Демонические печати

Эдвард Вуд       Я очнулся в кромешной темноте: страшной и пугающей своими мертвыми красками, а точнее их отсутствием. Мрак всегда навевает холод и неприятный страх, который заставляет ежится, а сердце биться в тревоге. Абсолютно ничего не вижу, но понимаю, что нахожусь в лежачем положении. Я в своей комнате? Провожу ладонью и ощущаю под ней прохладную ткань одеяла. Но почему же так темно? Не так как обычно... Хоть бы предупреждал что-ли, если перекидывает из пространства в пространство. — Эми… — тихо позвал я сестру. Почему-то я был уверен в том, что нахожусь в своей комнате, но это стоило проверить. — Эмили? — осторожно повторил я, подсознательно боясь, что она не отзовется. Если я дома, то сестра точно должна быть здесь. Я услышал, как открылась дверь, а в комнату неторопливо вошли. И как только ориентируется: такая темень кругом, что сам черт ногу сломает. — Что такое, Эд? — сонно отозвалась бета, зевнув. — Значит это ты, — с облегчением выдохнул я. — Включи свет, я вообще ничего не вижу. — Братик, — начала сестра после недолгого молчания, — с тобой все нормально? — Ну… да. А что со мной не так? — Сейчас утро и в твоей комнате достаточно светло. Ты так шутишь? — Но… Я не вижу ничего… Совсем... — голос сорвался на хриплый шепот. Сестра вздохнула. — Вот, я включила свет, видишь? — Эми, х-хватит шутить, просто включи и все, — меня начала напрягать эта ситуация. — Ты что, реально ничего не видишь? — теперь в ее голосе слышались нотки беспокойства. — Да… Я ничего… ничего не вижу. Совсем… — что это значит? Что ты со мной сделал, Арий?! — Эдвард, прошу тебя, успокойся, — я тянулся куда-то в сторону, надеясь что там стоит Эмили, судорожно хватаясь за все, что попадется под руку. Словно слепой котенок, хотя, черт возьми, я им сейчас и являюсь! — Эми… Эми! Я ничего не вижу!.. Совсем не вижу! — прокричал я, чувствуя как на глаза наворачиваются непрошенные слезы.

***

— Я не понимаю, как такое могло произойти? — строго произнес отец, закрывая за собой дверь. — Внезапная слепота? Эдвард, объясни мне, что происходит. — Мне бы самому это понять, — отозвался я, повернув голову на звук голоса. Вероятнее всего сейчас я «смотрю» не туда, где стоит отец. — Я же тебе уже все рассказал. Что сказал врач? — Он не может установить причину. Мечется между вариантом травмы или внешним воздействием. — Лечение? — упавшим, но со слабой крупицей надежды, голосом спросил я. — Нет. Доктор вообще удивился: твои результаты сравнимы с безнадежно слепым человеком, — кажется, отец сел рядом. — Эдвард, неужели ты сам не видишь, что стал вести себя как-то иначе? То личинки, потом походы на кладбище, сейчас слепота. Ты связался с плохой компанией? — Нет. — Мне все больше и больше кажется, что ты чем-то одержим. Ты согрешил? — серьезным стальным тоном отчеканил отец. — Нет же. Отец, почему ты думаешь обо мне именно так? И… Неужели мне совсем нельзя помочь? — Нельзя, — вздохнул отец. — Врач говорит, что такая слепота вообще никак не лечится. Никакая операция тебе не поможет. С этим... просто нужно смириться и жить дальше, — совсем безразличным тоном сообщил альфа, будто бы это не было великой проблемой. Без какого либо сострадания или хотя бы переживания, вот так вот просто констатирует неизбежность. — Я… Буду таким? Всегда?.. И никогда больше ничего не увижу? — чувствую, как по щекам