"Нам крылья даны чтоб разбиться о землю..."

— Итак, феи-крестные, чем займемся? — Игараси сидел, развалившись, в кресле, и постукивал указательным пальцем по подлокотнику. — Что значит «чем»? Ты же студент! Сейчас мы пойдем на занятия, — категорично заявила Мисаки, сидя, закинув ногу на ногу, на правом плече парня. — А ты что скажешь? — обратился он к Такуми, который устроился на его левом плече. — Давай по бабам. — Принято! — без раздумий согласился Тора. — Что-о-о? — заверещала ангел, подскочив. — Ты же несовершеннолетний. К тому же такое отношение к женщинам оскорбительно для них. — О, да, они так оскорбляются, когда видят мой набухший, кхм, кошелек, — язвительно заметил парень. — Но я мог бы пересмотреть свое решение, если бы ты переоделась. — Не собираюсь я наряжаться горничной! — вспыхнула Мисаки. — Ну тогда укороти свой балахон, хочу видеть твои ноги. И убери рукава, оставь тонкие лямки. — Исключено! — Тем лучше. Уверен, у тебя и посмотреть-то не на что… — с наигранной досадой сказал Игараси. — Ах, не на что?! А как насчет этого? — девушка задрала балахон, выставив на обозрение свои стройные ноги. Не рассчитав, она показала не только ноги, но и нижнее белье. — Что, съел? — О, так ты и правда девочка. А то я сомневался, — засмеялся Тора. Наблюдающий за происходящим демон удивленно уставился на ангела. Что это? Это странное чувство, заставляющее сердце учащенно биться… — В общем, ты меня не переубедила. Мы едем в хост-клуб, — Игараси поднялся с кресла. — Подожди, надо проверить кое-что, — остановила его Мисаки. — То, что ты нас видишь, это ничего. Но нельзя, чтобы нас и другие люди увидели. Нужно проверить, насколько испорчены наши серьги… *** — Почему именно я должна это делать? — надулась ангел, сидя на ладони парня. — Потому что ты очень шумная! А это хоть ненадолго заткнет тебя. И вообще, меня эта ситуация тоже смущает. — Тора позвонил в колокольчик. Вскоре дверь в комнату тихо распахнулась и вошел слуга в строгом сером костюме. — Вызывали? — он вежливо поклонился, ожидая распоряжений. — Скажи, что ты тут видишь? — парень протянул руку, на которой сидела, не шевелясь и не дыша, ангел. — Вашу руку, господин, — ответил слуга, сохраняя невозмутимость. — Хорошо, можешь идти. Когда дверь за мужчиной закрылась Игараси вздохнул и провел рукой по волосам. — Теперь они несколько дней будут ломать голову, на какую наркоту я подсел… — с досадой заметил он. — Довольна? Тебя не видно другим людям. А теперь можно и в клуб… *** — Эльвира, Роза, девочки мои, соскучились? — Игараси обнял двух легко одетых девушек, которые подсели к нему, едва он устроился на диванчике в VIP-зоне хост-клуба. Ангел с демоном разместились на спинке дивана позади него. Мисаки заливалась краской и старалась не смотреть по сторонам на снующих туда-сюда полуобнаженных хостесс. Она бросила взгляд на Усуи, который сидел рядом с равнодушным видом. — Что, Бэмби, жалеешь, что у тебя только рога твердые? — ехидно заметила она. — А тебе-то что? Ангелы, как и демоны, асексуальны. Чего ты смущаешься при виде этих девушек? Удивившись его угрюмому виду, ангел пожалела, что начала этот разговор. Действительно, высшие силы, хотя и имеют пол, не способны на сексуальное влечение или романтические чувства. Ходили слухи, что однажды ангел и демон полюбили друг друга, за что были изгнаны с небес и лишены своего бессмертия. О дальнейшей их судьбе ничего не было известно. Именно с тех пор романтические отношения между сотрудниками Небесной Канцелярии были под строжайшим запретом. Внезапно она почувствовала легкое головокружение, а ее щеки вновь залил румянец, на этот раз не связанный со смущением. Заметив что-то, Усуи отвернулся, украдкой капнул себе на ладонь светящуюся жидкость из маленького флакончика, который вынул из кармана, и слизнул каплю. — Как вам шампанское, девочки? — поинтересовался Игараси у спутниц, отхлебывая из бокала. — Это самое дорогое, какое только можно найти в Японии. — Игараси-сан, ты нас так балуешь! — томно проворковала одна из девушек. — Чем ты еще