков, были обнаружены подземные пещеры, которые нафиг никому не нужны были, их то и отдали на растерзание механикам. И вновь воцарилась тишь и гладь – мужья вздохнули спокойно. Автор, сидя на деревянной столешнице, на веранде, пыталась придумать себе занятие. Впрочем, в поисках развлечения девушка не слишком упорствовала – даже просто сидеть и бездельничать было для неё наслаждением. Но это удовольствие девушка не могла себе позволить – ведь, если сидеть и всю жизнь наслаждаться солнышком, жизнь в одно мгновение может промчаться мимо. Иногда на неё накатывало чувство паники – слишком много хочется сделать, слишком хочется жить, упиваясь каждым моментом, иногда хочется уметь останавливать время – чтобы подольше насладится каждым сладким мгновением жизни. Этого хотелось и сейчас – остановить время и сидеть на веранде, наслаждаясь солнцем, теплом, неописуемым чувством свободы, а потом вновь запустить его и бежать. Бежать куда-то, без оглядки, упиваясь своим счастьем и не думая, чем придется заплатить в жизни за такой огромный кредит. А платить придется – все когда-то платят. За жизнь платят смертью. За любовь – болью измены. За счастье – страданиями. Иногда платят не своими жизнями и не своей болью, но потом судьба и сама Жизнь карают наглеца за то, что он посмел распорядиться чужими судьбами; карают жестоко и беспощадно. Но потом чувство паники о том, что время бежит, несется и его не остановить, что оно когда-то кончится и смерть не поинтересуется, что еще хочется сделать в жизни, отступало и приходили новые идеи, новая волна вдохновения. Новая волна любви к жизни, любви к своей семье, желание жить и творить гнали Автора, как и любого другого человека на встречу жизни.* Вот и сейчас в Авторскую голову пришла мысль – понаблюдать за обыденной жизнью людей, которых крутым поворотом судьбы занесло в такую счастливую жизнь. Не слезая с веранды, наполовину засунувшись в открытое окно кухни, девушка пыталась выудить лежащий на столе блокнот. Закуро, который лениво лежал в вулканическом озере возле дома, открылся дивный вид, на авторский зад, торчащий из окна. Мужчина, спросонья не понявший, откуда в окне его любимой кухни появилась чья-то жопа, начал было возмущенно вылезать, но разглядев знакомый рисунок на джинсах и босые ноги с черненькой цепочкой на левой ноге (летом Автор только так и ходит – зачем носить браслеты на руках, если есть ноги?) успокоился и, насвистывая незатейливый мотивчик, сфотографировал дивную картину (кстати говоря – про фотографии, им будет посвящена целая глава, ибо добрый дядя Спаннер снабдил каждого маленьким фотоаппаратом, которые все таскают с собой – вдруг какой редкий кадр попадется). Автор, даже не подозревая о том, что её засекли, достала-таки блокнот и благополучно сгинула. Первой жертвой назначались Катиш и Хибари. Они жили неподалеку, так как Автор наотрез отказалась надолго расставаться с подругой. Так же ближе всего жили – Пончик, Чукча, Правая рука, Псих и Владыка Ада. Как говорится – самое дорогое сели поближе к себе. * * * Дом Хибари был обустроен в традиционном японском стиле, как база Кёи в арке будущего. Молодожены как раз были заняты разборками на счет кухни – никак не могли решить, кто будет её планировкой заниматься. - Кёечка… - Самым сладким и одновременно угрожающим голосом тянула девушка, - Готовить-то я буду, ненаглядный мой… ТАК, ЗНАЧИТ, И КУХНЮ Я ПЛАНИРОВАТЬ БУДУ!!! Кёя уперто продолжал стоять на своем, гордо сидя на крыше и мотивируя это тем, что обзор оттуда лучше. Катиш, взявшая в заложники Хибёрда, таки убедила Кёю спустится и посмотреть ей в наглые и бесстыжие глаза. Смотрением тут не обошлось, а спор на счёт кухни замялся сам собой. Пока парочка увлеченно мирилась, Автор сидела в кустах с блокнотом, красная как рак и размышляла, что с ней сделают, если она вылезет прямо сейчас и обломает парочке момент. Придя к выводу, что тогда то, что от неё останется, не соберут даже самые умелые хирурги, Автор задом начала вылезать из кустов в противоположном направлении, благо не она первая тут шастала – тропинка уже была протоптана. * * * Бьякуран как пробка вылетел из распахнутого из-за жары окна. - И чтоб без мороженого не возвращался! – Донеслось ему в след. Автор, слыша очередные капризы еще вроде не беременного, но уже бушующего Пончика, обошел злосчастный домик по круговой дуге, и направился проведать дома Вонголы – поселиться решили вместе, но один дом они бы живо разнесли к кузькиной матери так, что образовалось что-то вроде маленького