снова потекли слезы. — Сожалею, но это так. Не реви, от слез толку мало. Но если это твоя кара за грех, значит ты заслужил, — процедил отец. — И, кстати, последнее время от тебя несет альфой. Я буду очень недоволен, если ты без моего ведома занимался похабными вещами подобного рода, — гневно прошипел альфа. — Да не был я ни с кем! — Да?! А как же твои походы на кладбище? А еще я увидел у тебя украшение с черепами и чумным доктором! Что теперь скажешь? Не смей мне врать, Эдвард, — мне нечего было ему ответить. За что он так на меня разозлился? — Ты никогда мне не врал, Эд, - сурово заключил он. — Я и сейчас не врал… — Заткнись! Пока я не разозлился, — прохрипел альфа. Я услышал как он встал, хотел что-то сделать, но развернулся и покинул комнату. Что ж за напасть такая? Еще и эта слепота… Кому я теперь такой нужен?! Беспомощный, жалкий, слабый… Этих эмоций ты хотел, Арий? Я не успел додумать мысль, потому как услышал шаги и скрип двери. — Ты как? — это был папа. Мягкий, добрый папа-омега. Я улыбнулся. Слезы и улыбка смешались в одно целое. — Плохо, папа. Мне очень плохо… — Это ничего, — он прикрыл за собой дверь, усаживаясь на кровать. — Я люблю отчаяние и страх. — Что?.. — опешил я. — Ничего, миленький, когда душу мне отдашь? — слащаво промурлыкал папа, хотя я уже не уверен, что это он. — Ты… Ты не мой папа… — Да? А по-моему очень даже похож. Ладно, про душу я пошутил. Пока что. — Давно ты овладел моим родителем? - я старался придать своему тону твердость, но голос дрожал, выдавая мой страх. — М-м-м, вчера во время службы. Они с твоим папашей поругались маленько, а я очень падок на чувство обиды. Вот и не удержался. И не зря: тут целый поток из страха и отчаяния, — довольно хохотнул демон. — Выйди из него, — гробовым тоном потребовал я. — Нетушки, я только освоился. Что, нравится смотреть на мир так, как его видим мы, сидя, поджав хвосты в аду? — голос был слышен близко, значит «папа» наклонился ко мне. — Ты только день слепой, а уже расхныкался как ребенок. — Почему так вышло, Арий? — я был уверен, что это он. — Ох, не надо так делать, — оскорбленно проговорил старший омега, — не нужно путать меня с другим демоном. Я не Арий. Можешь называть меня Альтаиром, я не против. А твоя слепота — это всего-навсего следствие печати. — Печати? Что ещё за печати? — Ох, а ты такой несмышленый малый.Печать, что сделала тебя слепым. Видимо Арий не так воспользовался моими инструкциями и вышло не совсем так, как должно было быть. — А как должно было? — Ты должен был видеть только Ария и больше никого кроме него. Это как способ, чтобы влюбить человека в себя. Но Арий сделал что-то не так, поэтому ты потерял зрение полностью и безвозвратно, увы. И даже он не сможет снять эту печать, не старайся. Так что привыкай, осваивайся. И, скорее всего, Ару ты больше не увидишь, — легко отозвался демон, а мне будто по сердцу ножом хлестанули, да так его там и оставили. — Слепые даже демону не нужны, поверь мне. Ну, оттрахает он тебя и дело с концом. А вот за душенькой твоей я еще приду, не могу же я упустить такой шанс. Если вдруг ты отчаешься, я всегда готов сократить твои муки, — промурчал демон. — Иди к черту… — Я только что от него, — хохотнул Альтаир. — Развлекайся, человечек, — он подошел к двери, а я от обиды запустил в него первое, что нащупал: подушку. — Но-но-но, не нужно так злиться.

