Через тернии к звёздам.

      На улице уже давным давно прошёл дождь, который пролетел так же быстро, как и непроглядная ночь. Было утро, лучики солнца игриво светили на лицо скелета, тем самым побуждая его наконец таки очнулся от сна. Немного бурча, но всё же с улыбкой на лице, Инк наконец проснулся и потирая маленькими ручками глазки, в порыве побыстрее прийти в сознание, вдыхал свежий воздух.Он уже привык это делать каждый день. В комнате стоял запах недавно прошедшего дождя, почему-то лаванды, нежнейших, недавно собранных ромашек, и запах самой зелени, которая явно прибывала в кабинете не так уж много времени. Чернилка тихо зевнув, осмотрелся, всё ещё немного пребывая в мире Морфея, в глазах всё было как в тумане, словно их накрыла пелена.       Улыбка сразу же спала с лица белокостного скелета с родимым пятном на щеке, когда тот увидел Эррора, плачущего Эррора. Тот сидел в правом углу кабинета, напротив подоконника с окном, из которого и шёл безмятежный ветер, наклонив голову вниз, буквально свернувшись в грустный комочек. Из глаз Ошибки потоком текли слёзы, в руках он сжимал что-то напоминающее комок бумаги, хоть и размочившийся от слёз. Радужка заволновавшись, подбежал к своему любимому, которого впервые увидел, всего в слезах, такого напуганного, зашуганного, словно тот и не скелет вовсе, а лишь маленький котёнок.Хотя нет, на кое-что похоже… Эррор просто сидел в углу комнаты, вжавшись своей головой в плечи, ухватившись своими руками за самого себя же, нервно всхлипывая и тихо посмеиваясь. Что же так смогло довести этого глючного скелета до такого ужасного состояния? Ох, бедняжка.       Инк не успевает даже и коснуться плеча Оши, как тот ещё раз всхлипывая, поднял свой взор прямо в глаза Радужки. Холодные, будто бы настоящий янтарь и вовсе не живые глаза, смотрели прямо на Инка, которого аж передёрнуло от испуга. Заплаканные, красные от слёз, но холодные, словно глаза куклы, упрямо пялились в само лицо Чернилки, даже блики от света совсем пропали. Что же происходит?! Бело-костный скелет уже совсем ничего не понимал, пока снова не решился оторваться от пристального взгляда, оглядев комнату. Фреш…он пропал. Теперь всё более менее прояснилось, но Оши, что с ним такое? Даже отвернувшись от любопытных глаз, Радужка чувствовал этот взгляд на себе, от этого бегали мурашки по костям, тревожность за любимого скелета всё росла с каждой секундой. Наконец, Радужка снова попытался повернуться лицом к устрашающему взгляду, но не тут то было. Сзади его кто-то потянул за одежду, а Инк еле удержав равновесие, наконец смог повернуться; Эррор, его любимый глючный скелет, плачет, но всё с такими же холодными глазами говорит: — П-присядь рядом, — голос глючного скелета немного подрагивал, хрипел, но на лице сияла подрагивающая улыбка. Картавость голоса опять скрылась за резкой сменой голоса от низкой до высокой.       Чернилка и вовсе не возражая, присел рядом, готовясь к серьёзной реальности с объяснениями, но этого или чего-то тому подобного не было. Ошибка лишь вежливо протянул скомканный листок, прямиком в руки получателя, но тот ничего не понимая, удивлённо посмотрел на Глюка: — Читай .— холодно сказал Эррор, хихикнув. Инк не стал возражать или придираться, а лишь развернул листок, пытаясь его не порвать: «Простите, что приношу столько проблем, я сам во всём виноват, и я прекрасно это понимаю. Не ищите меня, прошу. Вам же хуже будет. Я слишком опасен для вас, простите. И, спасибо, что спасли мне жизнь, но это было не обязательно, так как я всё равно умру, ну, я по крайней мере надеюсь на это. Все эти цветы в вазе для вас, я специально недавно их собрал, адресую именно вам, моим дорогим братьям — Эррору и Гено. И ещё раз простите за всё. Увы, но теперь я с вами прощаюсь.