собираешься нас угостить? — загадочно шепнула ему на ухо другая. — Есть у меня для вас кое-что… Почему бы нам не прихватить еще пару бутылок и не переместиться в более интимную обстановку? — парень подхватил подружек за талии и поднялся. Внезапно ему на голову плюхнулся белый ангел. — Ура! Вкусняшки! Меня тоже угости, — она распласталась в его волосах и задрыгала ногами. Тора удивленно взглянул на Усуи, но тот лишь пожал плечами. — Угомони свою подружку! — зашептал Тора демону, пытаясь незаметно скинуть барахтающуюся в его волосах представительницу высших сил. Однако Мисаки вцепилась в его шевелюру, намереваясь во что бы то ни стало отведать обещанных «вкусняшек». — Какую подружку? — удивленно спросила одна из девушек. — Девочки, подождите меня тут, — оставив недоумевающих спутниц, Игараси кивнул демону следовать за ним и выскочил в туалет. — Что это за фигня? — закричал он, когда за ним закрылась дверца кабинки. — Кажется, твой ангел пьяна, — констатировал демон, поглядывая на голову подопечного, откуда доносилось несвязное бормотание. — Когда ты пьешь, твои опекуны тоже пьянеют. — Тогда почему ты не пьян? — У меня восприимчивость к алкоголю ниже, — соврал Усуи. Он ни за что не пропустит такой аттракцион! — Ну так уведи ее куда-нибудь! Она же мне весь кайф обламывает. — Извини, ничем не могу помочь, — демон он и есть демон… Наконец отодрав вместе с прядью волос разбушевавшегося ангела, Тора схватил ее двумя пальцами за подол балахона и покачал в воздухе. Крылатое существо икнуло и безжизненно повисло, изредка всхрапывая. — А давай ее просто оставим здесь и вернемся к девчонкам? — Игараси вопросительно взглянул на Усуи. — Ну попробуй… — загадочно сказал демон. Тора опустил спящего ангела на край раковины и вышел из кабинки, однако едва он приблизился к двери из туалета, как услышал громкий храп, доносящийся с его правого плеча. Свесившись, словно сосиска, Аюзава развалилась на своем месте. — Извини, брат, девочки на сегодня отменяются, — говоря это, демон не выглядел таким уж расстроенным. — Да что б вас!.. — Тора раздосадованно закрыл лицо рукой. Вернувшись в кабинку и присев на крышку унитаза, парень раздраженно поглядывал на свое правое плечо. Внезапно Мисаки заворочалась и села, потирая глаза. — А чо так тихо? Хочу танцевать! — она попыталась перелететь на колени человеку, но вместо этого неуклюже плюхнулась вниз и, пошатываясь, начала медленно кружиться, периодически то вскидывая руки вверх, то выкидывая ногу в сторону. Самое страшное было то, что при этом она пыталась петь, срываясь и не попадая в ноты. Ошарашенно уставившись на импровизированное выступление, Игараси и Усуи не знали, как реагировать, а потому просто молчали. — А теперь «белый» танец! — торжественно объявила Мисаки и на нетвердых крыльях подлетела к партнеру-демону, обхватив его руками и опустив голову ему на плечи. Усуи впервые оказался так близко к другому представителю высших сил. Подчиняясь неведомому порыву, он положил руки на талию девушке и начал двигаться вместе с ней. Сердце опять учащенно забилось. Ноздри щекотал сладковатый запах ее волос, изгибы тела волновали и будили внутри неведомые доселе желания… — Чем ты там в меня тычешь? — возмущенно воскликнула Мисаки и опустила руку вниз, схватив парня за… Расширившимися от удивления глазами она уставилась на демона, не веря, не желая верить тому, что нащупала ее рука. Невозможно! Они же ангел и демон, они не могут… чувствовать… возбуждаться… *** Вернувшись домой, раздосадованный Игараси развалился на диване и уткнулся в книгу. События этого дня вымотали его, ему не удалось поразвлечься с девочками, да и алкоголя придется впредь избегать. Это будут непростые три месяца. Устроившись неподалеку, Усуи поглядывал на спящую рядом Мисаки. Он вспоминал ее удивленные глаза. И хотя она притворилась, что ничего не заметила, но ее реакция ясно свидетельствовала об обратном. Что же это за гнетущее чувство внутри? Что он почувствовал, когда они танцевали? Почему ему хочется еще раз прикоснуться к этому ангелу?