***

Лежа в кровати без каких-либо сил подняться, я смотрел в потолок... Ну как "смотрел": поднял голову вверх, смотря в темноту. Она была... странной. Не такой, как я знал ее всю жизнь: напоминала пугающую пустоту, за которой не знаешь, что находится. Я знаю только о звуках, о запахах, о касаниях... Мне страшно... Страшно пропасть, утонуть в той тягучей глухой пустоте, лишенной каких либо красок. — Братик… — тихо произнесла Эми, входя в комнату. Я вздрогнул, поднявшись. — Тут к тебе тип какой-то пришел. — Не тип, а Арий и вообще-то я его одноклассник, — как-бы между прочим подметил… Арий. — К моему брату редко кто приходит. Если он тебе что-то сделает, Эд, зови, — сестра вышла из комнаты, оставив нас наедине.       Я поднял голову в сторону, где слышал голос Ария. Но чувствую, что смотрю не туда. Снова. — Что тебе нужно? — дрожащим хриплым голосом начал я, не удивляясь тому, откуда он знает адрес. Только бы не зареветь. Арий Верджи — Пришел проведать тебя, разве не очевидно? Ты же мой одноклассник~       Подойдя к нему, я сел на корточки, положив свою голову на его колени. Дотронулся до своего кулона на шее омежки, не позволяющий ему причинить мне вреда. — Можешь поплакать, тебе можно, — подняв глаза, я смотрел на личико Эдварда, искаженное болью, печалью, страхом и «толикой» отчаянья. Я провел ладонью по его щеке, большим пальцем проведя по нижнему веку, заглядывая в его безжизненные глаза. — Ты такой красивый сейчас… Как тебе мой старый знакомый Альтаир? Слышал ты перепутал его со мной… И тебе не стыдно?! — Ты издеваешься сейчас надо мной? Ты сделал меня слепым и говоришь мне, что тебе нравится за этим наблюдать? — проговорил он срывающимся голосом. — Я перепутал вас, потому что думал, что ты завладел моим родителем… — последовал его тихий ответ. — За-зачем ты так поступил со мной, Арий? — прошептал он, не сумев сдержать слез. Его взгляд, непривычный к пустоте, следовал туда, откуда Эд чувствовал прикосновение или мой голос. Сколько же разочарования было видно на его лице, когда он не мог увидеть того, кого касается, и сколько было мнимой надежды в его пустых глазах. — Тш-ш-ш, облачко мое, — поднявшись с его колен, взял его лицо в ладошки, начав целовать мокрые дорожки от слез на его щеках. — Демоны овладевают телами, если у них нет своего собственного~ Я не вселюсь ни в кого, об этом не переживай.       Слезы — лучшее успокоение, поэтому ему лучше выплакаться. Для этого, я обнял его и прижал к своей груди. — Тебе нужно выплакаться, тогда полегчает, — мой голос и правда успокаивал его.       Вцепившись в мою рубашку, омега лишь прижался и сильнее, но тихо продолжил плакать, в то время как я впитывал его отчаяние, чтобы Альтаир не смог себе ничегошечки забрать. Эдвард Вуд — Но я… Я все равно не понимаю, почему ты поступил со мной так… — слезы текли не переставая, даже после того, когда Арий пытался меня утешить. Но зачем ему это делать, если лучшее для демона — это слезы и отчаяние? — Ты доволен этим, да? Я ведь ничегошеньки не вижу, совсем! — я сильнее сжал пальцами ткань его рубашки, продолжая нагло реветь. — Я даже тебя не вижу, дурак… — понемногу я стал успокаиваться, шмыгая носом и отпуская альфу. Глаза неприятно щипало от пролитых слез. Перед собой я видел лишь темноту. И даже не знал тут ли еще Арий или уже нет, так как он замолчал. — А-арий? Ты здесь? — испуганно спросил я, боясь что альфа ушел, не сказав об этом. — Здесь я, — отозвался он, касаясь моей руки. — Не отпускай меня, пожалуйста… — судорожно вцепился я в его теплую ладонь, боясь потерять ориентир. — Я усажу тебя на кровать, — я