Навечно.»       Дочитав до конца это недо-письмо, Инка бросило в дикий ужас. Он очень боялся и за Фреша, и за Эррора, который ведь и вправду нормально относился к своему брату, просто он не любил показывать свои эмоции, в отличии от остальных. Ведь даже сейчас, когда его собственный брат снова попытается убить, Ошибка улыбается, хоть и плачет. Да уж, внутри этого глючного скелета рождались смешанные чувства, например, чувство тревожности, которое сплеталось с безнадёгой, страх, сменяющийся отчаянием и гневом, странной радостью, позже, который упрощался в обычное чувство пустоты, оно где-то на дне души медленно лелеяло, пока не переросло в что-то большое, что-то ужасное, пугающее даже самого владельца. Интересно, почему и зачем Ошибка стал скрывать свои истинные эмоции? Ответ был известен лишь им обоим.       Пока Инк обдумывал каждое слово написанное на клочке жалкой бумаги, Ошибка всё с новой и новой, уже более крупной волной накрывала паника и ужас, приходящий вместе с пониманием и осознанием, весельем и радостью, скоро к этому прибавится и принятие. Когда же Чернилка наконец снова бросил свой взгляд на Ошибку. У того слёзы потекли с ещё большей скоростью, зрачки постепенно теряли свой цвет, оставляя только пустое место, а улыбка стала шире, подрагивая. Увидев ужасное состояние своего любимого, Инк не обдумывая обнял его, покрепче прижав к себе.       Эррор как будто бы вышел из вечного сна, ведь сразу же обнял в ответ, слёзы постепенно начали умолкать, на душе становилось всё спокойнее и спокойнее, но било странное чувство недоверия.Хотя, он прекрасно знал причину. Радужка лишь покрепче обняв, прикрыл глаза. Пальцы нервно забегали по его позвонку и шее. Если хочет- пусть ломает, если это ему поможет. -Тише, тише, Ошибочка, всё в порядке.- тёпло прошептали, прикоснувшись к черепу Эррора, отчего того передёрнуло и он попятился, но его лишь погладили. -Я тебе не ребёнок, радужный чудик.-проскрипели сквозь зубы, заливаясь смехом и подрагивая, пытаясь стереть с безымянного пальца это отвратительное родимое пятно, но голову лишь продолжили гладить, отчего тело пробила дрожь. Давно забытое чувство возвращается… -Нет, ребёнок.Такой маленький, пугливый и очень-очень глупенький.-всё ещё шептали, не обратив внимания на ругательство и сжимание шейных позвонков тонкими пальцами. В ответ шикнули, бурча, сжимая пальцы сильнее. -Сам ты глупый ребёнок…-грубо прошипели, походя на кота, больно толкнув меж рёбер, потянув за шею на спину. -Возможно.-мягко проговорили, отодвигаясь. -Пуф! — щёлкнули по носу, рассмеявшись, не обращая внимания на боль в области рёбер. В ответ лишь вновь раздражительное шипение и лёгкий смешок, когда Инк всё же поморщился от боли, бухтя.        После получаса простого и мирного разговора, Инк предложил потом поискать Свежего, найти его, успокоить, и вернуть в изначально хорошее состояние. От радости Оши даже немного подпрыгнул, согласился и снова обнял Инка, на что тот немного замешкался, но всё же тоже обнял в ответ. Шея и позвоночник ныли, словно на них ожоги. Ожоги от прикосновений.       На улице хоть и было утро, но уж слишком раннее, всего-то жалких четыре утра. И обнимавшиеся скелеты, не заметили, как заснули вместе.Но один так и не заснул, наблюдая за подрагиванием второго, прислушиваясь к прикосновениям тонких фаланг пальцев в области шеи.Видно, снился кошмар.       Интересно, как там Фреш? Ну, на этот вопрос удастся ответить только потом, а сейчас пока что всё в порядке. Наверно.