поселка. В так называемом поселке все было тихо и мирно – Хаято, с воплями «Джудаймее», носился за Тсуной повсюду. Тсуна, по поручениям Хару, бегал туда-сюда как деловой таракан – то воды принести, то пойти спереть у соседей из огорода капусту, то потом удирать от Рёхея, на чью капусту он имел несчастье позарится, то выгнать наглого Мукуро из собственного огорода и сдать паршивца на руки «Акси». Дел полно. Хроме, радостно напевая песенку, выращивала у себя на огородике генно-модифицированную Коноплю-ананас. Рёхей ЭКСТРИМАЛЬНО с боевым кличем выкидывал наглецов, позарившихся на его огород. Автор, любуясь спокойным течением жизни, записала метания Тунца в блокнот и пошла с ревизией дальше. Деревня Ямычей с легкой руки «Ады» получила на руки новый рецепт – Блины. Теперь вся деревенька дружно разбиралась в закарлючках девушки, и с восторгом принималась за работу, на ходу прикидывая как бы скомбинировать блины и суши. Кикё был занят тем, что выносил мозг «Миури», маскируя это под то, как правильно воспроизводить свой смешок. Через десять минут этого занятия мозг вынесся не только у «Миури», но и у самого Кикё. Автор, пожав плечами, записала и это. Не желая расставаться с только недавно восстановившимся мозгом, Автор удалилась наблюдать за следующими парами. «Princess Alice» и «Призрак Бел-семпая» выгуливали своих принцев. Из дома «Психа» и Скуало доносилось пение – репетиция вокала проходила так успешно, что три ближайшие дома уже были глухие. «Фрош» в доме Франа спокойно числила свой ненаглядный чайник, а Фран уплетал рагу из ананасов за обе щеки. Судя по звукам из под земли Спаннер проводил парад Моск, которые танцевали самбу со слонами. «Lady Black» была на поверхности земли – девушке надоело сидеть под землей, и она решила повидать белый свет и заодно поквасить с друзьями. Сухой закон стал для неё огромной неожиданностью. Теперь её откачивали. Дорогу Автору внезапно переплыли Кнакл и Луссурия (в прямом смысле! Очевидно, упертость и тупость передаются через десять поколений, но Кнакл отталкиваясь веслом от земли, сидел в лодке и греб в сторону кафе, а Луссурия в этой же лодке загорал в женском купальнике, томно развалившись у ног Кнакла! О__О). Автор потрогала свой лоб на предмет перегрева, но лоб был предательски холодным, а дивная парочка, как и характерный звук их перемещения, никуда не исчезал. «Aru-san» и «Мрачная Кукла» как раз прогуливавшиеся до пляжа с мужьями тоже были в ступоре, но романтика у каждого своя. *** Огромную хату босса Автор заметила сразу. Удивленно хмыкнув – во время её прошлого визита домик стоял на другом конце поляны. Записав себе в блокнот, на отдельный листок идею домиков с ногами, Автор, нисколечки не смущаясь, залезла в окно, ведущее в комнату Владыки Ада. Застав хозяйку комнаты в раздумьях, Автор перепугалась и, подавив в себе желание с суеверными воплями облить бармена святой водой, потрясла девушку за плечо. Владыка вышла с раздумий и удивленно уставилась на Автора. Автор, молча потрясла блокнотом, мол: «я опять со своими тараканами, не обращай на меня внимания». - Слушай, мне тут в голову мысль пришла – мы ведь уже все замужние, у кое-кого скоро уже дети появятся, - Начала Бармен. - Ну, не все, но большинство, - Поправила девушку Автор, втайне досадуя, что не смогла переженить всех. Ада уперто не хотела замуж, не смотря на постоянное нытье Автора, которое смогло уломать даже Lady Black (Что, кстати, Спаннеру на пользу пошло – Моски стали качественнее, сам Спаннер более ухоженным, а девушка, хоть и осталась колючей, зацвела как цветок), – Но не суть, а в чем, собственно, проблема? Тебе то, как я погляжу, замужество не мешает – ишь светишься вся как лампочка. - Да не в том дело! Перед замужеством принято благословение родителей принимать! А мы их даже не оповестили, – Пробурчала Владыка. Автор икнула – уж кого-кого, а своих родителей она о замужестве оповещать планировала только когда пра-правнуки появятся, и то не факт. - Емм… А есть разница? – Осторожно поинтересовалась девушка. - Есть! – Рявкнула Владыка, и уже тише добавила, - У Занзаса, ни в тин, ни в ворота (Ни с того, ни с сего *Укр.) разыгралось чувство долга, то, сё… С Рикардо наверное переобщался – только его и слушает. Автор посидела, повздыхала, представляя, как маманя будет расчленять её морально и физически. Потом получила пинок под зад от музы и направилась организовывать самолет. О том, что нужно еще изловить удирающих как тараканы сожителей позаботилась сама Владыка. Вскоре у единственного