почувствовал как он свободной рукой чуть подтолкнул меня к кровати, помогая сесть. Но отпускать мне его не хотелось — так я мог понимать, что он еще здесь. — Видишь, не такие уж мы и плохие, — навеселе сказал он. По тембру голоса понимаю, что он улыбается. — Тебя забавляет эта ситуация? — серьезно спросил я, стараясь смотреть на альфу. — Чуть-чуть не в ту сторону, — поправил меня Арий. Я вздохнул. — Совсем не забавляет. Должно было быть не так. — Но ты же хотел эмоций. Ты их получил, — укоризненно подметил я. — Не спорю. Но я ожидал немного другого. Не переживай, вернем мы тебе твое зрение. — Не вернешь, — хриплым, упавшим голосом ответил я. — Альтаир сказал, что даже ты не сможешь снять эту печать. Поэтому не церемонься со мной. — Что ты хочешь этим сказать? — немного с напрягом спросил Арий. — Прочитай мои мысли, тебе же не сложно. — Нет. Я хочу услышать это лично от тебя, — альфа сильнее сжал кисть моей руки. — Я слепой, Арий, — серьезно начал я. — Если обычному человеку не нужен такой как я, то и демону подавно. Никакое лечение мне не поможет. — Кто тебе сказал, что поможет обычное лечение? — удивленно спросил Арий. — Ты ослеп отнюдь не обычным способом. Значит и лечить тебя нужно сверхъестественно. — Святую воду предлагаешь? — саркастично хмыкнул я. — Вот на счет нее, знаешь… Я бы на твоем месте не рассчитывал на помощь Бога или ангела. Ничего личного, но ангелы не такие уж и святоши, какими их расписывают люди. Они выполняют только то, что им приказывают и, откровенно говоря, плевать они хотели на вас: только бы приказ их отца был в точности исполнен. — Я понял тебя… — Ничего ты не понял. Я придумаю что-нибудь, — как-то раздраженно отозвался альфа. — Арий… Зачем тебе это, а? Альтаир говорил, что даже ты не сможешь снять печать. Вам, демонам, не нужны сломанные игрушки… — я невольно подумал о словах Альтаира. «Если ты отчаешься, я всегда готов взять твою душу». Он имел ввиду… Самоубийство? — Любую сломанную игрушку можно починить, а твою душу я не отдам~ Мне она нужна в твоем теле, — демон взял обеими руками мое лицо, нависнув над ним, отчего можно было чувствовать дыхание обоих на своих лицах. — Иначе твое тело не будет стоить и гроша. А ты мне нравишься. Я не хочу, чтобы ты умирал: в отличии от Альтаира, я не взаимодействую с душами~ — Но как ты это сделаешь? — я все еще был в панике, но более менее затихающей. — … Честно, понятие не имею… — Зачем? Зачем я тебе слепой?! — я снова начал плакать, вновь прижавшись к мокрой от моих же слез рубашке. — Я же сказал, что… — А если не получится? Если я никогда никого не смогу увидеть? Зачем я тебе такой?! — альфа ничего не мог на это ответить, лишь просто молча стоял, обняв и прижав к себе ближе. Похоже та игра уже перестает быть игрой. Не слишком ли далеко я зашел на этот раз? — Уходи… — тихо попросил я. — Мне нужно побыть одному. Пожалуйста… — Ты в этом уверен? — Да, — я на интуитивном уровне вытер слезы с глаз, шмыгнув напоследок. — Если я сказал, что мы что-то придумаем, значит так и будет, — сказал Арий, хлопнув дверью, для того чтобы я понял, что теперь его здесь нет. — Ничего ты здесь не придумаешь, — тихо добавил я. Ну а что здесь можно сделать? Даже демон не может снять эту дурацкую печать. Мне теперь всегда придется видеть эту пустоту и жить в страхах? Ходить на ощупь и чувствовать себя зверьком, загнанным в угол? Да я дальше чем на шаг от кровати не могу отойти. И что это еще за печати такие? Альтаир сказал, что с их помощью можно влюбить человека в себя. Арий пытался это сделать? Зачем? Вопросов много, ответов ноль. Кому я теперь такой нужен?..

***

— Темно… Опять… — прохрипел я с утра. Надеялся, что зрение все-таки вернется, а печать — это просто обычные байки. Но я по прежнему ничего не видел. — Эми… — позвал я сестру. Слышу ее топот, вот она открывает дверь. — Эми, можешь помочь мне, пожалуйста? — я был нужен только сестре. Я хотел надеяться на это. — Конечно, братик, о чем речь?! — воодушевленно проговорила сестра, беря меня за руку. — Я помогу, идем. Кстати, родители сказали, что ты сегодня идешь на занятия. — Что?! Но ведь я… — Я тоже им возразила, но отец уперся на своем. Говорит, что на домашнем сидеть не вариант. А еще, — голос сестры перешел на шепот, — отец уверен, что ты нагрешил где-то и так расплачиваешься за это. Лучше не перечь ему лишний раз, ладно? Я не хочу, чтобы ты пострадал. — Хорошо, — расстроенным голосом произнес я. — Не переживай, я тебя проведу, — успокоила сестра.

***

      Эми аккуратно вела брата за руку. Омега совершал неуверенный шаги, так как постоянно спотыкался о какие-нибудь камешки или иные преграды. Временами он чертыхался, потому как ощущал себя обузой для сестры, ведь и она могла опоздать из-за него. Но бета всячески старалась его подбодрить: она любила брата и всегда переживала за него. А когда такое несчастье нельзя оставаться равнодушным. Эми позаботилась и о внешнем виде Эдварда: помогла ему одеться и даже выудила откуда-то темные солнцезащитные очки, чтобы не было видно направление его взгляда. Учителя уже знали о внезапной слепоте Эдварда, а вот ученики — нет. Этого то и опасался омега: он понимал, что теперь стал предметом для насмешек. — Эми, тебе уже наверное пора? Я попробую дальше сам, — окликнул ее омега, натянув улыбку. — С ума сошел? Вот еще! Я доведу тебя до самой парты, понял? — возразила юная бета, крепче и увереннее хватая брата за руку.       В классе было еще мало народу, и Эми могла проследить за теперь уже беспомощным братом. — Просто сиди как обычно и никуда не выходи, ладно? В конце дня я постараюсь прийти за тобой или попрошу кого-нибудь из твоих знакомых забрать тебя, ладно? — бета внимательно посмотрела на Эдварда своими серыми глазами. — Ты говоришь со мной, как с ребенком, — усмехнулся Эдвард. — Я тоже волнуюсь за тебя. — Не нужно меня жалеть, ладно? Я знаю что и как бывает с такими как я, — горько произнес Эдвард опустив голову. — Не угнетай ситуацию и не говори глупостей. Все, я ушла. Будь сильным, — бойко произнесла Эми, тряхнув своими темными кудрявыми волосами, и скрылась из виду.       Класс начал постепенно оживать, а народу в нем прибавлялось. Вид Эдварда — понурый и бледный, не ускользнул от едкого взгляда Томми. Блондин сразу приметил его аксессуар. — Я смотрю, вчера у кого-то был хороший вечер? — едко начал он, присматриваясь. Эдвард услышал его и отвернулся в другую сторону, игнорируя его. — Неужели наш святоша пристрастился к алкоголю? — Слушай, — произнес омега, — тебя это разве касается? — Меня? Если так посмотреть, то в этом классе тут всем на тебя плевать, — хохотнул омега. — Ну и иди тогда, — глухо отозвался Эд. Ему сейчас совсем было не до Томми. Только вот сказал он это не в ту сторону, в которой стоял омега. — Вообще-то, я стою здесь. — Какая разница? Просто уйди, — отозвался Эд, отвернувшись на этот раз к окну. — Да пожалуйста, — фыркнул Томми, но про себя отметил странное поведение Эда.       Все это время Верджи сидел на своем месте, видя, как сестра заботливо привела своего братца; зло зыркнул на Томми, чтобы тот отстал, но делал все это и прочее так тихо, что Эд не знал, здесь он или нет.       