самолета, - все остальные были не на острове (за продуктами летели, ананасы доставляли или еще за чем-то подобным заняты были), - собрались все. Девушки были весьма недовольные – не один Автор страдала от мрачных дум жестокой расправы родственников над мужем, а потом и над самими девушками. Катиш пыталась внушить Хибари, что, если её отец будет предлагать, померятся силой - не соглашаться ни в коем случае. Хибари кивал, но девушка, уловив в его глазах задорный огонек, мысленно уже попрощалась с мужем (именно, что с мужем, а не батей ХD). Помня прошлые ошибки, за руль не пустили ни рвущегося Джотто, ни Торикабуто. Долго размышляя, кому все-таки доверить жизни работников кафе, пытаясь засадить за сие почетное кресло Автора (девушка упиралась руками и ногами), но та отказалась (орала благим матом – боязнь высоты страшная сила). В конечном счете, за руль посадили Рикардо. И тут же об этом пожалели. Горячая итальянская кровь подтолкнула Второго Босса Вонголы повыделоваться перед женой как последний мальчишка. После второй к ряду мертвой петли Автор, вцепившись в Закуро, а тот в свою очередь – в сковородку создавая косплейное трио – Таня Гроттер на контрабасе с пассажиром. Ада, выпившая для храбрости, вдохновилась с сией картины: - Был тогда на веселе И летал в сковороде. Только вот не верю я, В Блюбелл из Тетерева. Автор, подвывая от страха, выхватила у спящего Занзаса бутылку и одним махом выпив остаток, подхватила: - Шла кафешной стороной, Увязался Бьяк за мной, Думала мужчина, Что за зефирщина! Чукча, подумав немного, подхватила: - Возвращалась я домой, Тут в меня летит стакан! Плюнула в него водой Станцевала я кан-кан! Тут уже накрыло всех и, распевая переделанные на свой лад частушки, жены благополучно пережили полет. - Самый вредный из людей Это Ананас-злодей Очень врун искусный Жаль что он не вкусный! Так и приземлились – с песнями и плясками. Каждый направился к своему дому. Пончик, таща Бьякурана как мешок с картошкой, робко приблизилась к дому. Как и ожидалось – после первого же звонка, как чёртик с табакерки, на палубу выскочила мама. - Пришла? Два месяца тебя не было! Ты глянь – и парня с собой притащила! Что ты его держишь как сладкую вату на палочке? Сам идти не может? Алкоголик, небось, какой! Понарожались тут! Заходи уже, чё встала?! Оборзела девка вконец, два месяца не появлялась, а тут на тебе! ИДИ БОТИНКИ ПОМОЙ!!! Пончик, скукожившись, потопала мыть ботинки, а Бьякуран попытался слинять, но был перехвачен родителями Пончика. Катиш без стука ввалилась в свою квартиру и встретилась с удивленными глазами бабушки. Не ожидавшая такой подлянки девушка впала в ступор. Хибари вообще был не в нашем мире. - Аа…Где М-М-Мармон? – Брякнула Катиш. Вообще-то она хотела спросить о матери, но мозги отказывались работать и вопрос о Мармоне сам вылетел. - Хто? – Бабулька тоже была малость огорошена внезапно свалившейся на голову внучке. - Мама где? – Очнувшись, переспросила Катиш. - Аа… Так того она… - Чего?! - В магазин вышла, чего орать-то так? – Невозмутимо, но внутренне радуясь своему удачному троллингу, промолвила Бабуська (Бабушка? о_О). Катиш лишь потрясенно покачала головой. - А это хто? – Тыкнув пальцем в Хибари, поинтересовалась бабушка, попутно продвигаясь в сторону кухни. - А..Это…Как бы мой…Муж. – Сбиваясь, пробормотала Катиш. - Ну муж, не муж это мы еще проверим! – Хищно промолвила бабушка, – А пока поди покушай! Её тон не предвещал ни Катишу, ни Хибари ничего хорошего. Автор, обреченно вздыхая, открыла дверь в квартиру. Следом за унылой девушкой, стукнувшись лбом о косяк, зашел Закуро. На звук открывшейся двери из комнаты, лая на бегу, вылетела собака и, умудрившись одновременно лаять на Закуро и облизывать Автора, сбила обоих с ног. Из кухни выскочила мама. Отца, видимо, дома не было. Начались долгие разборки, в ходе которых Автор едва успевала уворачиваться от летящих кастрюль. Закуро не успевал. - Ну заходите, поговорим. – Немного успокоившись, зловеще промолвила мама. Автор горестно взвыла. Народ, продолжение будет в следующей главе, а то у Автора уже глаза в разные стороны глядят =.=” И да, если не сложно – реакцию своих родных пишите в комментарии, а то я ведь с вашей родней не знакома – и, скорее всего, наделаю кучу ошибок. * - На Автора просто накатило философское состояние. Такое обычно бывает, когда болеешь. На самом деле я давно думала опробовать себя в этом жанре, так что воспользовалась случаем и пофилософствовала маленько. Наверное, вышло ужасно, вы уж простите меня)))