После окончания уроков прошло около часа. В пустом классе были только они. Вуд думал, что один, хотя «главный злодей» сидел прямо напротив него, подперев кулаком щеку и наблюдая за ним. В сумке паренька заиграл телефон. Он пытался найти свой портфель, пока альфа аккуратно не подтолкнул его к хозяину. Это звонила сестра. — Братец, прости! Я не могу тебя забрать. Я просила родителей, но они тоже заняты. — Но… как же я домой пойду? — и вновь на лице Эдварда страх и отчаяние. — Я освобожусь только через часа полтора. Попроси кого-нибудь. Как освобожусь, то позвоню. Прости, мне пора, — девушка быстро сбросила, когда вдалеке послышался голос начальника. Эдвард Вуд — Попроси кого-нибудь, — повторил я ее слова. Кого мне просить? Невидимку? Я тут один, а через минут двадцать здесь может начаться урок, и тогда мне придется ковылять до дома наугад. Вот… вот они трудности слепых людей. И по сути ведь никому я такой не нужен, либо же просто жалок со стороны. Зачем я жалею себя? От этого лучше мне не станет. Как-то же люди живут, находят стимул к жизни и не жалуются. Сейчас трудно, потом привыкну. Если к такому вообще можно привыкнуть… Я вздохнул, протянув руки по парте, и вдруг наткнулся на кого-то еще. Я здесь не один? Сначала я вздрогнул, а затем и потянулся дальше. Это была чья-то рука. — Кто здесь? — как можно увереннее произнес я, сглотнув. Человек, сидящий напротив меня, обхватил мою кисть, показывая тем самым, чтобы я не отнимал своей руки. Послышался легкий, знакомый смешок. — Арий? — выдохнул я, расслабившись. От него я не ждал подлянки, хотя кто его знает… — Это же ты, да? Давно ты тут? — Если бы это был не я, то ты сейчас бы ой как спалился~       Пропев эту фразу, демон взял мою руку в свою и поднес к губам, поцеловав в ладошку. — Если ты никого не ждешь и ничем не занят, то как насчет того, чтобы прогуляться со мной? — голос звучал насмешливо, но серьезно. — И после нашего «свидания» я, как джентльмен, провожу тебя, — кажется, Арий… нежно касается губами моей ладони. Это было так смущающе и неожиданно, что я отвернулся в другую сторону (ну, так я думал по крайней мере), а по телу прошли мурашки. Да, наверно я бы сильно спалился, если бы сейчас здесь был не Арий. Думаю, он давно тут уже сидел, наблюдал, пока я его замечу. — Aliquis stans in porta*, — вдруг прошептал Арий, но, как ни странно, я его понял. Некоторые слова я уже мог различать. Я не знаю, что задумал этот демон, но он помог мне встать, приобнял за талию и последовал к выходу, шепнув на ухо: — Подыграй мне, — что ж, хорошо. Он аккуратно вел меня к выходу, пока я не услышал чей-то ехидный смешок. — Смешно, — не трудно догадаться, что это был Томми. — Разыгрываете влюбленных? Я видел тебя, Эди, — да уж, теперь я понимаю, почему Арию не нравятся подобные сокращения в его исполнении. — И я видел твое поведение. Да и мистер Кинг попросил нас быть «добрее» к тебе. Но ты ведь просто… Калека? Так ведь это называется. Оставил бы ты его, Ару~ — С чего? — Верджи явно повернулся к Томми, все еще обнимая меня за талию. — Я тебе так понравился, что не хочешь видеть меня с кем-то другим? Что ж, мне льстит. Хотя нет, скорее оскорбляет слишком большое внимание к моей скромной персоне со стороны шестерок, готовых улечься под любого альфу, — по интонации было понятно, что Арий насмехается, а Томас чертовски злился. — Ты кого тут шестеркой назвал? — вспылил Томми. Я не знаю, что он в это время сделал, но наверно подошел ближе. — А разве именно не такие как я, привлекают вас? Те, кто без боя дает желаемое, те, кто с радостью отдастся тебе, м? И в отличие от него, — он немного помолчал, вероятно улыбаясь. Ну давай, скажи это. — В отличие от него я не обуза и не слепой котенок, которого нужно постоянно тыкать в правильном направлении и следить за ним, — я услышал легкую насмешку альфы. Его хватка ослабла, пока на талии я не почувствовал холода. Он убрал руку. Ну, это было очевидно. Я услышал его шаги, кажется он подошел к Томми совсем близко, в плотную. Затем послышались странные чмокающие звуки, напоминающие поцелуй...